Ненужный магическому миру (джен)

Альбус Дамблдор был в своём кабинете. Несмотря на позднее время, он ожидал визита своего юного зельевара, декана факультета Слизерин Северуса Снейпа. Только ему старый маг мог доверить это важное и скрытое задание. Потому что он уверен, Северус никому никогда об этом не расскажет. А пока директор погрузился в воспоминания о событиях первого сентября этого года…

В большом зале было, как всегда, не продохнуть. Первокурсники стояли кучкой и ждали своего распределения. Но среди них не было Гарри Поттера.

— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла профессор Макгонагалл. — Начнем. Аббот, Ханна!

Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже ее глаза. А через мгновение...

— ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа.

Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место.

— Боунс, Сьюзен! — озвучила статная ведьма в изумрудной мантии.

— ПУФФЕНДУЙ! — снова закричала Шляпа, и Сьюзен поспешно засеменила к своему столу, сев рядом с Ханной.

— Бут, Терри! — вызвала следующего профессор Макгонагалл.

— КОГТЕВРАН! — выкрикнула старая латаная-перелатанная шляпа.

Теперь зааплодировали за вторым столом слева, несколько старшекурсников встали со своих мест, чтобы пожать руку присоединившемуся к ним Терри. Мэнди Броклхерст тоже отправилась за стол факультета Когтевран, а Лаванда Браун стала первым новым членом факультета Гриффиндор. Крайний слева стол взорвался приветственными криками. Миллисенту Булстроуд определили в Слизерин.

— Финч-Флетчли, Джастин! — вновь вызвала новичка Макгонагалл.

— ПУФФЕНДУЙ! — по Большому залу вновь разлетелся громкий голос шляпы.

Так Симус Финниган, светловолосый мальчик, стоявший в шеренге перед Роном Уизли, просидел на табурете почти минуту, пока Шляпа не отправила его за стол Гриффиндора.

— Гермиона Грейнджер! — выкрикнула ведьма.

Судя по всему, Гермиона с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав свое имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу.

— ГРИФФИНДОР! — выкрикнула Шляпа, и девочка поспешила к приветствующему её столу.

Когда вызвали Невилла Лонгботтома, Альбус пристально наблюдал за мальчиком. Дамблдор видел, как тот умудрился споткнуться и упасть, даже не дойдя до табурета. В тот момент директор подумал, будет тяжеловато сделать из этого неуклюжего ребёнка мальчика-героя. Шляпа серьезно задумалась, прежде чем выкрикнуть «ГРИФФИНДОР». Невилл, услышав свой вердикт, вскочил со стула и бросился к столу, за которым сидели ученики факультета, забыв снять Шляпу. Весь зал оглушительно захохотал, а спохватившийся Невилл развернулся и побежал обратно, чтобы вручить Шляпу Мораг МакДугал.

Когда вызвали Драко Малфоя, он вышел из шеренги с ужасно важным видом, и его мечта осуществилась в мгновение ока — Шляпа, едва коснувшись его головы, тут же заорала: — СЛИЗЕРИН! Малфой присоединился к своим друзьям Крэббу и Гойлу, ранее отобранным на тот же факультет, и выглядел необычайно довольным собой. Не прошедших отбор первокурсников оставалось всё меньше. Мун, Нотт, Паркинсон, девочки-близнецы Патил, затем Салли-Энн Перке и, наконец...

Должна была прозвучать фамилия Поттера, но она так и не прозвучала. Многие преподаватели вопросительно уставились на директора. Да и церемония прервалась. Поэтому старому магу пришлось подняться со своего кресла-трона и сделать лживое объявление.

— Уважаемые коллеги и студенты! Многие из вас, наверное, сейчас задаются вопросом, почему тут не присутствует Гарри Поттер? — Дамблдор говорил уверенным и громким голосом. — Так вот, спешу вас заверить, что с мистером Поттером всё в полном порядке. Как вам всем известно, многие сподвижники Лорда Волан-де-Морта избежали ареста. И поэтому было принято решение в качестве защитных мер отправить мистера Поттера обучаться за границу, в данном случае в школу США «Ильверноми». Давайте продолжим нашу церемонию.

Церемония подходила к концу, оставалось всего трое первокурсников. Лайзу Турпин зачислили в Когтевран, и теперь пришла очередь Рона Уизли, которого шляпа сразу же отрядила на Гиффиндор. Последний из списка, Блэйз Забин, попал на Слизерин. Когда ужин был завершён, старый директор вновь поднялся на ноги, чтобы сделать последнее на сегодня объявление.

— Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать еще несколько слов. Прежде чем начнется семестр, вы должны кое-что усвоить.

Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено ходить в лес, находящийся рядом с территорией школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом... — Сияющие глаза Дамблдора на мгновение остановились на рыжих близнецах Уизли. — По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчет тренировок по квиддичу. Они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И, наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью. Всё, всем спасибо! Всем доброй ночи…

Альбус Дамблдор вовремя вынырнул из своих воспоминаний, ибо как раз в это время к нему в кабинет пришёл молодой мужчина, одетый в чёрную мантию. У него чёрные сальные волосы, холодные и пронзительные чёрные глаза, крючковатый нос и болезненно-жёлтого цвета кожа. Мужчина хмурым взглядом окинул старого директора.

— Северус, мальчик мой, присаживайся, — предложил директор «кошмару подземелий», — Речь у нас пойдёт о Гарри Поттере.

— Я не намерен с вами обсуждать мальчишку, которого я в глаза не видел! — недовольно проворчал в ответ Северус, — Тем более, что он за границей!

— Тогда на ужине я соврал, Северус, — признался Альбус и заметил интерес, промелькнувший в чёрных глазах.

— Где же тогда этот зазнавшийся сын Поттера? — с нескрываемым раздражением спросил Снейп, так и не обратив внимание на предложенный стул, — Наверняка наслаждается своей славой!

— Он о ней даже и не догадывается, Северус, — ответил Дамблдор. — Мальчик по-прежнему у своих родственников-маглов.

— Но тогда почему мальчишка не прибыл в школу? — спросил Северус. Неожиданно что-то внутри ему подсказало, что с этим вопросом не всё в порядке, и директор явно знает полную правду.

— Мальчик парализован, Северус, — признался Дамблдор и заметил, как Снейп с силой сжал пальцы на кожаной спинке стула. — И ему, к сожалению, невозможно помочь.

— Директор, а зачем вы мне это говорите? Мальчишка меня совершенно не волнует, — сменил тон Северус, стараясь выглядеть равнодушным, но от старого мага не скрылось волнение в голосе зельевара.

— Он сын Лили, Северус, — решил напомнить молодому мужчине старый волшебник, даже не подозревая, что вновь взбороздил так и не зажившую рану в сердце собеседника. — И у него её глаза. Такие же зелёные, живые и впечатлительные.

Но Северус Снейп не стал слушать матёрого интригана, а пулей отправился к себе в подземелья Хогвартса. Оказавшись в своих комнатах, Северус достал припрятанный магловский виски. Откупорив бутылку, он налил содержимое в хрустальный бокал и залпом его осушил. Крепкое спиртное мгновенно обожгло горло. Он сразу вспомнил, как приложился к бутылке после того, как узнал о смерти Лили Поттер, которую любил. Нет, вернее, которую любит до сих пор. Но тогда из запоя его вытащил директор Хогвартса, взвалив на его хрупкие плечи преподавание и обязанности декана Слизерина. Отодвинув бутылку и стакан в сторону, Северус решил проверить информацию, которую ему сегодня поведал старый директор. Он решил тайно наведаться к Гарри Поттеру, чтобы убедиться в том, что мальчишка действительно болен. Но это можно будет сделать не раньше, чем наступит Рождество. В каждый Хэллоуин он отправлялся в Годрикову лощину на могилу возлюбленной Лили. Это стало для него своеобразной традицией.