Фанатка (гет)

Ал действительно вскоре вернулся. На Гриммо он не обнаружил ни следы Ордена, ни Пожирателей. Волдеморт даже не выставил там охрану — настолько был уверен в собственной власти. Было ясно, что противникам Волдеморта приходится теперь либо прятаться в лесу, либо действовать из других стран.

Гермиона хлопотала, обслуживая Ала — картинка нелепее не придумаешь. Бедный эльф краснел, розовел или что там домовики делают, и пытался встать каждый раз, когда она заботливо раскладывала еду по импровизированным тарелкам из коры или делила последние две картошины на троих. И все же Драко было не до смеха. Он вспоминал, как холодно было в его огромной столовой, прогреваемой лишь маленьким камином, огоньком таким же маленьким, как костер, что они разожгли. Здесь в лесу тоже становилось прохладно, и они инстинктивно льнули друг к другу. Хотя Драко и старался дистанцироваться, он все равно периодически обнаруживал, что Ал прижимается к нему с одной стороны, а сам Драко непроизвольно клонится в сторону Гермионы. Несмотря на тонкую мантию, он не ощущал холода, пронизывающего его прежде за длинным столом, делившим его семью на отдельные островки. То ли Грейнджер не чувствовала себя больше уязвимой, то ли близкая встреча с друзьями будоражила ее ум, но она была непривычно живой и общительной. Не особенно вслушиваясь в ее заумную речь, которая текла ручейком, он не отрывал от нее взгляд, пользуясь тем, что смотрит она, в основном на Ала, сидевшего в поле ее зрения. Смотрел — и внутри разливалось тепло, будто впервые он был по-настоящему дома.

— Должна признать, это было вкусно, — с благодарностью кивнула Гермиона в сторону Малфоя, но не глядя на него. — Может, оттого что впервые я не опасалась, что мне подмешали в еду веритасерум.

— Отчего же теперь не опасалась? — хмыкнул Драко.

На этот раз Гермиона взглянула на него пытливо.

— Потому что я и так с тобой честна. Зачем тебе веритасерум?

Драко встретил ее взгляд. Пару мгновений они так и смотрели друг на друга, не отрываясь. Драко отвел взгляд первый.

— Не верю я в честность гриффиндорцев.

Гермиона удивленно вскинула брови.

— А во что веришь? В честность Пожирателей?

— По крайней мере, им не приходится притворяться добром.

— Добру вообще не нужно притворяться.

Драко едко усмехнулся.

— Поэтому ты использовала меня, чтобы выбраться из поместья?

— Опять использовала, — вздохнула она. — Ты не так все понял, — запротестовала Гермиона, — твоя палочка... Я не могла оставить ее в поместье...

— Я же говорю, на все найдется какой-то благочестивый повод, — перебил ее Драко и вдруг рассмеялся нервным натужным смехом. — Расслабься, Грейнджер, ты имела на это полное право, — вальяжно протянул он. — На твоем месте я поступил бы так же. В конце концов, я тоже тебя использую, чтобы добраться до родителей, — в сердцах прибавил он. — Это нормально, зачем что-то из себя изображать?

Гермиона снова предприняла попытку что-то объяснить, но споткнулась на полуслове и посмотрела на Драко каким-то другим, проникающим в душу взглядом. Ее губы были полураскрыты, чуть вздернутая верхняя губа, обнажавшая верхние зубы, придавала ей сходство с встревоженным любопытным зверьком, застывшим в недоумении. Новая волна умиления разлилась в груди Драко и отчего-то страшно захотелось сократить дистанцию ещё больше, хотя, казалось, он и так прижимался к ней почти вплотную.

— Зачем тогда ты что-то из себя изображаешь, — ответила, наконец, она, опуская взгляд и рисуя что-то пальчиком на земле.

Драко опомнился и отпрянул от неё.

— Что ты имеешь в виду?

— Зачем ты спас меня?

Гермиона вновь вскинула голову и посмотрела на него в упор.

— А, это... — нарочито небрежно обронил Драко. Он сорвал травинку и стал пожевывать ее, глядя куда-то вдаль. — Не обольщайся, я хотел спасти тебя не ради тебя.

— Нет? — Гермиона чуть двинула головой в его сторону и с интересом взглянула на него. — А ради кого?

— Ради себя. Если бы ты умерла, я бы стал убийцей.

Гермиона указала подбородком на его предплечье.

— Разве оставаясь сторонником Волдеморта, ты не делаешься автоматически убийцей?

Драко задумался.

— Оставаясь его сторонником, я могу защитить хотя бы тех, кого люблю. Теперь я не могу ничего. Спасти тебя было единственным, что мне оставалось.

Гермиона молчала. Надолго между ними надолго повисла тишина, прерываемая лишь треском веток в костре.

— Ты лучше меня, в таком случае, — неохотно признала она и взглянула на него с прежней задумчивостью во взгляде. — Я чувствую себя убийцей уже очень давно, но не сделала ничего. Просто жду.

— Чего ждёшь?

— Конца. Когда-то эта история должна закончиться.

Драко хмыкнул.

— Ты кого-то убила?

Гермиона уставилась на него пустым обращённым в себя взглядом.

— Я всех убила, — прошептала она побелевшими губами.

* * *

— Джоан, я могу войти?

Гермиона заглядывает в кабинет Роулинг.

Та вздрагивает и резким движением убирает какие-то записи в стол.

— Что-то срочное? — слегка напряжённо спрашивает она.

— Я не могу получить согласие по телефону. Требуют явиться лично...

Роулинг кивает.

— Что ж, придется подъехать к ним. Решим, — она мягко улыбается и присматривается к Гермионе. — Что-то случилось? Выглядишь грустной.

Гермиона решительно встряхивает кудряшками.

— Все отлично! Работаем. Мне нравится эта работа, я так благодарна за то, что вы предоставили мне эту возможность! Просто видеть этих детей, иметь дело с государственными структурами... Тяжело морально. Не представляю себе, как вы этим занимаетесь столько лет...

Роулинг понимающе слушает ее с грустной улыбкой.

— Ребенок за ребенком, — отвечает она коротко. — Знаешь, поначалу я каждый раз думала, что это последний ребенок, которым я занимаюсь. Потом пристраивала нового снова и снова. И в конце концов приняла как данность. Кто-то и хотел бы менять мир, но не может. У меня есть эта возможность, я просто не имею права ею не воспользоваться.

— Каждый имеет возможность менять мир, — твердо отвечает Гермиона.

Роулинг смотрит на нее с интересом.

— Я организую благотворительную вечеринку. Ты придешь?

Гермиона в сомнении рассматривает свои руки.

— Не уверена, что готова развлекаться сейчас...

— Том тоже придет. Ты принимаешь важное участие в проектах. Мне хотелось бы, чтобы ты ориентировалась в этой среде.

Гермиона, помедлив, кивает.

— Если нужно — конечно, вы можете на меня рассчитывать.

Гермиона открывает дверь, чтобы уйти, но медлит.

— Вы пишете новую книгу? — решается спросить и кивает на рукописи, спрятанные в столе.

Роулинг бросает обеспокоенный взгляд на на ящик и смотрит на нее, словно не до конца доверяя.

— Нет... Это рукопись "Даров смерти".

* * *

Гермиона шла, вдыхая полной грудью аромат полей, постепенно зараставших бойкой упругой травой. Странно было умирать, когда вокруг так буйствовала, жительствовала жизнь. Позади оставались редкие отары, за шаткой деревянной оградой паслась новая поросль: ягнята, телята — скот котился, упитанные родители мощными телами закрывали своих малышей от чужаков, проходивших мимо. Так же закрывал их когда-то профессор Снейп от оборотня, так же защищал Сириус — и вообще взрослые прикрывали их спины каждый раз когда казалось, что помощи ждать неоткуда.

Но теперь все было иначе. Взрослые теперь сами были беззащитны, как дети, и забивались в такие же загоны, прижавшись спиной друг к другу. Сопротивление еще никогда не казалось настолько бесполезным, и Гермиона искала Орден не оттого, что верила, что он ее защитит. Она искала кого-то, с кем могла разделить свой экзистенциальный ужас и убедиться, что не она одна решилась ему противостоять.

Их прогулка значительно затянулась, и Гермиона стала подозревать, что ушла не туда. Признаться в этом Малфою она, конечно, не могла, поэтому приняла серьезный и сосредоточенный вид и обронила небрежно:

— В той стороне шоссе, дальше надо идти вдоль дороги.

Малфой нахмурился.

— Это не опасно?

— Не опаснее, чем в чаще, — передернула плечами Гермиона. — Оборотни не водят кабриолеты.

Малфой поморщился.

— Я имею в виду, эти штуки нас не придавят? Не хватало еще пасть от руки неаккуратного маггла, — проворчал он. — Я опозорю весь наш род...

Гермиона метнула в него насмешливый взгляд, но ничего не сказала. Изучив указательные знаки на шоссе, она поняла, что они ушли севернее Норы. Малфой присвистнул.

— Грейнджер, ты решила нам ознакомительную прогулку по Англии устроить? Куда ты нас завела?

Гермиона с интересом взглянула на него. Малфой ориентировался в мире магглов лучше, чем она предполагала.

— Я обхожу опасные участки, — важно заявила она. Драко покосился на нее и победоносно усмехнулся:

— Грейнджер, да ты просто заблудилась, признай это!

— Ну и заблудилась, — огрызнулась Гермиона. — Я в этом лесу не была ни разу, как я могу здесь ориентироваться? Если такой умный, сам веди!

— Тебе может не понравиться, куда я тебя отведу, — хмыкнул Драко.

Очень скоро их взгляду открылось побережье, и Гермионе пришлось признать, что они сильно отклонились от пункта назначения.

Они стояли на вершине скалы, плавно уходившей вниз к берегу, который еще виднелся, пока не настало время прилива. Море было неспокойным, и пенная волна то и дело прорывалась к подножию скалы, на которой они стояли.

— Ну и что теперь? — мрачно огляделся Драко. — Спустимся позагораем?

Гермиона вернула ему красноречивый взгляд. Ноги вязли в грязи и глине, им повезет, если удастся вернуться назад и не скатиться кубарем вниз.

— Я думаю, идти вдоль скалы бессмысленно. Придется возвращаться, — глухо отозвалась она.

— Не могу поверить, — покачал головой Малфой. — Все это настолько не имеет смысла, что просто не может быть правдой! Как мы могли заблудиться? Столкнуться с шайкой Пожирателей — это мне понятно. Стычка с магглами — куда ни шло, но потратить два часа, чтобы просто ходить кругами?

— Мы теряем время, — сухо отозвалась Гермиона и осторожно двинулась обратно, придерживаясь за кусты, чтобы не поскользнуться и не улететь в пропасть.

— Я больше за тобой не пойду. Заведешь нас куда-нибудь в Россию. Мы с Алом идем дальше, — безапелляционно заявил Драко и уверенно зашагал в противоположном направлении, небрежным жестом приглашая домовика следовать за ним. Ал в растерянности посмотрел ему вслед, затем на Гермиону. Драко тем временем наткнулся на фотопортрет молодого юноши, воткнутый прямо в глину на краю скалы. На вид юноша был немногим старше, чем они с Гермионой.

"Пропал без вести", — гласила надпись.

Драко круто развернулся и заспешил назад к Гермионе. Та не удержалась от смеха.

— Не вижу ничего смешного, Грейнджер. Может быть, идти дальше не такая уж хорошая идея, но оказались мы здесь по твоей вине!

Не успел он договорить, как нога его соскользнула — и он поехал с пригорка прямо в пропасть. Гермиона едва успела вовремя схватить его за рукав. С горем пополам им с Алом удалось вытащить его на устойчивую поверхность.

— Малфой, жить так прекрасно, — выдохнула Гермиона, помогая ему очистить мантию от грязи, и вдохнула воздух полной грудью, оглядывая простор, открывавшийся им со скалы. Над морем висела утренняя дымка, отчего другие скалы казались повисшими в воздухе. — Мы просто не имеем права умереть так нелепо. Ради святой Вальбурги, смотри под ноги.

— Не забывай, по чьей вине мы вообще здесь оказались! — рявкнул Драко, нависая над ней. — Придётся подарить тебе компас!

Гермиона гордо вскинула голову, чтобы парировать, но вдруг обнаружила, что его лицо оказалось слишком близко от ее лица. Она видела, что та же мимолетная мысль мелькнула в его светлых глазах, но в его взгляде не было паники. Он пытливо ожидал реакции Гермионы, словно надеялся найти в них какой-то отклик. Она действительно задержала взгляд чуть дольше, чем следовало, завороженная сходством его зрачков с серой водой, бушевавшей у них под ногами. Внезапно взгляд других глаз, всплывших в подсознании полоснул по сердцу, и она опустила глаза. Не позволяя себе ни мускулом выдать волнение, она резко отпрянула от Драко.

— Да, компас не помешал бы, — грустно улыбнулась она.

Взяв Ала за ручку, как малыша, она молча двинулась дальше по тропинке. Малфой проводил ее недоуменным взглядом, почему-то разочарованный, что она не стала с ним спорить.

Прошел час, прежде чем они оказались перед строением странного вида. Нора представляла собой убогое зрелище. После нападения Пожирателей некому было восстановить разрушенные пристройки, и теперь дом печально смотрел на Гермиону окнами с пробитым стеклом, а маленький прежде уютный садик перед домом был завален осколками и ошметками дешевой облицовки.

Гермиону захлестнула волна смешанных эмоций: ее душили слезы радости оттого, что, наконец, после всех скитаний что-то настолько родное и знакомое ласкало ее взгляд, но в то же время тоска и чувство невозвратности переполняли ее, обездвиживая. Ноги налились свинцом, она не могла больше сделать и шага. Казалось, стоит ей зайти внутрь, увидеть опустевшее жилище своими собственными глазами — и то, что все это время казалось ошибкой, чьей-то нелепой выдумкой, станет явью. Хоть это и глупо, но шагнув внутрь, она словно подписывала своим друзьям смертный приговор, который давно уже был исполнен.

Из угнетённого состояния ее вырвал Малфой.

— Святой Мерлин, что это за сооружение? — фыркнул он. — На чем оно вообще держится?

— Малфой, мне удается тебя терпеть уже целые сутки, но если сейчас ты не уймешься, мне придется придушить моего единственного союзника.

— Ого! — Малфой с интересом покосился на нее. — Так мы союзники?

— Скорее, соУЗники, — уточнила Гермиона. — Мы вынуждены действовать сообща, поэтому давай сделаем наше взаимодействие хотя бы минимально комфортным.

— Издеваешься? — поморщился Драко. — Мне некомфортно от одного твоего вида.

Гермиона покосилась на него с усмешкой, но ничего не ответила и сделала решительный шаг к заросшему сорняками крыльцу. Сердце замерло при виде знакомых резиновых сапог, небрежно отброшенных на лужайку.

— Давай попробуем через главный вход, — решительно тряхнула головой Гермиона и дёрнула за ручку.

Как и ожидалось, дверь была не заперта, но, попытавшись ступить за порог, Гермиона наткнулась на невидимое препятствие.

— Защитные чары? — кивнул Драко, вынимая палочку.

— Стой. Вряд ли ты снимешь их магией. Должен быть пароль.

Она огляделась, но не обнаружив ничего подходящего, без особой надежды обратилась прямо к дому:

— Впусти нас!

К ее удивлению, тут же послышался щемяще знакомый голос Фреда:

"Я не пропущу тебя, пока не назовёшь имя Тёмного Лорда".

Гермиона опешила. Это было настолько гениально, что только братья Уизли могли до такого додуматься. Никто из Пожирателей Смерти не осмелился бы произнести имя Волдеморта вслух.

Она обернулась к Драко и с вызовом взглянула на него.

— Назовешь?

Драко в недоумении уставился на неё.

— Что назову?

— Назовешь Темного Лорда по имени?

Драко смерил ее мрачным взглядом и, небрежно пожав плечами, перевел взгляд на Нору.

— Как будто мне есть что терять, — выплюнул он и, чуть помедлив, явно пересиливая себя, выдал: — Том Реддл.

Засов щелкнул — и дверь приветливо распахнулась. Гермиона одобрительно кивнула и, опасливо оглядываясь, шагнула в дом первая.

* * *

В тот день они не только потеряли последнее пристанище — они окончательно заблудились. Себя Драко потерял куда раньше, чем Волдеморт забрал его родителей или сжег его дом, единственное его убежище. Он утратил почву под ногами в тот миг, когда Дамблдор повалился в пропасть под действием заклинания. В тот миг Драко вдруг осознал, что он ничто. Снейп забрал единственную возможность стать кем-то определенным, окончательно принять сторону. Драко больше не понимал, кто он, зачем он — единственное, четко осознал, — он больше не главный герой этой истории. Он не избранный.

Но пока были живы его родители, он оставался центром вселеннной, хотя бы их вселенной. Даже в тот момент, когда он решил пойти против воли отца, он знал, что ему есть куда вернуться. После вторжения Волдеморта некуда было возвращаться. Из главного героя своей истории он превратился в маленькое пёрышко, которое носило превратностями судьбы, и лишь по счастливой случайности он оставался жить, точнее, быть. Таким же перышком парила вместе с ним Грейнджер. Без всякой опоры, без прошлого, без будущего, Гермиона была чужеродным элементом в том мире, и это было заметно с самого начала. Она и не искала опоры, потому что верила, что тот мир не навсегда, наступит час, когда она начнет все сначала. Но даже она растерялась, когда Пожиратели захватили дом Уизли. Нора — была особенным местом. Драко почувствовал это по взгляду, которым она одарила это скудное жилище, по вздоху облегчения, который издала, переступив его порог. Так заходят домой. И теперь, наблюдая за тем, как полыхает искусственное пламя, облизывая декорации, которые актеры тоже называли Норой, он понял, что и Гермиона тогда потеряла свое убежище. С того момента ей стало не все равно, что станет с его миром.

— Очень странно, — взволнованной шепот Грейнджер отвлек Драко от раздумий. — Пожиратели не сжигали Нору в тот год. Неужели это отрывок из следующей книги?

Драко оторвал взгляд от полыхающего пламени и проследил за Дэном, удирающим напрямик через тростниковые заросли.

— Напомни, как я вообще здесь оказался, — закатив глаза, мученически вздохнул он, провожая глазами другую рыжую девушку, рванувшую вслед за Дэном. За ними с сумасшедшими визгами бросилась его названная "тетушка" Белатрикс. Вообще, просто стоять здесь было чрезвычайно некомфортно. Эти полоумные по-настоящему подожгли занавес, ниспадавший поверх мощных железных конструкций, и теперь полыхающее пламя не только распространяло характерный запах гари, но и воскрешало в памяти давно умершие воспоминания.

— Том попросил нас поехать с ним, потому что некоторые, — Гермиона покосилась на него, — не вызывают достаточно доверия, чтобы оставить их на площадке без присмотра. — Кстати, я договорилась с Томом. Он походатайствует, чтобы нас впустили на благотворительную вечеринку.

— И дальше что? Думаешь, Роулинг согласится с нами уединиться по собственной воле?

— Почему бы и нет? Если Том попросит...

— Хорошо, мы уединились, а дальше-то что? Чего ты от нее хочешь?

Гермиона в растерянности застыла.

— Я не знаю, — честно призналась она.

— Ладно, если она что-то знает, ей не удастся это скрыть. Мне главное увидеть ее хотя бы издалека, дальше она просто сама пойдет, куда скажем, под империусом.

С самодовольной ухмылкой Малфой помахал палочкой перед ее носом. Гермиона мертвой хваткой схватила палочку и приблизила свое лицо к нему.

— Только через мой труп! — прошипела она.

— Почему? — искренне удивился Драко.

— Потому что порабощать волю человека — аморально!

— Я позволю тебе купаться в моральном превосходстве, а сам сделаю все, что необходимо, идёт?

— Малфой, ты должен поклясться, что не станешь применять непростительные заклятья!

— Как! Ты мне запрещаешь? Ну дай только разок заставлю Фелона пройтись голым по площади Пикадилли! — ощерился Малфой и вырвал у нее из рук свою палочку.

— Малфой!

Вот теперь он был похож на себя со своей издевательской ухмылочкой на бледных губах.

— Прекращай, Том идет сюда!

Фелон выглядел помятым. В предзакатных сумерках его лицо казалось еще зеленее, чем утром.

— Прости, что заставил ждать, мне нужно было обсудить кое-что с ребятами. Я позвонил Джоанн, она будет рада тебя видеть на своем благотворительном вечере.

Гермиона радостно взвизгнула и едва не бросилась ему на шею, но в последний момент замерла, словно наткнулась на невидимую стену.

— И меня, полагаю? — встрял Драко.

Том неохотно перевел взгляд на него.

— Тебе там появляться крайне нежелательно, — ответил он, глядя в упор. — В противном случае вызову охрану.

Привычную доброжелательность и простоту Тома как ветром сдуло. Он был в этот момент очень похож на себя в роли Драко Малфоя. Поединок испепеляющих взглядов прервала Гермиона.

— Том, мы не можем его здесь оставить, — она споткнулась. — По многим причинам...

Том кивнул.

— Я и не собираюсь. Доброшу его до Лондона, погуляет по городу, может, вспомнит, где живет...

Голос Тома всегда звучал так, будто он говорит с улыбкой, и оттого так не сочетались его простоватый говорок с деревенским акцентом и каменное выражение лица. Его аккуратные губы казались острее вычерченными, а на лбу пролегала вздувшаяся венка. Гермиона оценивающе оглядела одного и другого.

— Между вами что-то произошло? — подозрительно спросила она. Драко поймал осуждающий взгляд, направленный на него.

— Не в моих интересах что-то с ним делать, — коротко ответил он, не дожидаясь вопроса.

Том едко усмехнулся.

— Очень интересно взглянуть, что ты мне сделаешь, — хмыкнул он.

Глаза Гермионы распахивались все шире. Ей было трудно привыкнуть к "Драко Малфою", неожиданно пробудившемуся в Томе. Но при взгляде на нее его лицо резко смягчилось, и взгляд сделался теплым и ласковым.

— Съемки окончены, в ближайшее время мы в Глостер не вернемся, так что собери пока вещи. Тебе ещё понадобится вечернее платье, но мы заедем в магазин по дороге, — обратился Том к Гермионе, явно только лишь делая вид, что не замечает разъяренного взгляда Малфоя.

Том вновь окинул Драко холодным взглядом и, едва кивнув, снова удалился, чтобы присоединиться к коллегам. К нему тут же прилипла какая-то девушка и, приглядевшись, Драко снова узнал в ней Джейд Оливер, их тренера по метлам или что-то вроде того.

* * *

Дом Уизли встретил их затхлым запахом плесени и пыли. Его покинули, должно быть, много месяцев назад.

Гермиона с трепетом провела ладонью по знакомому смешному дивану и оглядела гостиную. Здесь у каждой вещи было свое добродушное лицо, и каждая встретила ее, как старого друга. С любопытством поглядывал на нее пузатый книжный шкаф, небрежно уставленный книгами, втиснутыми как попало. Несмело поглядывал снизу вверх журнальный столик, примостившийся почему-то в углу и небрежно заваленный волшебными газетами и журналами. Даже безделушки на каминной полке, казалось, были рады ее возвращению, но каждая из них грустно спрашивала: "Ты не знаешь ли, где наши хозяева?". Гермиона вдохнула полной грудью, пытаясь вобрать в себя дух этого дома.

Здесь она оставила прежнюю Гермиону. Перед камином расстилался потертый коврик, на котором они с ребятами любили сидеть, прислонившись спиной к дивану. Холод пола просачивался даже через ткань ковра, но настойчивое тепло огня из камина обвалакивало сверху, и становилось порой даже жарко. Рядом были мальчишки, иногда с ними сидела Джинни, и сколько бы раз они ни собирались у этого камина, Гермионе было здесь тепло. Здесь их речь трещала, как огонь в камине, здесь разливался их беззаботный смех. Теперь в этом доме было оглушительно тихо и холодно. И особенно это чувствовалось в гостиной.

— Здесь нет никакого намека на след. Мы просто зря потратили время! — Гермиона была даже рада, что вопль Малфоя пронзил кладбищенскую немоту этого дома.

— По крайней мере, здесь можно будет принять ванну и переодеться.

— Здесь? — острое лицо Малфоя приняло брезгливое выражение.

— Не нравится — купайся в пруду с дикими утками, — буркнула Гермиона и осторожно двинулась на кухню. В глаза тут же бросились знакомые часы на стене. Гермиона похолодела. Стрелка Рона беспорядочно вращалась вокруг оси. Остальные стояли прочно на черточке "Смертельная опасность".

— Почему стрелка Рона не стоит на месте? — пробормотала Гермиона, и вдруг совсем близко от ее лица со свистом пролетело заклинание. Гермиона резко обернулась. Напротив стояла Белатрикс.

Послышался безумный пробирающий до костей смех Лестрендж.

— Вы посмотрите, какие у нас тут аппетитные лапочки! — крикнула она, и в кухне тут же появились Фенрир и Алекто Кэроу. — Грейбек, ату ее!

Миг — и Фенрир рванулся с места, но Гермиона уже успела выхватить палочку и откинула его заклинанием. Взвигнув по-волчьи, Фенрир с грохотом повалился на комод и отключился. Тут же в нее полетело смертельное заклятье Кэроу, но внезапная вспышка откуда-то слева отразила удар, и заклинание срикошетило в раковину.

— Драко, — взволнованно выдохнула Белатрикс.

Малфой осторожно вышел из укрытия, поднимая руки.

— Мы не собираемся причинять вам вред, — дрожащим голосом выдал он. — Где родители? — обратился он к Белатрикс.

Ее лицо с крупными грубыми чертами окаменело.

— Тебе следует пойти со мной, — угрожающе прошипела она.

— Как вы нашли нас?

— Ты посмел произнести имя Темного Лорда, — задрожала от ярости Белатрикс. — Разве не знаешь, что метка подаст ему сигнал о таком вопиющем кощунстве?

Драко и Гермиона переглянулись. Лицо Гермионы исказилось от досады на себя. Драко снова вскинул решительный взгляд на Белатрикс.

— Я никуда не пойду, пока ты не скажешь, что с моими родителями. Они... — он помедлил, решаясь, — живы?

Белатрикс и Алекто переглянулись.

— Пока да. Но если ты, щенок, не последуешь за мной... — в ярости прошипела Белатрикс.

— Он не последует.

Гермиона спокойно прошла через всю кухню и встала рядом с Драко, крепко сжимая его руку и глядя на Белатрикс в упор. Драко в замешательстве бросил взгляд на нее, затем на тетушку.

— Темный Лорд убьет их! — выкрикнула Белатрикс.

— Ты этого не допустишь, — усмехнулась Гермиона. — Нарцисса твоя сестра, а Люциус ее муж. С их помощью Лорд может давить и на тебя, и на Драко. Ему нет смысла от них избавляться.

Миг — и Гермионе снова пришлось уворачиваться от зеленого луча. Она юркнула под стол, за которым сжался от ужаса Ал и почти поволокла его размякшее тельце к Драко.

— Драко, аппарируй отсюда! — закричала Гермиона, врезаясь ногтями в его ладонь.

Драко в недоумении повернулся к ней.

— Отсюда же нельзя аппарировать.

— Делай что говорят! — закричала Гермиона, и они стали медленно растворяться в воздухе, пока новый шар, посланный Белатрикс, летел в их сторону.

* * *

— Тебе понадобится вечернее платье, давай заедем, — буднично бросает Том, не отрываясь от дороги.

Гермиона устало трет лоб ладонью.

— Том, мне не до нарядов сейчас. Не уверена, что вообще хочу ехать на этот благотворительный вечер. Голова другим занята.

— Да ладно тебе, Гермиона! — тон Тома звучит чуть снисходительно. — Нужно же иногда и расслабляться. Отложи ненадолго свои дела.

Он смешно морщит лоб в своей особой манере. От его ужимок и движений сладко щемит сердце — уже тогда она любила его, но никогда не отождествляла с собой. Она любила его любовью фанатки, наблюдая за ним как бы издалека, но никогда не допускала, что его мир может однажды стать ее миром. И ей было очевидно, что и Том никогда не примет существование ее мира.

Все чаще ей казалось, что Том любит ее родительской любовью. Ему комфортно было, что она живёт в его доме, как питомец, нуждается в его поддержке, тем самым придавая значимости ему. Но все ее попытки вернуть собственную жизнь вызывали у него лишь ласковую улыбку. Он смотрел на нее, как на несмышленыша, делавшего свои первые шаги, и не видел, какую боль причиняет ей каждый этот шаг. Сколько раз она пыталась откинуть эти костыли и пойти сама, но каждый раз он осторожно удерживал ее и ставил на костыли снова. А она снова опиралась. Потому что любила его.

— Почему не поедешь один?

Вместо ответа Том снова морщится.

— И так все время один или с мамой. Хочу с тобой.

— Но почему именно со мной? Тебе фанатки прохода не дают, приглашай любую!

Том вскидывает на нее любопытный взгляд, оторвавшись от дороги.

— То есть, ты не против, если я позову кого-то из них? — игриво подмигивает он.

— Нет, конечно, — бормочет Гермиона, смешавшись. — Ты мне ничего не должен, как и я... Меня вообще дома ждёт Рон... И Гарри.

Меньше всего она думала о Роне в те дни, но Тому не обязательно было об этом знать.

Том пару мгновений рассматривает ее, затем парирует односложно:

— Не хочу.

— Чего не хочешь?

— Приглашать фанаток не хочу. Они липнут не ко мне, им нужен Драко Малфой. Ты единственная видишь во мне меня.

Эти слова звучат неожиданно серьезно, словно случайно слетели с губ. Их кисти слегка соприкасаются — и Гермиона непроизвольно вздрагивает, отдергивая руку словно от горячего утюга.

— Ничего я не вижу, Том! Я не могу, не должна видеть ничего и никого в этом мире, я должна вернуться домой!

Том обречённо вздыхает.

— Гермиона, — тихо зовёт ее. — Объясни, что я делаю не так? Почему ты так реагируешь?

— Это я все делаю не так, Том! Не то и не так. Я должна думать о том, как помочь друзьям, а все мои мысли только и крутятся вокруг тебя и благотворительного фонда. Мне нужно сосредоточиться на деле!

— Очнись, Гермиона, что может быть важнее, чем реальная жизнь? Разве думать о сиротах плохо? И... обо мне...

— Это не плохо, — роняет Гермиона. — Просто... Это неправильно. Это не моя реальность.

И снова разговор обрывается. Том давно уже не спорит с ней.

— Ты не можешь вечность со мной возиться. Кто знает, когда будет развязка.

— Развязки не будет, — тихо отзывается Том почти машинально. Он знает, что и эта фраза не достигнет ее слуха.

— И это тоже развязка, — твердо отвечает Гермиона. — Я не принадлежу себе. Уходи, пока не поздно. Однажды тебе все равно придется уйти.

Том устало вздыхает.

— Гермиона, к чему это все? Я просто прошу тебя составить мне компанию. Тебе тоже надо развеяться.

— Просто предлагаешь появится с тобой на публичном мероприятии. Том, я не настолько оторвана от жизни. Пресса тут же сделает выводы.

— Пусть делает.

— Твой менеджер тебя по головке не погладит.

Том хватается за голову.

— Ей-богу, Гермиона, ты слишком много думаешь! Почему нельзя просто сходить вместе? Как коллеги? Ты же тоже там работаешь.

— Нам нельзя, — упрямо поджала губы Гермиона. — Том, я пытаюсь быть ответственной. Хотя бы кто-то должен.

— Хочешь сказать, я безответственный? — обиженно вздрагивает Том.

— Я не это...

— Хорошо

Том сухо кивает.

— Пойду на мероприятие с другой коллегой. Не в моих правилах кого-то заставлять.

* * *

Они оказались посреди маленькой людной улочки с щемяще знакомыми нескладными старинными домиками.

— Хогсмид? — вырвалось у Гермионы слишком громко, так что Драко пришлось резко зажать ей рот и силой затащить в переулок. Отодрав руку Малфоя от лица, Гермиона снова огляделась по сторонам и прошипела, тяжело дыша: — Зачем сюда?

— План тот же: найти союзников.

— Как? Мы понятия не имеем, где Фред и Джордж!

— Довольно с меня твоих дружков, — мрачно протянул Малфой. — На этот раз отправимся туда, куда я скажу.

— И куда же?

— Время навестить моих людей.

— Спятил?

— Можешь пойти поискать своих.

—В Хогвартсе сейчас опаснее всего. Драко, подожди!

Гермиона удержала его за рукав. Драко вздрогнул то ли от осторожного прикосновения, то ли от ее проникающего глубоко внутрь голоса.

— Я точно знаю, что твои предадут нас, — прошептала она, заглядывая ему в глаза, ее лицо в паре дюймов от его.

—Ты что, Трелони? Ал, видишь высокую башню? Перенеси нас туда.

— Подожди, — Гермиона снова устало повисла на его предплечье. — Зачем мы туда идём? У тебя есть план?

— Какой ещё план, Грейнджер, моих родителей вот-вот прикончит Темный Лорд, — задыхаясь, скинул ее руку Драко. — Наплевать на план, я должен видеть Снейпа.

— Снейпа? — переспросила Гермиона, и ее лицо просветлело. — Так ты хочешь увидеть Снейпа? Гениально! Как мне самой это в голову не пришло?

Драко на миг замер и смерил ее озадаченным взглядом.

— Даже не знаю... Эмм... Может быть, тебя немного смущало, что он убийца Дамблдора?

Гермиона словно и не слышала его, она продолжала бормотать, что-то высчитывая в уме.

— Он все ещё директор Хогвартса? Он ведь нынешний директор Хогвартса, не так ли? — уточнила она, вскинув на него почти безумный взгляд. Окрававленное платье, взъерошенные волосы и впалые щеки в самом деле ей придавали вид городской сумасшедшей.

— Да, надо сперва переодеть тебя, слишком заметна, — процедил Драко и огляделся в поисках магазина мантий. Внезапно его взгляд привлекла колдография на стене с надписью "Особо нежелательная персона разыскивается".

— Они объявили тебя в розыск, — выдохнула где -то рядом Гермиона, но Драко даже не обернулся. Как зачарованный, он приблизился к постеру, на котором был изображён он сам.

— И зачем это я им так понадобился, — подумал Драко, но оказалось, что произнес это вслух.

— Думаю, я знаю зачем, — глухо отозвалась Гермиона. — В Хогвартсе опасно появляться. Ты подставишь Снейпа. Лучше вызвать его, чтобы он сам назначил встречу.

Драко неуверенно покосился на нее.

— И как это сделать? Пошлем Ала?

Гермиона качнула головой.

— Думаю, аппарацию в Хогвартс сразу обнаружат, уверена, Снейп тоже под надзором.

— Но как передать ему, что я здесь. Я теперь нежелательная персона, кроме Снейпа, нет никого, кому я мог бы довериться, — Драко в отчаянии сгреб волосы ладонью.

— Я думаю, я знаю, человека, которому можно довериться, — тихо ответила Гермиона. — Но прежде мы должны раздобыть мантию. — Ал, — она повернулась к домовику. — Возьмёшь для меня в магазине Малкинс? Пожалуйста... И... Захвати шоколадную лягушку с Дамблдором.

Кивнув, Ал сложил ручки в знак повиновения, но заметив, что Гермиона недовольно морщится, остановился на полпути и, с достоинством кивнув, щелкнул пальцем и испарился.

— Что ты делаешь с моим домовиком, Грейнджер? Купи своего эльфа — и им распоряжайся.

— Я не распоряжаюсь, я сказала пожалуйста.

— Я не об этом. Ты искажаешь его сознание.

— Я не искажаю, я лишь пытаюсь искоренить его рабские привычки.

— И в итоге он просто подчиняется тебе, а не мне, — резко усмехнулся Драко, заставив Гермиону на мгновение задуматься. — Ладно, сейчас это не важно, зачем тебе лягушка с Дамблдором? Резко проголодалась?

— Малфой, включи голову. Зачем мне понадобился портрет Дамблдора?

Драко резко остановился и расплылся в елейной улыбке.

— Стой, Грейнджер. Ты хочешь связаться со Снейпом через портрет Дамблдора в кабинете директора? С помощью шоколадной лягушки?

— Все портреты Дамблдора связаны.

— Это да, твой план граничил бы между гениальностью и безумием, если бы не одно маленькое "но"... С чего ты взяла, что портрет Дамблдора остался висеть в кабинете?

Гермиона замедлила шаг.

— Об этом я не подумала, — признала она, закусив губу.

Драко победоносно тряхнул волосами. Нечасто ему удавалось заткнуть за пояс Грейнджер , хотя в этот раз победа была сомнительной. Теперь у них и вовсе не оставалось вариантов.

— Я знаю, как можно проникнуть в Хогвартс, — звонко воскликнула Гермиона. — Там должен оставаться подземный ход. Пошлем Ала.

В каморке Аберфорта они никого не нашли. Не было следов сопротивления, похоже, Аберфорт просто скрылся, как только стало известно о смерти Поттера. Однако и подземный ход, на который рассчитывала Грейнджер, был безнадежно завален.

— Может, по каминной связи, — неуверенно предложил Драко, в растерянности глядя на пыльную золу в камине Аберфорта.

Гермиона отрицательно мотнула головой.

— Отслеживают.

Драко согласно кивнул. Он и сам знал это.

Гермиона медленно прошла к противоположной стене и без особой надежды сдвинула пару портретов, проверяя, нет ли за ними тайника. Мантия, которую добыл ей Ал, оказалась слегка велика, и ее подол волочился за ней по грязному полу.

Внезапно рука Драко сама потянулась к цепочке на шее. Он нащупал знакомые крылышки летучей мыши.

— Грейнджер! У меня же есть портал! Снейп дал мне его!

Гермиона обернулась к нему.

— Для портала нужна пара. Снейп хранит парный медальон?

— Этот не так работает. Нужно лишь положить сюда вещь из того места, куда хочешь попасть. Вот, видишь?

Он щёлкнул замочком, и крылья летучей мыши распахнулись, открывая взгляду маленький камушек, который Драко тут же выкинул небрежным движением руки.

— Это камень из склепа его матери. В прошлый раз портал привел меня именно туда. Если мы положим сюда вещь из Хогвартса, мы сможем беспрепятственно проникнуть туда, и антиапарационные радары не сработают!

Гермиона приблизилась к Драко, чтобы поближе рассмотреть медальон. Ее голова со спутанными кудрями оказалась совсем близко от его лица.

— Впервые вижу такой, — прошептала Гермиона одними губами, продолжая озадаченно крутить пальцами медальон, отчего сердце Малфоя трепыхалось, как флаг на ветру.

Вопреки обычаю он не съязвил в ответ.

— Это Всесветный портал, — едва слышно отозвался он чуть срывающимся от волнения голосом. Гермиона, словно опомнившись, отпрянула и отпустила медальон. Летучая мышь ухнула вниз и снова повисла на цепочке.

— Не может быть, — выдохнула Гермиона, избегая смотреть на него, и неясно, от смущения или потрясения.

— Как видишь, это не сказки, — победоносно заметил Драко, памятуя, как небрежно она отзывалась о портале, когда он застал ее в библиотеке.

— Вижу, — задумчиво протянула Гермиона, не сводя с медальона завороженного взгляда. Затем, словно очнулась от мыслей и снова взглянула на него. — Но что можно положить сюда?

Драко порылся в кармане мантии и вытащил оттуда смятый клочок бумаги. Буквы давно стёрлись на нем, но Драко хранил его как напоминание. Напоминание о том, как он чуть не убил Грейнджер.

— Это заклинание написал Снейп. Оно должно привести нас прямо к нему, где бы он ни находился. Или, по крайней мере, туда, где хранится эта бумага.

— Что за заклинание? — Гермиона с любопытством потянулась к медальону, но Драко перехватил ее руку на полпути и сжал ее ладонь.

— Какая разница, Грейнджер!

Он ловким движением вложил клочок бумаги в медальон и щёлкнул замком.

— А Ал?

— Нет смысла перемещаться туда втроём, так мы привлечем больше внимания. Ал, останешься тут. Жди здесь, пока не получишь дальнейшие распоряжения, — властно распорядился Драко.

— Я останусь, сэр, но вовсе не потому что вы приказали, — вскинув голову, с достоинством отозвался эльф и послал Гермионе взгляд, исполненный тревоги и обожания. — Берегите себя, госпо... Гермиона Грейнджер.

— Мерлин, Грейнджер, что ты сделала с моим эльфом, — простонал Драко и сгреб Гермиону в охапку, нажимая на медальон. Мгновение спустя они растворились в воздухе.

* * *

Когда Том вернулся, Малфой уже был в номере.

— Что-то ты поздно.

Том проигнорировал реплику и, распахнув шкаф, резко сдернул с вешалки банный халат и полотенце.

— Наверно, с этой девицей долго общался, как ее? Джейд, кажется?

Том резко повернулся к нему.

— А до нее тебе какое дело?

Драко с притворным испугом вскинул ладони, демонстрируя покорность.

— Сугубо праздное любопытство. Кажется, она ничего по вашим маггловским меркам...

Том молча смерил его уставшим и презрительным взглядом.

— Фрик, — выдохнул, наконец, он и, покачав головой, повернул дверную ручку, чтобы выйти в коридор.

— Ну хватит строить обиженку, Фелон, — лениво протянул Драко ему в спину. — Давай поговорим. Все же можно решить, — нарочито добродушно и даже дружелюбно прибавил он. Том отпустил ручку и в изумлении обернулся к нему. Драко довольно ощерился и, ловко сложившись пополам, соскочил с кровати и приблизился к нему.

— Бросай свой халат и расскажи мне, почему это ты не хочешь, чтобы я встретился с Роулинг, — почти проворковал Драко и, силой выдрав из рук Тома его халат и полотенце, отбросил их на кровать.

Том проводил его движения недоверчивым взглядом.

— А ты чего такой довольный?

Драко помедлил с ответом.

— Честно? Девушка твоя очень порадовала. Вы шикарно смотритесь вместе.

— Ты про Джейд? Бред! Мы просто коллеги.

— Да? Ну, коллеги так коллеги, — чуть подумав, легко согласился Драко. — Давай ближе к делу. Почему ты не заказал пропуск для меня?

В глазах Тома плясало мрачное удивление, граничащее с восхищением.

— А кто ты такой? — в этих коротких словах Том излил в сердцах все накопившееся за сутки раздражение.

Чуть помедлив, Драко понимающе кивнул.

— Что ж, ты знаешь, кто я. Драко Малфой.

Том насмешливо фыркнул и попытался обойти Драко, чтобы забрать банные принадлежности, но тот остановил его ладонью.

— Не веришь?

— Нет, — с усмешкой выдал Том и попытался снова обойти Малфоя. — Пусти меня, пожалуйста, я жутко хочу спать.

— Предупредишь завтра Роулинг насчет меня.

— А то что? — с вызовом взглянул в упор Том.

Драко встретил его бесцветным холодным взглядом. Куда только делась его заискивающая улыбочка. Он медленно выудил из кармана мантии палочку и приставил ее к горлу Тома. Том проводил его движения настороженным взглядом, но не двинулся с места.

— А то пройдешься голышом по Пикадилли, кукарекая, — пообещал Драко. — Или еще что пострашнее придумаю.

Том усмехнулся и отодвинул от горла палочку.

— Мне не нравится, когда на меня направляют колющие предметы, — мрачно пояснил Том. — Завтра уезжаешь туда, откуда пришел.

— Я бы рад, да вот не могу. Без помощи Роулинг.

— Тебе поможет психотерапевт, дружище, — Том похлопал его по плечу и подошел к кровати, чтобы забрать свои вещи.

— Что мешает тебе поверить?

— Здравый смысл?

— Ты зовешь с собой на съемки двух совершенно незнакомых людей. Это здравый смысл? Ты не стал бы так поступать, если бы у тебя была хотя бы доля сомнения, что мы говорим правду.

Том повернулся к нему, задумчиво разглядывая его.

— Да ты у нас сам себе психотерапевт, как я погляжу. Спасибо, парень, в наставлениях не нуждаюсь.

Драко усмехнулся.

— Ты знаешь, кто я, — протянул он, не сводя с Тома пронизывающего насквозь всезнающего взгляда. — Но знаешь ли, кто ты сам?

— Я тот, кто я есть. А вот что ты из себя представляешь, мне совершенно непонятно.

— Все тебе понятно, Фелон. Тебе просто не нравится то, что ты понимаешь.

— И что же я понимаю? — к голосу Тома примешивалась насмешливая издевка.

— Я — это ты, в конечном итоге. И именно поэтому ты на меня взъелся.

Том усмехнулся и, собрав свои вещи с кровати, обогнул Малфоя и вернулся к двери.

— Я на тебя не взъелся. Просто ты опасный тип, и я пока не знаю, что с этим делать. И запомни ещё кое-что, Малфой. — Он повернул ручку двери, чтобы уйти, но в последний момент обернулся и, на мгновение задумавшись, уверенно повторил. — Я— это я.

— Я-то запомню, Фелон, — снисходительно закивал Драко. — Сам, главное, не забывай.

Том хотел что-то ещё ответить, но, пересилив себя, молча повернул ручку и вышел из комнаты.

* * *

Гермиона стояла, кутаясь в новое осеннее пальто и переминаясь с ноги на ногу на тонких шпильках. Том все-таки настоял на походе в магазин перед благотворительным ужином — и теперь она чувствовала себя еще более уязвимой и неуверенной в себе. В сотый раз она проклинала себя за податливость — но в заверениях Тома было зерно истины. Ей нужно было максимально смешаться с толпой, чтобы добраться до Роулинг, а публика тут собиралась колоритная.

Роулинг проводила свой благотворительный ужин в здании студии Уорнер Брозерс, в том помещении, где снимали большой зал Хогвартса. К вящему сожалению Гермионы, сама студия оказалась довольно скучной: все декорации, которые она видела в фильме, были, в основном компьютерные, а на деле основную часть студии занимали такие же металлические конструкции, как и в Глостере. Тем не менее, зал подготовили к благотворительному вечеру, и теперь он действительно немного напоминал ее родной Хогвартс.

— Готова?

Рядом показался Том, и у Гермионы снова захватило дух. Он был одет легко, но стильно: недлинный бежевый тренч, идеально уложенные волосы — в этот момент он был снова гораздо больше похож на Малфоя, чем хотелось бы.

— Где Малфой? — не удержалась Гермиона от вопроса.

Том, очевидно, тоже впечатленный ее новым обликом, резко изменился в лице.

— Я поручил его Рупу, он за ним приглядит. Все равно Руп терпеть не может такие мероприятия.

— Почему?

Том махнул рукой и засветился своей старой доброй растроганной улыбкой, которую Гермиона так давно не видела на его лице.

— Он добряк, Руп, мне точно известно, что он большую часть своих денег тратит на тех, кому нужна помощь. Но он считает, что супергерои должны носить плащи и маски. Не любит, когда благотворительность предают огласке.

— А... — озадаченно кивнула Гермиона, и можно было бы подумать, что она всерьез озаботилась этой дилеммой, но на самом деле она думала о том, что Малфой, скорее всего, уже аппарировал в Большой зал, куда так тщательно старался не дать ему проникнуть Том, и молила Мерлина лишь об одном. Она очень надеялась, что Драко догадается не творить волшебство на глазах у Рупа и особенно, что он не причинил ему вреда.

— Позвони Рупу, как он там? — попросила она Тома.

— Зачем? Мы же только что расстались. В любом случае Малфою не проникнуть в здание, я предупредил охрану.

Гермиона усиленно кивала на каждое слово, затем резко повернула голову и настойчиво повторила просьбу.

— Позвони Рупу и убедись, что все хорошо.

Том пожал плечами и вытащил телефон из кармана тренча.

— Алло, Руп? Что? Как это ты его упустил? Мы же только что расстались! Как не знаешь?

Гермиона испустила вздох облегчения.

— Не знает — и хорошо, Том, довольно болтать, Руп, не переживай! — приникла она к трубке с другой стороны. — Погуляй сам пока, Малфоя мы потом сами найдем. Никуда он не денется, — прибавила она задумчиво, когда Том отключился.

— Какого черта, как Руп мог его упустить! — в сердцах воскликнул он.

— Руп не виноват, — она ласково потрепала его по предплечью. — Ты предложишь руку даме, а то я на этих шпильках еле передвигаюсь!

Все еще озадаченный Том почти на автомате подал Гермионе руку, и они вместе шагнули за порог студии Warner brothers.