Маггловская зараза (джен)

В главе присутствуют видоизменённые цитаты из книги «Гарри Поттер и философский камень».

Профессор Вектор велела Уизли держаться остальных студентов и не портить им настроение своим ворчанием.

— Помните, что сегодня очень важный для первокурсников день! Вы и так уже привлекли к себе больше внимания, чем нужно. Не заставляйте меня назначать вам наказание сразу после распределения.

Уизли, злобно пыхтя, но не произнося ни слова, отошёл от профессора и встал рядом с прочими студентами. Заместитель директора удовлетворённо кивнула и пошла по направлению к преподавательскому столу, на некотором расстоянии от которого уже был установлен большой табурет с лежащей на нём большой чёрной шляпой. Гарри уже было настроился на процедуру распределения, как ход его мыслей был прерван возмущённым высказыванием какой-то лохматой девочки:

— Это просто безобразие! Вы ещё даже не стали студентами, а уже устраиваете драки! Так безответственно и...

Гарри с удивлением заметил, как Драко Малфой достал свою палочку и произнёс «Силенцио!». Лохматую девочку словно выключили — она резко замолчала и только по инерции раскрывала рот, пытаясь что-то произнести.

— Интересно, — произнёс Гарри, обращаясь к Малфою и посмотрев на него вопросительно. Драко пояснил:

— Что по этому поводу требовалось сказать, уже сказала профессор Вектор. Ничьё иное мнение не требуется. А эта растрёпанная мисс тебе не сестра и не родственница, она даже не староста, чтобы ты выслушивал её замечания.

Девочка тем временем даже покраснела, от злости или от натуги, хотя, наверное, без разницы — сказать она так ничего и не могла. Стоящие вокруг дети посмеивались, но никто не делал попытки ей помочь.

— Минут через 10 отомрёт, — равнодушно пояснил Драко. Гарри даже хихикнул и спросил:

— А тебе ничего за это не будет?

Драко сказал снисходительно:

-Ничего. Колдовать нельзя только в коридорах, так в школьных правилах написано. И как ты сам видишь, никто моим колдовством не возмущается. Наверное, она уже успела всех достать.

Гарри был согласен с Драко. Он на подобных девочек в прежней школе насмотрелся. Мисс Правильность. В каждом классе одна такая обязательно встречается, ябеда и формалистка. Волшебники, видимо, в этом от простых людей не отличаются...

Рядом с ногой Гарри что-то квакнуло. Гарри посмотрел вниз — возле его ботинка сидела обыкновенная жаба. Или необыкновенная? Гарри напряг память — вроде в письме что-то говорилось... а, можно взять с собой животных, кажется, было про кошку и жабу. Интересно, кто же это такой любитель жаб? Гарри наклонился, чтобы поближе рассмотреть животное, и снова столкнулся с кем-то — выпрямившись, он увидел пухлощёкого мальчика с расстроенным лицом, который уже поднял жабу с пола.

— Извините, — робко проговорил мальчик, — это моя жаба... Тревор... он всё время убегает.

— Ничего, — ответил Гарри. Он заметил, что у мальчика дрожат руки и вообще он выглядит донельзя испуганным. Гарри протянул руку: — Гарри Поттер, будем знакомы!

— Невилл... Лонгботтом... — мальчик хотел протянуть руку, но запутался, какую именно, поскольку прижимал к себе жабу обеими руками. Наконец соориентировался и протянул правую, Гарри пожал её. — Волнуешься?

— Да... — Невилл явно нервничал. — Может, меня и не распределят никуда, а отправят домой.

— Почему?

— Ну... я слабый маг... бабушка всё время расстраивается...

— Но тебе же пришло письмо?

— Да, только... бабушка говорит, что я должен стать таким, как отец, а он был сильным магом. Учился на Гриффиндоре, а я вряд ли туда попаду...

— Ну, попадёшь на другой факультет, разве это плохо?

— Бабушка расстроится. Она так мечтала, чтобы я тоже стал гриффиндорцем... Я так хочу быть, как мой отец!

— А чем занимается твой отец?

— Он был аврором...

Гарри, который уже знал, кто такие авроры, подумал, что отец Невилла выбрал опасную профессию.

— Был? А сейчас? Он жив?

— Да... — Невилл помрачнел. — Он... попал под заклятье вместе с моей мамой, и теперь они никого не узнают, не разговаривают... всё время в Мунго...

— И ты тоже так хочешь? — Гарри, который от крёстного узнал, что это волшебный госпиталь, неподдельно удивился.

Невилл с минуту смотрел на Гарри широко раскрытыми глазами. Гарри снова спросил: — Ты тоже хочешь быть аврором???

Невилл опустил взгляд, потом медленно сказал:

— Вообще-то я растения люблю... сажать, поливать... они волшебные, с ними интересно... Но бабушка говорит, что это ерунда...

Гарри даже разозлился, чем-то неведомая ему бабушка Невилла напомнила Хагрида — тот тоже бухтел, как Гарри похож на своего отца, «настоящего гриффиндорца!», и что Гарри тоже непеременно попадёт на Гриффиндор, потому что куда же ещё-то?!

— Мне тоже говорили, что я на отца похож и тоже буду гриффиндорцем. Только вот я не мой отец. Могу сам выбрать. Я ещё пожить хочу, а гриффиндорцы долго не живут. Мои родители точно. Так что ты подумай как следует.

Невилл внимательно посмотрел на Гарри, словно что-то обдумывая, потом тряхнул головой. Кивнул Гарри и, взяв покрепче свою жабу, отошёл и присел на какой-то стул.

Драко, который, видимо, слышал этот разговор, тихо сказал, обращаясь к Гарри:

— Ты заставил его задуматься, Поттер. И правильно. Честно сказать, какой из него гриффиндорец?

— Не знаю. Но если он так любит растения, то лучше ему на Хаффлпафф идти, верно? А бабушка никуда не денется, — хихикнул Гарри.

Тем временем началось распределение. Гарри, который уже имел представление о том, как это происходит, довольно равнодушно смотрел, как будущие первокурсники подходят, садятся на табурет и ждут вердикта Распределяющей Шляпы. Кто-то отправлялся к своему факультету спустя несколько секунд, кто-то сидел подольше, видимо, Шляпа не могла быстро определиться — как в случае с Невиллом, он сидел под Шляпой не менее трёх минут и шевелил губами, словно что-то рассказывая. Наконец Шляпа выкрикнула: «Хаффлпафф!», Невилл бегом побежал к факультетскому столу, забыв вернуть головной убор профессору Вектор, и только общий смех заставил его остановиться. Но сконфуженным и робким он больше не выглядел, словно он решил для себя что-то очень важное...

Лохматая девочка, которая к тому моменту уже «отмёрзла» и которую звали Гермионой Грейнджер, отправилась на Гриффиндор, Малфой ещё усмехнулся, дескать, а куда же ещё... Сам он был послан Шляпой на Слизерин практически молниеносно.

Чем ближе подходила очередь Гарри, тем сильнее он волновался. Уж очень ему хотелось попасть на факультет к крёстному. Он очень старался не показать своего волнения, и когда прозвучала его фамилия, отправился к месту распределения с высоко поднятой головой и прямой спиной. В конце концов, куда бы его ни распределили, а держать себя нужно с достоинством! Агент даже на грани провала не будет истерики закатывать.

Подойдя поближе к распределительному стулу, Гарри внимательно посмотрел на Шляпу в в правой руке профессора Вектор. Н-да... химчистка по этому головному убору явно плакала горькими слезами. Её со времён Основателей, что ли, не стирали? И вот это надевать на голову???

Гарри вздохнул, уселся на стул и стал ждать. Хорошо ещё, что профессор не стала нахлобучивать Шляпу ему на голову, а только держала её над волосами.

— Гм-м-м, — задумчиво произнес прямо ему в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. И ум весьма неплох. И таланта хватает — о да, мой бог, это так, — и имеется весьма похвальное желание проявить себя, это тоже любопытно… Так куда мне тебя определить?

— В Слизерин, пожалуйста. Мне кажется, что мне там понравится. Я хочу туда.

— Ага, значит, в Слизерин? — переспросил тихий голос. — Знаешь ли, ты можешь стать великим, у тебя есть все задатки, я это вижу, а Слизерин поможет тебе достичь величия, это несомненно… Что ж, тогда… СЛИЗЕРИН !

В полной тишине Гарри встал со стула, коротко поклонился профессору Вектор и направился к соответствующему столу. То, что произошло потом, его сначала удивило, а потом на сердце стало необыкновенно тепло. Профессор Снейп встал со своего места за преподавательским столом и начал аплодировать. Медленно, но уверенно, и спустя несколько секунд к нему присоединились студенты Слизерина. Это не было похоже на овацию, больше на приветствие, да собственно, это и было приветствием. Все прочие хранили молчание, Гарри подозревал, что они просто малость обалдели, интересно, с чего бы? Потом он вспомнил, что нудил Хагрид про «настоящих гриффиндорцев» и что ему рассказывал крёстный — видимо, ожидалось, что он выберет Гриффиндор и уж никак не Слизерин. А вот фиг вам! Подойдя к слизеринскому столу, Гарри сказал только одно слово: — Спасибо!

Потом он повернулся к преподавателям и, приложа руку к сердцу, кивнул крёстному.

...

Альбус Дамблдор уже не помнил, когда в последний раз распределение приносило настолько неприятный сюрприз. Плохое предчувствие у него было с самого утра, а неприятно ёкнуло сердце, когда он стал свидетелем того, как Гарри Поттер съездил по уху Шестого Уизли, который ожидаемо попал на Гриффиндор. Куда должен был попасть и Поттер! Не таким предполагалось знакомство Мальчика-Который-Выжил с известной семьёй сторонников Света, ох не таким! Да и сам Поттер оказался тоже не таким, как ожидалось! Где шрам? Где очки?? Где, в конце концов, любопытство маггловоспитанного ребёнка, который впервые попал в магическое сообщество??? Поттер любопытным не выглядел. А выглядел он как скучающий мальчик из приличной семьи, чем-то похожий на юного Малфоя... Откуда это в нём??? Альбус ещё раз помянул крепким словом Арабеллу Фигг, отряженную наблюдать и сообщать — вот как? Как можно было не увидеть, в кого превратился юный Поттер? Кошатница Мордредова! И он тоже хорош, кому поручил такое ответственное дело? Старой деве, для которой все дети на одно лицо, она только в котах хорошо разбирается! А тут ещё Северус подлил масла в огонь, негодяй такой! То, что Поттер попал на Слизерин, конечно, неприятность, но не катастрофа — с таким деканом, как Северус, ему непременно захочется как можно скорее покинуть «змеиный» факультет, тем более что официальная возможность сменить факультет существовала, просто не все про неё помнили, а магглорожденные практически не знали. И что устроил этот подземельный гад?! Торжественный приём в честь поступления Поттера, а его змеёныши это, конечно, поддержали! Да, вышколил он их хорошо... И это несмотря на то, что, по его же словам, Поттер просто невыносим — высокомерный, наглый, самоуверенный, в общем, точь-в-точь его отец! И ведь непохоже, чтобы Северус врал — понаблюдав некоторое время за Поттером, Альбус был готов признаться самому себе — да, из юного Поттера получился маленький сноб очень себе на уме... И даже не получится немедленно вызвать Северуса «на ковёр» за его выходку с аплодисментами — сразу же после распределения и ужина деканы проводят факультетские собрания, беседуют с первачками, рассказывают о правилах и пр. Раньше следующего дня нечего и думать, чтобы переговорить со Снейпом. Так ведь отмажется, змеища такая, скажет, что на Слизерине, в отличие от Гриффиндора — ну не может он не лягнуть лишний раз Минерву — действительно существует студенческая солидарность! И что на это возразишь? Видимо, придётся-таки беседовать непосредственно с юным Поттером, в конце концов, он всего лишь ребёнок, уж с этим у Альбуса никогда не было проблем... Какая-то задняя мысль назойливо шептала, что проблем не было с кем угодно, но только не со слизеринцами, эти Альбусу привычно не доверяли. Но директор успокоил сам себя, что за несколько дней Поттер ещё не успеет как следует проникнуться слизеринским духом, а значит, у Альбуса есть все шансы повлиять на Гарри в нужном ключе. Надо только немножко подождать...