Гарри Поттер и внутренний голос (джен)

— Отвяжись, — вяло отбивался я.

Малфой не отступал, но отчего-то злиться на него не получалось. И пожаловаться я не мог, не по-пацански это. Малфой такой... высокомерный засранец, чудо, как мы с ним так запросто общаемся. Он заслужил правду.

— Драко, я не буду больше учиться в Хогвартсе.

Тот даже рот приоткрыл от любопытства:

— А где будешь? Дурмстранг? Шармбатон? Ильверморни?

— Нигде. Меня отчислят за неуспеваемость.

Малфой вытаращился так, словно хотел покрутить пальцем у виска:

— Поттер. Я сижу с тобой в одном классе целый год и вижу, как ты отвечаешь, как колдуешь. Что за бред?

Я лишь пожал плечами. Объясняться желания не было.

— Да экзамены еще не закончились! — кипятился Драко. — И результаты пришлют только через месяц!

Парень выглядел растерянным. Наверное, прийти к нему на днюху не отказывался никто и никогда. Он потомственный маг и не тебе чета, напомнил я себе.

— Драко, мне правда пора. А ты не трать время на неудачников. И это... С днем рождения.

Малфой похлопал глазами, нахмурил светлые бровки и убежал. Я подобрал сумку и потащился следом.

Директора за обедом не наблюдалось. Декан Макгонагалл нервничала, Снейп задумчиво пил кофе. Остальные профессора вели себя как всегда. Я что-то жевал, вежливо отвечал тревожно щебечущим девчатам и кивал парням. День тянулся, неумолимо переходя в вечер.

Когда голоса в гостиной стихли, я выбрался из постели и побрёл на башню. Мне нравилось наблюдать, как темнота скрадывает очертания и Хогвартс растворяется в ночи, обозначенный лишь пятнами горящих окон. Сегодня был на редкость тёплый вечер.

Я опустился на колени, уселся на пятки, сложил руки и замер под складками мантии. Текли минуты. Мысли ушли. Так приятно не терзаться, а просто сидеть, просто — быть, наслаждаться покоем, что дарил сейчас Хогвартс, и одиночеством. Наконец-то! Нащупал за пазухой крепкую рукоять, извлек жезл и положил рядом.

На камень в навершии жезла упал лунный свет. Я раздумывал, во что бы такое трансфигурировать артефакт. Квиррелл говорил, он легко даст поменять свой внешний вид, не меняя магической сути. Я хотел иметь возможность держать жезл как можно ближе, практически под рукой, поэтому решал, нужно ли превращать его в перстень? В мантию? В книгу? Перебрав и отвергнув несколько столь же гениальных вариантов, я просто погладил тёмный бочок, а затем вытянул руку и бездумно приказал:

— Вверх.

Миг спустя в моей ладони задрожало древко... метлы.

* * *

Спал я плохо. Утром встал каким-то заторможенным, с трудом заставил себя принять душ и одеться. Тупо вспоминал, как завязывать галстук, долго рассматривал в зеркале собственную унылую физиономию. Ребята тоже нервничали. Невилл натыкался на мебель, Симус в четвертый раз перешнуровывал ботинки. Уизли мрачно сопел, но не лез. С того случая он вообще перестал со мной разговаривать.

Перед кабинетом зельеварения собрался весь наш первый курс, все факультеты. Нас впустили внутрь, и оказалось, что класс освободили от стеллажей и добавили столов, а может и с пространством нашаманили, так что мы все легко поместились, каждый за отдельной партой. На экзамене, помимо наших учителей, оказались трое незнакомых мне магов. Одного из них, светловолосого, элегантного, с изящной тростью, я в школе уже встречал. Он уселся рядом со стулом Снейпа. Двоих прочих, пожилую сухонькую ведьму в смешной шляпке и дородного упитаннного мага, видел впервые. Гости сидели за кафедрой и спокойно наблюдали, как первокурсники пыхтят от усердия. Мне уже было всё равно, рецепты я знал наизусть и вообще не обращал внимания, что происходит в классе. Снейп раздал всем листки с заданием, и я завис. Нужно было сперва ответить на вопросы, а после сварить зелье из практической части. Я понимал, что не успею с теорией и, соответственно, с практикой тоже. Поэтому, как только Снейп отлучился в кладовую, я вскочил и рванул к шкафу.

Когда Снейп вернулся, все дети прилежно скрипели перьями, а у меня на огне уже кипел котел и весело булькали первые ингредиенты. Зельевар на секунду застыл, но быстро пришел в себя, мешать не стал и даже не сказал ни слова, не подошёл за объяснениями — будто всё нормально. Взрослые шептались и поглядывали на меня. Ещё бы. Какой интерес разглядывать класс, дружно марающий пергамент? А тут сольный концерт. Интересно же.

Через полчаса я осторожно перелил готовое зелье в флакон и принялся убирать со стола. Затем спрятал котел, взял листок с заданием и достал перо. Варка зелья успокоила меня и немного взбодрила. Снейп по-прежнему делал вид, что меня нет.

С теорией поступил я как всегда: никаких длинных фраз, никаких описаний. Даты, имена, цитаты, перечни зелий и ингредиентов. Иногда — отсылки к прочитанным книгам. Вокруг тоже зажигались горелки, закипали котлы. Я заставил себя не обращать внимания на шум и сердито шикнул на Рона, когда тот полез с вопросами.

— Смотрите в свой котёл, мистер Уизли, — сурово приказал Снейп, не поворачивая головы. Глаза у него на затылке, что ли.

Время шло. Студенты сдавали готовые зелья и покидали класс. Вот нас осталось трое — я, Рон и Невилл. Вот я остался один. Поднялся, растирая запястье, сдал свой свиток, выставил на кафедру флакон и повернулся к комиссии, ожидая вопросов. Разумеется, следовало культурно убраться вон, но вдруг письмо дошло и гости здесь по мою душу?

— Мистер Поттер, — обратилась ко мне пожилая дама, — почему вы начали с практической части?

— Мэм, сварив зелье, я хотел хорошо сдать хотя бы практику. А теорию уж насколько времени хватит.

Мой флакон пошёл по рукам, народ покивал и даже Снейп имел совесть промолчать. Затем потребовали пергамент с ответами.

— Это больше похоже на шпаргалку, — заметил пухлый волшебник. — На тезисы.

— Конечно, сэр, — согласился я, — но не только. Факты, даты и все остальное я записал в том порядке, в каком нужно отвечать.

— Почему вы указали руту — ингредиент — в самом конце? — буркнул Снейп.

"Отличный вопрос. Спасибо, сэр".

— Не совсем так, профессор. Рута указана дважды: в перечне ингредиентов и в самом конце, поскольку именно там надо пояснить, что собрать руту, высушить и сохранить можно по-разному... И свойства зелья тоже будут немного разными.

— Приведёте пример? — вскинул глаза третий незнакомый волшебник. Макгонагалл и Флитвик в разговор не вступали.

— Пример? Могу. Из какого пособия? "Сбор и магия трав" Стокса, "Основы гербологии" Леко или "Справочник мага-травника" профессора Снейпа. С чего начать?

Макгонагалл отреагировала немедленно:

— Снейпа? Северус! Откуда у тебя печатная работа?

— У него вроде не одна, — хмыкнул Флитвик. Деканша обиженно поджала губы.

— Поттер! — рявкнул Снейп. На щеке у него проступило слабое пятно румянца. — Не поверю, что вы прочли все эти книги!

— Нет. Не все целиком, а только те главы, которые потребовались для эссе. А шесть футов о свойствах руты вы задавали нам в апреле.

— Я и о свойствах кровохлёбки задавал.

— Рассказать о кровохлёбке, сэр?

И тут светловолосый маг положил на мой пергамент ладонь:

— Мистер Поттер. Ваш почерк ужасен, — он ухмыльнулся. — Зелье вы сварили весьма сноровисто, а над письменной работой ковырялись дольше всех. Что с вашими руками?

— Болят. Нож и черпак держу уверенно, а перо — нет, сводит пальцы.

— Вы наблюдаетесь в Мунго?

— Нет.

— Почему?

— Меня никто туда не возил.

— Уверен, что ваши декан и директор позаботились бы о вас. Почему вы не обратились к ним?

Я перевел взгляд на Макгонагалл.

— Я уверена, это недоразумение, — забормотала она. — Мистер Поттер не так понял...

— Интересно, почему, — хмыкнула престарелая незнакомая волшебница и улыбнулась мне. — Я Августа Лонгботтом. Невилл Лонгботтом — мой внук.

— Приятно познакомиться, мэм. Мы дружим.

— Мистер Поттер, — снова вступил белобрысый, — мой сын отзывался о вас как о человеке весьма предприимчивом. Неужели вы хотя бы не попытались решить вопрос и с экзаменом? Попросить заменить его устным, например?

Макнонагалл дёрнулась, а я, осознав, что письма попечители не получили, медленно ответил:

— Пытался, сэр. Мне сказали, что правила одинаковы для всех. Если изменят условия мне, то другие дети тоже захотят поблажек.

— Вам угрожали отчислением? — уточнила миссис Лонгботтом.

Я молча потупился и помотал головой. Маги переглянулись.

— Вы что, действительно решили, будто неуспевающих отчисляют? Мы следим за школой и никого не гоним. Да пусть учатся, если не сильно шалят. Они же платят за обучение, верно?

— А если у кого-то нет денег?

— Забавно, что вы спросили... Иногда за детей вскладчину платит попечительский совет. За вас, например.

— Но почему? — растерялся я и прикусил язык.

— Средства вашего отца почти истощены, а родовой сейф будет доступен только по достижении совершеннолетия, так как ваши родители не успели сделать иных финансовых распоряжений.

Вот как, значит. На деканшу я старался не смотреть. Боялся не сдержаться.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я попечителей.

— На здоровье, — милостиво ответил блондинистый господин. — Кстати, мистер Поттер, приглашение на день рождения Драко в силе. Я лорд Люциус Малфой.

Ух ты! Ну я тормоз. Он же так похож на Дракошу! И лицом, и жестами, и вообще.

— Рад знакомству, сэр, спасибо, — вежливо склонил я голову и взглянул на третьего мага.

— Я мистер Гойл.

— Приятно познакомиться, как поживаете. Грегори крутой, — пробормотал я.

О руте и даже о кровохлёбке рассказать всё-таки пришлось, после чего меня наконец отпустили. В гостиную Гриффиндора я приплёлся, глупо улыбаясь. На обед не пошел, попросил эльфа принести пару пирожков, забрался поверх покрывала на кровать и задремал...

— Гарри! — услышал я голос Невилла. — Просыпайся. Декан Макгонагалл ждёт. Директор хочет тебя видеть.

Кто бы сомневался.

* * *

— Гарри, Гарри, — словно несмышлёнышу, погрозил пальцем Дамблдор, — зачем было писать в Попечительский совет?

Я молчал. Директор, выходит, о письме знал. Похоже, спасать меня теперь некому.

— Мы же с тобой договорились, — укорил меня Дамблдор.

— О чем, сэр?

Директор тяжко вздохнул:

— Ты поторопился и зря побеспокоил занятых людей. Я действительно не хочу волновать детей и менять условия по первой прихоти первокурсника. Но как бы ты ни сдал экзамен, тебя никто бы не отчислил.

— Вы мне этого не сказали. Последние две недели я был уверен, что это мои последние дни в Хогвартсе.

— Гарри, — величественно выпрямился в кресле старик, — я хоть раз угрожал тебе отчислением? Или кто-то из учителей хоть раз сказал что-то подобное?

— Но...

Снейп прав. Я идиот. Единственными, кто постоянно нудел об отчислении, были Рон и Гермиона. И полгода назад, и теперь лишь от Уизли я слышал, будто учеников прогоняют за плохие оценки. Услышал и поверил. Попался, повёлся и сейчас, похоже, окажусь лгуном и дятлом.

— Письмо попечителям, профессор, — начал злиться я, — не об отчислении, а с просьбой сдавать устно. Вы сами говорили: правила одинаковы для всех. Письменно действительно сдать не смогу, но нельзя, чтобы меня оставили в школе незаслуженно. Это не по правилам. А если бы я всё сдал, хоть и устно, было бы честно.

— Намекаешь, что моё решение недостаточно честно? Если так, будь по-твоему: проведем устный экзамен. Послезавтра.

Послезавтра был день рождения Драко.

— Когда будет угодно, сэр, — тут же согласился я. Блефовать так блефовать.

— У тебя на тот вечер, кажется, есть планы?

Мне стало смешно.

— Я напишу моим планам, что занят. Думаю, они поймут. И кстати, сдавать надо будет по всем предметам сразу или несколько раз, по одному?

Директор задумчиво теребил бороду.

— Сперва нужно проверить твои работы. Возможно, их и так сочтут приемлемыми. Если же нет, будет назначена пересдача.

Вот хитрец, восхитился я. Не заставить сдавать дважды, а разрешить пересдать. Не прикопаешься.

* * *

Следовало поторопиться. Отыскав Невилла, кивнул ему, чтоб шёл за мной. Гостиная была полна: напряжение экзамена ещё не отпустило.

Невилл вошёл и застенчиво присел на единственный стул.

— Нужен совет, — прямо начал я. — Что дарят на день рождения чистокровному магу? То есть я читал, конечно, но срочно нужно освежить в памяти, так сказать...

Рот у Невилла раскрылся в немом "О".

— А кому подарок?

— Это важно? Малфою.

— ..? — опешил Лонгботтом.

— Если подарок будет маггловским?

* * *

Я проснулся среди ночи. Что-то точило изнутри, будто нечто позабытое и важное не давало покоя и тихо скреблось в голове. Подарок Драко я заказал. Отчего же тревога не проходит и мешает спать?

Экзамены закончились, а Малфой-старший никак не дал понять, что получил моё письмо! Напротив, он явно говорил с Драко: о моем отчислении я сообщил только ему.

Реальность накатила и накрыла мою бестолковую голову.

Ничего не изменилось, осознал я. Никто никого не собирался выгонять, но был разыгран спектакль, чтоб я помучился и согласился слушаться директора. Допустим, от сладкой парочки я избавился. По-прежнему неизвестно, как пережить лето и что предпримет директор, если я не поеду к родственникам. Гермиона наверняка нашла и выучила наизусть Историю Хогвартса с правилами заодно. Я болван. Мне ничто не мешало поступить так же — кроме собственной глупости.

Снова я представлял, как сбегу и спрячусь в трущобах. Маленький, слабый, неуклюжий. Вот на меня нападают, я защищаюсь, колдую — и лишаюсь магии. Разозлённые маглы бьют меня ногами. Всё, дальше фантазия пасует.

Оказывается, привыкнуть к хорошему так легко! Легко поверить, что в жизни, кроме вонючего чулана, есть что-то ещё. И вот я — относительно богат, я волшебник, но беззащитен, как и прежде. Только теперь мне есть что терять.

"Эй, глюк, — позвал я, — пора пошевелить мозгами. Самое время".

* * *

Наутро я поднялся злым и невыспавшимся. Вокруг звенели радостные голоса — первый курс свободен, но у старшекурсников ещё не всё, — ребята строили планы. Тут же договорились пойти на озеро, девчонки позвали меня, и я согласился. Какая разница, где убить день, а размышлять я и на пляже могу.

Завтрак прошёл бурно. Первокурсники всех четырёх факультетов гомонили, совы принесли почту. Мелкие сметали съестное, будто голодали неделю, остальные ели неохотно. Я поймал "Ежедневный Пророк" и плотный увесистый пакет — в нем прибыл мой подарок слизеринцу. Грэйнджер подозрительно покосилась на пакет, Уизли затолкнул в пасть пирог с мясом.

* * *

Пятого июня Драко исполнилось двенадцать лет. В Большом зале за завтраком стол Слизерина сиял белой скатертью. Судя по довольным лицам студентов, их меню в этот день оказалось особенным. Я не мог разглядеть деталей, пожал плечами и спокойно принялся за свою овсянку. Остальным, впрочем, ничто не мешало обсудить завтрак змеиного факультета в деталях.

Экзамены в этот день сдавали третий и четвертый курс. В это же время вызвали и меня. Пока третьекурсники писали свои работы, профессора разложили мои экзаменационные пергаменты, и я быстро и внятно излагал по существу каждого вопроса. Спрашивали, я бы сказал, весьма поверхностно, но по каждому предмету задавался какой-нибудь каверзный вопрос. Когда меня отпустили, оказалось, прошло не более часа. Мои экзамены теперь официально считались успешно сданными.

Лорд Малфой явился в школу в два часа пополудни. За мной прислали домовика, и когда я, чувствуя себя очень неловко в парадной мантии и начищенных ботинках, появился в холле, Драко сам подошёл ко мне и подвёл к отцу. Всех, кого пригласили, лорд Малфой переправлял камином из кабинета Снейпа. Я здесь уже бывал. Зельевар, затянутый в черное, невозмутимый и суровый, следил за отправкой и строго контролировал процесс. С Гриффиндора был я один, зато несколько человек с Рейвенкло присутствовали тоже. Надо же, а я и не замечал, что Малфой с ними общается! Я с рейвенкловцами и Драко отбыли одними из последних. Лорд Малфой замыкал.

Мэнор я поначалу даже не воспринял всерьёз. Дворец казался декорацией, настолько был чист, аккуратен и красив. Драко представил меня матери, миловидной и хрупкой леди Нарциссе Малфой, позвал рейвенкловцев и потащил нас показать свою комнату, затем — библиотеку, затем в подвалы, в лабораторию и дуэльный зал. Насколько был огромен Хорвартс, но Малфой-мэнор, существенно меньше его, значительно превосходил по красоте и комфорту.

В дуэльном зале я наконец вспомнил о подарке и, отвернувшись, шепнул мешочку заветные слова. Увесистый пакет прыгнул мне в ладони, и я вручил его Малфою.

— С днем рождения.

— Поттер, ты неподражаем. Что тут у нас? О...

Я подарил Драко книгу. Большую, тяжёлую, подарочного издания и с золотым обрезом, на шелковой бумаге. Очень красивую. Гоблины по моей просьбе "вышли в люди" и приволокли "Предания, сказания, легенды, сказки народов мира". Дорогая, статусная вещь.

Малфой вынул палочку и сосредоточенно потыкал ею в подарок.

— Не понял...— вопросительно поднял бровки он.

— Магии тут нет. И о магии — ни слова.

Драко недоверчиво раскрыл книгу и уставился на форзац, затем перевернул страницу, другую..

— Поттер, жесть! То, что нужно.Уверен, ни у кого такого нет.

Окрылённый Малфой взмахнул палочкой, и книга исчезла. Он довольно погладил бездонный карман и потянул нас показывать дом дальше.