Маггловская зараза (джен)

Паркинсон и Нотт подошли очень вовремя — они успели увидеть, что МакГонагалл по-прежему держит Поттера за руку, а тот с хитрым видом вовсе не спешит освобождаться, будто даже нарочно ждал, пока к ним подойдут лишние свидетели. Дождавшись, когда маги встанут рядом с деканом и лордом Малфоем, Гарри выдернул руку и громко всхлипнул: — У меня даже пальцы онемели, она так в меня вцепилась, не хуже Дьявольских силков!

Ну а что, зря, что ли, он так внимательно слушал профессора Спраут на Травологии, она очень интересно рассказывала про магические растения!

Северус мысленно восхитился крестником: «А слёзы-то как выжимает, мерзавец такой! Не знай я, что это игра на публику, даже я бы купился! Да-а-а... если внешностью Гарри пошёл в своего деда Эванса, то повадками и умом — явно в бабулю, слизеринку Дорею Блэк!»

Попечители втроём сгрудились возле МакГонагалл, которая с ошарашенным видом рассматривала свою руку, словно впервые видела её.

— И ведь это не в первый раз! — продолжал всхлипывать Гарри.

— О чём вы, мистер Поттер? — тут же подобрался Люциус.

— О том, что меня уже пытались заманить к директору! Пару дней назад мне от него записку передали. Приглашение на чай. Знаю я этот чай! — причитал Гарри.

— Кто передал? — деловито спросил Нотт. До него, кажется, тоже начало доходить, что Поттер не столько действительно напуган, сколько работает на публику. У слизеринцев, а Нотт, естественно, тоже учился на Слизерине, на такие вещи глаз намётанный.

— Да староста с Гриффиндора, рыжий такой! Как его... Уизли вроде... — буркнул Гарри, утирая глаза рукавом. Северус снова восхитился — жест-то уж больно сиротский получился! Он снова отметил про себя — вряд ли это продуманная тактика, слишком мало времени на это было, да и Гарри слишком юн для таких планов, видимо, всё-таки игра и вдохновение, пацан очень удачно вошёл в роль! Что ж, для секретного агента это очень нужный навык.

— И почему я не удивлён? — ехидным тоном произнёс Люциус. — Так, господа, я предлагаю не торчать в коридоре, а пройти нам всем вместе в директору, тем более он же так хотел видеть мистера Поттера!

Минерва МакГонагалл раскрыла было рот и... тут же закрыла его. После всего, что случилось, сказать, что это невозможно, потому что директор желал видеть только мистера Поттера и никого другого, означало окончательно рассердить попечителей, так некстати нагрянувших в Хогвартс. Проклиная и их, и этого негодяя Поттера-младшего, она нехотя поплелась вслед за всей этой слизеринской компанией, чтобы им провалиться в свои подземелья!

Сказать, что Альбус Дамблдор был удивлён, увидев, как к нему в кабинет заходит такая пёстрая группа магов, значит покривить душой. Альбус Дамблдор был ошарашен. Вот уж чего он никак не ожидал, так это того, что к нему ВМЕСТЕ заявятся господа попечители, Минерва, Снейп и Гарри Поттер! Минерва, кстати, имела какой-то бледный вид, а Поттер почему-то шмыгал носом и поминутно оглядывался на своего декана (ах, какая несправедливость судьбы, ну это только представить себе — Поттер, и на Слизерине!). Зато Люциус Малфой выглядел не просто довольным, а торжествующим. Альбус мгновенно подобрался — ой, не к добру это... А когда узнал, из-за чего, собственно, его «осчастливили» этим визитом, то чуть не проклял скопом и попечителей, и Минерву, и самое главное — Поттера! Мордред, да что ж такое, одно к одному... Видимо, его бывшая заместительница всё-таки ощутимо приложилась головой, судя по словам того маггловского медика, ибо соображение окончательно покинуло её. Ну вот кто её просил тащить Поттера к нему в кабинет, да ещё таким манером??? Когда Альбус вслух рассуждал, что ему необходимо побеседовать с Гарри, и как можно скорее, он вовсе не имел в виду, что надо хватать мальчишку среди белого дня и на глазах у всей школы! Можно было бы выбрать момент получше, но самое главное — он вовсе не приказывал Минерве делать это немедленно! А у неё в мозгах, видно, отпечаталось, что скорей-скорей, нельзя медлить!.. Вижу цель, не вижу препятствий. Сдать бы её в Мунго, хоть к нему вопросов будет поменьше... видимо, так и придётся сделать, ибо стОящего оправдания для неё придумать не получается, а так к Альбусу претензий не будет...

Даблдор откашлялся и произнёс:

— Очень досадно, что произошло такое недоразумение. Я уверен, что профессор МакГонагалл не хотела ничего плохого, просто...

Его перебил Люциус Малфой, произнеся весьма ехидным тоном:

— Излишнее рвение, так, господин директор? Мне вот интересно, а с чего профессор МакГонагалл решила действовать именно таким образом? Это что, нормально для Хогвартса — вызывать учеников к директору именно так?

Снейп покосился на Минерву — она сидела так, словно проглотила палку от филчевской швабры и смотрела куда-то мимо попечителей и директора.

Тут подключился Нотт:

— Это можно было бы принять с натяжкой, если бы мистер Поттер был студентом Гриффиндора. С натяжкой — потому что я, например, не вижу причин для вызова его к директору, судя по тому, что я узнал об этом студенте. Но мистер Поттер — студент другого факультета, почему хотя бы не оповестили его декана?

Мелкий Поттер собрался что-то сказать, потом посмотрел на своего декана и, дождавшись поощрительного кивка (как ни досадно это признавать, но Снейп отлично дрессирует своих змеек, Минерве до него далеко...), продолжил:

— В моей маггловской школе если директор вызывал к себе ученика, то всегда через классного руководителя и обязательно вместе с родителями! Ну пусть тут магическая школа, но какая разница-то?

Паркинсон заинтересовался:

— Вы учились в маггловской школе, мистер Поттер?

Поттер с готовностью кивнул:

— Я и живу у магглов, сэр. Мои тётя и дядя — магглы. А что?

Паркинсон продолжал:

— Если я правильно понимаю, это родственники вашей матушки? А если бы вас вызвал директор маггловской школы, то ваши тётя и дядя тоже были бы оповещены?

— Конечно, они же мои опекуны! — похлопал глазами Поттер.

— Очень интересно, — протянул Малфой весьма нехорошим тоном. — Вам предстоит много объяснить, мистер (Люциус выделил это голосом) Дамблдор. Но об этом после. Сейчас нам предстоит обсудить, как мы должны реагировать на то, что случилось только что.

— Но это же ясно! — добродушным тоном произнёс Дамблдор. Излишне добродушным, на взгляд Гарри. Он подумал: «Ничего, сейчас я тебе подправлю картину мира, старый козёл!»

А директор продолжал: — Профессор МакГонагалл, конечно, проявила излишнюю инициативу, но ничего же страшного не случилось!

— Не случилось?! Ребёнка хватает сексуально озабоченная дама (Гарри как-то смотрел один детективный сериал и запомнил эти слова, а потом спросил у тёти, что они означают — ну, сперва ему влетело, конечно, за то, «что смотрит то, что не для детских глаз!», а потом тётя Петунья всё-таки объяснила ему подробно, справедливо рассудив, что не попасть в такую же ситуацию ребёнку позволит именно знание того, куда он может попасть), тащит неизвестно куда , наносит ему моральный ущерб... — протянул Гарри очень противным голосом. — И это не страшно? Права была моя тётя, когда не хотела меня сюда отпускать...

— По моему мнению, надо оповестить Департамент магического правопорядка, — нарушил своё молчание декан Слизерина. — Случай совершенно вопиющий, я даже не припомню, когда такое случалось в Хогвартсе.

— Ну-ну, мальчик... — начал было Дамблдор, но поперхнулся, заметив, какими глазами на него смотрит мелкий Поттер. А что он такого сказал-то?!

— Я согласен, — сказал Нотт.

— Я тоже, — добавил Паркинсон.

— Минерва, а вы что же молчите? — спросил Люциус.

— Я... мне... я думаю, что я нездорова, — наконец «выкрутилась» МакГонагалл.

— Почему бы тебе не обратиться в Мунго за помощью? — подхватил директор.

— Но... мои занятия, кто заменит меня? — встревоженно спросила Минерва.

— Это уже дело попечителей. А вам действительно пора заняться своим здоровьем, если вы не хотите объясняться с Амелией Боунс, — жёстко сказал Люциус. — В течение недели вы пройдёте полное обследование в лечебнице Св. Мунго, и по его результатам мы решим, что делать дальше. Советую вам начать сейчас же, чтобы не терять зря времени!

Намёк был более чем ясен, и МакГонагалл вопросительно посмотрела на директора. Тот слегка поморщился, но сказал:

— Минерва, я полагаю, что в этом случае наши уважаемые попечители правы — тебе нужно подумать о своём здоровье, причём безотлагательно. Возможно, твои действия — результат обычного переутомления, ведь ты много лет работала на благо Хогвартса практически без отпуска и столько сил отдала школе! — при этих словах Дамблдор укоризненно посмотрел на присутствующих.

МакГонагалл встала с оскорблённым видом, сбивчиво попрощалась и, спросив разрешения у директора, отправилась по каминной сети прямо в Мунго.

Альбус проводил её взглядом, а потом возмущённо сказал:

— Поздравляю вас, господа, вы только что оставили Хогвартс без преподавателя трансфигурации!

Люциус спокойно ответил: — Никоим образом. Пока вы не найдёте кого-то на её место_ а я думаю, что одной неделей лечения профессор МакГонагалл не обойдётся, вы вполне в состоянии сами вести занятия, у вас ведь, кажется, есть Мастерство в Трансфигурации? Значит, вам сам Мерлин велел!

-Для этого у меня слишком много обязанностей, — попробовал откреститься Дамблдор, но Люциус был непреклонен:

— Значит, придётся их пересмотреть, возможно, что-то изменить. И я даже знаю, что именно. Первейшая забота директора школы — обеспечивать нормальный учебный процесс, и если вам так трудно совмещать обязательства главы Визенгамота с нуждами Хогвартса, значит, от чего-то придётся отказаться. Не волнуйтесь, я сам подниму этот вопрос на ближайшем заседании Визенгамота! Вообще надо бы прекратить эту порочную практику совмещать должности! Сами видите, до чего переутомление довело профессора МакГонагалл! А вы, Дамблдор, слишком ценны для магического мира Британии, чтобы так безжалостно нагружать вас совершенно несочетающимися друг с другом обязанностями!

Последние слова Малфоя прозвучали почти что издевательски, и слизеринцы, бывшие и настоящие, сразу почувствовали это. Нотт и Паркинсон с улыбкой переглянулись, Снейп закашлялся, а Гарри просто хихикнул — а что, ему простительно, он ещё ребёнок и не научился сдержанности!

Альбус даже побледнел — такого поворота он не ожидал! Перед ним явственно замаячила возможность потерять пост главы Визенгамота, а в худшем случае — и директорский пост. Сам для себя он не мог окончательно решить, какая должность для него важнее... пожалуй, всё же директорская. Визенгамот — это, конечно, хорошо, но должность эта выборная, всегда есть шанс, что в следующий раз выберут кого-то другого. А директорами Хогвартса становятся раз и навсегда... нет, на самом-то деле и эта должность не была пожизненной, просто так сложилось, традиция, которых так много в магическом мире. Альбусу вовсе не улыбалось стать первым директором Хогвартса, уволенным решением попечителей за... да один Мордред знает, что бы они придумали в качестве причины!

Чтобы не оставлять за этими чистокровными мерзавцами последнее слово, Дамблдор заметил весьма жёстким тоном:

— У нас также теперь нет декана у факультета Гриффиндор.

Нотт ухмыльнулся:

— Ну, судя по тому, что я успел узнать, декан из МакГонагалл был... да никакой, что она есть, что её нет. Так что особых изменений я не предвижу.

Снейп встревоженно добавил:

— И тем не менее оставлять толпу неуправляемых и неадекватных гриффиндорцев без хоть какого-то руководства — это чревато бедствиями уже в масштабе всего Хогвартса.

Директор тут же запыхтел:

— Северус, как ты можешь так говорить!

— Как раз я и могу, — возразил Снейп. — Это же я патрулирую Хогвартс ночами и я веду занятия, в том числе и у гриффиндорцев. Хвала магии, в этом году профессор Вектор наконец прекратила эту порочную практику совмещения занятий Гриффиндора с другими факультетами, они и сами не учатся, и другим не дают. Впрочем, вы, директор, скоро лично сможете вспомнить, каково это, когда будете вести уроки трансфигурации.

Малфой поиграл тростью, затем сказал со скучающим выражением на лице:

— Честно говоря, я не вижу проблемы — аврор на пенсии, с большим стажем и с ещё бОльшим опытом, неужели таких нет? Естественно, я не говорю о Грюме, такого не только к детям, а вообще к людям подпускать нельзя, но помимо него наверняка найдётся подходщий кандидат. Аврорская пенсия невелика, а жалованье декана — хороший стимул. Гонять жульё в Лютном и держать железной рукой факультет «благородных и отважных» — никакой разницы, по моему мнению. Сегодня же свяжусь с министром.

Альбус даже заскрипел зубами от досады. Обложили, со всех сторон обложили! Как тут возразишь, какими словами, если со стороны всё выглядит предельно логично — кому и возглавить факультет Годрика, как не заслуженному мракоборцу. А то, что у этого мракоборца могут быть свои представления о благородстве, чести и дисциплине, совершенно не совпадающие с намерениями Альбуса — кому какое до этого дело?! Ах, драккл бы побрал эту Минерву!..

Гарри, выглянув из-за плеча профессора Снейпа, робко кашлянул:

— А можно, я уже пойду? Скоро обед... и я тут, по-моему, уже не нужен...

Люциус взглянул на пацана с интересом — ну чистый ангел, тихий и воспитанный... ну да, "Still waters run deep"* как магглы выражаются. Перевёл взгляд на Снейпа — тот сидел с серьёзным видом, но губы его подрагивали — ясно, пытается удержать смех.

— Конечно, мистер Поттер! Извините нас, мы совсем забыли о времени. Господа, предлагаю отпустить мистера Поттера, ребёнку пора обедать, да и нам тоже! Беседу продолжим после обеда, вы не против, директор?

* "Тихие воды текут глубоко" — английский аналог поговорки "В тихом омуте черти водятся".