Комендант (джен)

Владимир и Юля вышли из столовой, проходя по коридору, где мягко мерцали световые индикаторы. Воздух был наполнен едва уловимым гулом скрытых механизмов базы, а под ногами скрипел резиновое покрытие пола. Владимир шел впереди, но Юля заметила, что его дыхание стало тяжелее, чем обычно.

— Ты в порядке? — спросила она, дотрагиваясь до его руки. — Ты такой горячий.

— Просто устал, — ответил Владимир, его голос был хриплым. — Хотя ничего не делал.

— Твое тело еще адаптируется к способностям, — объяснила Юля, наблюдая, как капельки пота стекают по его вискам. — Операция была всего 16 часов назад.

Они дошли до комнаты, где за окном бурлила лава, отбрасывая багровые отсветы на стены. Владимир тяжело дышал, его грудь поднималась и опускалась часто и резко.

— Давай проверим, как ты себя чувствуешь, — предложила Юля. — Сними майку.

Владимир потянулся к подолу майки, но резко дернул — ткань разорвалась пополам, обнажив его торс. Его мышцы были плотнее, чем раньше, каждая линия рельефа выглядела как высеченная из камня.

— Ой... — прошептал он, тяжело дыша.

— Ничего, — ответила Юля, но ее глаза замерли на его теле. Она замерла, словно увидела нечто нереальное. Его грудь, пресс, руки — все было идеально сформировано, как будто его тело переписали заново.

— Что происходит? — спросил Владимир, наблюдая за ее реакцией.

— Твое тело еще адаптируется, — повторила она, пытаясь скрыть смущение. — Операция была 16 часов назад.

— Ясно. Мне жарко, — сказал он, снимая остатки майки.

— Ты такой... горячий, — Юля дотронулась до его груди, но тут же отдернула руку. — Ну, в смысле не в том смысле горячий, а в смысле температура тела... — она побелела. — Ну, в смысле и в сексуальном смысле ты тоже горячий, но я имела в виду, что я... лучше заткнусь.

Они приблизились друг к другу, расстояние между ними становилось все меньше. Но в этот момент зазвонил телефон Юли.

— О, это доктор. Он зовет, мне нужно идти, — сказала она, пытаясь скрыть смущение. — Я пойду.

Юля вышла, оставив после себя легкий аромат кофе и чистого пластика. Владимир стоял у окна, глядя вниз, где лава медленно перетекала в темноту. Его тело все еще горело от внутреннего жара, но теперь он чувствовал, что это часть его нового "я".

— Что-то меня опять клонит в сон... — подумал он, проходя в ванную. После того как почистил зубы, он бухнулся на кровать, закрыл глаза и провалился в сон, легкий и без сновидений. Где-то вдали, за стенами базы, Москва продолжала жить своей обычной жизнью, но теперь он знал — его путь лежит не туда, откуда он пришел, а вперед, к тому, кем он станет.

Юля стояла у голограммы в общем зале, ее пальцы быстро скользили по сенсорной панели. За ней собрались Пламя и Лёд, их фигуры выделялись на фоне проекции моста через реку. Патриот вошел спокойно, его синий костюм с белыми полосами контрастировал с мрачной обстановкой.

— Где Гепард? — спросил Патриот, оглядываясь.

— Эй, я здесь, — раздался голос сзади. Гепард сидел на стуле, его каштановые волосы слегка растрепались. — У тебя вроде сверхслух и скорость как у меня, а не успеваешь.

— Так, собрались, — Юля повернулась к команде. — Напоминаю, сейчас группа мутантов-контрабандистов «Серые» перевозит партию экспериментального оружия из Подмосковья в Москву. По моим данным, в фургоне нет взрывчатки — только бластеры и документы на заказчика. У нас приказ: перехватить груз, задержать контрабандистов, изъять бумаги.

Она увеличила проекцию моста.

— Я вычисляю маршрут. Фургон должен пересечь мост через реку — там и будет перехват.

Через двадцать минут команда заняла позиции. Лёд незаметно создал на дороге ледяные шипы — их почти не было видно, но колеса гарантированно лопались при касании. Пламя и Лёд заняли позиции по обе стороны моста, готовые поймать то, что вылетит из фургона. Патриот завис над мостом, его глаза засветились синим светом. Гепард спрятался в укрытии, ожидая сигнала.

— Грузовик приближается, — раздался голос Юли в наушниках. — Никаких признаков взрывчатки. Они не знают, что их ждут.

Фургон влетел на мост на скорости под 80 км/ч. Колеса попали на ледяные шипы. Шины лопнули с громким хлопком. Машина потеряла управление, занесло, перевернулась и подлетела в воздух. В этот момент Патриот с воздуха ударил лазерным зрением в замок задней двери — металл мгновенно расплавился при температуре 5000°C, замок вышел из строя. Дверь открылась прямо в воздухе.

Войдя в сверхскорость, для Гепарда фургон, который для других летел в воздухе, теперь медленно вращался, как будто в воде. Бумаги, вылетевшие из открытой двери, парили в воздухе, их траектории были видны как нити паутины, потому что Тень учил его аналитическому мышлению.

Гепард активировал режим сверхвосприятия — его уникальная способность позволяла на секунду входить в режим восприятия на скорости реальности. Для него время замедлилось до нуля. Гепард вошел в фургон на сверхскорости, уходя от пяти лазерных выстрелов, которые прошли в сантиметрах от его тела. Он ударил по рукам противников — мгновенно, точно, без лишних движений. Бластеры вылетели из фургона в разные стороны. Пока бумаги продолжали медленно разворачиваться в воздухе, он собрал их, сложил в кейс и закрыл крышку. Контрабандисты внутри застыли в полуповороте, их пальцы замерли на спусковых крючках бластеров. Гепард видел каждую деталь: как напрягаются мышцы стрелков, как меняется положение оружия, куда будут направлены выстрелы. Он знал, куда они выстрелят — потому что анализировать его учил Тень. Одна реальная секунда — и решение принято. Он вернулся в свой режим сверхскорости.

Снаружи Лёд и Пламя уже работали. Бластеры, вылетевшие из фургона, не падали в воду. Лёд подхватил их ледяными руками, создавая временные конструкции. Пламя фиксировала те, что уходили в сторону, создавая огненные барьеры.

Внутри фургона Гепард на сверхскорости связал всех пятерых контрабандистов, собрал оставшиеся бумаги и выпрыгнул наружу через задний проем — и уже стоял на земле, когда грузовик продолжал падать.

Все это заняло у него не больше 0,6 секунды реального времени.

Грузовик падал, но Патриот уже был рядом. Он поймал фургон в воздухе, плавно гася инерцию, перевернул его в правильное положение и аккуратно поставил на колеса. Мягко, как будто это был не грузовик, а хрупкая коробка.

Гепард стоял на земле, потирая плечо, и смотрел на Патриота.

— Ты его поставил или я его так развернул?

— Ты выпрыгнул. Я его поймал. Спасибо за помощь, — ответил Патриот, убирая руки за спину.

Внутри фургона — пятеро контрабандистов, все связаны, все живы. Бумаги и бластеры — целы. Юля по рации:

— Груз получен. Отходим.

— Готово, — сказала Пламя. — И все? Мы потратили десять секунд.

— Для меня прошло чуть больше, — ответил Гепард, который уже стоял сзади и развернулся, глядя на Патриота. — Так, я беру этих двоих, а ты тех троих.

— Нет. Мы просто положим их обратно, — возразил Патриот. — И я возьму грузовик. А на вас будут кейсы с бумагами и оружием.

— Как скажешь, — кивнул Лёд.