Гарри Поттер и внутренний голос (джен)

Наверное, я сильно ушибся. Не ожидал такого: до пола было не более двух метров, а я лёгкий и тощий, да и раньше прыгал с высоты, и не раз.

Было неудобно, тесно, больно. Хотелось сразу пить, писать и почесаться. Попробовал пошевелиться — смог, попробовал повернуться — не смог. Спину и плечи будто приклеили к матрасу. Открыл глаза: длинная узкая комната, множество окон за плотными шторами. Ряды кроватей, в основном пустующих. Между кроватями — занавески. Мягкий свет магического светильника. Запах лекарств...

Голова заболела сильнее. Закрыл глаза и притаился; показалось, что боль начала отступать. У меня так бывало несколько раз, когда дядя был не в настроении и пинал меня особенно сильно, а я не всегда успевал сгруппироваться и ударялся головой... Если достаточно долго не шевелиться, боль в конце концов проходит.

Но однажды я действительно испугался. Это когда братец с дружками загнали меня в угол и я вдруг оказался на крыше дома. Вызвали спасателей, меня сняли — это видели все соседи. Зато никто не видел, как в доме дядя сгреб меня за волосы... Дальше я помню плохо. Но с тех пор у меня всегда шумело в ушах. Сильнее или тише, не мешая слышать и спать, но — шумело. Хотя я и волшебник, всё-таки голова у меня обычная, человеческая.

— Эльф... Дадли... — позвал я. Какой у меня жалобный голос! Хриплый, тихий. Я попробовал кашлянуть, но голова взорвалась болью.

— Гарри Поттер не должен шевелиться, — пропищали рядом.

— Что со мной было?

— Гарри Поттер не помнит? Он прыгнул с лестницы, которая двигалась, и упал в подземелья.

Как — в подземелья? Если я пролетел до самого низа, то остаться в живых был не должен. Кстати, где был Снейп, когда я свалился ему на голову?

— Дадли, а как я выжил?

Эльф приблизился, по-старушечьи подпер голову лапками и горестно затянул:

— Гарри Поттер не должен был прыгать!

— Ты не понимаешь! Я опаздывал на урок!

Домовик вытер лапкой слёзы. Я тут же вспомнил о неотложных телесных проблемах.

— Помоги мне встать.

— Нельзя!

— Я обоссусь, а простыни стирать будешь ты.

— Дадли поможет! — эльф приподнял одеяло, задрал на мне пижаму и положил лапку на низ живота.

"Обмочился!" — испугался я. Облегчение наступило слишком резко.

— Гарри Поттеру лучше? — пропел рядом довольный голосок.

— Дадли, это было круто! Покажи, как ты это делаешь.

Несколько следующих минут эльф растолковывал мне заклинание опорожнения мочевого пузыря.

— Inanire... lnanire, — послушно повторял за ним я и тут же принялся фантазировать:

— Если приложить руку не к животу, а к сердцу, например, то можно оставить его без крови и тем самым убить человека?

Домовик в ужасе пискнул и исчез. Вот я придурок! А почесаться? А попить? Эх…

Тут вошла незнакомая мне ведьма в длинном старомодном платье и длинном же фартуке. Она представилась мне как миссис Помфри, медведьма.

— Как? Медведь? Вы оборотень?

Я попал. Если она сейчас обернётся в зверя, я ничего не смогу сделать. Весь в бинтах и даже палочки нет! Хотя я и так не знаю ни одного защитного заклинания, так что палочкой в лучшем случае могу ткнуть в глаз.

— Мед-ведьма, — устало объяснила та. — Медик. Доктор.

— А... Извините.

Миссис Помфри вынула из кармана пузырёк с чем-то жидким и бурым, откупорила и приподняла мне голову.

— Надо выпить.

Я послушно открыл рот, она опрокинула туда пузырек и тут же зажала мне рукой губы. Я кашлял, чихал, противное жижа пошла носом...

— Глотай!

Очень хотелось дышать, а в носу хлюпало. Я сглотнул, и меня отпустили.

— Что за дрянь, — с чувством высказался я. Очень хотелось материться, но я сдержался.

— Ничего страшного, — равнодушно ответила медведьма. — Отличное зелье. Профессор Снейп лично снабжает школьный лазарет.

Ясно, отчего варево такое ядовитое, ага. От характера зельевара.

* * *

Выписали меня к вечеру, когда я совсем озверел от почесухи. Меня ещё несколько раз поили противными жидкостями производства Северуса Снейпа. Наконец бинты размотали, велели одеваться и идти на ужин. Я выскочил из лазарета, швырнул сумку на пол и принялся чесаться.

О, как я чесался! Едва не плача от облегчения. Самозабвенно. Запуская пальцы под одежду, чтобы драть кожу сильнее.

В этот интимный момент на меня упала высокая тень, и саркастичный голос отчётливо произнёс:

— Поттер. Что ж вы в коридоре-то? Тут дети ходят...

— А? — не понял я, продолжая чесаться.

— Хотя бы в ванной закрылись или в спальне.

— Вы о чем? — дошло до меня. — Ну и мысли у вас, профессор!

С минуту он сверлил меня взглядом, а я отвечал ему тем же, пока не вспомнил, что мне нужны с зельеваром хорошие отношения.

— Сожалею, что не попал к вам на урок, — вежливо сказал я. — Но я очень торопился.

Снейп поднял бровь.

— Не расстраивайтесь, Поттер. Урок отменили.

Как — отменили? Почему? Зачем я тогда нёсся, как ненормальный? Зачем прыгал? Оказался в больничке?

— Я не знал, сэр.

— Я тоже. Когда вы свалились в мои подземелья, я едва успел выхватить палочку и погасить инерцию. Иначе, боюсь, вас пришлось бы отскребать с пола. А потом мне было как-то не до уроков.

Я молчал. Наверное, стоило поблагодарить его, раз он спас меня от смерти. С трудом заставил себя посмотреть в узкое лицо и проговорил:

— Спасибо, что спасли меня. — Тут словно кто-то дёрнул за язык, потому что я добавил: — Хотя это и так ваша обязанность. Сэр.

Снейп зловеще ухмыльнулся:

— Естественно. Знаете, Поттер, меня еще никто не благодарил так, что я будто бы ещё и должен.

— Рад, что вам понравилось. Сэр.

— Понравилось? Что именно? Спасать тебя, наглый ты мальчишка?

— Нет? А мне не понравились ваши зелья. На вкус — отвратная дрянь. Сэр.

Снейп дёрнулся. "Будет бить", — решил я и пригнулся, закрывая голову руками. Секунда, другая. Осторожно опустил руки. Снейп странно смотрел на меня, будто впервые увидел. Затем как-то неловко переступил, повернулся было уходить и всё-таки взглянул напоследок:

— Вы не должны меня бояться. Я вас не трону.

И ушёл, оставив меня одного. Ну вот, на ужин опоздаю... Я подобрал сумку. А куда мне идти? Я в этом коридоре ещё на был!

— Сэ-э-эр! Профе-ессор! Сне-е....

— Что вы орёте, Поттер?

— Я не знаю, куда идти! Можно мне с вами?

Снейп покачал головой, повернулся и пошёл прочь. Гораздо медленнее. Я потрусил следом.

И мы даже успели на ужин.

* * *

На неделю меня освободили от практических занятий: полётов и гербологии. На гербологию я всё равно пошёл, только в грядках все ковырялись без меня. А во время полётов я сидел в спальне и усиленно думал, что мне делать, если я плохо пишу и читаю? Выглядеть идиотом не хотелось.

Я часто слышал, какой я тупой. Уродливый. Бестолковый. Ленивый. Все эти прозвища должны быть обидными, но я на них вырос и привык. Работать мне приходилось много. То есть я так думал. Дадли ничего не делал по дому, а я с трёх лет уже вытаскивал мусор, подбирал опавшие листья и так далее. Я уставал. Если все трудящиеся называются лентями, то — да, я лентяй.

Насчет красоты я не заморачивался. Дадли тётя всегда звала красавчиком, он толстый, быстро потеет и плохо пахнет. Я не хотел походить на него. Пусть он будет красавчиком. Я согласен на урода.

Теперь о главном. Был ли я тупым? В школе ребята отвечали куда лучше меня, к 7 годам многие читали, как взрослые, знали наизусть много стихов. Наверное, да, я тупой. Не глупый, нет. Увы, тут мне нечем было утешиться.

Однажды я увязался с Гермионой в библиотеку. Много удобных столов, мягкий свет и море книг. Я смотрел, как работают другие. Они берут книги, садятся за столы, вынимают перья и делают домашку. Удобно же! Почему тогда мы с Роном и Невилом гнёмся в три погибели над журнальным столиком в гостиной или над тумбочкой — в спальне? Ладно я, в чулане иначе никак, но они-то!

Оставалось выяснить, как быстро находить нужные книги.

Я долго ходил вдоль полок. Чтобы прочитать название на корешке, приходилось выворачивать шею. В начальной школе книги нам выдавали, в библиотеках я не бывал, а здесь наверняка существовали какие-то правила, и их нужно было узнать.

— Мадам Пинс, — вежливо улыбнулся я. — Можно с вами поговорить?

Хранительница книг благосклонно улыбнулась. Я склонился над стойкой, намереваясь спросить совета, а пришел в себя несколько минут спустя, задыхающийся и почти ревущий. Бедная библиотекарша получила на свою голову все мои проблемы разом. Что я медленно и плохо читаю, не могу найти нужных книг, и так далее, и все в том же духе...

— Гарри, — осторожно начала она, — я могу дать тебе совет.

— Да, мадам. То есть — пожалуйста.

— Возьми любой учебник для первого класса, сядь там, где никто не услышит тебя, и читай каждый день вслух по полчаса. Медленно, понимая каждое слово, прислушиваясь, что произносишь.

Интересно. Вот Снейп обрадуется, когда я его рецепты буду вслух читать!

— И долго мне так делать?

Малам Пинс усмехнулась.

— Ты поймёшь сам. Когда слова с тобой заговорят.

Ну что ж. Это второй совет по моей проблеме, и он всяко лучше наставлений Макгонагалл. Можно попробовать.

Книг я решил взять две: "Зельеварение" и "Историю Магии". Зельеварение — потому что всё равно надо, а историю наше привидение читало так занудно, что глаза сами закрывались.

Оставалось найти место. Не просто спрятаться нужно, а чтоб меня не было слышно. Ничего в голову не приходило, пока в гостиной Гриффиндора кто-то не упомянул о туалете Плаксы Миртл.

— Туда много лет никто не заходит, — шептались девчонки. — Очень уж нервное там привидение.

Отлично. Призраков я уже видел, сделать мне они ничего не смогут. Взяв учебник зельеварения, я направился к выходу. Рон навязался было за компанию, но я ему сказал — в туалет, мол, иду. А почему с книгой? Потому что сидеть буду долго. Он отстал, а я пробрался на второй этаж, огляделся и шмыгнул в дверь. Всё же это женский туалет.

Сесть тут было можно на подоконник, на унитаз или на пол.

Подумав, я осмотрел каждую из кабинок. В одной из них на полу была вода. Странно. Сюда же никто не ходит? Я выбрал другую, сел, не забыв закрыть унитаз крышкой, и достал книгу.

— У-у! — закричал над головой кто-то. Наверное, то самое привидение. Я знал, чего ожидать, поэтому не боялся.

— Здравствуйте. Я тут по делу. Пожалуйста, не шумите, — попросил я. Привидение, видно, удивилось, потому что прямо передо мной повисла полупрозрачная девочка в форменной мантии, сбившимся на сторону бантом и тоже, как и я, в очках.

— Ты мальчишка! — решительно заявила она.

— Как бы да.

— Убирайся вон!

— Не могу, извини. Хочешь, я тебе почитаю? — Я поспешно открыл учебник там, где положил закладку, и принялся читать вслух.

Читал я плохо. Меня постоянно отвлекала Миртл. Она медленно плавала в воздухе, иногда тяжело вздыхая, но я старался не отвлекаться.

Я прочёл о каком-то зелье. Полчаса ещё не прошли, и я начал было следующий рецепт, как вдруг Миртл решительно приказала:

— Читай всё снова.

— Зачем это? — упёрся я. — Откуда тебе знать, как мне надо? Ты вообще призрак!

— Я была магглорождённой, — сообщила Миртл, и я разинул рот. — Жила в хорошем доме. Мне нанимали гувернанток, учили читать, писать, говорить на разных языках. Так что я точно знаю, как нужно. Читай снова!

Миртл оказалась настойчивой. Я прочел рецепт и все пояснения к нему несколько раз и под конец делал это легко и свободно.

— Достаточно, — наконец смилостивилась она. — Можешь ведь, когда захочешь.

В гриффиндорскую башню я пробирался тайком: оказывается, уже был отбой. Не хватало попасться патрулю и потерять кровно заработанные баллы.

На следующем уроке я, как всегда, блистал своим скудоумием, пока профессор Снейп, распекая очередного бедолагу, не задал вопрос о правилах помешивания зелий, содержащих руту. Я сам опешил, когда поднял руку. Снейп, похоже, растерялся ещё больше и кивнул. Пришлось вставать и наизусть цитировать кусок из прочитанного накануне материала.

В подземельях наступила тишина. Никто не знал, что происходит. Я смутился и сел. Снейп даже не заметил, что я сел без разрешения. Он подозрительно покосился на меня и нехотя выдохнул:

— Пять баллов Гриффиндору.

Разумеется, до конца урока я потерял эти баллы. Но — ничего. Я чувствовал себя в силах свернуть горы. Моей личной горой был злобный зельевар. Плаксе Миртл придется постараться. Нечего просто так прятаться в туалете — пусть поработает. Герой я или не герой?