Гермиона, Дагворт-Грейнджеры и многие другие (джен)

На одиннадцатый день после ужина Оливер отправился к Макгонагалл.

— Мистер Вуд? Что-то случилось с командой?

— Нет, профессор. Я насчёт легилименции. Правда, что Снейп собирается проверить всех учеников с первого по третий курс?

— Откуда вы это взяли?

— Да об этом вся школа говорит! И если Снейп будет искать в чужих мыслях сведения о грибах, разве он не сможет узнать и другие секреты? Личные, семейные. Или даже наши квиддичные комбинации. Мы неделями их отрабатываем, а Снейп — декан Слизерина.

— Мистер Вуд, у вас нет никаких оснований подозревать профессора Снейпа в подобных намерениях, — строго сказала Макгонагалл.

— Профессор, — возразил Оливер, — я никого не подозреваю. Но младшие уже боятся ходить на зельеварение.

Макгонагалл всячески заверила его, что беспокоиться не о чем, и Оливер ушёл.

Минерва села за стол. Среди бумаг лежало письмо от Северуса, полученное ещё вчера вечером. Она вскрыла конверт. Северус извещал её о массовых прогулах зельеварения и прилагал список отсутствовавших учеников. Она уже собиралась заняться списком, когда в дверь постучали.

— Войдите!

На пороге появился Перси Уизли.

— Добрый вечер, профессор. Старосты Хаффлпаффа и Рейвенкло уполномочили меня обратиться к вам как к заместителю директора.

— По какому вопросу, мистер Уизли?

— Мы хотели бы получить официальное разъяснение от руководства школы по поводу легилименции. Уже шестнадцать младшекурсников отказываются идти на зельеварение и записываются на отработки. В связи с этим нам как старостам нужно знать, можем ли мы гарантировать от лица администрации школы, что профессор Снейп не станет подбрасывать им ложные воспоминания о том, кто разбудил грибы?

Макгонагалл тяжело вздохнула и пообещала официально во всем разобраться и сообщить старостам о результатах.

Едва за Перси закрылась дверь, как сквозь стену просунулся сэр Николас.

— Добрый вечер, Минерва! Я пришёл из гриффиндорской гостиной. Там сейчас происходит нечто чрезвычайно любопытное. Несколько учеников пытаются научиться ни о чём не думать. Один уже целый вечер повторяет таблицу умножения, а другие разглядывают картинки с тыквами. Говорят, если представить себе несколько сотен летающих тыкв, легилименту будет не до чужих секретов.

Макгонагалл сняла очки.

— Тыкв?

— Летающих, — подтвердил сэр Николас. — Я попытался объяснить им, что защита разума устроена несколько сложнее, но они меня не послушали — сидят и рассматривают тыквы. Позвольте спросить, как можно сварить зелье, если всё время думаешь о тыквах?

— Спасибо, сэр Николас. Я займусь этим.

Сэр Николас поклонился и исчез за дверью.

* * *

В тот же вечер профессор Спраут встретила в теплицах Толстого Монаха — он пришёл поговорить о младшекурсниках.

— Они все боятся профессора Снейпа. Я пытался их успокоить, но без особого успеха.

Тем временем к Флитвику явилась Серая Дама. Оказалось, что рейвенкловские первокурсники попросили её присутствовать на уроках зельеварения, чтобы следить за профессором Снейпом и предупредить их, если он попытается прочитать чьи-нибудь мысли.

Флитвик вспомнил семнадцать вопросов о легилименции, учеников, забросивших домашние задания ради изучения окклюменции, и первокурсницу, которой так и не смог пообещать, что профессор Снейп не станет читать её мысли.

Пожалуй, пора разобраться с этой странной паникой.

* * *

А Северус тем временем продолжал наслаждаться необыкновенно спокойными уроками.

На совместное занятие второго курса Гриффиндора и Рейвенкло снова пришли только Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер. На этот раз он даже не стал спрашивать, где остальные. Зелье было достаточно сложным, но оба студента справились с заданием настолько хорошо и быстро, что в течение оставшейся половины урока он с удовольствием рассказал им о нескольких возможных вариантах приготовления.

После урока Гарри вышел из класса, а Гермиона подошла к Северусу.

— Профессор, я хотела вас предупредить. По школе ходят слухи, что вы ищете среди младшекурсников того, кто заколдовал грибы, и для этого применяете легилименцию.

— Вот как.

— Да, и поэтому некоторые ученики стараются ни о чём не думать, а другие специально представляют себе разные вещи, чтобы сбить вас с толку.

— Какие вещи?

— Разные, например квиддичный матч или стаю лебедей, но чаще всего летающие тыквы.

Северус некоторое время молча смотрел на неё.

— Летающие тыквы.

— А ещё они боятся, что вы можете подбросить им ложные воспоминания о том, как они разбудили грибы.

Северус медленно положил на стол перо.

— Подбросить?

— Да, профессор. Я понимаю, что всё это звучит глупо, — продолжила Гермиона, — но многие действительно испугались. Некоторые уже написали родителям, и, как я слышала, родители начали обращаться к директору.

Северус несколько секунд молчал.

— Благодарю за информацию, мисс Грейнджер.

Гермиона вежливо попрощалась и ушла. Снейп подошёл к окну.

Он вспомнил последние две недели: пустые парты, странное поведение некоторых младшекурсников, которые старательно избегали смотреть ему в глаза, и, наконец, серьгу Лайзы Элдридж. Теперь всё становилось понятно.

* * *

Северус решил на следующий день поговорить с директором, а пока немного отдохнуть и поболтать с Шшахом.

Но Шшах вместо обычного приветствия сразу заговорил о деле.

— Северус, Гарри просил меня тебя предупредить. Он вчера рассказал, что по школе ходят слухи, будто ты читаешь мысли младшекурсников, чтобы найти того, кто зачаровал грибы. И будто бы можешь создавать ложные воспоминания. Многие теперь боятся ходить на зельеварение, некоторые уже написали родителям, а те жалуются директору. Гарри подумал, что тебе следует знать.

— Благодарю. Передай ему, пожалуйста, что я получил предупреждение.

— Передам. А ты что намерен делать?

— Полагаю, поговорю с Альбусом. Хотя, признаться, отсутствие большинства учеников меня пока не слишком огорчало. Преподавать зельеварение способным и внимательным ученикам значительно приятнее, чем постоянно исправлять чужие ошибки.

— Понимаю. Но раз дети так напуганы, история сама собой, наверное, не закончится.

— Боюсь, что нет.

Шшах немного подумал.

— Могу я чем-нибудь помочь?

— Пока нет, благодарю. Но если понадобится, я тебе скажу.

— Хорошшшо.

Некоторое время они ещё обсуждали школьные дела, а затем разговор перешёл к одному новому зелью, над которым Северус недавно начал работать. Шшах задал несколько очень точных вопросов, предложил интересную мысль о свойствах одного из ингредиентов, и Северус с удовольствием занялся обсуждением.

* * *

После ужина у Северуса появилась ещё одна возможность приятно провести время и отвлечься от школьных неурядиц. Люциус Малфой пригласил его в поместье выпить огневиски и обсудить несколько вопросов, касавшихся Домов Розье и Малфой. Северус охотно согласился, и в девять вечера вышел из камина Малфой-мэнора.

На столике уже стояли два бокала и бутылка хорошего огневиски. Беседа оказалась интересной, огневиски — превосходным, и Северус начал окончательно забывать о школьных неприятностях.

Именно в этот момент Люциус произнёс:

— Кстати, Северус, Драко пишет, что по школе ходят слухи относительно подбрасывания ложных воспоминаний. Некоторые дети поэтому отказываются посещать твои занятия и жалуются родителям. Драко, между прочим, возмущён.

— Благодарю его за поддержку.

— Я не знаю, кому пришло в голову распространять подобные слухи, — продолжал Люциус, — но советую поговорить с директором, пока жалобы не вышли за пределы школы. Нельзя позволять школьным сплетням превращаться в неприятности для главы Дома Розье.

— Согласен.

Северус снова взял бокал. Некоторое время они обсуждали дела Домов, однако мысли его то и дело возвращались к разговору о слухах.

Кто-то очень не хочет разоблачения.

Тем не менее, от применения легилименции в этом расследовании ему следовало отказаться.

* * *

На следующее утро его разбудил мелодичный клекот дорогой и очень породистой совы Крэббов. Винсент сообщил родителям о странных слухах, распространявшихся в школе, и Крэббы считали своим долгом предупредить декана и предлагали любую поддержку. Северус поблагодарил их коротким ответным письмом.

В то утро у него дважды заканчивалось совиное печенье и приходилось просить эльфов принести ещё. К нему то и дело стучались совы: родители слизеринцев писали своему декану. Одни возмущались поведением учеников других факультетов, другие недоумевали, почему администрация не может обеспечить нормальное посещение занятий, третьи просто предлагали помощь.

После обеда пришло письмо от лорда Дагворта. Гермиона рассказала ему о происходящем, и он счёл необходимым предупредить Северуса о возможном вмешательстве встревоженных родителей. Он также предлагал помощь.

Северус был благодарен за поддержку, но поток писем уже начинал его захлёстывать. Впрочем, подумал он, такое количество предложений помощи свидетельствовало в том числе о растущем влиянии Дома Розье.

Вскоре пришло ещё одно письмо — от лорда Блэка. Гарри сообщил ему о панике среди младшекурсников, и Сириус был возмущён. Он тоже предлагал помощь.

Северус перечитал письмо и усмехнулся. Кто бы мог подумать, что он доживёт до того дня, когда Сириус Блэк предложит ему помощь в решении школьных проблем!

Но шутки в сторону. Пора было поговорить с директором.