Комендант (джен)

Владимир открыл глаза, словно только что выплыл из глубокого сна. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь тихим гулом систем базы, а за панорамным окном, в тридцати метрах внизу, медленно перетекала лава, отбрасывая багровые отсветы на стены. Он посмотрел на часы — 03:12 ночи.

— Что-то я не помню, когда я вырубился... — пробормотал он, проводя ладонью по лицу. — Что-то я проголодался.

Он встал, чувствуя, как под ногами скрипит резиновое покрытие пола, и подошел к балкончику. Опершись на прохладные перила, он уставился вниз, где лава, словно река времени, текла в бесконечность.

— Почему я не задыхаюсь от дыма или пара? — задал он вопрос в пустоту. — Если там правда лава...

— Потому что там стоит внутренний невидимый ограничитель, — раздался голос за спиной.

Владимир обернулся. В дверном проеме стояла Юля, держа в руках планшет. Ее темное каре слегка растрепалось, а очки с прямоугольными стеклами отражали багровое сияние лавы.

— Привет, это я, — улыбнулась она. — Только не говори, что ты не ожидал меня увидеть в три часа ночи.

— Да, я подсмотрела камеры у тебя в комнате! — добавила она, не дожидаясь ответа.

— У меня есть камеры? — нахмурился Владимир. — Ладно, неважно. Ты бы это прекращала.

— Ну прости, — пожала плечами Юля, подходя ближе. — О чем думаешь?

— Я вот думаю, если там внизу правда лава, почему я не задыхаюсь от дыма или пара.

— Там стоит внутренний невидимый ограничитель, — повторила она. — По технологии Утенышева. На основе всех источников энергии — дыма, пара, тепла — создается сама энергия, которая идет на аккумуляторы.

— Ясно, — кивнул Владимир, но в этот момент его голова закружилась. Он сделал шаг назад, схватился за виски и рухнул на пол.

— Вова?! — вскрикнула Юля, доставая телефон. — Вове плохо! Я у него в каюте на минус четвертом этаже!

Через секунду в комнате появился Гепард. Он исчез так же быстро, как и появился, и через мгновение вернулся с каталкой и доктором. Олег Николаевич склонился над Владимиром, проверяя пульс.

— Голодный обморок, — констатировал он, не поднимая головы. — Не забывай почаще есть. Я говорил, что сверхлюди прожорливы.

Владимир открыл глаза в реанимации. Перед ним стояли доктор и Юля, их лица выражали смесь облегчения и раздражения.

— Что случилось? — спросил он, пытаясь сесть.

— Голодный обморок, — повторил доктор. — Не забывай почаще есть. Я говорил, что сверхлюди прожорливы.

— Больше не пугай нас так! — воскликнула Юля, сжимая кулаки.

— Ладно. Сколько я провалялся?

— Всего чуть меньше часа, — ответил доктор. — Можешь идти поесть.

— Я провожу его, — предложила Юля.

— Хорошо, — кивнул доктор.

Они прошли в столовую, где Владимир взял два стейка и пять порций углеводов. Юля уселась напротив, наблюдая, как он ест.

— Я бы сейчас слона съел, — усмехнулся он, запивая еду компотом.

— Кушай, набирайся сил, — улыбнулась Юля. — Слушай, а что там с этим городом, который анонсировал Утенышев?

— Построили, — кивнула она. — При поддержке Вихря.

Она достала телефон и показала видео. На экране стоял Иван Утенышев, окруженный журналистами. За его спиной виднелся новый город — Новомирск, сияющий огнями под сибирским небом.

— Иван Константинович, вы построили Новомирск за сутки. Это впечатляет. Но есть мнение, что вы убиваете экономику других стран. Ваши технологии делают жизнь в России сказкой, а остальной мир вынужден платить за это. Это не эксплуатация? — спросил журналист CNN.

— Другие страны могут присоединиться к нашему экономическому пространству, если захотят. Мы не закрываем двери. То, что их бизнес-структуры нацелены только на коммерцию, а не на развитие, говорит только об их отсталости. Помните девиз LR Corporation? «Мы творим будущее». Если бы страны действительно хотели удерживать экономику на высоком уровне, они бы вкладывали в народ, а не в свои карманы, — ответил Утенышев, слегка улыбаясь.

— Но это звучит как политический беспредел. Вы фактически диктуете условия всему миру через свою корпорацию. Некоторые называют вас террористом, — продолжил журналист BBC.

— Значит, они откажутся от лучшей жизни, которую заслуживают все в этом мире. Я не заставляю их покупать наши технологии. Я предлагаю им выбор. Если они предпочитают жить в бедности, чтобы сохранить свою «независимость» — ради бога. Это их право. Но не надо потом жаловаться, что у нас хлеб по 30 рублей, а у них по 120, — Утенышев коротко рассмеялся.

— Но вы же понимаете, что ваша система создаёт зависимость? Страны теряют суверенитет, когда их экономика зависит от одной компании, — вмешался журналист Le Monde.

— Зависимость — это когда ты не можешь выбрать. Я даю им выбор. Они могут остаться со своей инфляцией и бедностью, или могут присоединиться к системе, где у них будет дешёвый хлеб, бесплатная медицина и будущее. Что они выбирают? Пока что они выбирают жаловаться. Это их проблема, — ответил Утенышев.

— Вы говорите о выборе. Но Новомирск — это город для мигрантов. Вы заселили его людьми, которые сбежали из своих стран. Вы не боитесь, что это создаст демографический дисбаланс? — спросил FoxNews.

— Люди едут туда, где лучше. Это называется естественный отбор в экономике. Если твоя страна не может предложить людям достойную жизнь — они уедут. Это не моя вина. Я просто создаю места, где они могут жить хорошо. И, кстати, в Новомирске сейчас живут люди из 85 стран. И ни один из них не жалуется, — пожал плечами Утенышев.

— Вихрь работал над этим проектом. Многие задаются вопросом: работает ли Вихрь на LR Corporation? — спросил TASS.

— Нет. Мы просто учились с ним в МИМО, ещё до того как я выкупил это училище. Вихрь — полностью самостоятельная единица. Он просто помогает мне по-дружески в таких мелочах, как этот небольшой проект города, — лениво поправил галстук Утенышев.

— Небольшой проект? Город на 1,1 миллиона человек за сутки — это для вас «мелочь»? — уточнил журналист TASS.

— Для меня — да. Я строю планы на десятилетия вперёд. Новомирск — это просто тест. Проверка технологий. Если всё работает — будут и другие города. Более масштабные. Более сложные. Но сейчас — это действительно мелочь. Просто чтобы показать, что мы можем, — улыбнулся Утенышев.

— Каким вы видите будущее мира с учётом миграции внутрь России? — спросил Guardian.

— Время покажет. Я не предсказатель. Я просто создаю инструменты. Как люди их используют — их выбор. Если мир решит объединиться вокруг общих ценностей — я только за. Если решит воевать — ну, мы тоже готовы. У нас есть чем ответить, — откинулся назад Утенышев.

— Есть ещё один вопрос, который волнует многих. Вас видели одновременно в разных точках планеты. В Нью-Йорке, в Лондоне, в Токио. При этом в одних местах вы летали, в других — убивали преступников из пистолета, а тем временем вы давали интервью в Москве. Это как? — спросил NYT.

— У меня много двойников. Вы думаете, я знаю каждого в лицо? Однажды меня пытался убить человек, который носил моё лицо. И у него были сверхспособности. Так что я здесь не при делах. Это не моя проблема, что кто-то использует мою внешность для своих целей, — сделал паузу Утенышев.

— Но разве вы не отвечаете за свою репутацию? — уточнил Corriere della Sera.

— Я отвечаю за LR Corporation. Я отвечаю за Новомирск. Я отвечаю за технологии, которые меняют мир. Если кто-то украл моё лицо — пусть разбираются спецслужбы. Я предприниматель, а не полицейский, — холодно ответил Утенышев.

— Вы боитесь за свою жизнь? — спросил Fox News.

— Я построил город за сутки. Я создал компанию, которая зарабатывает 60 триллионов долларов в год. Я изменил экономику целой страны. Если кто-то думает, что может меня убить — пусть попробует. Я уверен, что результат его разочарует, — улыбнулся Утенышев, вставая и покидая сцену.

— Интересно, — произнес Владимир, откладывая вилку. — В странное время мы живем.

— Да, — кивнула Юля. — Кстати, скоро ты начнешь долгие и качественные тренировки, которые подчеркнут твою фигуру... — она покраснела. — Ну, в смысле физические показатели.

— Ладно, — усмехнулся Владимир, доедая последний кусок стейка. — Пойдем, проводишь меня до комнаты? А то вдруг снова упаду.