За Душу, данную Творцом... (джен)

Место, в котором очутился Ринсвинд, отдавало отчётливым безумием и сюрреализмом. Равно как и голоса в голове, которые то затихали, то почти оглушали, хихикали, смеялись, орали на кого-то, плакали или толкали обвинительные речи, бормотали что-то непонятное и постоянно менялись местами и ролями, так и это место; постоянные изменения давили бы на психику, если бы только у Ринсвинда после этого странного перемещения была нормальная психика. Полы, разукрашенные в психоделическую шахматную расцветку, то шли волнами, то прогибались, то трескались и распадались, словно пазл, то вообще исчезали, и оставалось только ощущение, будто идёшь по воздуху. Так же вели себя и стены, изгибаясь, приближаясь и отдаляясь, меняя расцветку и фактуру и то сияя лилово-оранжевыми разводами с вкраплениями октарина, то брызгая во все стороны туманом, то вообще походя на водопад, который течёт снизу вверх. Чуть дальше этой странной залы, колонны в которой принимали облик странных чудищ, причудливо изгибались и совершенно не придерживались правил гравитации и ориентирования в пространстве, были лестницы. Одни вели из потолка в стену, другие были перевернуты вверх ногами или закручены спиралью, и всё это «безумное великолепие» нависало аркой над какой-то определенной областью. Ринсвинд ничего не видел там, кроме насыщенного октаринового цвета, который переливался, как будто из просто ещё одного цвета, воспринимаемого только волшебниками Диска, внезапно появились ещё сотни и сотни состояний магии, которые сам Ринсвинд — недоучка — описать был не в силах. То пятно, что так сильно слепило его насыщенным октариновым сиянием, было и цветом, и газом — октагеном, и металлом, и жидкостью, и… Ринсвинд крепко зажмурился, когда безумное хихиканье в голове внезапно окружило его, как будто выйдя за пределы головы, и — внезапно прекратилось.

Взамен хихиканью кто-то решил, что неплохо было бы поговорить.

— Ну что ж, хи-хи-хи, здравствуй, мой новый Чемпион, гость, иномирец и просто отличный парень со съехавшей крышей!

Да, это определенно был тот самый, «хихикающий» голос. Ни с чем другим его нельзя было спутать! В этом голосе, в этой речи, слышались и безумие, и мудрость, и веселье, и грусть, и много таких оттенков и полутонов чувств и состояний любого разумного, что Ринсвинд не взялся бы описать всё это. Всё же он только недоучка, да к тому же самый трусливый волшебник на всём Диске! Был…

— Здравствуйте, — с каким-то бесшабашным весельем, раньше ему не свойственным, ответил Ринсвинд. — И чем обязан?

— О-о-о, вы, молодой человек, просто идеальны для меня! Но позвольте сделать, хи-хи-хи, вам некий… подарок, да! Я думаю вы будете рады, — и что-то в голове анк-морпоркца щёлкнуло. Появилось ощущение, что из головы тянут одновременно все волосы и в то же время, пытаются туда что-то запихнуть вместо волос, вот только непонятно что, как и зачем. Ринсвинд осторожно приоткрыл один глаз, и в изумлении распахнул оба, да так, как сможет не каждый большеглазый тролль! Он мог поклясться, что даже старина Фред Колон так не может распахнуть глаза, даже если ему удастся пнуть дварфа в самое сокровенное и не быть при этом избитым!

Он мог видеть. Теперь октариновый цвет не слепил Ринсвинда, а всего лишь ощущался как фон, как нечто настолько привычное картине мира, что перестаёшь обращать на это внимания, пока специально не присмотришься. Октариновый туман поблек, свечение — угасло и напоминало больше ореол, окружающий фигуру говорившего, чем сияние, как у солнца, которое волшебник Диска имел несчастье видеть раньше. Да он, побери его А'Туин, едва не ослеп!

А теперь он видел этого, с позволения сказать, человека, и недоумевал. Тот, кто к нему обращался, был совершенно не похож на всех людей и человекоподобных разумных, что доходилось видеть Ринсвинду, — а на Диске, на самом-то деле, кого только не встретишь! На каменном троне с двухцветной драпировкой сидел мужчина, и он бы выглядел пожилым и совершенно неинтересным, если бы не некоторые детали. Первое, что бросалось в глаза, это — ухмылка. От этой ухмылки пробирала дрожь, и в то же время хотелось плясать, потому что тот, кто так улыбался, не мог быть ни добрым, ни злым. Улыбка-ухмылка как будто озаряла всё вокруг чем-то неясным, но жутко привлекательным!

— Добро пожаловать на Дрожащие острова, в мою нескромную, хи-хи-хи, обитель! — мужчина развёл руки в стороны в приветственном жесте. — Проходи, хи-хи-хи, располагайся!

Седые, даже больше белые волосы, такого же цвета борода и усы, — на смуглом лице они выглядели странно. Впрочем, не более странно, чем полностью чёрные глаза без белка, зато с жёлтым вертикальным зрачком. Подумалось, что этому мужчине такие глаза идут как нельзя больше, хотя как именно глаза могли подходить ко внешности больше или меньше, — внешность не поменяешь ведь! — понять Ринсвинд и не чаял. Да и зачем? Уж кому, а Ринсвинду это точно не было нужно. Одежда — по крайней мере. верхняя — была достаточно однообразной, если бы не шевелящиеся на ней узоры и пряжка в виде золотой морды какого-то страхолюдного создания. Из-под верхней — ну, Ринсвинд называл бы это туникой — выглядывали рукава, по всей видимости, рубахи. С одной стороны — гладкие и без узора, только мерцающие слегка, а с другой — как будто облаченные в доспех. С правой стороны такой же была и штанина, заправленная в остроносый низкий сапог. С левой стороны руку, так же как и ногу, оплетал шевелящийся доспех, то замирающий под взглядом гостя этого странного места, то начинающий дёргаться, перетекать, шевелиться и вообще вести себя так, как одежде вести себя не полагается. На левой руке была надета короткая фиолетовая перчатка без пальцев, на правой же такого и в помине не наблюдалось. К коленям сложенных одна на другую ног мужчины, — по всей видимости, хозяина этого места — была пристроена трость из непонятного дерева, в навершии которой переливался всякими разными цветами круглый, словно отполированный камень. ⁽¹⁾

— Спасибо, — кивнул Ринсвинд, пусть и немного запоздало. — А кто вы?

— Я? — весь вид мужчины в одно мгновение выразил изумление, а в следующее мгновение он как будто испарился с трона, оставив после себя только лёгкий дымок октаринового цвета. В следующее мгновение хозяин — как там было? Дрожащих островов? — появился за спиной у Ринсвинда, усадил его на взявшийся из ниоткуда стул и с таинственной интонацией начал пояснять: — Меня зовут Шеогорат, и я — мы — Бог. Точнее, я принц Даэдра, — голос скакал с тихого до почти оглушающего, и в нём была своя, особенная сумасшедшинка, так манящая Ринсвинда, изменившегося после перемещения из мира в мир. — Хотя, — голос Шеогората стал немного обиженным, — меня зовут по-разному. Кто-то, хи-хи, зовёт меня — нет, ты представляешь?! — Князем Безумия, хотя я считаю, — о-хо-хо, хи-хи, — что Безумие — это не тот термин, который тут уместен. Ещё меня называют Безумной звездой, и, хи-хи-хи, Скумным котом. О-о-о, как я люблю последнее, хи-хи-хи, прозвище! Но вернёмся, к тебе, мой иномирный гость и друг. Ты знаешь, зачем ты тут?

— Не знаю, — Ринсвинд пожал плечами, всё больше проникаясь какой-то извращённой симпатией к этому чудному чудаку, так сильно облегчившему его жизнь. — Но вы же мне скажете, не так ли?

— О-о-о, хи-хи-хи, какой вежливый гость! Вежливый! Такая прелесть, просто умопомрачительная прелесть! Расскажу, конечно расскажу! — и мужчина, неясно откуда достав скелет, начал кружить в подобии вальса вокруг сидящего на стуле Ринсвинда. Верхняя туника Шеогората удлинилась, взгляд стал более безумным, а улыбка — более широкой и зловещей. На левой стороне одеяние появился узор из каркающих птичьих черепов, а усы внезапно закрутились, став похожими на гусарские⁽²⁾

Остановившись так резко, что у скелета отвалилась рука, Шеогорат, — Бог? — пристально посмотрел на Ринсвинда.

— Твоя судьба решалась на собрании Богов, в которое вмешались мои глупые братья и сестра.. Но ничего, хи-хи-хи, ничего, ты же не будешь у них игрушкой, правда ведь? О-о-о, то, что я предлагаю тебе, — тебе никто, никто-никто, хи-хи-хи, не предложит! Итак, что ты думаешь? Вернёшься или выслушаешь меня?

— Выслушаю конечно, — на лице гостя из Анк-Морпорка сверкнула улыбка, бледное подобие отраженного безумия Шеогората, последнего принца Даэдра.

— Прекрасно! Прекрасно! Шеогораты довольны! О-хо-хо-о, хи-хи, как же мы — Я! — доволен! Итак! Ты знаешь, зачем и почему ты оказался в Тамриэле?

— Понятия не имею, — пожал плечами волшебник-недоучка, уже присматриваясь, как бы побродить по тем чудесным лестницам, от которых так восхитительно кружится голова и немножечко тянет блевать.

— Ты тут для того, чтобы делиться знаниями с другими! Представляешь? — лицо Шеогората одновременно выразило брезгливость и обиду, чтобы в следующее мгновение стать скорее ехидной маской, чем лицом порядочного разумного. — Но я — мы, о, да-а, мы! — испортили их игру. И Слепой Ио, и Госпожа Удача — о, какая дама, какая дама! — и даже мой слишком умный братец Хермеус, все они будут нами — что? Пра-авильно, обма-а-ануты! Потому что я не люблю, хи-хи-хи, когда кто-то использует кого-то в своих целях.. Если использую не я, конечно же…

Шеогорат на мгновение остановился, чтобы в следующее мгновение радостно, безумно засмеяться. Ринсвинд улыбнулся на всё это, ох, как же нынешнему ему импонировал этот прекрасный Даэдра! Шеогорат, да? Ше-о-го-рат, какое красивое имя! Его хорошо рычать, когда пугаешь врагов, хорошо шептать, когда пугаешь недалёкого идиота, хорошо смеяться этим именем... и творить, о да! Ринсвинду показалось, что это имя буквально создано для творения.

— Итак, мой юный друг, что я могу тебе сказать! Тебя — тебя, нет, ты представляешь? — хотели использовать! А я, о, как я хорош! Хи-хи-хи, хороший Шеогорат, я не дал свершиться этой гнусной вещи без моего участия! Они хотят, чтобы ты делился знаниями, эти глупые Боги. Мои братья и сестры жаждут использовать тебя в своих тёмных делишках, ну это ничего-о, хи-хи-хи, ты — мой! Мой Чемпион! — в голосе Даэдра на миг прорезались истеричные нотки и тут же куда-то исчезли. — У меня для тебя только два условия, а в остальном ты волен делать всё, что захочешь!

— И какие же это условия?

— Исполняй желания и будь безумен!

Ринсвинд улыбнулся. Улыбнулся уже почти полноценным отражением безумия и сумасшедшинки Шеогората, очаровавшего его своей искренностью, чистым безумием и спасением — кто бы мог подумать? — от октаринового кошмара. Шеогорат не предлагал ничего сверхсложного, а быть безумным.. Что ж, с такими голосами в голове — это не трудно! Да и, будем откровенны, все волшебники немного безумны, а что мешает Ринсвинду быть более безумным, чем всем кажется?

— Я не умею исполнять желания, — пожал плечами он, с улыбкой наблюдая, как плавится вокруг реальность. — А так, кто же от такого откажется? — и Ринсвинд снова улыбнулся.

Шеогорат ухмыльнулся и щёлкнул пальцами, перенося себя и своего гостя в какие-то очень уж необычные, психоделической расцветки джунгли.

— Я тебя научу…

В джунглях всё текло и менялось так же, как текло и менялось настроение Шеогората. В один момент это были веселеньких ярких расцветок поляны и вековые деревья, подпирающие кронами лилово-розово-лазурное небо, в другой момент — грибная поляна, с неоново-голубыми поганками таких размеров, что под ними спокойно бы поместилось парочка Незримых Университетов. В третье же мгновение — это был город, пылающий город, в жаре, вони и копоти которого и ходил Шеогорат со своим будущим… наверное, Чемпионом.

— Всё очень просто, исполнять желания — это так весело! Смотри, хи-хи-хи, делаешь вот так, — Шеогорат зачерпнул рукой лёгкого флёра октаринового тумана и слепил из него подобие шарика, — а потом просто думаешь о том, хи-хи-хи, как исполняешь загаданное, — шарик октаринового цвета загорелся неярким сиянием изнутри, и оно начало нарастать, — а потом — БАМЦ! — и лопаешь шарик. И желание исполняется, хи-хи-хи, всё просто!

Ринсвинд честно попробовал предложенный принцем Даэдра способ, и у него, на удивление, получилось. Раз, другой, третий, и вот уже Шеогорат предложил анк-морпоркцу последнее испытание.

— Исполни моё желание. Я хочу, чтобы тут всё пылало!

— Пылало так пылало, — новым для себя жестом Ринсвинд зачерпнул октаринового цвета, скомкал его в шарик поплотнее, загадал желание — и вуаля! Запылали незримым пламенем каменные стены и арки, взвился огонь на брусчатке странного города, повалил вверх дым и копоть, черня чернильной чернотой небеса. Принц Даэдра поднял кверху голову, и безумно, почти пугающе засмеялся в небеса, кружась на месте.⁽³⁾

— Молодец! Хи-хи-хи-хи, какой ты молодец! Прекра-асно, просто и-зу-ми-тель-но! — поворачиваясь вокруг своей оси, Шеогорат закручивал пламя вокруг себя. А теперь иди, иди, мой хороший, верный, хи-хи-хи, дру-у-уг! На память я оставлю тебе трость…

Пламя стало лиловым, почти что розовым, и Шеогорат протянул к нему руку. Развеявшись, пламя окатило обоих магов розовыми искрами и распалось безвредным туманом, оставляя в полуметре от ладони даэдрического владыки Безумия странную, ни на что не похожую трость. Она будто бы была сделана из дерева, прямо так и выросшего, переплетенного стволами с чем-то иным, но в качестве навершия служили три лица — горестное, радостное и оскаленное в злобе. Все три лица — морды? — широко открыли рты-пасти в беззвучном крике, и казалось, что ещё немного, и они закричат. ⁽⁴⁾

— Благодарю, — с придыханием произнёс Ринсвинд, принимая Дар из рук Шеогората и безумно, почти так же как и сам даэдра, улыбаясь. — Она прекрасна…

— Это, хи-хи-хи, Ваббаджек, да-а… Ваббаджек! Иди же, Рин-с-винд… И порадуй меня, ста-арого, ску-учного Шеогората! — и тот рассмеялся и исчез, оставляя Ринсвинда в кромешной тьме и одиночестве. И только Ринсвинд собирался предпринять хоть что-то, как перед его глазами, ярчайшим видением возник ещё один облик Шеогората. На сей раз единственным отличием были глаза — они были полностью белоснежными.

— И не разочаруй меня, — донеслось как будто эхом до Ринсвинда, пока перед его глазами таяло видение и искры от голубых крыльев бабочки, севшей Шеогорату на протянутый в насмешке над живым палец.⁽⁵⁾

— Уж постараюсь, — хихикнул сам над собой Ринсвинд и проснулся.

* * *

Пробуждение вышло не самым радужным, но зато — весьма познавательным! За дверью ругались, громко и самозабвенно. Ринсвинд осмотрел себя — что ж, по крайней мере. Ему вернули его привычные одежды волшебника, разве что теперь они имели странную расцветку, золотого и фиолетового, так причудливо переплетшихся, что не понять, где заканчивается один цвет и начинается другой. У кровати стоял, прислоненный к оголовью, Ваббаджек⁽⁶⁾. Ринсвинд ухмыльнулся, и искра безумия мелькнула в его глазах; что ж, значит, исполнение желаний? О-о-о, это он теперь может!

Ругань за дверью набирала обороты. Судя по голосам, ругались Астрид, Довакин и Цицерон.

— Мне не нужен Слышащий! О контрактах и призывах Тёмного Братства мы всё равно узнаём, так или иначе! — рычала Астрид.

— Слы-ышащий! О, бедная, бедная моя Матушка! — явно Цицерон, голос полон издёвки, страдания и насмешки одновременно.

— А я не желаю снова говорить с трупом!!! — содрогнулись стены, видимо, это Довакин.

— О, бедная моя матушка, никто, никто не хочет Слышать её сладкие речи! О-о-о, Матушка… — снова причитания шута, но на сей раз более искренние. Одеваясь, Ринсвинд прислушивался к перепалке, и всё более безумная улыбка расползалась у него на губах.

— Ну так и стал бы Слышащим сам! — рявкнула Астрид. — А меня оставь в покое. И моё тёмное братство — тоже!!!

— О-о-о, для Цицерона была бы честь, честь! О-о-о, с каким наслаждением Цицерон бы стал Слышащим, он мог бы говорить с Матушкой! О-о-о, бедная моя Матушка, как, как мне стать Слышащим?! Это единственное моё, о, да, единственное и самое, самое сокровенное желание, о, да!

Ринсвинд ухмыльнулся. Что ж, желание загадано, не так ли?

1) Шеогорат на встрече с Ринсвиндом:

https://vignette.wikia.nocookie.net/anime-characters-fight/images/d/d3/Sheogorath_003.png/revision/latest?cb=20190302092206&path-prefix=ru

Вернуться к тексту

2) Шеогорат, танцующий со скелетом:

http://img1.joyreactor.cc/pics/post/full/%D0%A8%D0%B5%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%B0%D1%82-%D0%9B%D0%BE%D1%80%D0%B4%D1%8B-%D0%94%D0%B0%D1%8D%D0%B4%D1%80%D0%B0-TES-%D0%9F%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%B6%D0%B8-The-Elder-Scrolls-5237861.jpeg

Вернуться к тексту

3) Шеогорат в пылающем городе:

https://vignette.wikia.nocookie.net/anime-characters-fight/images/4/45/Sheogorath_004.png/revision/latest?cb=20190302092416&path-prefix=ru

Вернуться к тексту

4) Ваббаджек, материализованный Шеогоратом: https://vignette.wikia.nocookie.net/elderscrolls/images/9/98/%D0%92%D0%B0%D0%B1%D0%B1%D0%B0%D0%B4%D0%B6%D0%B5%D0%BA_%28%D0%BB%D0%B5%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D0%B4%D1%81%29.png/revision/latest/scale-to-width-down/340?cb=20190426160842&path-prefix=ru

Вернуться к тексту

5) Шеогорат и бабочка, "Не разочаруй меня!":

http://img1.joyreactor.cc/pics/post/%D0%A8%D0%B5%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%B0%D1%82-%D0%9B%D0%BE%D1%80%D0%B4%D1%8B-%D0%94%D0%B0%D1%8D%D0%B4%D1%80%D0%B0-TES-%D0%9F%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%B6%D0%B8-The-Elder-Scrolls-3515223.gif

Вернуться к тексту

6) Ваббаджек в обычном его виде:

https://avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/59919/pub_5d65617fc6e2a400ad209afb_5d6579cabc251400ae091f53/scale_1200

Вернуться к тексту