Гермиона, Дагворт-Грейнджеры и многие другие (джен)

Через две недели после объявления Альбуса наследником и вице-лордом Принцем состоялось первое заседание Визенгамота.

Генри пришёл ради этого случая и занял кресло Принцев. Альбус расположился на своём обычном месте председателя во главе зала.

* * *

Противоречия между Министерством Магии и старыми Домами существовали столько, сколько существовало Министерство. Оно раз за разом пыталось расширить свои полномочия с помощью новых законов, правил и обязательных проверок. Старые Дома отвечали союзами, совместными выступлениями и голосами, которых обычно хватало, чтобы сохранить за собой право самостоятельно распоряжаться родовой магией, владениями и Алтарями.

Прежнее равновесие нарушилось с появлением Волдеморта. Старые семьи раскололись: одни поддержали его, другие выступили против, третьи старались держаться в стороне. Давние союзы распались, и Министерство постепенно получило власть, на которую прежде не могло рассчитывать.

С возвышением Долорес Амбридж давление на Дома усилилось. Под предлогом безопасности и общего порядка Министерство всё чаще вмешивалось в дела, которые старые Дома считали исключительно своими. Разобщённые семьи возражали, но уже не могли действовать так согласованно, как прежде. И поэтому, когда с подачи Люциуса Амбридж была услана из Лондона, а потом так и осталась в Корнуолле, многие вздохнули свободнее.

Теперь положение изменилось снова.

Альбус Дамблдор, много лет остававшийся влиятельным человеком вне старой системы, стал наследником и вице-лордом Принцем. Одни надеялись, что он поддержит права Домов. Другие опасались, что председатель Визенгамота поддержит Министерство в его спорах со старыми Домами. Даже некоторые его давние союзники пока не знали, как новый титул изменит его позицию.

Поэтому в тот день за Альбусом наблюдали особенно внимательно.

Генри тоже внимательно наблюдал за ним. Альбус, как всегда, поддерживал привычную иллюзию глубокой старости. Внешне всё оставалось по-прежнему, однако Генри заметил, что те, кто прежде приветствовал Альбуса небрежным кивком, теперь кланялись и называли его полным титулом.

Третьим вопросом, согласованным к обсуждению, значился новый порядок проверки защитных чар родовых поместий. Само предложение выглядело вполне невинно, но относилось к тем инициативам, с помощью которых Министерство постепенно расширяло свои полномочия и получало новые способы давления на старые Дома.

Министерство предлагало разрешить своим специалистам осматривать внешние контуры защиты старых владений и случае необходимости вносить в них временные изменения без предварительного согласия владельца.

Лорд Гринграсс уже получил уведомление о предстоящей проверке и не намеревался допускать служащих Министерства к родовым чарам. Он обратился к Альбусу как к вице-лорду дружественного Дома, и за два дня до заседания они договорились, что лорд Гринграсс официально потребует вынести этот вопрос на рассмотрение Визенгамота, а дальше им займётся вице-лорд Принц.

Когда дошла очередь до этого вопроса, Альбус предоставил ему слово.

Гринграсс изложил предложение Министерства и потребовал сохранить за главами Домов право решать, кого допускать к защите их владений. Его поддержали лорды Нотт и Селвин.

Сам Альбус не призывал голосовать за или против. Он задавал вопросы обеим сторонам — негромко и доброжелательно.

Кто именно получит доступ к родовым чарам? Какие сведения об их устройстве Министерство сможет сохранять? Кто будет решать, в самом ли деле ожидание согласия владельца создаёт опасность?

Один из представителей Министерства предложил разрешить проверяющему действовать без согласия владельца, если он сочтёт ожидание угрожающим общественной безопасности.

— Несомненно, Министерство оценит столь высокое доверие, — мягко сказал Альбус. — Однако в таком случае решение о доступе к родовым чарам будет принимать тот же самый человек, который хочет этот доступ получить.

В зале стало тише. Несколько самопишущих перьев замерли над пергаментами. Лорд Гринграсс откинулся в кресле, а сидевший рядом с ним Нотт едва заметно улыбнулся.

Представитель Министерства немедленно уточнил, что имел в виду только чрезвычайные случаи.

В окончательном тексте доступ к защитным чарам требовал согласия главы Дома. При подтверждённой угрозе общественной безопасности разрешить такой доступ без его согласия мог только его поверенный, либо Визенгамот отдельным решением.

Этот текст приняли значительным большинством, а старые Дома сделали окончательный вывод о том, какую сторону выбрал председатель Визенгамота.

Генри и сам мог бы добиться такого результата. Но ему пришлось бы заставлять себя назначать каждую встречу и терпеливо вести каждый разговор, и у него это заняло бы несколько месяцев. Всё это ему было скучно; он с гораздо большим удовольствием занимался книгами. Теперь, когда уже не требовалось постоянно готовиться к заседаниям Визенгамота и следить за политической жизнью, он наконец мог вернуться к исследованиям защитных заклинаний и, возможно, написать магистерскую диссертацию.

Альбус же занимался политикой без видимого усилия, и было заметно, что полемика и удачные политические ходы доставляли ему настоящее удовольствие.

В перерыве к нему подошли представители нескольких старых Домов. Прежде они искали его внимания как председателя. Теперь обращались к нему как к вице-лорду Принцу и предлагали обсудить дела, касавшиеся прав старых Домов.

— Вице-лорд Принц, — обратился к нему лорд Селвин, — полагаю, нам следует обсудить предложенную Министерством регистрацию родовых Алтарей.

Альбус назначил ему встречу.

Глядя на то, как к Альбусу подходили всё новые лорды и вице-лорды, Генри понял, насколько изменился прежний расклад. За последние два года Альбус укрепил союзы с несколькими Родами: Малфои и Блэки, как и его давние друзья Лонгботтомы, поддерживали Дамблдора как личного союзника. Дагворты тоже были связаны с ним через находившегося под их опекой Гарри Поттера — наследника Дома Поттеров и крестника лорда Блэка. Теперь вместе с Альбусом все они вошли в орбиту старого союза Принцев и Гринграссов.

Лорд Блэк и лорд Гринграсс, чьи Дома прежде почти всегда оказывались по разные стороны зала, договорились пообедать вместе.

Расстановка сил менялась.

Министерство больше не могло рассчитывать, что каждый Дом станет защищать только собственные интересы. Предложение, ущемлявшее права одного Дома, остальные теперь рассматривали как опасный для всех прецедент. Вместо нескольких разрозненных возражений Министерство должно было столкнуться с согласованной позицией в Визенгамоте.

После заседания Генри поднялся первым.

Альбус коротко сообщил ему, какие вопросы возьмёт на себя до следующего собрания. Генри выслушал, передал ему папку Принцев и направился к выходу.

У дверей зала Альбуса уже ждали трое представителей старых Домов.

Никто Генри не остановил.