Школа, карты, два чела (джен)

— Первым делом пойдём к Мадам Малкин. Там купим мантии, — решительно сказала мама и повела меня в сторону от белокаменной громады банка, видимо, направляясь в этот самый магазин.

Дверь магазина открылась с негромким звоном колокольчика. Внутри пахло дорогой шерстью, накрахмаленным хлопком и вековой пылью. Мадам Малкин, удивительно похожая на лиловый гриб в своём пышном, многослойном платье, тут же материализовалась рядом. Не дав мне опомниться, женщина подхватила меня под локоть и увлекла вглубь зала, где меня поджидали остальные сотрудницы. Мама тем временем быстро распорядилась:

— Три рабочих мантии и одну парадную, а ещё плащ для Хогвартса, — указала она, осыпав на прилавок пару галлеонов и, распрощавшись, ушла.

Меня водрузили на невысокую скамеечку и набросили через голову длинную чёрную ткань. Вокруг меня тут же засуетились: кто-то ловко подкалывал булавкой свисающую ткань, а кто-то, наоборот, пришивал в местах, где её недоставало. Через некоторое время мантия была идеально подогнана по фигуре, и мне сразу же принесли две точно таких же. Плащ же подкалывать было не нужно: сотрудница удачно подгадала с размером, и плащ лишь померили и сняли. А затем началась такая канитель, что я чувствовала себя центром водоворота — настолько стремительно всё закружилось вокруг.

— Какой цвет для парадной мантии выберем, дорогая? — поинтересовалась Мадам Малкин.

— Тёмно-синий, — задумавшись на мгновение, ответила я.

— Тёмно-синий, — эхом повторила женщина, и через мгновение на мне оказалась такая же ткань, совсем другого качества и цвета. Материал был не в пример качественнее, а цвет напоминал глубокий омут. На этот раз процесс затянулся: из меня буквально вытряхивали ответы на бесконечные вопросы в духе «нравятся ли тебе оборки» и «что бы ты хотела видеть на парадной мантии».

Преобразование мантии случилось ещё раз, но на этот раз вместо простого подгона по фигуре мне пришили множество украшений и оборок: я чувствовала себя статуей, с которой носятся как с писаной торбой.

Наконец меня благополучно отпустили на свободу. Я, подхватив сдачу и покупки, побыстрее направилась к выходу. Выйдя из ателье, я будто впервые за долгое время вздохнула полной грудью.

Повертев головой по улице, я взглядом выхватила мамино пальто и направилась к ней. Она стояла, нагруженная покупками. Подойдя поближе и присмотревшись, я увидела котёл, похожий на оловянный, какие-то ингредиенты и весы. Также в руке у мамы был телескоп, о котором я мельком читала в письме. Я с мантиями под рукой взяла у неё пакет с какими-то склянками, на что мама благодарно улыбнулась.

— Что там нам ещё купить надо? — поинтересовалась я, удобнее перехватывая пакет.

Мама задумалась и начала рассуждать:

— Ну... Мантии есть, весы есть, телескоп купила... — мама перевела дыхание и продолжила, — ингредиенты лежат в котле. Тёплый плащ ты в Малкин брала, мантии тоже... Вот блин! — чертыхнулась она. — Перчатки и колпак! Давай ты посидишь у Фортескью, а я пока сбегаю за этим, окей?

Я воодушевлённо закивала, пусть и не понимая, кто этот Фортескью.

Я крупно ошибалась, думая, что Фортескью — это человек. На деле это оказалось шумное кафе-мороженое, представляющее собой небольшой магазинчик с местами для посиделок внутри и небольшой площадкой снаружи со множеством столов и стульев. Мама посадила меня на один из тех стульев, которые были снаружи, пристроив рядом наши многочисленные покупки. Позвала официантку, сделав заказ для меня, и убежала в сторону лавки «Волшебный инвентарь для артефакторов и прочего сброда», оставив меня одну.

Некоторое время я сидела просто наблюдая за народом: здесь он был такой разнообразный, что я бы провела так ещё час, если бы мне не принесли вишнёвое мороженое, на котором я тут же сфокусировалась.

— Мммм... Вишня! — в порыве наслаждения сорвалось с моего языка.

Ещё пару минут понаслаждавшись тающим мороженым, я расправилась с вишнёвыми остатками и отодвинула от себя блюдечко.

Просто сидеть мне быстро наскучило, но маму дождаться было необходимо. Спустя несколько минут, которые я изнывала от скуки, на мой столик аккурат за гору вещей сели два темпераментных рыжих подростка.

Я замерла, не зная что сказать: ни с кем встреч в волшебном мире я не назначала — я тут банально ни с кем не знакома.

— Привет, девочка. Ты тут новенькая? — начал диалог один из них.

— Извините, я кажется с вами не знакома. Вам что-то нужно? — сказала я, пытаясь быть вежливой.

Второй расхохотался и заговорщически ухмыльнувшись, наклонился ближе и произнёс:

— Слушай, нас тут небольшая дипломатическая миссия. Если ты сейчас прикроешь нас и скажешь, что мы твои друзья, близнецы Уизли будут должны тебе услугу. Услуга Уизли невероятно дорога! Без твоей незаменимой помощи мы огребем от мамы! — На этой фразе он болезненно поморщился, будто вспоминая ранее полученные люля от матери. — Ну так что?

Я открыла было рот, чтобы высказать своё недовольство, но, увидев умоляющее лицо одного из них, у кого веснушек было побольше, которое выглядело так, что слова отказались выходить из горла.

Увидев мою реакцию близнецы дали друг другу пять и широко улыбнулись:

— Ура! Сработало!

— Ах вы манипуляторы хреновы! И ведь старше меня года на три! — возмутилась я.

Близнецы хихикнули и наконец соизволили представиться:

— Я Дред!

— А я Фордж! И мы на четвёртом курсе Хогвартса!

— произнесли разулыбавшиеся четверокурсники.

Я сразу просекла их замысел с прозвищами: поменяться первыми буквами имени!

— Ого! — выдохнула я. — А я только поступаю и зовут меня Мерида. Может расскажете что там к чему в обмен на прикрытие?

"Зря я это сказала..." — подумала я, как только один из них, более веснушчатый — Джордж, разверся такими подробностями, что меня аж замутило:

— Первый самый-самый факт: в Хогвартс четыре факультета! Гриффиндор — для тех, кто способен терпеть наши шутки со стоической отвагой, Хаффлпафф — самые работящие среди всех нас, Равенкло для мегамозгов, ну а Слизерин..., — он театрально закатил глаза, — это высшие сливки общества! Они быстрее всего портятся)

— Судя по твоей роже и комментариям, Фордж,тебе эти слизы особо не нравятся — ехидно отметила я.

В разговор вмешался Дред:

— А всё потому что они заносчивые! Как ты будешь относится к тем, кто гордятся что до седьмого колена — чистокровные колдуны! Это все равно что гордится длинным носом!

В ответ я опустила колкость:

— Ну не может же ВЕСЬ факультет быть противным и мерзким... Такого не бывает!

Дред в ответ задумался, а Фордж начал рассказывать дальше:

— О да! Там куча тайных ходов. Правда, половина из них замурована Филчем или ведет прямо в кабинет Макгонагалл...— Он шутливо подмигнул, — но мы знаем парочку рабочих! А с третьего курса можно брать факультативы по УЗМС или Прорицаниям... На прорицания ходят те, кто хочет просто сидеть чаи гонять, или иметь свободные полтора часа на домашку! Но это все доступно детишкам постарше!

— Постарше? Придётся до этого ещё дорасти...

Фордж с притворным сожалением похлопал меня по плечу, театрально всплакнув,а его брат разразился подробностями их жизни: и как они людей разыгрывали, и как на Гриффиндор попали... А я где-то глубоко внутри пожелала удачи их декану, с которой имела честь познакомится.

Разговорившись, мы с близнецами ничего вокруг не замечали: они снабжали меня супер-полезной информацией. Кажется это и была ошибка их сокрытия: спустя некоторое время разговора я физически почувствовала неловкость.

И близнецы кажется тоже.

Бежать было поздно: их матушка собственной персоной стояла прямо за их спинами и,судя по выражению лица, была готова рвать и метать.

— Святые угодники... Она же вас... того, — тихо пролепетала я.

Оба, как один поморщились,и согласились:

— Святые мандрагоры... Того...

Фред еле слышно произнес:

— Нам конец...

Джордж, более позитивно прошептал:

— Или длинная лекция о том, как мы ее разачаровали.

— Вот вы где! Мы всю аллею перерыли,а вы тут болтаете в приятной компании?! — Она перевела взгляд на меня и моментально подобрела. — Привет, девочка. Первый раз в Хогвартс?

Я не смогла выдавить из себя ни слова, и лишь быстро кивнула, а женщина тем временем распекала близнецов.

По середине одной из её тирад вернулась моя мама: я никогда так не радовалась её появлению как сейчас!

— Молли! — всплеснула руками Вирджиния. — Неужто ты?

Мать близнецов отвлеклась от ругани и развернулась к ней.

— Джиджи? Сколько лет, сколько зим! Тоже девочку в Хогвартс собираешь? — Кивнула она на меня. — Эти проказники уже на четвёртом курсе, а так и не перестали шкодничать!

— Ну мааам... — дружно выдохнули смущённые мальчики.

— Не мамкайте! — шикнула женщина. — Ещё и девочку в это втянули!

Решив защитить близнецов, и наконец вставить своё слово, я сообщила:

— Знакомство с близнецами очень даже пошло мне на пользу... Теперь я хоть знаю куда еду!

Джордж сделал свои самые умильные глазки в благодарность, а Фред прошептал:

— Она нас спасла... Теперь мы ей точно должны!

Джордж что-то шепнул Фреду на ухо, а тот прыснул в кулак. Кажется, он предложил натуральный способ оплаты.

Молли удивлённо посмотрела на своих отпрысков, но больше ругать их не стала, будто взглядом выражая удивление их поступком.

Мама наконец встряла в разговор:

— Мерида, тебе нужно купить палочку и учебники. Можешь пообщаться с юными джентльменами по дороге к Оливандеру, хорошо?

Я поднялась со стула и начала собираться, взяв пакет с одеждой, неопознанные склянки и много чего ещё.

Миссис Уизли выразительно на меня кивнула, и близнецы, поняв намёк, забрали у меня часть вещей.

Фред шутливо поклонился и чинно молвил:

— Ваш багаж, миледи.

Джордж едва сдержал смех и также степенно провозгласил:

— Сегодня лакейская контора "Уизли Д-Ф" к вашим услугам!

Я во все зубы улыбнулась, представив братьев в одежде лакеев, и чуть было не заржала в голос, но сдержалась.

По дороге к лавке мы с мальчиками опять разболтались: они рассказывали мне о жизни в Хогвартс, подсказали какие где есть тайные ходы и многое другое. Мы вместе закупились во Флориш и Блоттс, где они сдерживали меня от необдуманной покупки ВСЕГО.

— Воу воу, полегче, ты готова съесть эти книги!

У лавки Олливандера мы распрощались: Фред, крепко обняв меня, сказал:

— У вокзала Кинг кросс, первое сентября, девять утра. И запомни: видишь слизеринца — кидай навозную бомбу!

Их мама неверяще рассмеялась, утверждая что близнецы так рано не поднимутся. Но я верю в них!

Джордж меня не обнимал, отстранившись.

— Не признаю телячьи нежности! — Фыркнул он, — А вот щёчки вполне себе) Увидимся в поезде!

Отбросив посторонние мысли и подхватив маму под руку я вошла в лавку Олливандера. Помещение было небольшим, тускло освещённым свечами, и повсюду, куда ни плюнь, были коробки, видимо, с палочками. Воздух был наполнен запахом древесины и казался густым, почти осязаемым. Спустя минуту бесцельного оглядывания интерьера навстречу нам вышел старик, похожий больше на ходячий труп, чем на живого человека, настолько он был высок и худ. У него были серебряные, слегка белесые глаза, которые,казалось, могли видеть насквозь.

— Ох... Неужели? Впервые за столетие... Все четыре... — пробормотал он.

— Извините?

— Ничего-ничего, мисс Мортимер, не волнуйтесь. Кажется мы видим невероятно редкий феномен!

— Какой ещё феномен? — подняла бровь я удивлённо.

Старик ничего не ответил.

Спустя несколько секунд неловкого молчания Олливандер деловито осведомился:

— Вы ведь за палочкой, верно?

Я молча кивнула.

Он подошёл ближе и, взяв магическую рулетку, занялся измерениями моих рук,запястий и многого другого.

Затем он достав несколько коробочек с палочками и начал предлагать их мне.

— Остролист и сердечная жила дракона.

Когда я потрогала эту искусно украшенную палочку, меня будто током ударило, и я одёрнула руку, вздрогнув.

— Нет-нет, эта не подходит. Возьми эту: осина и перо феникса.

Так продолжалось некоторое время: он предлагал мне палочку, а потом забирал. Устало вздохнув, мужчина произнёс:

— Ну раз ничего не подходит... Дам тебе ту самую...

Он отошёл к полкам, где взял ещё одну коробку, и осторожно достал оттуда палочку, ранее, судя по всему, светлую, но со временем потемневшую. На рукояти палочки была вставка из синего камня глубокого, красивого цвета. Артефакт был украшен искусной резьбой. Я сразу почувствовала как меня тянет к этому инструменту.

Едва взмахнув палочкой меня обдало теплом. Мастер даже не пытался скрыть своего удивления:

— Действительно подходит?

Я недоуменно кивнула: право слово, к чему такая реакция?

Олливандер только хмыкнул. Он аккуратно завернул палочку в бархатную ткань, положив её в коробку протянул мне. Мама расплатилась, и мы направились к выходу.

Я счастливая вышла из магазина. Странные высказывания мастера не давали покоя, но я задвинула их в дальний угол сознания, и с мамой отправилась в маггловский Лондон.

— Куда пойдём сначала? — улыбнулась мне мама.

— Давай домой, положим вещи. Мы с котлом выглядим странно.

— Разумное решение, — хмыкнула она и повела меня в сторону Норт-гауэр-стрит.

Быстро скинув с себя груз волшебных покупок, мы отправились за новыми, обычными, в ближайший торговый центр.

Придя в него мы без раздумий направились в магазин одежды. Там добрая консультантка помогла мне выбрать одежду, вроде рубашек, джинсов, брюк, юбок и так далее. Там же я взяла себе пальто на весну и тёплый-тёплый пуховик: мама предупредила что в Шотландии климат кусачий. Уже в другом месте, в Декатлоне, я прихватила себе спортивную форму и беговые кроссовки: мало ли, пригодятся. Ещё я совершила множество разных покупок: и пижамы, и нижнее бельё, майки, зубные щётки, зубные пасты, нитки, иголки,и ещё множество полезных мелочей которые вряд ли можно купить на Диагон-аллее. Полотенца я решила взять из дома, аптечку мне соорудят там же. Ещё мы купили мне сумку на плечо — на уроки ходить. А затем мы направились к книжному. Там я вновь сдерживалась перед манящей шероховатостью страниц книг, пока мама с улыбкой наблюдала как я пускаю слюни на книги в духе «механика» или «физика». Но я сдержалась, и мы просто набрали мне целую стопку тетрадей, ручек, карандашей и прочей мелочи. Я принципиально писать на пергаменте не буду!

«Тьфу! Делать мне больше нечего! Пергамент только для эссе: в остальное время мучиться я не пла-ни-ру-ю!»

Дома, разобрав покупки, я чуть ли не замертво упала: настолько я находилась.