Ненужный магическому миру (джен)

Уизли и Долгопупс несколько дней подряд прислушивались к двери запретного коридора, стараясь понять, не усыплен ли Пушок. К ним ещё присоединились Симус Финиган и Дин Томас. И вот в день, когда были сданы первые экзамены, Невилл вновь отравился проверять. Но, подойдя к двери, мальчик услышал храп цербера. 

— Мерлин, началось, — прошептал Невилл и припустил к гостиной Гриффиндора. 

Он не заметил, как добежал до портрета Толстой леди, и, что самое удивительное, сумел вспомнить пароль с первого раза. Оказавшись в гостиной, выбранный Дамблдором герой наткнулся на Уизли, Финнигана и Томаса. 

— Началось… — выдохнул Невилл, смотря на дружков. 

— Что началось? — переспросил как всегда тупивший Рон Уизли. 

— Кто-то убил или усыпил Пушка, — сообщил мальчишкам Невилл.

— Нет! Наши сокровища! — завопил Рон. — Идемте, мы не должны их упустить. 

Трое гриффиндорцев уже направились к проходу, когда Невилл их окликнул. 

— Но нам нельзя нарушать школьные правила! — уверенно заявил разумный мальчик, твёрдо решив не пускать друзей туда, где, как он чувствовал, им грозит опасность. — Я вас не пущу! 

— Чего? — вскинулся Рон, уставившись на обычно скромного товарища, который теперь направил на него свою палочку. 

— Я сказал, что не пущу вас! — не унимался Лонгботтом.

— Ну и дурак! — выкрикнул Рон, а после неожиданно метнул в Невилла статуэтку льва, что находилась на полке над камином. 

Невилл, не ожидавший такого, просто растерялся и, как итог, не смог увернуться. Он успел лишь увидеть полетевшую в него увесистую статуэтку, как внезапно в глазах всё потемнело, а голова взорвалась внезапной болью. 

Лонгботтом как подкошенный рухнул на ковёр. Мальчишка-мулат Дин Томас тут же подлетел к незадачливому соседу по спальне. Осмотрев пострадавшего, он обнаружил кровоточащую рану на лбу в том месте, куда пришёлся удар статуэткой. Невилл был без сознания. Томас шокировано уставился на Уизли, ведь тот запросто мог убить одноклассника.

— Рон, ты что творишь?! — вырвалось у паренька. — Ты же мог его убить!

— Но не убил же, — фыркнул в ответ Рон. Ему было плевать на забывчивого Невилла. — Идёмте уже! 

— Я не пойду, — неожиданно отказался мулат, прикладывая к кровавой ране кусок ткани в попытке остановить кровь. — Ему нужно помочь.

— Как хочешь, — заявил молчавший до этого Симус Финниган, а после последовал за Уизли к проходу. 

Стоило мальчишкам скрыться за портретом Толстой леди, как Дин побежал в спальню старшекурсников за Перси Уизли. Конечно же, рыжий староста был недоволен, что его подняли посреди ночи. Он последовал за первокурсником в гостиную, где и обнаружил Невилла. Поняв, что Лонгботтом действительно ранен, старший Уизли попросил Почти Безголового Ника известить о происшествии декана. На что профессор Макгонагалл прибыла в гостиную довольно быстро. К своему удивлению, она обнаружила, что несчастный мальчик действительно ранен и выглядит не очень. Дин немедленно рассказал декану о том, что тут произошло. Также он сообщил, что Финниган и Уизли отправились в Запретный коридор. Макгонагалл тут же наложила на пострадавшего «Мобиликорпус» и отлевитировала его в больничное крыло под надзор мадам Помфри. 

* * *

Дамблдор проснулся оттого, что на него лаяла собака. Открыв глаза, он увидел серебристого снежного барса — это был патронус Руфуса Скримджера, главы Аврората.  Видимо, собака ему просто приснилась.

"Директор Дамблдор, немедленно откройте доступ в ваш кабинет! Это приказ министра, Корнелиуса Фаджа!" - вещал патронус.

Старый маг поднялся, накинул халат и открыл камин. В ту же минуту в его кабинете стали появляться авроры под руководством Скримджера. Среди прибывших директор заметил Сириуса. Тот был одет в простую чёрную мантию, наглухо застёгнутую. 

— Руфус, что тут происходит? — удивлённо спросил Дамблдор у главы Аврората. 

— Директор, я думаю, что вы и так знаете, что у вас в школе творится, — заявил Сириус. 

— Сперва тролль, теперь цербер, — проговорил Скримджер. — Да что у вас вообще происходит? 

— Я вас не понимаю, — недоумевающе проговорил старик. Он понял, что этим обоим известно о цербере, но откуда они узнали? Над этим нужно будет подумать. — Какой ещё цербер? 

Именно в этот момент в кабинет директора влетела перепуганная Минерва Макгонагалл. На ней был халат из шотландки, а на седых волосах — сеточка. 

— Альбус, Уизли и Финниган отправились в Запретный коридор в комнату с цербером! — сообщила декан Гриффиндора. Она даже не заметила, что директор напрягся. — Ещё Лонгботтом в больничном крыле без сознания. 

— А с Невиллом что, профессор? — нарушив тишину спросил Сириус. Макгонагалл с интересом уставилась на бывшего ученика. 

— Травма головы. Его Уизли статуэткой огрел, когда мальчик попытался остановить хулиганов, — ответила заместитель директора. — Сириус, рада встрече. 

— В другой раз поговорите, — прогромыхал голос Скримджера. — У нас тут ЧП. Двое или трое студентов факультета Гриффиндор отправились к трехголовому псу. Директор, созывайте деканов четырех факультетов. Нужно спасать детей. 

— Конечно, конечно, — зашептал старик, а после принялся поочерёдно вызывать деканов факультетов к себе в кабинет. 

Через пять минут профессора Флитвик, Стебель и Снейп уже присутствовали в помещении. Скримджер принялся отчитывать преподавателей за их непрофессиональность. 

— Да они дальше моих дьявольских силков и не уйдут, — хмыкнула Помона Стебль. — У Уизли по моему предмету слабо, у Финнигана удовлетворительно. С моими растениями может совладать только Томас. У него, по крайней мере, положительная отметка по травологии.

— Томас остался с Лонгботтомом и поднял тревогу, — не замедлила с ответом Макгонагалл. 

— Значит, эти два идиота в тисках дьявольских силков. Конечно, если их не укокошил цербер, — цинично съязвил Снейп. — Не понимаю, какого чёрта эти два недоумка попёрлись за философским камнем?

В этот момент Дамблдор был готов перегрызть глотку говорливому зельевару, но сдержал свой порыв. 

— Философский камень? — переспросил Скримджер, косо поглядывая на Дамблдора и его карманного пожирателя смерти. 

— Он самый, — продолжил отвечать Северус Снейп, игнорируя взгляд старика, который намекал ему заткнуться. — Ещё директор велел мне следить за Квирреллом, преподавателем ЗОТИ. Сначала я не понял, зачем это нужно. Но, понаблюдав за ним, я пришёл к выводу, что в нём сидит подс… 

— Силенцио, — гаркнул пожилой маг, использовав безпалочковую магию.

— Мистер Дамблдор, вы это почему затыкаете рот своему подопечному? — недовольно спросил Скримджер, снимая с зельевара заклинание, лишающее голоса. — Продолжайте, мистер Снейп.

— Я уверен, что в Квиррелле сидит подселенец. Все симптомы налицо, — продолжил отвечать черноволосый мужчина с крючковатым носом. — Я даже догадываюсь, кто этот подселенец. 

— И кто же это? — изогнув бровь, спросил глава Аврората.

— Тёмный лорд, — ответил тихим тоном Снейп, но многих передёрнуло при упоминании Волдеморта, что в своё время развязал магическую войну.

— Покажите место, где спрятан Философский камень! — приказал то ли Снейпу, то ли Дамблдору Скримджер. 

— Делайте, что хотите. Но я помогать не стану, — ощетинился директор Хогвартса, а после демонстративно удалился в свои личные апартаменты. 

— Идёмте со мной, — заявил зельевар. — Я покажу другую дорогу. 

— Поступим так: я вместе с деканом Слизерина и своим отрядом авроров отправлюсь отлавливать одержимого Квиррелла. Остальные деканы спасут учеников, — принялся раздавать приказы Скримджер.

— Я в этом не участвую, — хмыкнул Сириус. Пока Дамблдор препирался со Скримджером, мародёр воспользовался случаем, просканировал кабинет директора чарами и обнаружил мантию-невидимку. Она была спрятана в одном из тайников старого интригана, коих в кабинете было несколько штук. — Я лучше наведаюсь к мадам Помфри и поинтересуюсь о самочувствии Невилла Лонгботтома. 

На том и решили. Трое деканов отправились в Запретный коридор. Как и предполагала Помона Стебль, обоих школьных хулиганов они нашли в комнате с дьявольскими силками. И если Финниган смог оказаться на твёрдой поверхности, то Уизли барахтался в удушающем растении. Так что профессорам пришлось высвобождать нерадивых учеников. 

Сириус же поспешил отправиться в больничное крыло. Там он осведомился у мадам Помфри о самочувствии Невилла. Оказалось, что мальчик потерял небольшое количество крови и получил серьёзную травму головы с лёгким сотрясением мозга. Сириус лишь дотронулся до светлой макушки сына друзей.

«Следует проведать Френка и Алису. Даже если они меня и не узнают», — зародилась мысль в голове Бродяги. 

В это же время Скримджер, авроры и Снейп таки оказались в комнате, в которой Дамблдор спрятал философский камень. Там же были и зеркало Еиналеж, и одержимый Квиррелл, который завис перед зеркалом, видимо, пытаясь завладеть заветным предметом.

— Профессор Квиррелл! — окрикнул одержимого мага глава мракоборцев, на что тот резко отлип от зеркала и обернулся. — Передайте палочку моим людям и проследуйте за нами.

Но Квиррелл не спешил сдаваться. Он внимательно осмотрел каждого из магов. Вернее, это был уже не профессор ЗОТИ, а дух Волдеморта, контролирующий заикающегося мужчину. Тёмный маг понимал: в этом тщедушном теле ему их не одолеть, единственный выход — спасаться бегством. Что он и сделал. На глазах ошеломленных магов от Квиррелла отделилась тёмная субстанция, сам же профессор, словно безвольная кукла, свалился на каменный пол, а дух Тёмного лорда покинул комнату, но напоследок дал о себе знать. 

— Я ещё вернусь… — раздался пугающий шипящий голос Волдеморта, а после стих окончательно. 

— Дух лорда просто сбежал, — заключил Снейп и склонился над Квирреллом. — Жив. Сильное магическое истощение. Помутнение разума. Нужна срочная госпитализация в Мунго. 

— Снейп, передай Дамблдору, пусть ожидает серьёзную проверку из министерства. Её, скорее всего, возглавит заместитель министра Долорес Амбридж, - сообщил Скримджер.

Кошмар подземелий лишь кивнул на слова главы мракоборческого центра о проверке. Сам же зельевар ликовал: у старого дурака теперь будет куча проблем, и ему будет не до него. А значит, этим летом он сам сможет наконец-то отдохнуть как следует. 

* * *

Три дня пролетели незаметно. Сегодня Сириус Блэк вместе с Гарри, Гермионой и Невиллом, которого отпустила бабушка Августа Лонгботтом, отправятся в Италию на виллу, что расположена на отдалённом острове. А сейчас он направлялся в отделение для душевнобольных в Святом Мунго.

И вот черноволосый мужчина оказался в палате, что была наполовину заполнена больными. Пройдясь вдоль коек, Сириус остановился напротив кроватей, на которых расположились его старые друзья. Френк Лонгботом, бывший мракоборец, сейчас лежал, словно овощ, и пускал слюни в подушку. На соседней койке Алиса, одетая в ночную рубашку, принимала пищу. Оба супруга ожидаемо никак не отреагировали на пришедшего к ним посетителя. Но тогда же к мужчине подошла колдомедик. 

— Добрый день, сэр, — обратилась к Сириусу женщина в лимонной мантии. — Я так понимаю, вы пришли кого-то навестить?

— Да. Я пришёл проведать Лонгботтомов. Как они? Есть ли какие-нибудь улучшения? - спросил у колдомедика Блэк.

— Нет, сэр. Улучшений, к сожалению, нет. И вряд ли будут, — ответила медведьма.

— Я немного побуду с друзьями. Мы все были мракоборцами, — проговорил Сириус, взглядом указав на Лонгботомов. — В Хогвартсе мы тоже учились вместе. Грустно от того, что они теперь такие. 

Целительница ничего не ответила, а просто молча ушла. Женщина понимала, что этому человеку просто необходимо побыть наедине с друзьями. Даже если они его не узнают и ничего не понимают. 

Сириус пробыл в Святом Мунго около двадцати минут. Покинув больницу, он вернулся в особняк на Гриммо 12, где эльф-домовик доложил, что лорд Малфой ожидает приёма. 

— Кикимер, проводи его ко мне в кабинет, — отдал указание домовику Сириус. Ведь его ждали дети, которые уже собрались в особняке Альфарда Блэка. 

Пока Блэк расставлял рамки с фотографиями на столе, в помещение вошёл слегка нервный Люциус Малфой.

«Наверняка боится, что я из него душу вытрясу», — подметил Сириус, между делом указав Малфою, или же его бледной тени.ю присесть на стул. Что тот, в принципе, и сделал. 

— Блэк, я... — не договорил блондин, так как его перебил Сириус лишь одним взмахом руки. 

— Молчать! Я не собираюсь тратить на тебя своё драгоценное время! — едва не рявкнул глава рода Блэк, с трудом сдерживая эмоции. — Если, конечно, я не получу от тебя пользы! 

— Не разрушай мой брак с Нарциссой... У нас счастливая семья и есть сын, — бегло заговорил Люциус.

— Мне нет до этого дела! Если, конечно, у тебя нет ничего того, что меня могло бы заинтересовать! — в том же тоне заявил Сириус. Ему понравилось то, как пожиратель смерти чуть ли не трясётся перед ним. 

— У меня есть кое-что, — ответил аристократ и вынул из кармана мантии какой-то свёрток в чёрной ткани. — Это дневник Тёмного лорда. Он доверил мне его на хранение. В нём заключена очень тёмная магия. Думаю, что этот предмет может быть крестражем. Но я могу и ошибаться…

— А вот это уже интересно, Малфой, — фыркнул Сириус, принимая предмет из рук блондина. Положив на стол, мародёр принялся его изучать. — Действительно интересная вещица. От неё не только прёт тёмной магией, но и попахивает некромантией. 

— Некромантией? — сделал растерянный вид Люциус, но скрыть свои познания от Блэка он не смог. — Хорошо, что я не подпускал к дневнику Драко.

— Скажи, как ты думаешь, твой хозяин сколько таких вот вещичек смог настрогать? — спросил у пожирателя Сириус.

— Тёмный лорд больше не мой хозяин, — попытался огрызнуться Люциус Малфой, но вышло это жалко. — Кажется, лорд что-то доверил твоей любимой кузине.

— Конечно, стоило об этом догадаться. Лестрейнджи — верные сторонники Волдеморды, — проговорил Сириус, о чём-то задумавшись, — Раз уж эти психи в Азкабане, все ценные древние вещи и артефакты должны быть в их сейфах. Что ж, Малфой, с твоим разводом повременим, пока. А ты, оказывается, можешь быть полезным. 

— Что я должен сделать? — спросил Люциус, смекнув, что Блэку что-то нужно от него. 

— Возобнови свои старые связи с пожирателями смерти, которые избежали Азкабана, может, лорд и им что-нибудь доверил на хранение, — дал поручение блондину Блэк. — И разузнай-ка поподробнее биографию своего лорда. 

— Хорошо. Я могу идти? — спросил Люциус у Блэка. 

— Да, вали уже отсюда, — нахмурив брови, ответил Сириус и увидел, как Малфой покинул его кабинет через камин. 

Только после этого мародёр смог немного расслабиться, как вдруг перед ним предстал какой-то уж очень нервный домовик, который заламывал себе лапки. 

— Тебе чего? — недовольно фыркнув просил Сириус, смотря на старого слугу.

— Кикимер — плохой эльф! — ушастое создание рухнуло на пол и принялось заливать слезами пол и колотить кулачками. — Кикимер не смог уберечь хозяина Регулуса! Не смог! 

— Что значит «не смог уберечь Регулуса»? — переспросил у слуги Сириус, но тот уже принялся биться головой об стену. — Замри, Кикимер. И давай рассказывай, что там случилось с моим братцем? 

— Кикимер не может… Кикимер обещал молчать… — сотрясался в беззвучной истерике дряхлый эльф.

— Кикимер, я как твой хозяин приказываю тебе всё рассказать, — приказал домовику Сириус.

— Как-то хозяин Регулус отдал Кикимера в распоряжение Тёмного лорда. Кикимер отправился с этим магом в страшную пещеру. Там творилось ужасная магия. Кикимер пил какое-то зелье. Кикимеру было очень больно тогда. Кикимер едва не умер, — принялся рассказывать домовик. Сириус заметил, что его старого няньку трясёт. — Тогда же хозяин Регулус узнал о какой-то тайне этого жуткого человека. Хозяин Регулус очень был разочарован. Кикимер сказал бы, что хозяин был в расстройстве ума. 

— Всё хорошо, — попытался подбодрить хранителя семьи Сириус, заметив, что на глазах эльфа навернулись слезы. 

— Хозяин Регулус велел Кикимеру отвести его в ту пещеру. И Кикимер сделал это, — проквакал домовик. — В пещере хозяин сам выпил то страшное зелье, а Кикимер подменил подлинный медальон подделкой. А после… после… из пещерного озера стали вылезать мёртвые тела, и они… И они утащили хозяина Регулуса под воду. Они… они утопили моего бедного хозяина… 

— Регулуса убили инферналы? — спросил у домовика Сириус, но, увы, тот уже во всю глотал слезы и вновь бы стал биться головой об стену, если бы не приказ Сириуса: «Замри!»

— Кикимер, скажи, где сейчас этот самый медальон? - вновь спросил глава рода Блэк.

Сириус решил снять свои чары со слуги. А потому тот тут же аппарировал, но вернулся уже с медальоном в лапках. Взяв украшение в руки, мародёр его исследовал, а после понял, что от вещицы также фонит тёмной магией и некромантией, как и от дневника Реддла. 

— Кикимер, не плачь. Теперь мы сможем отомстить этому змеемордому гаду за смерть Регси, — уверил бедного домовика Сириус. — Но это будет чуть позже. Сейчас я слишком занят. 

Конечно, открывшаяся правда о трагической гибели брата легла тяжёлым грузом на и без того израненное сердце Бродяги. Но мародёра сейчас волновал лишь его зеленоглазый крестник, который нуждался в нём.