Магия ворон (джен)

Я носилась по дому, словно в задницу ужаленная. А всё почему? Потому что собираться надо было с вечера! Теперь же, как заправский марафонец, я в панике запихивала одежду в сундук, подаренный мамой накануне. Хорошо хоть, что всё необходимое для школы — канцелярию, учебники и форму — мама благоразумно собрала ещё вчера. От меня требовалось лишь упаковать свои многочисленные шмотки.

Мама, наблюдая за моими метаниями — я одновременно пыталась натянуть джинсы и удержать зубную щетку, — устало вздохнула:

— Куда ты так торопишься? Сейчас только семь утра.

Я резко затормозила по линолеуму, едва не упав.

— Что?! Всего семь?! А почему ты мне не сказала?! — возмутилась я.

— А ты не спрашивала, — невозмутимо парировала мама и спустилась по лестнице на кухню. — Завтрак готов! Умойся и спускайся.

Я выдохнула и уже не спеша пошла в ванную. Там я спокойно умылась, а после, переодевшись, сбежала вниз по лестнице на запах аппетитных панкейков.

Позавтракав в спокойной обстановке, я вернулась в свою комнату. На этот раз я действовала без спешки: аккуратно сложила все вещи, несколько раз перепроверила их по списку и спустила сундук вниз. Сундук послушно держался в руках, будто игнорируя законы физики. Да уж, облегчающие чары — тема!

«Весьма полезная штука, эта ваша магия», — довольно подумала я.

Одевшись в сине-серые джинсы и накинув лёгкую кофту цвета шоколада, я причесалась и села завязывать шнурки.

Мама уже была одета и ждала меня, переговариваясь с кем-то по телефону. Я мельком услышала обрывок фразы про некую Ровену, но не стала вслушиваться: мало ли, кого они там обсуждают.

Когда я подошла к ней, она в десятый раз за утро спросила:

— Всё взяла? Ничего не забыла?

Я легонько закатила глаза, но улыбнулась:

— Ма, я проверила всё несколько раз. Ты волнуешься даже больше меня!

Мама взмахнула палочкой — недавно я узнала, что она из бука и волоса единорога — и уменьшила сундук до размера спичечного коробка. Он тут же исчез в её сумке. Я в последний раз оглядела родную прихожую, заглянула в свою сумку: книга и перекус на месте. Мама сложила туда ещё и увесистый, звенящий мешочек и какую то неопознанную книжку. Я решила пока не спрашивать, что там, в мешочке.

Мама зазвенела ключами и открыла дверь. Оглядев таунхаус напоследок, я развернулась и поспешила за ней, покидая это место на следующие девять месяцев.

До Кингс-Кросс мы решили прогуляться пешком. Погода располагала к прогулке, а тухнуть в лондонской подземке с багажом, пусть и уменьшенным, не особо хотелось.

Путь до вокзала занял около получаса. Всё это время мы с мамой уютно молчали. Я мысленно прокручивала события последних недель: Олливандера, близнецов Уизли, суету на Диагон-аллее и свою сову. Вспомнила, как старательно штудировала учебники, не дождавшись начала учебного года. Особенно мне тогда понравились книги по зельеварению: оно чем-то напоминало химию, только с волшебным эффектом.

Когда впереди показался величественный фасад вокзала Кингс-Кросс, я почувствовала, как сердце забилось чаще. Мама ободряюще сжала мою руку.

— Ну что, готова? — улыбнулась она.

Я глубоко вдохнула и уверенно кивнула.

Посмотрев на билет, который прилагался в письме, я прочла вслух:

— Платформа 9 и ¾. Такое разве есть? — удивилась я.

Мама хмыкнула и повела меня куда-то вдаль, к платформе 10. Я огляделась, и не заметила ни единой вывески, на которой бы было написано 9 и ¾.

— Вижу, среди волшебников не только близнецы Уизли хорошие шутники.... И даже нехорошие... — фыркнула я, аки лошадь какая.

Мама прыснула, закрыв рот кулаком.

Я огляделась, ища знакомые лица: и о Господи, нашла!

— Фордж! Дред! — окликнула я близнецов и подбежав к ним, пока мама отходила от моих шуточек.

— Ого! Так мы все трое не опоздали!— хохотнул Фред, — Правда наша многочисленная родня до сих пор собирается, но они в принципе нам и не понадобятся.

— Да-а... А может расскажете где платформа 9 и ¾, а то мне ОЧЕНЬ интересно: спасибо администрации вашей школы,— я театрально покрутила пальцем у виска, — которая решила что написать на обороте билета, как пройти, явно не для них... Вот тебе и бабушка, и Юрьев день!

Мама вновь прыснула и, подав мне знак, отправилась за тележкой.

Джордж кашлянул, пытаясь скрыть смех, а Фред даже не старался — заржал в голосину:

— Ну и ну! Так попрекать директора на нашей памяти первокурсники еще не осмеливались!

— Я буду первой! — сказала я, потрепав Фреда по рыжим патлам, — Мистер и Мистер Ржавчина, так вы сообщите мне куда идти? Или для ваших персон общение с плебеями противопоказано?

— Ржавчина? — возмутились близнецы, — а ты вообще... Фредди Меркьюри, вот! — Продолжил негодущий Фред, — кучерявая брюнетка!

— Это кто тут ещё Фредди, Фред... — ощерилась я, — и я не настолько кучерявая!

Оглядевшись в поисках Джорджа, я заметила его, отвернувшегося к ближайшей стенке с дрожащими плечами.

— Чего трясёшься, как припадочный? —Стукнула его по затылку я, — что-то смешное увидел?

— "Это кто тут еще Фредди, Фред", — процитировал мальчуган, опять зашедшись в хохоте. — Ой не могу!

— А ты смоги! Нам еще на поезд топать, давайте ускоримся! — Приказным тоном сказала я.

Еле сдерживая смех, Джордж, иногда подвывая, пояснил мне, как пройти на платформу. Фред начал раздавать советы:

— Если страшно, лучше разбежаться. Вон кстати твоя мама с тележкой! Забери у нее свои вещички и уходим!

Тепло попрощавшись с мамой, я направилась к уже подпрыгивающим от нетерпения близнецам.

Первым в стену побежал Фред — да уж, выглядело это поистине волшебно! Второй должна была идти я. Я глубоко вздохнула, настраиваясь, и, встряхнувшись, побежала с тележкой прямо навстречу стене. Ожидаемого столкновения не последовало: я очутилась на платформе 9¾. Благоразумно отойдя от стены, я едва не столкнулась с Фредом, но он ловко увернулся от моей спины. Следом из кирпичной кладки вышел Джордж.

Я замерла на месте, пытаясь увидеть всё разом. Платформа гудела сотнями голосов, сливающихся в единый радостный гул. Воздух был густым и пах угольной пылью, горячим металлом и чем-то неуловимо сладким — запахом волшебства.

Прямо передо мной стоял он — Хогвартс-Экспресс. Алый гигант, окутанный клубами пара, вырывающимися из-под котла. Он казался дремлющим драконом, готовым унести нас в сказку. Я почувствовала лёгкий трепет перед такой, казалось бы, обыденной вещью, как поезд... Но этот состав действительно был особенным!

Платформа не уступала ему в суматохе и красоте: повсюду сновали ученики с клетками, из которых доносилось уханье сов; родители обнимали детей на прощание; носильщики катили тележки с огромными сундуками. Людей уже было прилично, хотя всего пол-десятого, но думаю, свободные купе еще остались.

Мы с близнецами протиснулись в поезд, привычно работая локтями. Поиск свободных купе затянулся, и вот, Джордж толкнул дверь одного из них:

— Занято?

Внутри было пусто. Я оперативно выгрузила свои вещи под сиденья и, плюхнувшись на мягкие скамейки, растеклась, как желешка.

Первое время я бесцельно смотрела в потолок (хорошо что не плевала). Близнецы куда то ушли.

Тишину купе прервал тихий стук. Дверь открылась и из-за нее показалось полноватое, но весьма симпатичное лицо мальчика лет двенадцати.

— Вы не видели жабу? — сказал он, пряча глаза в пол.

— Нет, — я моментально поднялась, заинтересованная хоть каким никаким, но проишествием. — Ты потерял жабу?

Мальчик молча кивнул.

— Где ты в последний раз ее видел? — Спросила я.

— В террариуме. Потом она выпрыгнула и исчезла.

Я задумалась и осведомилась:

— Ты пробовал искать ее магией?

— Н-нет... — Пробормотал ученик.

— Маг ты или кто?

— Это сложные чары.. Их изучают много позже...

— Пф... Нашел проблему. Сходи к старшекурснику и спроси, тоже мне.

Мальчик благодарно кивнул и исчез.

Некоторое время я маялась от скуки, пока не решила переодеться к школе.

Открыв сундук, я, недолго думая, вынула черные брюки и рубашку.

— Хотя бы первый день по форме похожу, — сказала я, уже застегивая пуговицы рубашки.

Поправив рубашку и запрыгнув в штаны, я отряхнулась и слегка причесалась, а затем надела сверху мантию. Жаль, конечно, что всяких косметических чар пока не выучила, но это дело времени.

Дверь с грохотом отъехала в сторону. "Право слово, будто проходной двор какой!" — про себя фыркнула я, но озвучивать мысль не стала.

В купе уверенно зашёл неопознанный мальчик, который вел себя так, будто владеет всем вагоном, миром и купе в частности. Вальяжно развалившись в кресле напротив, он кинул меня взглядом, будто предмет мебели какой.

— Кхе-кхе... Ты ничего сказать не хочешь? — произнесла я, сложив руки на груди, демонстративно проигнорировав его жест с местом.

— О, извини, — театрально поклонился он, даже не вставая, — я подумал что троим людям в купе слегка свободно. Я вас потесню?

Я скрипнула зубами от плохо скрываемой наглости нарисовавшегося попутчика.

— Перед тем как заходить, принято стучать. И вообще, откуда ты знаешь что тут трое? Ты провидец?

— Базовая арифметика плюс наблюдательность — количество сундуков в купе. В школах уже что, логику отменили?

Я прищурилась: он явно меня подстрекал, но провокацию я лишь проигнорировала.

— Имена тоже отменили,или ты просто один такой, безымянный?

— Джек Уильям Тернер. Воробей, если угодно. Пока что не капитан, но все же. Из рода Суонн.

— Воробей? Капитан Воробей?

— Прозвище, — отмахнулся Тернер. — Ну так что? Я могу остаться?

Я озадаченно кивнула.

Некоторое время мы ехали в тишине. Атмосфера постепенно накалялась, и воздуха зависли невыскащанные вопросы. Не выдержав паузы, я нарушила тишину:

— Тоже первачок?

— Да.

— Какие информативные ответы! Может поддержишь беседу? Или ты онемел? — съязвила я, закатив глаза.

— Все детство околачивался по морям, ничего не могу с собой поделать, — артистично сказал он, — на корабле знаешь ли, принято делать, а не говорить. Попробуй сделать выводы из крупиц информации, и тогда я подумаю, удостоить ли тебя своим вниманием.

Вызов принят.

Я выпрямилась. Становилось интереснее.

— Кто-то из родителей моряк, вероятно, отец магглокровка — я не слышала среди чистокровных фамилию Тернер, а фамилию ты брал явно от отца. Суонны — магические мореходы, твоя мать их отпрыск. Женившись на твоем отце, взяла его фамилию. — Я перевела дух и продолжила, — Еще одна теория — что-то из области фантастики: древняя династия Суоннов что-то скрывает. Пираты? Конкистадоры? Они мало отличаются.

Он слушал меня с непроницаемым лицом пару минут, а затем его лицо растеклось в улыбке.

— Браво! Ты все больше мне нравишься. Явно заслужила моего интереса! Ты точно не тупая, так ещё и забавная.

Я демонстративно закатила глаза:

— Ты мне будто одолжение делаешь.

Он наклонился вперед, и в его глазах я больше не видела холодного расчета — внутри был отчетливый огонек озорства.

— Возможно! Заимев связи с таким пронырой, как я, обделённой информацией ты точно не окажешься, так ещё и до конца седьмого курса не заскучаешь.

Я открыла рот, не зная что сказать: каков наглец! Но почему-то вместо злости я ощутила непонятное веселье.

Минут пятнадцать спустя мне абсолютно надоело сидеть в компании с остряком Джеком и его бесконечными шутками про море. Я поднялась и вышла из купе в поисках приключений.

И о боже, помяни мое слово, приключения нашлись!

Поезд был наполнен звуками, запахами, в общем, разными тактильными ощущениями, которые создавали неповторимый волшебный коктейль. Побродив, я наткнулась на весьма интересную картину: толпа, если таковой можно было назвать штук 11 первокурсников, яростно спорила о том, какой факультет круче и на какой кого отправят(как они в одно в купе то втиснулись? )

— Самые храбрые на Гриффиндор! Значит, он круче! — расслышала я обрывки спора.

— Ага, как же. Самые храбрые и самые тупые. Если уж выбирать, однозначно Равенкло... Тишина, спокойствие, уют и никакой навязчивости! — ответил стороннику Гриффиндора, судя по всему, почитатель Равенкловцев.

— А я считаю, что лучше уж Хаффлпафф, — вклинился в разговор другой, — говорят, их общежития ближе всех к кухне! — мечтательно продолжил мальчишечьий голос.

— Конечно, это ведь самое главное, — сыронизировал ему в ответ кто-то, — я бы хотел на Слизерин, но заклюют — полукровкой прихожусь.

— Ты хочешь себе в деканы Ужас подземелий?! Да я с одного его вида наверное, в обморок упаду! — ахнула какая-то особо впечатлительная девочка.

Не выдержав накала страстей, я показалась в проеме открытой двери.

— Что тут такое интересное! Я присоединюсь?

Приятного вида девочка указала рукой на единственное свободное место в уголке, и то не сидячее. Я благодарно кивнула и с удивлением отметила что ее кончики волос поменяли цвет на персиковый: видимо, она метаморфомаг, о которых я читала.

Спорщики тем временем продолжали дебаты. Кто-то мечтал попасть на Слизерин, как тот полукровка, которого я слышала, кто-то просто знал что будет там, а некоторые даже не определились. Вообщем, можно сказать что группка разделилась на три лагеря: сторонники змеек, львов и поддерживающие нейтралитет в споре, который перетек на тему "кто лучше, Слизерин или Гриффиндор?"

Я присоединилась к нейтральной стороне: часть ее состояла из тех кто вообще отличия факультетов не знал, часть из тех, кто хотел на Хаффлпафф или Равенкло: им это противостояние было просто по боку.

Заметив недоумевший взгляд представищегося Сэма каждый раз когда упоминают качества представителей факультетов, я демонстративно двинула плечом фанатку Слизерин, Элеонору Нотт, фыркнув:

— Перед тем как спорить, какой дом лучше, может объясните принцип разделения новичкам в волшебном мире, а?

Активно спорившая до этого студентка замолчала, задумавшись, пока наконец не ответила, скорее магглокровкам, чем мне:

— Наверное, вы уже поняли, что факультетов четыре: Слизерин, Равенкло, Хаффлпаф и Гриффиндор. Распределяют нас по личным качествам на церемонии поступления. Это делает шляпа.

Одна из девочек, та, что рыжая, шокировано открыла рот:

— Чего?! Значит никакой драки с троллем! Фред, Джордж, гады, наврали все-таки!

— Уизлетта, сочувствую твоей семейке, раз там считается что поступить можно после драки с троллем... Хотя и тролля не нужно, по уровню интеллекта вполне подойдёт кто-нибудь из родственников! — иронично произнесла Нотт, с интонацией такой, будто с юродом болтает.

Я открыла и захлопнула рот в шоке: вот это страсти!

Рыжей девчонке тон Элеоноры явно не понравился: она покрылась красными пятнами от ярости. Быстро сообразив, что ничем хорошим это не закончится, я встала между ними и пресекла начинавшиющуюсю драку в зародыше:

— Драться будете на дзюдо! Отставить кулаки и сесть по разным углам!

Обе ученицы заносчиво задрали носы, но меня послушались и сели в разные концы купе.

Приложив руку ко лбу, предчувствуя скорую головную боль, которую будут причинять мне обе, я, как нейтральная сторона, решила взять миссию беспристрастной справки для новеньких на себя:

— Из книг, которые вы могли прочитать дома, можно вынести следующее: на Гриффиндор попадают храбрые и отважные, на Слизерин амбициозные. — Я сделала паузу и продолжила, — про Хаффлпафф сказано вскользь, что-то про трудолюбие, а на Равенкло очевидно умные и не такие как все, чудаки. Как по мне, подобная система чушь — по профилям было бы корректнее, и то курса с третьего-пятого, а до этого общий поток. Но как есть, — я развела руками и продолжила, — что уж поделать, не изменю же я все.

Элеонора Нотт призадумалась и согласилась:

— Верно. Зачем распределять по личным качествам? Логичнее, как ты и сказала, по профилям. Вот я бы хотела на Астрономию...

— А я вот сначала все попробую и решу! Это же круто — свобода выбора! — включилась в обсуждение Бритни, меняя цвет волос с красного на тепло-шоколадный.

— Вообще в Хогвартсе очень спорная система образования. Маггловедение и арифмантика должны быть в списке основных предметов, а астрономия наоборот, в факультативе. — Задумчиво буркнула пепельноволосая девчонка, Астория, кажется.

Я кивнула:

— Да, резонно. Какой вообще смысл от маггловедения, если оно даже не основной предмет? Мы же не на Луне живем, мы регулярно контактируем с магглами, и должны уметь это делать. Дескать, детишки, выберите, надо вам знать что творится у вас под боком, или так, все равно? Это же просто смешно.

Мальчик с каштановыми волосами в небрежной причёске, послушав наш диалог и обронил:

— Может распределение по характеру не такое плохое? Согласитесь, вы бы не хотели оказаться на факультете где все разные и постоянно спорят, верно?

— Я бы не хотел оказаться в одном месте с кем-нибудь агрессивным, — заметил мальчик, выделявшийся на фоне остальных волосами цвета ржавчины. Не так ярко, как у близнецов, но все же.

— Да, в этом есть смысл, — кивнула пепельноволосая аристократка, — постоянный конфликт интересов мне вовсе не к чему.

Выдержав паузу, я брякнула:

— Слушайте, давайте познакомимся. Я Мерида Вирджиния Мортимер.

Беловласка странно на меня зыркнула, но я решила проигнорировать взгляд девочки.

— Астория Гринграсс. — Сказала она первая.

Вслед за ней посыпались имена:

— Джек Риппер, — представился тот, рыжий.

— Себастьян Уилберк. Полукровка, если интересно, — продолжил воздыхатель Слизерина.

Рыжая драчунша уже будто и не помнила прошлой обиды и с чистым сердцем поведала:

— Джинни Уизли. Видимо, кто-то это уже понял, — она зыркнула на Элеонору.

Похоже, ссора еще не забыта.

Элеонора гордо вздернула подбородок и подтвердила мои догадки насчет имени идеальным выговором:

— Нотт. Элеонора Нотт.

Следом была метаморфомаг:

— Бритни Эверетт, магглокровка, но книги я читала и с миром кое-как знакома.

— Книгами сыт не будешь. Могу рассказать на днях как все устроено, если угодно. — Вмещался Себастьян.

— Уходим от темы! Я уже говорил, но я Сэм Розье-Пруэтт.

— Розье-Пруэтт?! — воскликнула Астория. Ее глаза шокировано расширились. — Да быть такого не может!

Элеонора шикнула на нее, ткнув в бок, и Гринграсс тему решила не продолжать.

Безучастная до этого девочка оторвалась от перевернутого журнала и задумчиво молвила:

— Луна Лавгуд.

Вслед за ней представился светловолосый с водянистыми волосами мальчик, слегка гнусавя:

— Колин Криви! Я очень-очень хочу познакомиться с Гарри Поттером! Я вычитал о нем в книжках!

Я жестом успокоила перевозбужденного мальчугана и указала рукой на парня с каштановыми волосами и идеальной укладкой, волосок к волоску.

— А ты?

— Томас Трэйн.

Вагон резко качнуло, и пронзительный скрежет тормозов оборвал оживлённый разговор. За окнами, словно по щелчку пальцев, исчезла привычная темнота леса, уступив место тусклому, но такому долгожданному свету. Поезд замедлял ход, и стук колёс становился всё реже, превращаясь в глухой, убаюкивающий ритм.

— Кажется, приехали, — тихо произнесла Астория, прижимаясь носом к холодному стеклу.

За окном проплывали размытые силуэты заснеженных елей и приземистых каменных строений. Воздух в купе мгновенно изменился: запах нагретого дерева и сладостей сменился морозной свежестью с едва уловимой ноткой дыма и влажной земли. По стеклу поползли причудливые узоры инея.

В купе воцарилась суета. Все бросились собирать вещи, надевать мантии и поправлять растрёпанные после долгой дороги волосы.

Поезд издал последний, протяжный гудок и замер. В проходах между купе начался хаос: из всех купе повалили студенты, создав сплошную стену из мантий и сундуков. В этой давке я потеряла из виду всех своих спутников.

Кто-то грубо толкнул меня в спину, заставляя шагнуть вперед. Я обернулась, готовая возмутиться, но увидела знакомую ухмылку.

— Воробей! — выдохнула я.

— А ты ждала кого-то другого? Пошли, пока нас не затоптали, — он подхватил меня под руку и уверенно повел к выходу.

Я вместе с ним выскользнула из поезда. Активно озираясь по сторонам, я заметила крупный фонарь в руке еще более крупного мужчины.

— Перв'годки! Перв'годки, сюды! — прогремел голос великана, возвышающегося посреди платформы, как изваяние древнего, могучего бога.

Я глубоко вздохнула и, зашуршев гравием, направилась к нему.

Да прибудет с нами сила!