Не та книга (джен)

— И вот, значит, вылетаю я из-за той скалы — а наперерез мне прёт огромная железная махина! И знаете, какая? Магловский вин-то-лёт!

— … Запрещается лететь веником вперёд. Метла может обидеться, закозлить и улететь — а вы упадёте на землю вниз головой, сломаете шею и потеряете дорогой снаряд…

— … Ну я, понятное дело, и ухом не повёл, а вот метла жутко перепугалась и дала дёру. И остался я висеть в воздухе один на один с маглами…

— … Запрещается лететь на вертикально поднятой метле. Подъёмной тяги может не хватить, и вы упадёте вниз путём самонакалывания на древко, которое в таких случаях всегда падает быстрее седока…

— … И знаете, что я сделал, леди и джентльмены? Извернулся и упал винтолёту на хвост!..

— … Запрещается лететь на метле в полном латном доспехе. Древко может не выдержать перекоса стихий и стихийно трансфигурировать в металл. Вы упадёте на землю путём пришпиливания огромным железным ломом, который в таких случаях всегда падает медленнее седока…

— … Оседлав эту тварь поудобнее, я бросился за своей метлой в погоню! Ну а вы как думали, господа? Вертокрыл летает, потому что он — тоже метла, только огромная и железная. А удрал от меня тогда новенький «Нимбус», а таких на минутку даже в магазинах ещё не выставили. Отец бы меня за такое…

— … Запрещается пришпоривать метлу железными шпорами. Веник может обидеться и трансфигурировать в стальные иглы. Ваша задница превратится в ежовую и вы… гм… при чём здесь кирпичи?..

— … Управляемость у этой колымаги — как у беременной драконихи, но шла она ходко. И я уж было начал догонять предателя, но тут на меня полезли злые маглы из рычащего брюха…

Гарри с аппетитом поедал шотландский рыбный гуляш. Четверг в Хогвартсе был рыбным днём. Гарри о такой традиции раньше не слышал, но был двумя руками «за». Баранина успела приесться.

В начале недели объявили о грядущих уроках Полётов на мётлах и открытии нового тренировочного сезона игры в квиддич. Весь первый курс мандражировал. Дети из волшебных семей делились друг с другом, как ловко они летают на мётлах чуть ли не с пелёнок, магловоспитанные же судорожно изучали теорию по этим байкам.

Второкурсники относились к этой суете со снисхождением бывалых старожилов. Их волновала другая тема: кто станет ловцом сборной Гриффиндора. Позиция освободилась этим летом в связи с выпуском Чарли Уизли. Нового ловца у львов не было, и по непонятным для Гарри причинам в воздухе витал намёк на то, что вряд ли и предвидится.

Но проблемы квиддича интересовали Гарри не больше, чем жеребьёвка сумоистов в Токио. А вот их со Слизерином совместный урок Полётов должен был состояться сегодня как раз после рыбного обеда. И потому сейчас в Большом обеденном зале, перекрикивая обычный гомон, громко вещали два голоса: Малфоя, задвигающего слизеринцам очередную басню, как он на бровях разминулся с магловским геликоптером; и Грэйнджер, декламирующую белым стихом «Расширенное наставление по мётловождению».

— Возмутительно! Что за лексикон в печатном издании!.. Так… Запрещается летать на двух мётлах одновременно. Список из ста девятнадцати возможных исходов приведён на странице…

Единственным слушателем Грэйнджер являлся Лонгботтом. Остальные не прочь были бы поболтать на другие темы, но для этого пришлось бы кричать ещё громче. Судя по наблюдаемой картине, у Слизерина имелась аналогичная проблема.

— … Но Малфоя так просто не возьмёшь! И я, значит, ору ренегатке: «Ну чо, швабра облезлая! Давай на финт Вронского! Кто кого сделает, тот на том и ездит»!

Примечательным национальным событием первой сентябрьской недели выступила общественная дискуссия: сквиб ли Поттер или не сквиб? Начало ей положил Ксенофилиус Лавгуд. Уже третьего сентября вышел экстренный выпуск «Придиры», где Ксено безо всякого юмора, во вполне серьёзной манере выразил обеспокоенность, не произошло ли какой беды с редакцией «Пророка», потому что обычно уровень их статей намного выше и даже в худшие дни не пробивал настолько глубокое дно настолько бездонно.

Лавгуд заверил общественность, что у Гарри замечательная палочка и он неплохо колдует ею для своего возраста. Или вы думаете, что сквибу могли бы продать волшебную палочку?

Редакторскую колонку дополняли письма негодующих читателей и ещё одна статья, где некая «Зайчиха-шутиха» во вполне узнаваемой манере рассуждала о торопливых жукошмыгах, путающих бессилие с усталостью, и заношенной Шапке-из-фольги, ревнующей о достающихся соседям почестях.

Главный редактор «Пророка» напечатал опровержение, где с довольно бледным видом посетовал, что он вообще не понимает, как этот пасквиль попал в номер, и по этому поводу назначено служебное расследование. Но джинн уже был выпущен из бутылки, и редакцию завалило читательской обратной связью. Люди требовали уточнить, подтвердить и убедиться, ну и заодно ругали, проклинали и крыли на чём свет стоит то, что обычно ругают, проклинают и кроют: редакцию, правительство, тёмных магов и соседа, которому достаются все сливки и почести.

А «Пророк», надо думать, завалил умоляющими письмами Хогвартс.

В понедельник на уроке МакГонагалл под видом проверки домашнего задания потребовала у Гарри продемонстрировать превращение спички в иголку у неё на глазах. Убедившись в результате дважды, заметно расслабилась, а после обеда вызвала Поттера к себе в кабинет. Там хмурый мальчик с палочкой за ухом был представлен двум репортёрам и колдографу. Гарри показал «Спичку-в-Иголку», «Люмос» и «Репаро», после чего заявил, что он им не клоун, а всего лишь недельной давности первокурсник, живший до этого у маглов. Требования наколдовать на малый магистерский минимум были немедленно забыты и репортёры накинулись на свежайшую сенсацию, но МакГонагалл восстановила порядок, отправила Гарри на Травологию и остаток интервью давала сама.

Статья «Ты волшебник, Гарри!» вышла на следующий день. Анимированная колдография мальчика, «репарящего» разбитую чашку, украшала первую страницу и ставила точку в любых дискуссиях. Редактор «Пророка» благодарил за содействие руководство Хогвартса и, отдельно, Ксенофилиуса Лавгуда за проявленное понимание. Сообщалось, что ушлый жукошмыг, подменивший ночные гранки, разыскивается до сих пор.

Оргвыводы по Рите Скитер решили не выносить на общественное обсуждение.

— … И когда до земли оставался локоть, я — хвать! — и перепрыгнул на метлу! — Судя по громкости, очередная малфоевская история близилась к финалу. — И что же вы думаете, леди и джентльмены? Я выиграл! Потому что «Нимбус» вышел из финта раньше, чем…

— Барон Малхаузен, — буркнул Гарри, возвращаясь к действительности.

Нужно отдать должное Малфою: благодарные слушатели у него были. Больше, чем у Грэйнджер. Гарри в который раз задался вопросом: почему Драко не попал на Гриффиндор, а Рон — на Слизерин? Первый не по-змеиному болтлив и хвастлив, а у второго и хитрозадости больше, и собственную шкуру он беречь умеет при куда меньшем выборе ресурсов.

— … раньше, чем вилокрыл, потому что… А-ха-ха, велокрыл из финта вообще не вышел!

— … Запрещается летать под брюхом метлы вверх ногами, — Грэйнджер была вынуждена повысить громкость, перекрикивая заржавшую малфоевскую компанию. — Потому что метлу может заклинить и вы будете тормозить о землю собственной… Невилл? Тебе что, плохо?

К сожалению, Невилл представлял себе все описываемые в «наставлении» прецеденты излишне живо. Парень сидел бледный как мел.

— Невилл, да не слушай ты эти бумажки, — ободряюще потрепал его по плечу Шимус. — На метлу нужно просто сесть, а дальше она всё сделает сама. Поверь, там не боги горшки обжигают, иначе бы на них не было спроса. Вот я, например, каждое лето с метлы не слезаю: все рощи в нашей деревне облетал.

— В деревне? — удивилась Лаванда. — Ты же говорил, что в городе живёшь. Бри, если не ошибаюсь.

— Верно, — ничуть не растерялся Шимус. — Там мой дом. А на лето нас с сестрой мамина родня забирает. Магическая деревенька у Нэйдина, Гарран-кос-Чуан. Там волшебные дубовые рощи вокруг, и на метле можно летать свободно. С вертолётами у нас не очень — магловский заповедник в двух шагах, а вот орланы и буревестники летунов не любят, так что есть кого подразнить и подраться.

— Да чо там орланы с вилокоптерами! — вступили в беседу Рон с картошкой. — Я однажды чуть в кельтоклан не влетел, во!

— Куда влетел? В кельтский клан?

— Да нет же, деревня! Это как бумажный шамолётик, только размером с виверну, яшно? У меня тогда старая метла Чарли была, а она реально штарая, а то бы я…

— Что-то мне подсказывает, что на метле в тот раз сидел сам Чарли, — негромко прокомментировал Гарри, живо представляя себе «шамолётик» в Оттери-Сент-Кэчпоул. — А сейчас мы слушаем вольный пересказ его истории.

Но Рон услышал, и свежеоткушенный кусок рыбы едва не оказался незваным гостем во рту.

— Да ш-шоб ты понимал в мётлах со своими маглами, Поттер!

— Зато я кое-что слышал о дельтапланах, — спокойно парировал Гарри. — В румынских Карпатах дельтаплан и правда может развить приличную скорость и неожиданно вылететь из-за склона. А на наших равнинах, где всё видно, а планеры неспешно поднимаются в потоках, нужно быть редкостным тормозом, чтобы влететь в такое на метле.

— Да он из облаков выпрыгнул!

— Ты на старой метле Чарли до облаков подняться смог?

Гарри отвернулся, не желая продолжать этот примитивный спор. Если Рон и ему подобные могут спокойно летать в зонах, где возможно столкновение с дельтапланами, весь Статут о секретности — откровенная фикция, а дотошный надзор за детскими палочками — репрессивная мера для маглорождённых.

— Гарри, а ты как, с мётлами имел дело когда-нибудь? — увела беседу от ссоры Патил.

— Разве что с игрушечными, — пожал плечами Гарри. — Но я этого не помню. О! Кому это почта припозднилась?

Сипуха с небольшим свёртком предназначалась Невиллу, а серая неясыть с мятым конвертом — Гарри. Гарри не стал слушать скучный диалог про «шарик-напоминалик», а сосредоточился на решении вопроса, что же отвечать Хагриду. Лесник повторно зазывал его попить чаю сегодня после ужина.

Однако проигнорировать появление Малфоя Гарри не мог.

Наверное, Малфою ударил в голову его успех среди сокурсников как рассказчика увлекательных небылиц. Иначе трудно объяснить, почему он явился ко столу, полному резких гриффиндорцев, почитай что в одиночку (Крэбб и Гойл не в счёт), да ещё и выхватил у Лонгботтома «напоминалку» прямо у всех на глазах!

Гарри позволил Малфою наслаждаться трофеем не более секунды. После этого в высокородную шевелюру прилетел подзатыльник неизвестной этиологии, далее что-то ударило под холёную руку снизу, а когда Малфой восстановил ориентацию, шарик уже был в руках Гарри. Заклинание левитации — весьма многогранно и может действовать не только на предметы, но и на воздух.

— Поттер, ты охренел? — Малфой безошибочно вычислил виновного и полез за палочкой, но запутался в одежде.

Удивительно, насколько необучаемы могут быть некоторые люди, отстранённо подумал Гарри. Случай в поезде должен был показать этому индюку, что наличие телохранителей — не гарантия безопасности в волшебном мире.

К этому моменту отморозился остальной Гриффиндор, так что с лавок начали подниматься студенты постарше. Ситуация для Малфоя стала кислой и он это быстро понял. К счастью, преподаватели тоже не дремали.

— Что здесь происходит? — выросла за спинами слизеринцев строгая МакГонагалл.

— Малфой взял без спроса личную вещь Лонгботтома, — пояснил Гарри, возвращая шарик Невиллу. — Но он уже её отдал с извинениями.

— Просто хотел посмотреть, — вовремя переобулся Малфой.

— Выход из зала — в другой стороне, — напомнила декан, ни на мгновение не обманувшаяся внешним спокойствием на арене.

Палочку Малфой достать не успел, так что предъявить ему было нечего. Даже тот факт, что ему пришлось бы дать нереального кругаля, чтобы случайно оказаться в районе гриффиндорского стола, на нарушение не тянул. Драко с компанией молча удалился, стеганув перед этим Гарри многообещающим взглядом.

Безрассудство и отвага, думал Гарри, шагая по каменистой дорожке в направлении площадки обучения полётам. И вот объясните после этого кто-нибудь, почему Драко не был распределён на Гриффиндор?

А к Хагриду Гарри решил сходить. Один раз, на пробу и без энтузиазма. Мальчик вспомнил, что непосредственно Дамблдор разговаривал с книжным героем только один-два раза за год. Этого явно недостаточно, чтобы направлять «Избранного» по правильному пути, а следовательно, в Хогвартсе должны были быть иные проводники руководящей воли. Если от всех этих проводников закрыться, директор будет вынужден заняться «воспитанием героя» лично. Гарри не был к этому готов.

Хагрид мог стать тем громоотводом, который уменьшит необходимость в личных беседах с директором, а заодно и охарактеризует Дамблдору «кандидата в герои» как совершенно не подходящего для этой роли индифферентного ботаника себе на уме.

Одна-две встречи в первой половине года делу не повредят. Ведь приходить — не значит вестись и соглашаться. И в аферу с дракончиком Гарри не планировал ввязываться ни при каких условиях.

* * *

Денёк для первого полёта выдался солнечным и ясным. Два десятка мётел лежали аккуратными рядами на зелёной лужайке. Преподавателя нет, предупреждений нет, мётлы лежат без надзора — значит, их можно брать. Что Гарри не чинясь и сделал.

Летающую метлу при всём желании невозможно перепутать с инструментом дворника: вы просто не сможете ею мести. Даже архаичным школьным «Чистомётом». Немалый вес, хитро изогнутое древко и увязанный в тугой пучок веник предполагали только одну операцию: оседлать и подняться в воздух. Простые железные стремена — почерневшие и вытертые многочисленными подошвами — довершали кавалерийскую аналогию.

Древко оказалось не по-осеннему тёплым. От метлы исходило знакомое ощущение, но Гарри не мог вспомнить какое. Может, что-то из раннего детства? А ещё метла звала полетать. Гарри огляделся вокруг. Он, как и многие первокурсники, пришёл на урок сильно заранее. Уизли и Грэйнджер ещё не было, зато, конечно же, явился Малфой. Последний уже вовсю комментировал нищету и отсталость школьного летательного парка, не забывая вроде как случайно примериваться к «своей» метле. Однако Малфой не опасен, если рядом нет Уизли.

И Гарри оседлал «деревянную кобылку», затолкав перед этим подол неудобной робы за пояс.

Метла ожила, стоило утвердить ногу в стремени. Почувствовав в наезднике обилие родной стихии, рванула было вверх, но Гарри был начеку. Ничего бесконтрольного, когда ты погружён в контроль! Медленно и плавно Гарри взлетел на три метра вверх и замер неподвижно, после чего прислушался к себе.

Дурной силы в метле было потрясающе много, а вот баланса и контроля — никакого. Древко ёрзало, умоляло дать размять кости и норовило вырваться, бросившись в случайном направлении без заботы о неопытном седоке. Но Гарри не обманывался этими просьбами. Носиться по воздуху со всей дури — легко и не составит никаких проблем, однако доведённая до такого состояния метла нуждалась в терапии иного рода: неподвижно зависнуть и замереть на одном месте. Полностью замереть, с точностью до волоска.

Так было не всегда, догадался мальчик. Изготовленная с огромным запасом прочности и задатками кое-какого саморемонта, семейная модель «Чистомёта» до сих пор сохраняла штатные маршевые характеристики, а вот «контроль авионики» у неё был разлажен до предела. Ушатан сотнями новичков, фонтанирующих противоречивыми желаниями и совершенно не умеющих летать.

А ещё Гарри понял главное: мётлы — это волшебные палочки. Сердцевина магической твари внутри подходящего дерева — вот откуда взялось знакомое ощущение. Да, сердцевина здесь существенно проще, а размеры деревяшки далеко не «палочковые», и да, зачарован снаряд лишь на одно-единственное заклинание, но… Это всё не принципиально. Метла берёт силу мага и помогает сконцентрировать её в правильном конструкте. А ещё имеет немного собственной воли. С ней не нужно воевать — с ней интереснее сотрудничать.

Гарри отвёл стремена к хвосту, вытянул руки к оголовку и лёг на древко — так, как сделал бы мотоциклист, летящий со скоростью самолёта. Единение стало полным. Метла чуть не заскулила от желания показать, как она может летать при таком наезднике, но Гарри не требовались наглядные демонстрации в этом деле. Он и так видел, что достиг бы верхнего края облаков даже на «Чистомёте». «Ты ещё налетаешься. Пользуйся моментом, лечись и учись заново отлаженному управлению. Вспоминай, какой ты вышла когда-то с фабрики».

«Вингардиум Левиоса»

Сознание затопила привычная воздушная стихия. Бесхозных пылинок на травяном газоне было достаточно. Метла замерла и… восхищённо вздохнула открывшейся картине. Перестала подрагивать, расслабила воздушные мышцы и начала перенимать давно забытые навыки. Впервые за многие десятилетия рядом с ней оказался выверенный эталон, озабоченный не собственным полётом, а волшебным состоянием своего снаряда. Опора, встав на которую, можно перекалибровать обратные связи, выставить давно сбитые нули и уточнить горизонтали. Как когда-то давно в руках мастера, производившего окончательную доводку летающего изделия.

Процесс был небыстрым, и Гарри залюбовался тем, насколько сильно возросли его собственные возможности контроля пространства при содействии «большой волшебной палочки».

С некоторых пор мальчик стал замечать, что когда работает его левитирующее заклинание, он ощущает уже не пылинки, а сам воздух вокруг себя. Гарри *чувствовал*, что творится вокруг, даже сидя к происходящему спиной и закрыв глаза. Любой предмет или существо вытесняет воздух собственным объёмом и колеблет его своими движениями. Гарри это осязал. Поначалу «видеть» удавалось не далее вытянутой руки вокруг, но сейчас полностью контролируемая сфера имела радиус в дюжину-полторы метров. В каком-то смысле это было даже лучше зрения: человека под мантией-невидимкой Гарри почувствовал бы так же уверенно, как и ярко разодетого зазывалу. Если «Вингардиум Левиоса» плела свой танец, к Гарри невозможно было подойти незаметно.

Сейчас же благодаря метле ощущаемое пространство выросло до нескольких сотен метров в каждую сторону. Гарри ощущал играющую с ветром траву, трепещущих в вереске воробьёв, воздушный термик с парящим в нём сапсаном и, конечно же, детей. Всех, что были на поле или на подходах к нему.

А ещё Гарри слышал их разговоры: любую беседу, что попадала в контролируемое пространство, если сосредоточиться на нужной. Когда ты «осязаешь» лишь дюжину метров, это не особо интересно — всё слышно и так, — но вот если твой порог не ограничивается и дюжиной дюжин…

— … С нас опять снимут баллы! Невилл, ну хоть ты им скажи…

— … У грифов в новом наборе — половина грязнокровок! Как сказал бы «Придира», такого днища история не фиксировала со времён…

— … ну, Поттер вообще-то…

— Грязнокровка — это modus vivendi, милочка! Полагаете, недавний скандал в газетах…

— … Патилам придётся туго. Партию для красненькой останется подбирать где-то на…

— … Да Малфой, знаете ли, тоже не шедевр. Ходячая мигрень для попавших на один этаж с этим…

— … Поттер пока что не раскрылся, что бы вы там с газетёнками ни болтали. Тёмная лошадка…

— … креативная скульптура «Ловец и василиск»!

— А где василиск?

— Давно уполз, а-ха-ха!

Метла завершила самоналадку, подхватила Гаррину «Левиосу» и творчески развила её, закрутив невидимый водоворот в полусотне метров над собой. После чего предложила мальчику опробовать её обновлённые возможности — и скорость, и контроль одновременно. Действительность немедленно предоставила подходящий повод: Малфою на метле надоело нарезать круги над слизеринцами и он решил прикопаться к Поттеру.

— Ну что, Потти, от родной землицы оторваться страшно? Зассал, залёг и решил поспать? А то люди брешут, будто у тебя порода лётная!

С места, из полной неподвижности, заботливо раздвинув воздух на пути и не потревожив ни напёрстка родной стихии, Гарри рывком переместился к Малфою. Молниеносный бросок был совершенно невоспринимаем для окружающих, а оголовье древка замерло в точном полудюйме от породистой переносицы. Драко запоздало отшатнулся, а Гаррина метла добавила от себя, наподдав товарке воздушной ямой под веник, и Малфой с паническим воплем закувыркался вниз. У самой земли его снаряд смягчил падение, но всеобщий издевательский хохот был для честолюбивого блондина хуже любых ушибов и переломов.

Очень удачно на площадку явился Уизли с хорошо отдохнувшей глоткой, так что оконфузившийся «Платиновый принц» получил неограниченный канал для слива бешенства.

— … Ставка на тёмную лошадку тоже играет, «милочка»…

— … Вилокрыл был попроще, а, Малфой?..

— … Возмутительно! Драка на мётлах! С нас опять снимут…

— … Да на этих гробовозах ещё Мерлин летал! Самая заезженная метла у меня в поместье — и то…

— … Да чего-то Поттеру твой гробовоз как вторые крылья…

— … Я бы на вашем месте восхищалась с осторожностью. Поттер странен. Натуральный тихий омут…

— … А девичью фамилию матери Финнигана кто-нибудь знает?

— Вроде нет, но в Нэйдине одно время…

— … все твои понтовые мётлы — до жопы, понял? Квиддич — не понты, а командная игра, понял? С кем ты там в своих поместьях играешь? С павлинами на вениках?

— А ты в своей Дыре на чём пыхтишь? На старой мамкиной швабре?

— Нормальная у меня метла, понял? А ещё трое братьев из нормальных игроков, и мы каждый день…

Тут Гарри был солидарен с Роном. Книжный Драко как-то сам собой умел играть в квиддич. Превосходно умел, «из коробки». Но где он этому научился — не летать, а играть? Приходящие соратники? Но это же не дворовый футбол! Тот гоняют на общем «дворе»: хочешь — дошёл до пустыря, и в твоём распоряжении весь состав детворы, которая именно сегодня может играть; не хочешь — не дошёл, но пацаны всё равно играют. А у Малфоя поместье — собственное. Вот не может он сегодня играть, или родители не желают суеты — и всё, пацаны не играют. Раз не сложилось, два — и никто больше заморачиваться не захочет. Официоз — атрибут, который портит всё, к чему притрагивается.

— … скока ты вообще финтов знаешь, а? Или квоффл умыкнуть из свалки? А крестом из бладжеров дорожку выкосить — ты в курсе, что там двое нужны? А уйти от креста — там *ещё* двое помимо…

— Да к Мордреду твои вышивания! Ловцу всё это не надо!

— А-ха-ха! Ты чо, РЕАЛЬНО ловец, что ли? Да я цифири такой не знаю, сколько нужно занести Флинту, чтоб он согласился на этот позор! Ты…

А ещё Гарри понял, что мог бы иметь существенное преимущество в квиддиче. Сотни метров воздуха, магически осязаемого во всём своём объёме — этого с лихвой хватит, чтобы покрыть квиддичное поле с трибунами и раздевалками в придачу! Положение и манёвры всех игроков, перемещение мячей и главное: снитч! Единственный крылатый шарик. Это глазами его на поле разглядеть невозможно, а вот избивать своими лопастями воздух он должен отчаянно — куда там воробьям и рукомашущему Уизли!

— … до опушки и назад! И сорвать там листок с дерева, чтоб без мухлежа! Давай, белобрысый, если не зассал!

— С тобой, рванина?

— С Гарри! Ща я его…

— А, ну понятно. Можно было и не спрашивать!

— Зассал-таки?

— Да легко! Пока твой Поттер проснётся да расчухается… Всё, я полетел!

— А ну стоять, морда пожирательская!

— Прекратите немедленно! Мы и так почти в минусе!

— Отвали, женщина!

— Отвали, грязнокровка!

Пронзительный судейский свисток стеганул воздух отрезвляющей плетью. Неожиданный и резкий для всех, кроме Гарри — тот уже давно наблюдал за преподавательницей, стремительной походкой приближавшейся к площадке.

— Пр-рекратить! Живо вниз! На землю все, я сказала!

Малфой, Забини, Уизли и даже Финниган — все попадали на траву как перезревшие яблоки. Гарри не спеша выпрямился и плавно приземлился. Сложил стремена и хотел было вернуть метлу на землю, но та оказалась грубо выхваченной тренерской рукой.

— Кто разрешал прикасаться к мётлам? Они вам здесь что…

Мадам Хуч осеклась и удивлённо посмотрела на изделие в своих руках. Главный школьный специалист по полётам и полётным снарядам, отвечающий за безопасность первых и исправность вторых, она не могла не почувствовать изменений в давно изученном инвентаре. С подозрением покосившись на Гарри, но быстро отбросив какую-то нелепую мысль, буркнула гораздо тише:

— Эта метла попала сюда по ошибке. Найдите себе другую.

Мазнув неодобрительным взглядом по затолканной за пояс робе, но никак это не прокомментировав, Хуч пошла дальше. Обновлённую метлу она унесла с собой.

Гарри вздохнул. Он вообще-то хотел отдать её Лонгботтому, но не судьба. Что касается одежды, то мальчик совершенно точно знал, что неприлично не запихивать её за пояс, а заставлять ездить в длинном платье верхом. Ну, наверное. По крайней мере, узнавать, что будет, если кто-то потеряет равновесие, а эффектно развевающаяся тряпка зацепится за торчащий прутик, Гарри решительно не желал и был намерен отстаивать этот выбор вплоть до отказа от полётов.

Счастье, что они тут не ездят на настоящих лошадях. Там не то что в платьях — в джинсах или кроссовках к стременам не пустят!

— Ну и чего вы все ждёте? — с сержантской последовательностью гаркнула Хуч из головы «колонны». — Быстро встали каждый напротив метлы: правши под правую руку, левши — под левую. Сено-солома, Лонгботтом! Ещё резвее, Поттер, или летать мы будем в темноте! Это что за протухшая колбаса? Ну-ка встали ровно, как и лежали здесь мётлы до вашего стада! Две струны передо мной, я должна вас видеть! Поживее, вы не у Бинса в сонбулатории!

Завладев-таки запасной метлой, Гарри занял место рядом с Невиллом. Одного взгляда на пухлого парня было достаточно, чтобы понять: в предстоящем падении Лонгботтома виновата не метла. Таких детей нужно тренировать индивидуально, а не на сбродном экспресс-курсе в полдюжины часов.

— Вытяните руку над метлой и скомандуйте: «Вверх!»

Метлу под собой Гарри приманил сразу же — как-никак, меньше минуты не виделись, — после чего лениво наблюдал за разнообразием деревянных реакций на вполне короткий приказ. Специальный тест на совместимость или некий ритуал знакомства наездника со снарядом — единственные разумные версии, которые пришли мальчику в голову от открывшейся картины. Разумеется, в реальной жизни никому и в голову не пришло бы столь нелепо поднимать метлу с земли: наклониться и взять куда легче и быстрее.

Убедившись, что свою метлу схватили все, Хуч приступила ко вступительной лекции. По-сержантски обстоятельно она рассказала, как проверять снаряд перед полётом («Команда «Вверх!» и есть проверка»), как подготовить его к полёту («Опускаете стремена к земле»), как не сверзиться с метлы в полёте («Всегда держите ноги в стременах!») и как правильно садиться на метлу для полёта («Веником назад, Лонгботтом!»).

Гарри смотрел на детей. Шимус, оценив идею Гарри ещё на футболе, давно закатал робу за пояс. Дин, глядя на них двоих, сделал то же самое сейчас. Рон некоторое время чистокровно кочевряжился, но был вынужден смириться и принять меры к укорочению подола: видать, дома он ещё никогда не летал в женском платье, а сейчас суровая действительность заставила его пересмотреть подход к магобританскому национальному наряду.

А вот девчонки с полами ничего делать не пытались. Даже Грэйнджер. Но и вели себя так, что было очевидно: особых успехов в такой одежде от них ждать не следует.

Что интересно, мадам Хуч не делала никаких замечаний ни по вольностям гардероба у мальчиков, ни по полному отсутствию энтузиазма у девочек. Гарри осознал, что из семикнижия не может припомнить за девчонками никаких особых успехов в школьном мётловождении. Некоторые ведьмы виртуозно рубились в квиддич, но делали они это в специальной форме, ни одним своим элементом не напоминавшей ночную сорочку под чёрные простыни.

— … я так всю жизнь сидел!

— Значит, вы всю жизнь сидели неправильно, мистер Малфой!

Наверное, эта форма раньше предполагалась у всех. Как сменная одежда для физкультуры в его бывшей школе. В идеале — утеплённые спортивные штаны, без внутренних швов и натягиваемые на штрипку; и не сковывающая движения спортивная куртка. Форма использовалась не только для мётловождения, но и на возможном фехтовании, физподготовке, вольтижировке на гиппогрифах и в учебных поединках. Или вы всерьёз полагаете, что в балахоне до пят можно уклониться хотя бы от одного заклинания? Сами попробуйте побегать в одежде, которая придумана именно для того, чтобы дети не бегали!

— … Делаете это строго после моего свистка! Одну ногу ставите на стремя — вот так! Второй посильнее отталкиваетесь от земли — вот таким образом, — и метла взлетит! Убедитесь, что вы утвердились в воздухе, и вторую ногу тоже ставите на стремя! Помните: в воздухе обе ноги должны быть в стременах! После этого…

Да вот беда: спортивная форма, как и школьная, должна приобретаться родителями. И после того, как из программы сократили «морально устаревшее» фехтование с «нецивилизованными» дуэлями, на ЗОТИ стали читать басни про зоологию, а мётловождение урезали до нескольких занятий безо всяких экзаменов, — спортивную форму стало требовать невместно. А чего нет в требованиях, того не будет и на учениках. Чтоб никому не было обидно.

— … На счёт три! Раз! Два… Назад, мальчик!

Если и существовал какой-то «мётловый заговор Лонгботтома», он последнему был совершенно не нужен. Невилл откровенно запутал метлу своими противоречивыми, но очень сильными желаниями: сначала — побыстрее подняться вверх, чтобы не опоздать, затем — немедленно спуститься вниз, потому что страшно, затем — что угодно сделать, но в ужасе отвернуться от приближающейся земли… Помотавшись на вертикальных качелях с десятиметровой амплитудой, Лонгботтом не удержался на древке и полетел вниз…

… Однако тут же оказался подхвачен невидимой силой и водружён на землю: за шкирку и на четвереньках, но с приемлемой мягкостью. Гарри удерживал «Левиосу» в готовности, начиная с фразы про свисток.

Нужно отдать должное Хуч: повела она себя грамотно. Сразу же взмыла в воздух сама — на отлаженной Гарри метле! — но сделать ничего не успела: Лонгботтом мотался бешеным маятником не более нескольких секунд. Как только он оказался на земле, Хуч коршуном слетела рядом и через мгновение вела диагностику:

— Так, всё уже позади, ниже не упадёшь. Где болит, говори! Здесь болит? А здесь? Тут тоже?.. Сколько пальцев?

Через минуту был вынесен вердикт:

— Серьёзных повреждений я не вижу. Вставай, осторожно. И давай-ка в больницу, пусть тебя Помфри посмотрит. Мисс Грэйнджер! — тренер безошибочно определила самого вялого энтузиаста её науки из присутствующих. — Проводите его в больницу. Целителю скажите «Упал с метлы». Что вам нужно, Поттер?

— Невиллу отдать, потерял только что. — Гарри протянул Невиллу шарик-напоминалик, который приманил к себе из-под малфоевских ног сразу же после приземления самого владельца.

Невилл пошаркал прочь, а урок продолжился своим чередом. Безо всяких «Поймай, если сможешь» и «Вуд, я нашла вам ловца». Откровенно говоря, Гарри не сразу поверил, что такое возможно, но факт оставался фактом: никому «уникальный Гарри» не был нужен, а ловца найдут обычным порядком, без привлечения «самых молодых за последние несколько столетий». Всё, что оставалось мальчику — облегчённо и счастливо вздохнуть.

Хуч, едва не прошляпившая травму первогодки на первых же минутах, сделала выводы и внесла коррективы в учебный процесс. Бодрый кавалерийский наскок исчез и его заменил обстоятельный инструктаж. И это пошло делу на пользу. Хуч рамочно объяснила, почему вообще летает метла, как ею управляют и насколько важен контроль над собственными желаниями во время притирки незнакомой метлы к новому наезднику.

Первый полёт проходил на высоте одного метра и несколькими группами по очереди: сначала самые опытные, затем среднее большинство, а в конце, чуть ли не индивидуально — оставшиеся тяжёлые случаи. Последних опытный тренер в конце концов прикрепила к хорошо показавшим себя наездникам, отдав предпочтение наименее выпендрёжным. Гарри попал в инструктора к Грэйнджер. Девчонка вернулась благоразумно переодетой в джинсы, свитер и зимний плащ для маскировки.

Сам же Гарри с удовольствием выполнял все нехитрые преподавательские приказы и наслаждался жизнью самого обычного школьника, в котором никто не подозревает никаких уникальных способностей. А ещё мальчик наконец узнал, как именно учатся летать на метле. За два предыдущих года он изгрыз немало ногтей, теряясь в догадках и вылавливая малейшие детали, но в семикнижии, наполовину посвящённом квиддичу, об этом не было ни слова. Вообще. Так что оставалось лишь напрягать собственное воображение.

К концу урока у Грэйнджер пропала вся её боязливая неприязнь к полётам. А Гарри отладил ещё две метлы.