Варлорд Рой (джен)

Броктон-бей. Даунтаун

Разумеется, экзамены у желающих перевестись в Аркадию закончились несколько раньше, чем занятия у тех, кто там уже учился. Так что Тейлор предстояло добираться в штаб-квартиру СКП самостоятельно. К счастью, остановка автобуса была весьма недалеко от школы. Так что довольно скоро Тейлор уже стояла под знаком «Остановка автобуса», поглядывая на дорогу, чтобы не пропустить появление нужного транспорта, но и не забывая поглядывать в будущее. Чтобы не довести себя до мигрени Умников, Тейлор загрубила свое восприятие. А потому даже себе она не смогла бы объяснить, почему посчитала нужным шагнуть вперед, в сторону агрессивно затормозившего в зоне, где остановка была запрещена, черного фургона странного дизайна. Просто ощутила, что это надо сделать. И, в итоге, когда из кузова вывалились два парня, чей облик не заставлял заподозрить их в избытке социального благополучия и разумного мышления, Тейлор оказалась между ними, и остальными людьми, ждавшими на остановке.

— Эй, девка, как там тебя… Эберт, что ли? — заорал тот из них, кто оказался справа от Тейлор, размахивая пистолетом. — Двигай сюда! Толкач сказал доставить тебя к нему! Давай, лезь сюда… — дальнейшая тирада Барыги не подлежала озвучиванию в приличном обществе, но намекала на то, что по прибытии в конечную точку девушку ожидают не самые приятные впечатления.

Тейлор шагнула вперед и увидела внутренности фургона, куда ее собирались засунуть. Ну, что сказать… Фургон был барыжий, и поддерживать хоть какую чистоту в нём никто не собирался. Так что Тейлор увидела узкое замкнутое пространство с металлическими стенками, откуда непереносимо смердело.

Резьбу сорвало мгновенно. Все, на что хватило здравого мышления Тейлор, это исключить из рисунка атаки всех, кто не представляет угрозы.

Со стороны показалось, что девушка в потрепанном пуховике сделала какой-то неестественно длинный шаг. Барыга даже успел осознать в этом движении угрозу. Но, прежде чем палец, лежавший на спусковом крючке, успел выполнить приказ пропитанных наркотиками мозгов, и произвести выстрел, Тейлор уже оказалась достаточно близко, чтобы подбить руку барыги. Так что, когда выстрел всё-таки был произведен, ствол смотрел не на Тейлор, и не на кого-то среди ожидающих автобуса, но вертикально вверх. Основание ладони правой руки ударило стрелка прямо в кадык, разбивая хрящи, прикрывающие гортань, вбивая разбитую трахею в позвоночник. Наверное, можно было оправдать этот удар тем, что в руке у смертника все еще был заряженный (наверное) пистолет, что рядом был его напарник… Но сама Чемпион Кровавого бога отчетливо сознавала, что нанесла именно такой удар просто потому, что не увидела ни одной причины не нанести его.

Следующий шаг пронес Тейлор мимо тела, еще не успевшего осознать собственную смерть, в сторону второго самоубийцы, судорожно выдергивающего из-за пояса нож, которому мог бы позавидовать незабвенный клинок Данди Крокодила. Впрочем, выдернуть его Барыга, разумеется, не успел. Веер вариантов вероятного будущего показал Тейлор последствия разных возможных в её положении ударов. И Тейлор выбрала. Левая рука, успевшая сжаться в кулак, ударила туда, где ребра бандита уже были надломлены то ли в драке, то ли ещё как-то… Силы низкорангового Бугая было бы вполне достаточно, чтобы обеспечить перелом даже целым костям. А надломленные… Ребра с хрустом сложились, входя в легкое.

Пока все это происходило, первый противник Тейлор падал навзничь. Рука его рефлекторно сжалась и прогремел еще один выстрел. Пуля улетела в кузов фургона. В водителя она, судя по всему, не попала, но зато — основательно напугала. И тот рванул с пробуксовкой.

Разумеется, дочь бога лесов Пана, госпожа Паника, не могла подарить объятому ей ничего хорошего. Водитель не справился с управлением, и машина улетела с дороги. К счастью, то здание, в которое она вписалась — оказалось входной группой убежища, предназначенного для защиты людей во время атаки Губителей. То есть, рассчитано оно было на куда более серьезные удары. Фургон, мячиком отскочив от толстой железо-бетонной стены, закувыркался по не слишком активно используемой улице, и окончил свой путь, врезавшись в огромный контейнеровоз, из тех, что нечасто вообще появляются в Броктон-бей. Вследствие этих двух ударов кабина фургона смялась так, что было понятно: живых там не осталось.

 /

Броктон-бей. Полицейский участок

На консоли сегодня сидела Виста, самая молодая, но и самая опытная из Подопечных. Так что информация о происшествии была доставлена по назначению в самые короткие сроки. К сожалению, в этот день Оружейник вместе с Мисс Ополчение патрулировал Кладбище кораблей. Полиция же на происшествие в Даунтауне отреагировала весьма оперативно. Так что, когда Мисс Ополчение прибыла на место, Тейлор уже увезли в участок. Некоторое время заняло получение информации о том, в какой именно участок доставили подозреваемую, потому как происшествие случилось на границе зон ответственности двух участков. Так что, когда Мисс Ополчение прибыла, Тейлор уже вовсю допрашивали. Точнее, капитан вовсю орал, требуя от Тейлор немедленно сознаться во всех грехах, и угрожали ночевкой в «обезьяннике», вместе с другими преступниками, а его заместитель флегматично созерцал происходящее. Тейлор же упорно отказывалась отвечать на любые вопросы, ограничиваясь тем, что разговаривать будет только в присутствии отца и адвоката.

Пользуясь тем, что ее пока что не заметили, Мисс Ополчение задержалась на пороге допросной. Тейлор сидела за столом, и упорно повторяла свои вполне законные требования о предоставлении адвоката и сообщения отцу. При этом выглядела она несколько заторможенной и не вполне адекватной. Мисс Ополчение сильно подозревала, что это потому, что девочка вовсю борется с желанием прикончить если не весь состав полицейского участка, то, по крайней мере, его капитана. Сомнений в том, что у девочки это получится Мисс Ополчение не испытывала.

Капитан полиции метался по допросной. Лицо при этом у него было настолько красным, что Мисс Ополчение непроизвольно погадала, хватит капитана удар (возможно — апоплексический удар стулом) вот прямо сейчас, или же чуть погодя. Его лейтенант вел себя более адекватно, но, поскольку даже не пытался вмешаться в бурную деятельность своего начальника — тоже находился в угрожаемой зоне. Заместитель начальника Протектората ВСВ поспешила спасти жизнь двум недоумкам.

— Здравствуйте. Я забираю дело и подозреваемую, — спокойно произнесла она, входя в допросную.

Лейтенант Дэвид Эштон молча кивнул. С Протекторатом вообще и Мисс Ополчение в частности он сталкивался неоднократно. Капитан же был назначен на эту должность совсем недавно. Нет, при желании, Мисс Ополчение могла бы извлечь из своей идеальной памяти и его имя и фамилию. Вот только желания такового она не испытывала. В Броктон-бей, где участник уличной драки мог оказаться Крюковолком, мелкий пушер — Толкачом, а спьяну громящий забегаловку азиат — Лунгом, полицейские с таким подходом долго не жили.

— Кто Вы, черт побери, такая, и как здесь вообще оказались… — капитан, у которого прямо из-под носа утаскивали возможность по легкому «срубить палку»*, повысив раскрываемость в своем участке, и сделав ещё шаг к заветному креслу заместителя начальника бюро патрульной службы полицейского департамента Броктон-бей, покраснел ещё сильнее, хоть это и казалось Мисс Ополчение невозможным.

/*Прим. автора: я не знаю соответствующего выражения из сленга муниципальной полиции США, поэтому пользуюсь тем, которое широко распропагандировали «Улицы разбитых фонарей». Если не прав — поправьте, поменяю*/

— Мисс Ополчение. Заместитель главы Протектората ВСВ. В данном случае представляю так же и СКП. Вот документы, — мисс Ополчение протянула капитану полиции папку.

Тот, даже не пробуя прочитать представленные бумаги, швырнул папку на стол.

— Что, опять будете спасать очередную золотую девочку от заслуженной отсидки, рассказывая, что «она не такая», «ее замастерили», а на запрос о доказательствах — отвечать, что они есть, но секретные, и могут быть рассмотрены только на закрытом заседании, куда простому полицейскому хода нет?

— У Службы Контроля Параугроз, — спокойно ответила Мисс Ополчение, — есть основания полагать, что в данном инциденте замешана параугроза, подлежащая контролю. Поэтому мы забираем дело.

— Какие еще «основания»?! — чуть не взорвался капитан.

— Разумеется, секретные, — Мисс Ополчение с трудом удержалась от улыбки. — СКП и Протекторат не имеют права допускать распространения полученных нами сведений о гражданских личностях масок. Идем, Тейлор. Директор Пиггот хочет тебя увидеть.

Когда Мисс Ополчение и Варлорд Рой покинули допросную, заместитель лидера Протектората тормознула Подопечную. Из-за закрывавшейся двери раздался звук, как будто там кто-то тяжело рухнул в кресло.

— Бл@жий высер! — раздался голоса капитана. — Еще полчаса. Всего полчаса с девкой поработать — и она сама признала бы, что за дозу этих уродов пристукнула! Ну что за… — дальнейшее девочке-подростку слушать не стоило, и Мисс Ополчение увела ее.

— Расстроена? — спросила Мисс Ополчение у Тейлор, когда они устроились в фургоне СКП, ничем не напоминавший средство передвижения Барыг.

— Нет, — покачала та головой. — То есть да, но нет… — сообразив, что произнесла, Тейлор запнулась, и ненадолго застыла, подбирая слова. — Я расстроена. Но не тем, что убила этих двоих, а тем, что ничего вообще по этому поводу не чувствую. Как комаров прихлопнула. Они зудели. Я их «хлоп». И все. Совсем все. И даже вывернуться в кустах не хочется.

— Редко, но бывает, — прокомментировала откровения девочки Мисс Ополчение. — Главное, не распространяй это «хлоп и все» на нормальных людей.

— А… — Тейлор снова запнулась, подбирая формулировку. — А что теперь со мной будет?

— Что будет? — переспросила Мисс Ополчение. — Премию дадут, — но тут героиня задумалась о скудном бюджете СКП ВСВ, и уточнила. — Наверное. Без гарантии. Могут и зажать. Но я и сама постараюсь выбить, и Оружейника накручу. Глядишь, что и выйдет…

Лос-Анджелес. Штаб-квартира СКП США

Ребекка Коста-Браун, главный директор СКП, смотрела на большие экраны, на которых видны были региональные директора СКП. Телеконференция шла уже второй час, были обсуждены многие серьезные вопросы, и люди устали.

Конечно, на саму Ребекку это не распространялось. Ей, главному директору СКП, а по совместительству — Александрии, одной из Триумвирата сильнейших героев США, если не всего мира, случалось переносить и более существенные нагрузки.

— У меня есть ещё один вопрос, — когда Ребекка думала уже закрывать телеконференцию, в её ход вмешался Джеймс Тагг. — Эмили, какого черта у тебя творится?

— О чем ты? — удивилась директор Пиггот. — У меня все как обычно. Маски творят всякую фигню, я с переменным успехом стараюсь их от этого сдерживать.

— А вот это? — Тагг поднял свежий номер «Дейли Мейл», на первой полосе которой красовалась статья «Я не могу дышать: двое молодых афроамериканцев убиты белой суперматисткой в Броктон-бей». — Эта, как её там… — Тагг поискал фамилию подозреваемой в статье, — Тейлор Эберт… Кажется, не так давно ты говорила, что приняла её в Подопечные СКП ВСВ? И что ты теперь намерена с ней делать?

— Премию выдам, — спокойно пожала плечами директор Пиггот. — В последнее время у меня было не слишком много оснований поощрять моих масок, так что из бюджета не выбьюсь.

— Что?! — Тагг поднялся, нависая над монитором. Он так поступал регулярно, и Ребекка в очередной раз задумалась о том, чтобы рассказать Джеймсу, что то, что создает впечатление на живого человека, действует далеко не столь же внушительно при общении по телесвязи. — Я не ослышался? Эта Эберт убила трёх человек, а вы собираетесь ее за это награждать?

— Во-первых: не трех, а только двух, — жестко ответила директор Пиггот. — Третий пытался удрать и разбился в ДТП. Тейлор его пальцем не тронула, что подтверждают все свидетели. Во-вторых, «не может быть признано преступлением деяние, хотя бы и имеющее признаки такового, но совершенное в состоянии крайней необходимости или при самозащите». Девочке угрожали применением оружия, похищением и изнасилованием. Любой из этих угроз — достаточно, чтобы начать защищаться. К тому же, все это происходило в общественном месте, где применение оружия угрожало не только ей, но и окружающим ее людям…

— Ага, — фыркнул Тагг. — И Вы будете утверждать, что маска, имеющая, кроме всего прочего, рейтинг Движка — не могла отступить?

— Джеймс, — Пиггот удивленно подняла бровь, — возможно, Вы подзабыли, но Броктон-бей находится не в Массачусетсе, а в Нью-Гемпшире. У нас действует не доктрина «обязан отступить», а «стой на своем». И вопрос о возможности отступления вообще не должен рассматриваться в делах о самозащите!

— То есть, по-Вашему, — вызверился Тагг, — ментально нестабильная девчонка, с рейтингами Бугая и Мастера может бесконтрольно схватываться с гражданскими и убивать их?

— Не с «обычными гражданскими», — парировала Пиггот, — а с двумя обколотыми придурками, размахивающими оружием в людном месте. Да, я считаю, что не только «может», но и «обязана». Что же до «ментальной нестабильности»… Паралюди вообще редко отличаются «ментальной стабильностью». Тейлор, хотя бы, осознает наличие проблемы. И борется с ней… Ну, как может.

— Ага. «Как может», — фыркнул Тагг. — Вот, читаем: «Капитан полиции Джозеф Марлоу сообщил, что на допросе подозреваемая держалась скованно, демонстрируя явные признаки потребления запрещенных психоактивных препаратов…»

— И, разумеется, этому капитану, который на глаз определяет «признаки потребления», Вы верите больше, чем медикам СКП, которые обследовали мисс Эберт после инцидента, и не нашли никаких веществ в крови? — в свою очередь фыркнула Пиггот.

— Тогда почему она себя так вела? — продолжил давить Тагг.

— Потому, — спокойно ответила Пиггот, — что девочка изо всех сил сдерживалась, чтобы не добавить к своим трофеям еще и голову придурка, которому срочно понадобилась Премия Дарвина. Кстати… Директор Коста-Браун, я хотела бы обратиться к Сторожевым Псам с запросом о проверке карьеры данного капитана на предмет давления на свидетелей и обвиняемых, «шитых» дел и прочих эксцессах процесса правоохренения*.

/*Прим. автора: не опечатка. Директор Пиггот произнесла вместо «law enforcement» («правоохранительные органы»), «low enforcement» («низкий уровень правоприменения»).*/

— Основания? — спокойно спросила Ребекка.

— «Бл@жий высер! Еще полчаса. Всего полчаса с девкой поработать — и она сама признала бы, что за дозу этих уродов пристукнула!» Конец цитаты, — ответила директор Пиггот.

— Хорошо, — кивнула Ребекка. — Ваш запрос будет направлен Сторожевым псам. Это, конечно, не входит в их прямую область действий, но они — Умники, как-нибудь да разберутся. На этом сегодняшнее совещание закончено.

Ребекка отключила от видеоконференции всех, кроме Тагга.

— Джеймс, ну и какого хрена это было? — спросила она у своего подчиненного.

— Эта «Варлорд Рой», — Тагг скривился в презрении к такой претенциозности, — сильная маска. Её надо плотно контролировать, а не попустительствовать её выходкам!

— И ты думаешь, что её присоединение к злодеям после такого вот наезда на ровном месте, там, где девочка — была полностью в своем праве, будет способствовать лучшему контролю? Удержать-то её будет ой как непросто. У Варлорда Рой, в отличие от той же Сталкера нет очевидных слабостей. Кстати… Надо будет дать запрос тестировщикам ВСВ, чтобы не забыли проверить ее на взаимодействие со сдерживающей пеной. Есть у меня подозрение, что выскользнет, как смазанная.

— И что нам теперь… — нахмурился Тагг.

— Да, — твердо ответила главный директор Коста-Браун. — Выплясывать вокруг неё, подтирать за ней косяки и целовать в розовую попку, чтобы только она оставалась на правильной стороне истории. Благо, девочка и сама рвется в герои. И, кстати, лично Вы директор Тагг, будете держаться от неё так далеко, как это только возможно. Вам понятно?

— Кристально, — буркнул расстроенный Тагг и отключился.

Александрия некоторое время игралась с мыслью позвонить в СКП ВСВ и спросить у директора Пиггот, как сочетается её сегодняшнее выступление с общеизвестной нелюбовью к маскам. Но потом она оставила эту идею. Даже не прибегая к способностям Умника, легко было понять, что защищала Пиггот не столько конкретную девчонку, сколько собственную власть. И Александрия оставила в стороне сегодняшнюю конференцию, вернувшись к текущим делам, которых и у главы СКП, и у функционера Котла всегда было более, чем достаточно.