Однажды расплата приходит неожиданно (джен)

Двумя часами позже я вошёл в бар «Дырявый котёл» и огляделся. Свои воспоминания об этом месте из моей жизни ака-Томом Риддлом я захотел поместить на задворки сознания, чтобы не сойти с ума. Но это оказалось непростое дело. Так или иначе, со времён сороковых годов — времён моей молодости, зал для посетителей очень, очень изменился. В худшую сторону.

Нынешний содержатель бара был похож, будучи тому сыном или внуком, на того бармена Тома, которого я помнил. С той разницей, что Том из моих воспоминаний был чистюлей и всё помещение сверкало яркими светильниками, белизной скатертей, блеском вымытых стаканов и бокалов, висящих над барной стойкой.

Нынешний Том оказался тем ещё грязнулей и навозным жуком. И был, кроме того, магически слабее своего предшественника, потому что светильники еле разгоняли сумрак помещения. На столах отсутствовали скатерти, а чаши и стаканы он протирал тряпкой такой степенью грязи, что меня чуть не вырвало прямо там, у барной стойки. Пробежав мимо неё, я буквально вылетел к стене рядом с мусорным баком, где я на автомате отстучал рукой по нужным кирпичам. Дождавшись открытия арки входа на Диагональ, я сорвался бегом к белому зданию в конце улочки.

Банк Гринготтс.

Банк гоблинского клана Гринготт. Туда вели все дороги волшебного мира Британии. Ничего не делалось без участия золотых галеонов, которые те же гоблины чеканили в своих глубоких пещерах. Вроде побежденная расса, а держит волшебников за... то самое.

Перед самим входом ко мне подлетела сова с привязанным к её ножке коричневым конвертом. Вот и нашло меня письмо-приглашение в Хогвартс.

Я остановился, распечатав конверт, из которого выпали три листа твердой коричневой бумаги. И, о ужас! Письмо было адресовано мисс Гарриет Дж. Поттер! Тётя Петуния права — все волшебники до одного чокнутые. Но это я уже говорил.

На втором и третьем листе письма перечислялись необходимые учебники и учебные пособия. Как и нужная форменная одежда.

Мои ожидания оправдались, всё было до боли знакомо. Теперь надо было лишь не забыть отправить в школу моё согласие на обучение и предупредить администрацию, чтобы никого за мной из преподавателей не отправлять, потому-что я сам со всем разобрался.

На Диагонали всегда солнечная погода.

В приёмном зале здания банка всегда прохладно и освещено магическими светильниками, оформленными в виде магловских хрустальных люстр, свисающих с потолка. Выпендрюги!

Я отправился к ближайшему от входа гоблину, который сидел за стойкой с видом запредельной занятости. Он что-то считал, щёлкая костяшками на счетах и перетаскивал галеоны с одного столбика на другой. Меня он не заметил. Вроде. Ха-ха!...

Я вытащил из кармана джинсовых брюк пятипенсовую монетку и постучал ею по столешнице. Глазки гоблина мгновенно оторвались от счётчика и уставились на магловскую монетку. Потом плавно переместились по моей руке и наверх к лицу.

— Что тебе нужно, мальчик? — рявкнул он. — Я очень занят.

— Гарри Джеймс Поттер хочет встретиться со своим финансовым менеджером, — сказал я, не отрывая взгляд от его чёрные, как две оливки глаза.

— А Гарри Джеймс Поттер это кто? — насмешливо спросил он, скривив губы в усмешку.

— Это я.

— Ха-ха-ха! Ты, сорванец, шутишь! Все знают, что Гарри Поттер — девочка. Гарриет...

— А меня, почему-то, об этом факте не уведомили, — возразил я, уже достаточно взбешённый. — Позовите менеджера семьи Поттер, с ним я сам разберусь.

— Ну, хорошо, я позову менеджера семьи Поттер. Но я предупреждаю тебя, самозванца, что он сделает тебе кровную проверку. И я не удивлюсь, когда ты окажешься в наших подземельях. — Ухмылка гоблина стала ехидной и в некоторой степени угрожающей.

— Проверяйте сколько хотите. Но позже, КОГДА окажется, что я прав, а вы ошиблись, знайте — я за вами приду... — я всмотрелся в именную табдичку рядом с ним и прочитал его имя, — ... Скалогрыз, и взыщу у твоего босса наказания для тебя!

— Ха-ха-ха, накажет он... Ха-ха, малявка!

— А малявки имеют неплохую особенность вырастать в мужчин, Скалогрыз. Ты помни своё место, гоблин! Решай, ты извиняешься сейчас или я приду позже, через несколько лет. Тогда я скромничать не буду, взыщу у предводителя клана Гринготт не только твою, но и головы всей твоей семьи!

Его ухмылка погасла как сдутая свечь. Его глаза перестали бегать и застыли, смотря прямо и злобно. Он прокашлялся и гаркнул:

— Прошу извинения, мисс... мистер Поттер. Я позову вашего менеджера.

И он придвинул себе ко рту разговорную трубу и рявкнул на гобледуке:

— Посыльной, в главный зал, быстро!

За ним распахнулась неприметная дверь и прибежал гоблин по-моложе.

— Приведи этого мальчика к Барчоку!

— Да, слушаюсь.

Гобледук я неплохо усвоил в своей жизни Тома Риддла. Но то, что серые коротышки не знают эту подробность, пусть так и останется тайной для них. С этого дня я объявляю войну своим врагам. А, как всем известно, война — это путь обмана.

Барчок моему появлению неожиданно обрадовался. Веселясь, он вытащил из укромного ящика кристальную чашу, в которой вылил содержимое стеклянного флакончика. Чаша заполнилась наполовину белой жидкостью. Потом, стиснув мою руку, он сказал ритуальное:

— Клянусь использовать эту кровь только для подтверждения личности! — и полоснул серебряным ножом по моей ладони.

Я ойкнул от боли, следя глазами как моя кровушка течёт струйкой в чашу, никак не меняя белый цвет зелья в ней. Барчок довольно хмыкнул и широкой стороной ножа прошёлся по ранке. Она моментально зарасла. Острие он обжёг в пламени зажжённой на столешнице рядом свечи.

— Да, мистер Поттер, — откинулся он назад в своём кресле, — проверка даёт положительный результат. Вы и есть тот потомок Поттеров, о котором упомянули ваши родители и крестный. Скрытий за ширмой девочки, чтобы вывести вас из-под удара Пророчества. Если хотите посмотреть на свою родословную, вам надо заплатить один галеон за эту дополнительную проверку. Нужно капнуть внутри чаши ещё одно зелье.

— У меня только британские фунты, Барчок. Это сколько будет?

— Пять фунтов.

Я отсчитал из оставшихся денег дяди Вернона пятёрку и отдал ему. Он проревел в разговорную трубу, чтобы принесли ему такое и такое зелье и молодой посыльный явился с темнозелёной стекляшкой через три минуты.

Это зелье залитое в ту же чашку изменило белый цвет жидкости на красный. Барчок вынул из ящика прозрачную, перламутрово переливающуюся стеклянную пластину, разместил её на поверхности стола и вылил на неё содержимое чашки. Сперва жидкость просто растеклась по всему стеклу равномерно, а потом сама стянулась в тонкие, извивающиеся линии, оформляя некие, кажущиеся с моей стороны стола, каракули.

Я прищурился, чтобы прочитать написанное моей кровью. Барчок заметил мою попытку и повернул стекло ко мне правильной стороной.

Написано было следующее:

— Хардвин Джеймс Поттер — мужской пол, 11 лет. Чистокровный. Скрытые фамилии (не озвучивать без разрешения): Риддл, Гонт, Певерелл, Слизерин.

— Джеймс Карлус Поттер — отец, мертв с 31-ого октября 1981-ого года. Отречён своим отцом за попрание завета предков.

— Лили Энн Поттер (Эванс в девичестве) — мать, мертва с 31-ого октября 1981-ого года. Новая кровь.

— Сириус Орион Блэк — крёстный отец, жив, находится в Азкабан, неосужден. Невиновен. Отречён матерью за попрании завета предков.

— Завещания отца, матери и крёстного отца — запечатаны личным приказом Главного колдуна Визенгамота, Альбуса Дамблдора, с 2-ого ноября 1981-ого года.

— Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор — полукровка, жив. Самоназначен собственным приказом опекуном Гарриет Джин Поттер. Недействительно!

— Контракт на обучение в школе Колдовства и Чародейства Хогвартс Хардвина Джеймса Поттера — заключён Джеймсом Поттером, отцом. Оплачено семилетнее обучение. Действителен и неотменим. Начало обучения — первого сентября 1991-ого года.

— Брачный контракт Гарриет Джин Поттер с Рональдом Биллиусом Уизли — заключён неправомерно Альбусом Дамблдором 5-ого ноября 1982-ого года. Недействителен!

Хардвин! Моё имя было не просто Гарри, а Хардвин! О! А мне нравится.

Я прочитал два раза и подумал — о, как Белый шмель гадит!

Потом задумчиво поднял глаза на моего финансового менеджера из гоблинской рассы. Он смотрел в ответ испытующим взглядом на меня. Так-с, с чего начнём обсуждения?

— Уважаемый Барчок, — начал я, — давайте поставим Чёрную печать на эти два пункта — на опеку Дамблдора и на брачный контракт с этим незнакомым мне мальчиком Рональдом. Ведь это же извращение — меня, мальчика, обручать с другим мальчиком? Не-е-е, не-не-не! Это безумие надо уничтожить немедленно!

— Конечно, мистер Поттер, — заворочался изумленный содержанием написанного Барчок. — Я не знаю, как так получилось...

— Спокойно, спокойно, уважаемый Барчок! — Остановил я гоблина. На меня снизошло озарение. — Вы прочитайте с кем заключён этот брачный контракт! Заметили? Рональд Уизли с Гарриет Поттер... Кто она, вы знаете? — Гоблин мстительно ухмыльнулся, показав мне все свои остро наточенные зубы. Меня передернуло. Не хочу враждовать ни с кем из гоблинской нации. Никогда. — Кстати, а кто такие эти Уизли, которые претендуют породниться со... с этой бедной девочкой Гарриет? Если она существует в природе.

— Мда. Дамблдор настолько промахнулся, что больше некуда. А Уизли — они Осквернители рода. Предатели крови. Я бы не стал советовать кому-либо из честных волшебных семей свою дочь в ту семью невесткой отдавать. Или кому-либо их дочку в невесты брать. Но жизнь молодёжи полна страстей...

— Нет-нет, однозначно ставим Чёрную печать на эти два пункта. Кто такой Альбус Дамблдор мне, Хардвину Поттеру, чтобы заключать за меня подобные порочащие меня и оскверняющие моё потомство договоры? Как так можно? Он охренел совсем, что ли? А с Завещаниями что можно сделать, открыть их можно?

— Вы бенефициар этих Завещаний, мистер Поттер, раз вы так повелеваете, так и сделаем. Откроем Завещания и ваших родителей, и вашего крёстного отца. Кстати, у меня сохраняется документ, в котором объясняется вся эта кутерьма с вашим превращением в глазах обывателей в девочку. Давайте начнём с него.

Пророчество! Во всем было виновато это долбанное пророчество, как я и предполагал. Мои родители, объявляя во всеуслышание о рождении девочки попытались увести меня-Гарри из-под пророчества. И сделали это по совету своего друга Питера Петтигрю. Вдруг, перед моим внутренним взоров промелькнуло крысоподобное выражение лица этого из моих слуг: «... у Поттеров не дочка, а сын родился, мой Лорд, сын...»

Я, в бытности Волдеморта, узнал правду, кто у этой молодой семьи родился и попёрся, выполняя условия пророчества, устранять возможного врага в лице маленького мальчика! И разгневал этим нашу общую пра-родительницу. Мда... Тяжёлый случай олигофрении. Моей собственной, конечно.

А тем временем Барчок продолжал бормотать:

— У меня на сохранении оставлены так же и завещания ваших дедушки с бабушкой Поттеров. Они давно ждут вас, своего наследника...

— А разве мой отец... — я двусмысленно замолчал, не заканчивая своё предположение.

Потому, что мой взгляд остановился на заметку после имени Джеймс — отречен! Барчок подтвердил мое предположение.

— Ваш отец был отречен своим же отцом, пока тот был ещё жив, в качестве наследника и молодой Джеймс лишился как наследства своего отца, так и своей матери. Карлус и Дорея Поттер оставили все своё имущество своему нерождённому, предполагаемому внуку или внучке. Они не дожили не только до вашего рождения, но даже до брака ваших родителей.

Я мигнул недоумевающе. Что такое могло с Карлусом и Дореей случится, чтобы те не дожили до сих знаменательных событий? Это тоже надо со временем выяснить.

— Хорошо, несите все завещания. Кстати, здесь сказано, — я проследил текст пальцем, приблизив лицо к стеклу, — что Сириус Блэк невиновен. Как с ним поступить?

— Сначала я сделаю вот что, мистер Поттер — перенесу вашу родословную на пергаменте, чтобы сведения с выявляющей поверхности стекла не потерялись. Даже скопирую дважды — одну копию дам вам, другое оставлю в мой архив.

— Но без моих тайных фамилий, — прервал гоблина я.

— Ладно. А насчёт Блэка, я советую вам нанять... Ах, но вы все еще ребенок! Хм-хм,... сделаем вот как. Я найму адвоката... Нет, лучше я позову менеджера делами Блэков, но после того, как прочитаем завещание мистера Сириуса Блэка. Дальше, уже с ним вместе возбудим дело по пересмотру его незаконному и неправомерному наказанию. Думаю, встряхнем Визенгамота с Министерством до кучи. Но это будет дело не бесплатное, мистер Поттер.

— Давайте зачитаем всё, что во всех этих завещаниях написано, потом поговорим... И я хочу воспрепятствовать доступ этому фальшивому опекуну Дамблдору к моему хранилищу...

— Ключ не у вас?

— Нет!

— Значит, он хранится у Дамблдора. Так-та-ак... В вашем Ученическом хранилище собираются пожертвования благодарных волшебников. Ключ к нему Альбус Дамблдор перенастроил с именного на безымянный...

— Благодарных? — прервал я Барчока. — За что благодарных?

— Как, разве не знаете? За то, что в младенческом возрасте вы победили самого злостного чёрного колдуна двадцатого столетия — после Гриндевальда конечно. Ваш так называемый «опекун» хотел по-другому, он хотел сразу получить доступ к вашему ученическому хранилищу, но он не имел право сделать это. Мы, Гринготтс, воспротивились и поставили такое условие — внутрь может войти каждый, которому вы доступ дали и у кого находится ключ. Но, при одном условии — после вашего первого посещения. Дальше, только с вашего разрешения.

— А могу я войти туда без ключа?

— Конечно. Сейф изначально ваш, вы сам изъявили желание войти и распоряжаться содержимым. — Ухмылка на лице гоблина стала кровожадной. Длинный клык сверкнул белизной, прежде чем он закрыл рот рукой.

— Каковы итоги, Барчок? Мой отец давно мёртв, все его старые распоряжение прекращают своё действие, так как явился я, его законный сын и кровный наследник. То есть, сейф мой и с данного момента я меняю условия к этому конкретному сейфу.

— Да, мистер Поттер!

— Тогда, слушайте мои распоряжения, Барчок! Отныне, во все мои сейфы могу войти и изымать содержимое только я. Никакие условия, никакие разрешения никому! Все ключи к ним компрометируются, вы делаете новые и перенаправляете только на моё имя. — Я задумался. — А кошельки доступа к ним имеются?

— В каждом сейфе находится безразмерный кошелёк, который вы можете настроить на себя капелькой крови. Но я дам вам совет, мистер Поттер. Пока вы ещё маленький мальчик и физически слабый, лучше определите небольшую предельную сумму, которую можно выводить кошельком из сейфа. И не трогайте пока семейные хранилища, пользуйтесь только Ученическим сейфом.

— В который пожертвования идут?

— Да, куда идут пожертвования.

— А они большие? — полюбопытствовал я.

— Удивитесь, мистер Поттер, весьма и весьма. Вам даровали не только деньги, но и ценные книги, артефакты, дома...

— Дома? Ох, неужели? — Я замолчал, переваривая услышанное. Благодарные волшебники, дома... Хм. — Сделаем так, дорогой Барчок. Содержимое Ученического сейфа разделяем в два сейфа — Ученический и Пожертвовательный. В первом оставляем пятьсот галеонов, думаю это достаточно для подготовки к первому курсу обучения. А во втором сумма пусть копится. Нет, сделаем лучше — пустим её в оборот...

— В оборот? Славно! А дома!

— Пусть пока стоят. К концу учебного года снова поговорим, может что-то пригодится для постоянного проживания летом. А к ним домовые эльфы прилагаются?

— Конечно, мистер Поттер, не может добротный волшебный дом без домового эльфа долгое время продержаться в целостности, — ответил мне Барчок и потёр руки. — И, мистер Поттер, поговорите с журналистами из Ежедневного пророка. Во будет сенсация! А я по-быстрому свяжусь с больницей Св. Мунго, чтобы те отправили мне выписку о вашего рождения. Там должна обязательно присутствовать ваша половая принадлежность. Из Архива Министерства магии я взыщу как документ записи, что у Поттеров родился мальчик, так и документ о вашем крещении, в котором будет указано не только ваше истинное, данное в ритуале имя, но и кто у вас магический крёстный отец. Это поможет ускорить процесс освобождения мистера Блэка от тюрьмы.

Я вскочил и с огромным воодушевлением потряс руку гоблина в знак благодарности.

— Может, мой отец и был безмозглым оленем, дорогой Барчок, но ты, мой менеджер, лучше всех! — воскликнул я.

И мы занялись серьёзными делами, а не пустой болтовней.