Осень на двоих. Последнее мгновение вечности (гет)

Примечание от автора// Привет, друзья! Ну вот мы и подобрались к развязке.

Крайне всем рекомендую сцену с Аркой Смерти читать под этот трэк для атмосферы: «Это все» — Дарья Чеботарева — https://music.yandex.ru/album/28478384/track/119875329?utm_source=desktop&utm_medium=copy_link

«Один из них проведёт другого

через Врата Мёртвых…»

Скрестив на груди руки, Том уже некоторое время наблюдал за неприметным переулком, где, скрытый от чужих глаз, располагался вход в аврорат. До восхода оставалось не более получаса, и предрассветная мгла висела над Лондоном густым, почти осязаемым пологом.

Всё это время несколько разрозненных отрядов, состоящих из авроров, Пожирателей Смерти и членов Ордена пристально следили за зданием министерства.

— По-прежнему никакой активности, — донёсся из переговорного устройства голос Грюма, который следил за обстановкой на соседней крыше с группой авроров, в его тоне слышала глубокая подозрительность. — Не удивлюсь, если это засада и нас уже поджидают.

— Может, они все куда-то переехали? — зазвучало полное наивной надежды предположение Тонкс.

— Ага, куда? В Букингемский дворец? — саркастично фыркнул Флинт. — На пикник, пока мы тут мёрзнем?

— По мне хоть на тот свет, лишь бы не сидели всей толпой, поджидая, пока мы явимся, — вклинился Райнер в его голосе проскользнула тень сомнения.

— А откуда бы им знать, когда мы явимся? — зазвучал ядовитый голос Сивого. — Разве что кто-то успел передать дружкам все наши планы?

На линии повисло тяжёлое молчание.

— Я похож на психа? — со сдержанной злостью, отозвался Райнер.

— Нет. Только на идиота… — парировал Сивый.

Арчер подавил желание закатить глаза и задумчиво покрутил в пальцах зачарованную серебряную брошь — артефакт, разработанный Хельгой специально для операции. У каждого участника рейда на мантии был закреплён такой же. Минус был очевиден: устройства нельзя было заглушить, и всё, что произносилось вслух, тут же транслировалось остальным, создавая непрерывный шумовой фон из нервных реплик и тихих переругиваний. Жаловаться, однако, было поздновато.

— Помолчите, — велел он, холодно глянув на тихо посмеивающегося Поттера, которого, казалось, забавляли перепалки их разношёрстной компании. — Действуем по плану. Райнер, Грюм, вы заходите первыми. После даёте сигнал.

— И да поможет нам Мерлин, чтобы они не стали сходу палить в своих же, — раздался из броши напряжённый голос Люпина.

— Я не исключаю такой вероятности, — без тени иронии отозвался Грюм. — Тонкс, ты за мной.

— Я уже не ребёнок, Аластор, нечего со мной нянчиться.

— Не занимайте линию, — Арчер всё-таки закатил глаза, чувствуя, как тает терпение и снова покосился на друга, продолжающего едва заметно улыбаться краешками губ. — Честное слово, не штурм, а детский сад на прогулке.

— Тебя, между прочим, тоже слышно, Темнейшество, — подал голос Блэйз, скрывая нервозность за ироничной бравадой.

Том нашёл в себе силы промолчать и только адресовал Забини ледяной взгляд, после чего переключил всё внимание на группу Грюма. Четырнадцать авроров, не скрываясь, чётким строем пересекли пустынную улицу и уверенно двинулись к неприметному переулку. Никакой активности со стороны министерства не наблюдалось — никто не вышел им навстречу и не попытался помешать. Даже когда Райнер активировал скрытый механизм в стене, снимая защитные чары и открывая проход в здание, вокруг по-прежнему царило абсолютное затишье — ни вспышек сигнальных чар, ни тревоги, ни высыпающих со всех сторон авроров. Ничего.

Арчер нахмурился. Подобное бездействие было хуже открытого боя, рождая в душе нехорошее предчувствие. Он молча покосился на Поттера — тот уже не улыбался, взгляд стал острым и сосредоточенным, а пальцы бессознательно постукивали по ограждению крыши.

Некоторое время связь хранила молчание — никто не рисковал заговаривать, в случае если на входе группу ожидает внезапная атака. Наконец, спустя несколько звенящих от напряжения минут, прозвучал тихий голос Грюма:

— Никого. Ни души. Вестибюль пуст.

— Хорошо. Мы заходим.

Том молча дал знак Поттеру, Гермионе и группе Пожирателей за своей спиной, и они с тихими хлопками аппарировали прямо ко входу, за которым виднелся провал коридора, погружённый в тусклое голубоватое свечение.

— У них всегда тут так «жизнерадостно»? — осматривая холодное, безлюдное помещение, поинтересовался Забини, пока они медленно продвигались вглубь.

Никто ему не ответил, только Драко, бледный и собранный, несильно пихнул друга локтем в бок, заставляя молчать. Его глаза лихорадочно бегали по углам, выискивая движение в тусклых, длинных тенях, а пальцы, подрагивая, сжимали волшебную палочку.

Миновав коридор, они оказались в небольшом квадратном холле, от которого в разные стороны ответвлялось ещё несколько проходов, тонувших в синем свечении. Здесь их уже дожидались Грюм, Райнер и авроры, вставшие спиной к спине и настороженно озирающиеся по сторонам.

Арчер медленно пересёк зал, останавливаясь возле примостившегося в углу пустого стола дежурного, и провёл кончиками пальцев по столешнице, оставляя заметный след стёртой пыли.

— Хм, — он, нахмурившись, растёр испачканные кончики пальцев и обменялся многозначительными взглядами с Гарри, Грюмом и Райнером. На лицах каждого из них читалось одно и то же понимание — здесь происходило что-то катастрофически неправильное.

Помедлив, он всё же заговорил:

— Минерва, вы идёте первыми. Сивый, оборотни замыкают. Никаких отставаний.

Его негромкий голос гулким, чужим эхом отразился от гладких стен, затерявшись в сине-фиолетовых сумерках безмолвных коридоров, усиливая общее чувство тревоги.

— Свет горит, а дома никого, — пробормотал Блэйз. — Как-то жутковато.

— Это техническое освещение, — монотонно пояснил Райнер, указывая на вмонтированные в потолок узкие световые кристаллы. — Они всегда горят. Даже если все уже…

Он помрачнел и затих, уставившись себе под ноги.

— И о чём это нам говорит? — почти шёпотом уточнил Драко, не отрывая глаз от тёмного провала ближайшего коридора.

— Ни о чём, — ответила Минерва, шагнув от входа с группой членов Ордена. — Кроме того, что штаб-квартиру Аврората вероятно перенесли в другое место.

— Я бы не удивился, если Скримджер захотел держать всех поближе к своей шкуре, с его-то паранойей, — неприязненно заметил Сириус, нервно поправляя мантию.

— Да, но почему не оставили охрану? — Грюм, прихрамывая, прошёлся по периметру, проверяя ещё раз каждый угол, его магический глаз бешено вращался в глазнице. — Не нравится мне это. Не нравится категорически.

— Продолжаем продвигаться, — скомандовал Том, в его голосе не осталось места для обсуждений. — Порядок тот же. И сохраняйте тишину.

Райнер открыл рот, собираясь что-то сказать, но лишь в сомнении покачал головой и, развернувшись, повёл всех к массивным двустворчатым дверям в торце холла, исписанным сложной вязью рунных символов. Замерев перед ними, Маркус на секунду задумался, изучая узор, а потом тихо хмыкнул — звук был одновременно облегчённым и тревожным.

— Даже защиту не поменяли, — известил он, неторопливо постукивая палочкой по рунам в определённом порядке. — Не пойму, они настолько самонадеянные или просто тупые?

«Или не осталось того, кто мог бы её сменить», — угрюмо подумал Том, но вслух озвучивать свои опасения не стал.

С тихим щелчком тяжёлые замки отозвались, и двери бесшумно поползли внутрь, впуская их в большой зал.

Малая приёмная Министерства в обычные дни гудела от голосов работников и посетителей, повсюду с шелестом порхали меморандумы или служебные записки, мелодично пиликало магическое табло с указанием этажей и отделов, мигая разноцветными огоньками и оповещая о начале приёма в кабинетах. Теперь же, зал тонул в гробовой тишине синих сумерек. Длинные ряды деревянных стульев вдоль стен напоминали скамьи в опустевшем соборе, все огоньки на табло были погашены, а воздух казался холодным и спёртым.

— Отсюда самый короткий путь к лифтам, — шёпотом, больше для себя, прошептал Райнер, запечатывая за их спинами двери в Аврорат.

В абсолютной тишине каждый случайный шорох подошвы о камень и шуршание мантии, не говоря уже о стуке деревянной ноги Грюма, казались оглушительно громкими, поэтому, когда один из молодых авроров задел ногой и с грохотом сдвинул стул, все вздрогнули как один. Десятки палочек мгновенно нацелились в его сторону.

— Просите, споткнулся, — аврор, жутко сконфуженный и бледный как полотно, показал на злополучный стул. — Не видно вообще ничего в этой синей мути. Не случится же беды от небольшого огонька, а?

Том в этот момент отвлёкся, заметив, как Гарри прильнул к стене у входа в один из коридоров, вглядываясь во что-то почти у самого пола. В синеватом свете кристаллов его профиль исказился в чудовищном осознании.

— Стой! — вдруг резко выпрямляясь, крикнул он, разворачиваясь к аврору, одновременно с этим прозвучало негромкое «люмос» и зал осветил бледный свет заклинания.

— В чём дело? — обеспокоенно спросил Арчер, шагнув ближе, чтобы рассмотреть, что так встревожило Поттера. Мгновение спустя его глаза расширить в осознании — на стене была начертана уже хорошо знакомая многим руна.

Однако прежде, чем он успел сказать или сделать хоть что-то, до них донёсся далёкий гул, идущий сквозь камень. Нарастая, он катился со всех сторон — сверху, снизу, из боковых проходов, превращаясь в оглушительный, многослойный вой от которого невольно содрогнулся каждый присутствующий. Услышав это однажды, забыть было невозможно — голодный рёв, не принадлежащий ни зверям, ни людям, хриплый стон, похожий на вой бури и одновременно надсадный рокот обрушающихся камней.

— Инферналы, — внезапно севшим голосом сказал Гарри, продолжая смотреть на руну, которая в синем свете казалась почти чёрной, наливаясь и пульсируя неугасаемой магией некроманта. — Министерство кишит инферналами.

Едва учуяв магию, находящиеся в подобии спячки твари разом пробудились, бросившись на поиски источника. Гул, вой, топот — всё слилось в единый грохот, который приближался со всех сторон. Каменные стены, казалось, вибрировали, передавая шаги десятков, сотен ног. Синее освещение в приёмной вдруг мигнуло, погасло на секунду и зажглось вновь, но теперь его свет стал нервным, пульсирующим, отчего тени задёргались как в лихорадке.

Осторожничать дальше смысла не было.

— Уходим. Быстро! — крикнул Том взмахивая рукой.

Дверь, ведущая в длинный, выложенный тёмным мрамором коридор с лифтами, распахнулась сама собой, ударившись о стену. Группа волшебников хлынула в образовавшийся проход. Их шаги смешивались с нарастающим со всех сторон воем. На их счастье, коридор с лифтами был пуст и освещён тем же неровным синим светом, однако иллюзия безопасности длилась лишь мгновение — хриплые стоны и рёв уже доносились совсем рядом. Они лились из вентиляционных решёток в полу и на потолке, эхом отдавались из чёрных провалов прилегающих галерей и аркад на втором ярусе. Казалось, к ним приближается не меньше сотни монстров.

Волшебники рассредоточились, торопливо нажимая все кнопки вызова лифтов, то и дело оглядываясь к тёмным провалам ответвлений коридоров, готовые встретить угрозу. Палочки были направлены во тьму. У некоторых руки тряслись так, что кончики палочек выписывали в воздухе судорожные круги.

— Молодой Лорд! — Сивый подскочил к Арчеру, его жёлтые глаза горели холодной, хищной решимостью, почти предвкушением. — Стая может их задержать тут.

Том даже не обернулся. Его взгляд сосредоточенно метался между чёрными арками галерей наверху и тёмным провалом в конце коридора, где звук был громче всего.

— Нет, — его голос был низким, но перекрыл на мгновение общий гул. — Мы не знаем, что ожидает нас на нижних этажах. Здесь разделяться нельзя.

— Но чтобы сдержать их…

— Я сам этим займусь.

С этими словами Арчер резко развернулся к стенам коридора, по обе стороны от их группы. Его руки взметнулись вверх, пальцы выписали в воздухе сложный узор и воздух тут же уплотнился, наполняясь плотной, давящей энергией. С глухим скрежетом от пола к самому потолку, разрывая мраморную облицовку и светящиеся кристаллы, вздыбились массивные каменные стены, запечатав оба выхода из коридора. Теперь все волшебники оказались в продолговатом каменном мешке, с одной стороны упирающемся в запечатанную дверь приёмной, с другой — в каменную кладку, оставляя посредине ряды лифтов. Почти сразу же, по ту сторону возведённой стены со стороны приёмной, раздался глухой удар, будто чьё-то тело с размаху врезалось в камень. За ним последовал второй, потом третий. Удары участились, сливаясь в непрерывную, яростную дробь. Каменная стена вздрогнула, с неё посыпалась мелкая крошка.

— Быстрые твари, — без всяких эмоций констатировал Грюм, его магический глаз неотрывно всматривался в стену. — И сильные. Эта преграда долго не продержится.

— А сколько вообще человек работало в министерстве? — ни к кому конкретно не обращаясь, уточнил Блэйз, задумчиво разглядывая потолок.

— Вместе с аврорами, полагаю, наберётся около тысячи постоянных сотрудников, — подумав, отозвался Люциус.

— Прибавим к этому членов их семей, которых некоторые перевезли сюда, когда началась война, — размышляя, протянул Забини, загибая пальцы, — и получается, что на момент создания тут рун некроманта, в министерстве могло находиться по меньшей мере полторы, а то и две тысячи магов, так?

— Вероятно, — осторожно подтвердил Малфой.

— Итого нас тут прессует примерно две тысячи инферналов, — с мрачной иронией заключил Забини. — Та-та-ра-рам мы все умрём.

В этот момент, словно составляя издевательский аккомпанемент заключению Блэйза, с тихим мелодичным перезвоном, что звучал до нелепого мирно, раскрылись позолоченные двери самого левого лифта. Яркий, тёплый свет из кабины вылился в синеватый полумрак коридора, осветив бледные лица волшебников. Это было настолько сюрреалистично, что на секунду все застыли, просто глядя на пустую, уютную кабину с зеркальной стеной.

— В лифт поместится от силы двенадцать человек, — голос Райнера прозвучал отстранённо, как если бы он диктовал отчёт.

Арчер схватил Гарри за предплечье, притягивая ближе к себе в безмолвном требовании оставаться рядом, на случай если тому взбредёт в голову прикрывать отступление. Тот лишь иронично глянул на него в ответ, но сопротивляться не стал.

— Мы пойдём первыми, при необходимости зачистим и перекроем нижние этажи, — Том дал знак Руквуду, Лестрейнджам, Люпину, Блэку, Гермионе, Драко и Забини следовать за собой. — Сивый вы прикроете остальных здесь, — оборотень с готовностью кивнул, давая приказ стае охранять возведённые преграды, из-за которых звучал непрерывный грохот и рёв. — Ждать будем на десятом уровне, у выхода из лифтовых шахт.

Арчер не стал добавлять, во что может превратиться ожидание, если на том уровне их встретит такая же толпа мертвецов. Эта мысль и без того читалась в расширенных глазах каждого.

Первая группа втиснулась в кабину. Двери медленно закрылись, отсекая непрерывный вой и грохот ударов о стены и вид оставшихся магов: Минервы, Дафны и Джинни у следующей кабины, Грюма и Райнера с огненной алебардой, вставших в оборону у стены вместе с оборотнями, авроров и Пожирателей, стоящих спина к спине в напряжённом ожидании. Последнее, что увидел Том перед тем, как щель между створок исчезла, — это как Сивый сжимает в кулаке пузырёк с ликантропным зельем, готовый обратиться в любое мгновение.

Лифт с мягким толчком пополз вниз. Внутри было тихо, если не считать тяжёлого, прерывистого дыхания. Светящиеся цифры над дверью медленно сменяли друг друга. Кабину слегка покачивало. Гермиона прикрыла глаза, Драко прислонился лбом к прохладному зеркалу, Блэйз что-то нервно насвистывал, Блэк крутил в пальцах волшебную палочку, то и дело бросая осторожные взгляды на Гарри. Наконец, послышалось мелодичное «динь-дон» и двери с тихим шорохом разъехались, пропуская пассажиров в густой мрак коридора минус десятого уровня.

Том вышел первым, насторожено вглядываясь во мрак, за ним последовали остальные. Двери лифта закрылись за их спинами, и тьма поглотила волшебников целиком.

— И вот мы глубоко под землёй в здании, до отказа забитом живыми мертвецами, — в полголоса прокомментировал Драко. — Ну что могло вообще пойти не так в этой вылазке, а?

Через несколько секунд под потолком один за другим загорелись тусклые, оранжевые шары света отбрасывающее длинные, дрожащие тени на стены узкого, низкого коридора из грубого тёмного камня. Том прислушался. Тишина. Ни воя, ни топота. Только их собственное дыхание и далёкий, едва уловимый гул похожий на блуждающий в каменных разломах ветер.

— Кстати, а почему мы вообще так паникуем? — вдруг нарушил молчание Забини, пытаясь сохранить хоть толику позитивного настроя, и глянул на Гарри, который стоял рядом с Томом, прислушиваясь к каждому шороху. — Ты же можешь тут просто сжечь всю эту нечисть. Одним махом. Как тогда.

Гарри медленно обернулся. В тусклом оранжевом свете его лицо казалось застывшей восковой маской.

— Не могу, — сказал он и отчего-то глянул на Гермиону.

Та стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди, и услышав его слова, опустила голову, скрывая лицо в тенях. Арчер, заметив странные перемены в её поведении, с подозрением сощурил глаза, переводя взгляд на друга.

— Потрудись объяснить, — прохладно попросил он.

— Я вроде как… утратил эту способность. Когда… ну, когда уничтожил всех варлоков.

— Как это вообще связано?! — почти обвиняюще выпалил Малфой.

Гарри вздохнул, виновато потирая ладонью шею, но так ничего и не сказал — в этот момент раздался тихий, звон колокольчика, оповестивший о прибытии второго лифта. Двери открылись, и из кабины в коридор всыпали запыхавшиеся Минерва, Тонкс, Флинт и ещё несколько членов Ордена.

— Барьеры наверху почти рухнули, — оповестила Минерва. — Эти существа гораздо сильнее тех, что были в Мунго.

— И, вероятно, сильнее тех, что напали на лагерь, — задумчиво, глядя в пустоту, кивнул Гарри. — В конце концов, у Энн было время… потренироваться.

— Но как она вообще добралась до министерства? — спросил Люпин.

Том, всё это время молча сканировавший коридор взглядом, ответил ни на кого не глядя:

— Полагаю, в тот самый день, когда Скримджеру хватило «прозорливости» впустить сюда Элиота и его… свиту.

— Как раз после этого связь с министерством оборвалась, — кивнув, припомнил Райнер, проводя рукой по лицу, и тихо выругался. — Мы слишком уж расслабились после смерти некроманта. Стоило бы догадаться, что гадина припасла нам посмертный подарок.

— Но почему они не отправили сигнал о помощи? Почему никому не сообщили? — сдавлено выдавила Тонкс.

— Да кто же теперь разберёт, — фыркнул Флинт. — Может, не успели, а может некого им было просить о помощи.

Пока они негромко, отрывисто переговаривались, прибыли последние лифты. Теперь все были в сборе. Коридор десятого уровня, не рассчитанный на большое количество посетителей, был забит под завязку. Но вокруг по-прежнему стояла гробовая тишина. Даже эхо их шагов казалось приглушённым, поглощённым толщей камня, пока они медленно продвигались вглубь десятого уровня. Сводчатый потолок, сложенный из тёмного, почти чёрного базальта, был так низок, что казалось, он вот-вот начнёт опускаться, а грубо отёсанные стены, испещрённые неровными желобками и вмятинами будто сужались с каждым шагом. Продвигаться приходилось парами, растянувшись в длинную шеренгу. Хоть план министерства при подготовке изучали и запоминали все участники, вёл вперёд их Руквуд, знающий Отдел Тайн как свои пять пальцев, включая тайные ходы и тоннели, которые не были нанесены на планы и которые он не мог открыто начертить на схемах из-за клятвы секретности.

— Может быть… — шёпотом заговорила Тонкс, — может быть, твари обитают только наверху? Здесь же, внизу Отдел тайн и несколько уровней защитных чар на каждом переходе… К тому же служащих на административных этажах всегда было больше, да и сюда редко пускают посторонних. Вряд ли сила тех рун могла просочиться так глубоко.

В глазах некоторых волшебников мелькнула надежда, что возможно, они избежали самого страшного, а впереди — лишь пустые тоннели и залы, пока не прозвучал привычно колючий голос Снейпа.

— Это при условии, что все они не ломанулись на нижние этажи в попытке спастись и не затащили с собой пару-тройку заражённых.

— Умеешь ты воодушевить людей, — проворчал идущий за ним Блэк.

Том, изначально не питавший иллюзий относительно сложившейся ситуации, глянул на идущего рядом Поттера. Тот тоже сильно обнадёженным не казался, но и тревоги на его лице не читалось. Гарри словно пребывал где-то глубоко в собственных мыслях, мало обращая внимание на происходящее вокруг.

— Всё равно сохраняйте бдительность, — раздался откуда-то позади голос Грюма. — То что нам пока не встретились мертвецы, не означает, что нам нечего опасаться. Помните, где мы. Тут могут укрываться вещи и пострашнее инферналов. Отдел Тайн хранит не только знания, но и…

Договорить Аластор не успел. Одна из неприметных, обшитых сталью дверей распахнулась с такой силой, что створка со скрежетом сорвалась с верхней петли и рухнула на каменный пол, едва не задев вовремя отскочившего Арчера. А в следующий миг из чёрного прямоугольника проёма, с хриплым, булькающим рёвом на Тома бросился инфернал. Полуистлевшая министерская мантия слилась с плотью, засохшая кровь блестела на обнажённых рёбрах, белёсые глаза слепо таращились в пустоту, а оскаленная безобразная гримаса оказалась так близко от лица Тома, что он едва успел отклониться, прежде чем острые клыки распахнутой пасти сомкнулись на его шее. Мощным ударом магии, Арчер отшвырнул от себя существо, испепеляя его искрой синего пламени и шумно выдохнул, оглядываясь к оцепеневшим волшебникам. На мгновение его взгляд задержался на Поттере, которого крепко держала за запястье Гермиона, словно в последний миг перехватившая его поднятую для заклинания руку. Их поведение выглядело всё более странным, но времени разбираться не было, так как где-то впереди из сумеречных коридоров прорвался уже знакомый, многоголосый вой, а следом донеслось нарастающее эхо протяжного, голодного рёва позади — от лифтовых шахт, которые они только что покинули. Путь к отступлению был окончательно отрезан. Оставалось только двигаться вперёд.

— Руквуд, веди нас! — рявкнул Арчер, на его ладонях вспыхнули холодные всполохи синего пламени.

Его голос, хриплый от напряжения, нарушил общее оцепенение, заставив волшебников вздрогнуть и выхватить палочки. Августус лишь кивнул и рванул вперёд, сворачивая в боковой проход, что петлял между отделом магических законов и архивом. Стены здесь были заставлены высокими шкафами, которые замыкающие строй волшебники обрушали за собой, создавая препятствия для тварей что мчались по следу. Жуткий вой, идущий со всех сторон, нарастал, сливаясь с грохотом сотен ног по каменным плитам. За каждым поворотом, из-за каждой колонны, казалось, вот-вот хлынет поток истлевших тел. Желтоватый, призрачный свет кристаллов под потолком отбрасывал на стены судорожные, бегущие тени.

— Постараемся срезать через служебные кладовые, — отрывисто бросил через плечо Руквуд. — Там есть запечатанный проход в хранилище артефактов. Если нам повезёт и…

Его речь оборвалась, когда из-за ближайшей колонны вырвалась длинная, стремительная тень, вцепившись в плечо Пожирателя костлявой рукой с почерневшими когтями и повалив на пол. Существо с глухим рычаньем обрушилось на него сверху. Том взметнул руку — синяя вспышка пронзила тьму, превратив инфернала в пепел. Рабастан протянул руку, помогая Руквуду подняться и тихо чертыхнулся, заметив разорванный рукав мантии, пропитанный кровью. В это же время отовсюду, словно материализуясь из тьмы, начали появляться всё новые твари, преграждая путь. Их глаза, тусклые точки во тьме глазниц, неотрывно таращились на волшебников, а из распахнутых ртов нёсся громкий вой, в то время как позади, обрастая эхом, всё ближе слышался топот ног нагоняющих инферналов.

Том отступил на шаг, создавая перед надвигающейся толпой стену синего пламени, что, извиваясь, взметнулось от пола до потолка, мгновенно испепеляя первые ряды инферналов и заставляя с диким шипением отпрянуть других. Остальные волшебники, встав кругом, образовали защитный барьер, непрерывно атакуя монстров. В сумеречных переходах алым заревом вспыхнули десятки огненных шаров, сметающих тварей с ног, разрывая некоторых на части, серебряными серпами рассекали воздух магические лезвия, отсекая конечности и головы. И всё же толпа мертвецов неотступно напирала, не давая и секунды на передышку. Райнер взмахом алебарды разрубил пополам подобравшуюся слишком близко тварь и оглянулся к разветвлениям коридоров впереди.

— Надо уходить! — крикнул он. — Нельзя ждать пока сюда сбегутся все остальные.

— Знаю, — сквозь зубы процедил Том, подрагивающими от напряжения руками он поддерживал стену синего пламени, уже ощущая, как магия некромантов вытягивает из него силы. — Сивый!

Только и дожидаясь команды, оборотень с низким, горловым рыком прыгнул вперёд, обращаясь в огромного волка. За ним последовали остальные оборотни, включая Ремуса. Оскалив пасти, волки с яростным рёвом бросились навстречу тварям, разрывая в клочья тела мертвецов и пробивая отряду дорогу.

— Бегите! — Том толкнул Гарри вперёд, туда, где Руквуд прижимая к разорванному плечу окровавленную ладонь, торопливо снимал магические затворы на одной из дверей.

— Сюда, — хрипло прокаркал он, махнув рукой в открытый проём, его лицо было пепельно-серым, а в глазах плавала мутная лихорадка. — Быстрее! Ну же!

Бег превратился в кошмарный марафон по лабиринту. Они мчались через пустые залы и эхо их шагов смешивалось с воем, который то казался далёким, то будто звучал совсем близко, проносились мимо запечатанных кабинетов, за дверями которых что-то скреблось и билось в исступлении. Руквуд, с каждым шагом теряя силы и ясность мысли, задыхался и озирался по сторонам с нарастающей паникой, пока наконец не остановился, дико оборачиваясь вокруг своей оси.

— Нет… не туда… Здесь должно быть… служебная лестница…

— Плохо дело, — глядя на него, пробормотал Гарри. — Он сам вот-вот обратится.

Люциус, выступил вперёд так, чтобы оказаться между Руквудом и своим сыном.

— Дальше поведу я, — решительно сказал он. — Мне знаком этот маршрут.

Стараясь держать в поле зрения бормочущего что-то себе под нос Руквуда, они двинулись за Малфоем и вскоре добрались до круглого зала со множеством ярусов и галерей, опоясывающих его по кругу. Из зала в разные стороны ответвлялось несколько коридоров, один из которых вёл в Зал Пророчеств, однако оттуда на магов смотрели десятки пар тусклых глаз, и стоило тварям завидеть волшебников, как они хлынули в жёлтый свет ламп из всех прилегающих тоннелей.

— Да они как тараканы чтоб их, — процедил Блэк.

— Орден! Авроры! — крикнула Минерва, и её обычно твёрдый голос, дрогнул. — Барьеры! Ставьте Щиты!

Волшебники развернулись в строй, окружая зал защитным куполом и почти сразу же по нему застучали первые удары, но часть инферналов успела пробраться в зал, с воем бросившись на магов. Палочки вычерчивали заклинания, непрерывно отправляя в наступающую массу огненные шары, взрывающие и режущие чары, отсекая первые ряды. Громоподобным эхом по залу катился рёв оборотней, оттаскивающих инферналов от волшебников, которые удерживали щиты и были почти беззащитны перед тварями. Огненные взрывы озаряли изуродованные лица, каменные осколки разрывали тела. Но твари двигались слишком быстро и их было слишком много в ограниченном пространстве. Вскоре послышались первые крики боли и ужаса, когда инферналы добрались до волшебников, впиваясь в них когтями и зубами. С каждым мгновением давление нарастало, а барьер, блокирующий остальных мертвецов в тоннелях, надсадно гудел — на его поверхности побежали трещины.

— Они слишком напирают на щиты! — сквозь зубы процедил Райнер, отрубая одной из тварей голову алебардой и оттаскивая в сторону стонущего от боли Пожирателя с разорванной до кости рукой.

Дым от огненных шаров постепенно заполнял зал, отчего дышать становилось всё труднее.

— Хватит их жечь! — тем временем громко приказал Грюм, оборачиваясь к группе авроров. — Тварям от взрывов мало вреда, а мы тут все скоро задохнёмся!

— Но, если мы не будем их отбрасывать, они нас заживо сожрут! — в панике закричал один из авроров.

— Так используйте что-то кроме огня! — заявил Снейп и, тут же следуя собственному совету, направил в тварей мощный поток воды, заставив инферналов отступить чуть назад под давлением.

— Всё равно от этого толку мало, им наши атаки не страшны, а мы так скоро все выдохнемся, — мрачно констатировал Флинт, отправляя в тварей разные заклинания и проклятья в попытке отшвырнуть их подальше или обездвижить.

Чувствуя, что щиты скоро сломаются, Том развёл руки в стороны, попытавшись возвести каменные заграждения, осекающие зал от тоннелей, но арочные своды отозвались лишь низким гулом.

— Здесь слишком много древних защитных чар, удерживающих целостность помещений, — кашляя от пыли дыма, что ещё вздымался в воздухе от огненных шаров, пояснила Тонкс. — Запечатать коридоры не выйдет.

— Значит, будем импровизировать, — решительно сведя брови у переносицы, объявила Минерва, вытаскивая из складок мантии небольшие металлические пластины.

Бросив их на пол, МакГонагал повела над ними палочкой, прошептав заклинание. Пластины, задрожав, начали расти и трансформироваться, обретая форму закованных в тяжёлую броню рыцарей, каждый из которых был не менее семи футов в высоту.

— Круто, — присвистнув, оценил Сириус, когда вокруг них выстроился целый отряд выкованных из металла воинов.

— Припасла на крайний случай, — с некоторой долей сдержанной гордости, объявила Минерва и обернулась к рыцарям. — Уничтожайте всех, кто прорывается к нам, оттесняйте их к стенам и блокируйте проходы!

Воины тут же подчинились. С грохотом и лязгом ступая по каменным плитам, часть рыцарей принялась оттаскивать рычащих и воющих тварей от волшебников, дробя их кости и разрывая плоть, в то время как вторя группа заняла позиции в проходах, блокируя рвущихся в зал инферналов. Несмотря на то, что мертвецы не воспринимали воинов как живых людей и не пытались атаковать, даже когда те обрушивали на них град мощных ударов, рыцари были слишком неповоротливыми и медленными, едва ли успевая оттаскивать от волшебников напирающую массу монстров и в какой-то момент инферналы вновь подобрались слишком близко, разбивая строй авроров. В зале зазвучали новые крики боли.

В то время как вокруг воцарился полный хаос, Гарри, не участвуя в обороне, сосредоточенно оглядывал стены и сводчатый потолок, пока его взгляд не зацепился за узкий, почти незаметный выступ, что тянулся вдоль стен как неровная тропа и там, наверху, виднелась тёмная арка прохода.

— Нужно подняться наверх, — тронув Тома за плечо, он указал на открытый проход. — Мы ведь сейчас в центральном атриуме Отдела Тайн, если я правильно помню планы, там наверху расположен служебный ход. Через него мы попадём в Зал Пророчеств.

Том проследовал за его взглядом и кивнул, после чего посмотрел на Руквуда, который был едва в сознании.

— Есть тут лестница?

Тот обратил к нему мутный взгляд и шевельнул побелевшими губами, но из горла вырвался только тихий хрип подозрительно напоминающий стон. Арчер на мгновение стиснул зубы. Оставлять его в таком состоянии, было не милосердием, а жестокостью и огромным риском для всех. На его ладони вспыхнуло синее пламя.

— Мне жаль, Августус, — тихо сказал он, глядя в затянутые пеленой глаза.

Пламя сорвалось с кончиков его пальцев, охватив неподвижный силуэт мага, тот продолжал неподвижно стоять на месте, неотрывно глядя на Тома и даже не вскрикнул, когда огонь охватил его тело целиком, оставляя лишь пепел и ком одежды. Почти никто не оглянулся, слишком сосредоточенные на сдерживании монстров.

— Вопрос остался открытым, — помедлив, сказал Том, бросая в подобравшихся слишком близко инферналов сноп синих искр. — Нам нужно как-то подняться наверх.

Люциус подошёл ближе к стене, проводя рукой по шероховатой, холодной поверхности и, заметив несколько рун, сосредоточенно склонился к ним, изучая. Прошло несколько томительных секунд, пока он что-то обдумывал. Потом удовлетворённо, почти незаметно кивнул, достал палочку и отстучал ею по камням в чётком, ритмичном порядке. Из стены с глухим скрежетом один за другим выдвинулись каменные блоки, сложившись в узкую, крутую лестницу, ведущую к верхним галереям. Люциус оглянулся, встречаясь взглядом с Томом.

— Как-то раз бывал там с Августусом, — пояснил он, обращая взгляд к галереям. — Но тот тоннель слишком узкий, продвигаться будем медленно и можем оказаться в ловушке, когда твари последуют за нами.

— А что, если нам всем сначала подняться выше на галереи и уходить небольшими группами? — предложила Тонкс, присоединяясь к обсуждению и попутно вычерчивая палочкой атакующие заклинания, непрерывно отправляя их в инферналов. — Мы обездвижим тварей в зале, и даже если остальные прорвут барьер, вряд ли они способны взбираться по отвесным стенам.

— Мы не знаем этого наверняка, — Арчер, нахмурившись, рассматривал верхние ярусы, по которым за раз мог пройти только один человек. — Кто-то должен остаться, чтобы сдержать тварей, пока остальные уходят.

— Мы останемся! — услышав разговор, крикнула со своей позиции Минерва. — Будем уходить малыми группами, как предложила Тонкс, — она обратила тяжёлый взгляд на Тома. — Бери кого нужно и уходите первыми. Чем быстрее ты и мистер Поттер доберётесь до врат, тем быстрее закончится этот кошмар.

Арчер, не тратя слов, кивнул и нашёл взглядом Сириуса, который, продолжал отправлять в инферналов атакующие чары.

— Блэк, — окликнул он, — вы с Люпином за нами, — его глаза на миг задержались на Гермионе и скользнули дальше к Драко и Блэйзу, — Малфой, Забини, вы идёте первыми с группой Беллатрикс. Проверьте, что проход чист, и ждите нас наверху.

Блэйз открыл рот и тут же закрыл, лишь обменявшись напоследок долгим взглядом с Джинни, не зная увидит ли её вновь, прежде чем Беллатрикс утащила его за собой к лестнице с Драко, находу отдавая приказы группе Пожирателей в её подчинении.

Как только Том остался один, к нему шагнула Гермиона.

— Я пойду с вами, — тихо сказала она.

Арчер смерил её долгим взглядом, подозрения и тревога смешались в его груди, завязываясь в тугой узел.

— Обязательно, — бархатным голосом отозвался он. — Как только объяснишь, почему Гарри не может колдовать.

— Ч-что? — Гермиона чуть отступила, расширившимися глазами глядя на него. — Но откуда мне…

— Даже не начинай врать, — голос Арчера упал до ледяного, угрожающего шипения. Он наклонился к ней чуть ближе. — Притворство у тебя выходит паршиво. Что тебе известно?

— Том, — раздался за спиной утомлённый голос Поттера, Арчер развернулся к нему. — Оставь её. Я сам всё расскажу.

— Я весь — внимание.

— Не сейчас, — Гарри глянул наверх, туда, где уже скрылась группа Беллатрикс. — Давай сначала отсюда выберемся.

Том помедлил, переводя обжигающий недоверием взгляд с бледного лица друга на Гермиону весь силуэт которой будто кричал о неподъёмном грузе, что давил ей на плечи.

— Хорошо, — коротко бросил он, отворачиваясь. — Идём.

Арчер в последний раз глянул на оборотней, со свирепо вздыбленной шерстью, потом перевёл взгляд на Пожирателей, членов Ордена и авроров, которые совместно удерживали инферналов, то и дело отправляя в напирающие массы мертвецов атакующие заклинания, и отвернулся, стараясь не думать, увидит ли ещё кого-то из этих волшебников, когда всё закончится.

Если всё закончится.

Вместе с Гермионой и Гарри они поднялись на узкий выступ, аккуратно продвигаясь вдоль отвесной стены. Снизу доносился нарастающий грохот проседающего под давлением щита. Раздались новые крики волшебников и рёв оборотней, сливающийся с воем тварей. Том больше не оглядывался, нырнув в чёрный провал служебного хода, где их дожидались остальные, он уводил свою уменьшившуюся группу всё дальше, пока узкий проход не закончился тупиком.

— И что дальше? — сухо процедила Бэлла, ощупывая стену.

— Ищи рычаг, — коротко бросил Гарри. — Здесь должен быть скрытый… а вот и он.

Как раз в этот момент Рабастан нащупал выступающую панель и нажал на неё, после чего стена со скрежетом сдвинулась в сторону, выпуская их в небольшую комнатушку, где кроме стола и стула никакой мебели больше не наблюдалось. Гарри остановился возле стола и его взгляд упал куда-то в дальний угол комнаты, после чего с губ Поттера вдруг сорвался тихий смешок.

— Что смешного? — с подозрением глянув в его сторону, процедила Беллатрикс.

— Ничего, — Гарри покачал головой, задумчиво проведя рукой по столешнице. — Я вдруг понял, что это та самая комната, где я впервые услышал пророчество о себе и Волдеморте. — Он встретился взглядом с Томом. — Кто бы мог подумать, что тогда я был так близко к вратам, но даже и не подозревал об этом.

— Если это приёмная, значит Зал Пророчеств совсем рядом, — тихо заметила Гермиона. — Надо спешить.

На этот раз непредвиденных ошибок на маршруте не случилось, и очень быстро вся группа добралась до Зала Пророчеств. Осторожно ступая в гробовой тишине огромного зала и прислушиваясь к каждому шороху, волшебники двигались вдоль бесконечных рядов высоких стеллажей из тёмного дерева, что лабиринтом тянулись в полумрак, освещённый лишь призрачным мерцанием серебристых сфер на бесчисленных полках, отмеченных латунными табличками. Некоторое время все шли молча, измотанные и взвинченные до такой степени, что любой громкий звук мог спровоцировать непроизвольную атаку. Броши-передатчики они деактивировали ещё у лифтов и теперь даже не знали живы ли те, кто остался в зале. Не знали, сколько времени у них есть, прежде чем твари настигнут их здесь.

— Как думаете, — подал голос Блэйз, — если мы всё-таки тут не умрём…

Его слова затихли, когда далеко впереди, в глубине зала, раздался надсадный скрежет. Все замерли и время словно замедлилось, пока они наблюдали как один из стеллажей, накренившись, начал падать. Сразу же за этим зазвучал звон посыпавшихся на пол сфер пророчеств, которые, разбиваясь выпускали в воздух клубы серебристого дыма, и громкий удар стеллажа, врезавшегося в другой. Это походило на гигантскую игру в домино, где костяшки были высотой в три человеческих роста и набиты хрупким грузом. Грохот и звон бьющегося стекла нарастал, становясь ближе. Но не это заставило группу волшебников выйти из ступора, а инферналы, что, перемахивая через падающие полки, огромными, нечеловеческими прыжками хлынули в их сторону.

Рабастан тихо выругался сквозь зубы, метнув на Блэйза убийственный взгляд.

— Язык бы тебе отрезать, — зарычал он и тут же оглянулся к Пожирателям: — Разделиться! Отвлекайте их! — завопил он, метнувшись в сторону и уводя за собой нескольких тварей.

Они снова бросились бежать. Всё смешалось в вихре падающих полок, летящих осколков, серебристого дыма и воющих мертвецов. Стеллажи падали, преграждая путь, создавая ловушки, разделяя группу. Драко, пятясь и пытаясь атаковать наступающих на него инферналов, споткнулся о валяющуюся у его ног сферу и рухнул на спину. В следующее мгновение на него обрушилась тяжёлая дубовая полка, всей своей массой придавив ему ноги. Малфой взвыл от боли и шока, едва не выронив волшебную палочку. Из клубов серебристого дыма на него через обломки наползала оскаленная фигура в лохмотьях мантии невыразимца.

— Драко!!! — заметив друга, закричал Блэйз, пытаясь перебраться к нему через упавшие стеллажи.

Том и Гарри почти добрались до другой части зала и оказались слишком далеко, отрезанные от друзей повалившимися полками. Понимая, что никто не успеет прийти на помощь, Малфой, взмахнул палочкой, пытаясь отшвырнуть тварь, но рука так сильно дрожала, что заклинание пролетело мимо, разбившись о стену. Он обратил взгляд к Блэйзу. В серых глазах застыла обречённость.

— Сопротивляйся чтоб тебя! — голос Забини стал походить на вой, когда он, окончательно потеряв самообладание, словно обезумевший вцепился руками в стеллаж, пытаясь то ли сдвинуть его, то ли разломать.

Беллатрикс оказалась ближе всех и, услышав его крики, без раздумий бросилась между племянником и тварью выбросив вперёд руку. На кончиках её пальцев вспыхнуло дикое, неровное синее пламя. Оно ударило в инфернала, испепелив его в мгновение ока, но не угасло, а с жадным шипением обвилось вокруг её руки, перекидываясь на мантию, а потом вдруг плетьми хлестнуло во все стороны, поджигая деревянные полки.

— Тётушка? — беспомощно прошептал Драко, наблюдая как огонь переползает с одежды Беллатрикс на её волосы.

В это же время к Блэйзу присоединился Родольфус. Вместе они избавились от преграждающих путь стеллажей, наконец добравшись до Малфоя и помогая сдвинуть придавивший его стеллаж. Драко застонал от боли, когда давление на ноги исчезло, но не мог оторвать взгляда от спины Беллатрикс. Пламя охватило уже половину её тела, пожирая одежду и плоть, и рванулось дальше, ударившись в соседний стеллаж.

— Давай же! Идём! — перекинув себе через плечо руку Драко, сквозь зубы процедил Блэйз.

— Но…

— Иди уже, Дракулёночек, — перекрикивая вой пламени и рёв инферналов, Беллатрикс обернулась. Малфой с ужасом уставился на её лицо. Одна половина была не тронута огнём — прекрасная и бледная, с горящим решимостью чёрным глазом. Другая же походила на обугленный череп с опалёнными кусками плоти, отчего казалось, будто полусожжённый рот искривлён в безумной, жуткой усмешке. — Передай Цисси… что я сдержала обещание.

Неповреждённый глаз ведьмы остановился на посеревшем лице супруга, но, так больше ничего и не сказав, Беллатрикс отвернулась, продолжая пытаться перехватить контроль над взбесившемся пламенем, что сжигало и живых, и мёртвых.

— Уходите, — толкнув застывшего Блэйза в плечо, приказал Родольфус.

Убедившись, что Забини удалось утащить за собой Драко, он шагнул дальше, встав рядом с женой. Она чуть повернула к нему не тронутую огнём половину лица, искривив губы в усмешке.

— Глупец, — хрипло сказала она. — Всегда тащился за мной как пёс на поводке.

— И буду так делать до самого конца, — мрачно пообещал Лестрейндж, поднимая волшебную палочку и помогая ей направить неконтролируемое пламя дальше от живых.

Огонь, будто получив подпитку, рванул с новой силой, поглощая их силуэты, перепрыгнул на двух ближайших тварей, испепелил их и, закрутившись в синий, ревущий смерч, принялся пожирать всё на своём пути: падающие полки, серебряный дым пророчеств, инферналов и… Пожирателей, отрезанных от основной группы и не успевших найти укрытие. Рёв пламени и треск пожара поглотил даже их крики.

— Прочь отсюда! Всё сейчас сгорит! — крикнул Сириус, хватая под руку спотыкающегося и хромающего Драко, помогая Забини дотащить его к едва виднеющемуся в дыму выходу.

Они, задыхаясь, вывалились в узкий служебный коридор. Часть Пожирателей из их группы так и не выбралась из бушующего пламени, что не желало угасать, обретая зеленовато-алый оттенок. Том остановился в дверях и поднял руки, пытаясь перехватить контроль над огнём, но обезумевшая стихия, смешанная с магией некромантов, не желала ему подчиниться. С низким стоном, Арчер едва не согнулся пополам от нахлынувшего истощения. Гарри поддержал его под руку и, мягко отстранив в сторону, закрыл дверь, отсекая рёв пожара, в котором по-прежнему слышался вой инферналов, пытающихся к ним прорваться.

Подняв каменную стену, что наглухо запечатала выход, Том тихо выдохнул, стирая со лба выступивший от жара и напряжения пот и обернулся, обводя взглядом всех, кто успел выбраться. Никто не проронил ни звука и не заговорил о тех, кто остался по ту сторону двери. Блэйз помог Драко опуститься на пол у стены. Тот, едва замечая, что происходит вокруг, опустевшими глазами смотрел прямо перед собой и похоже до сих пор видел лишь то, как ведьма, которую он боялся большую часть своей сознательной жизни, сгорает в огне в попытке спасти его жизнь. Том медленно перевёл взгляд с Сириуса, который тяжело дышал, стирая кровь с лица, на Люпина с глубокой раной на боку, что была хорошо заметна даже через густую волчью шерсть. Потом его глаза скользнули по посеревшему от ужаса лицу Гермионы. И наконец остановились на Гарри.

Тот стоял спиной ко всем, прижав ладонь к единственной двери в конце короткого коридора из чёрного, отполированного до матового блеска дерева, без ручки и украшений. За ней не было ни воя, ни стука. Только абсолютная, давящая тишина, гуще любой тьмы, и едва уловимое веяние могильного холода.

— Это здесь, — медленно обернувшись, он встретился взглядом с Томом. — Мы на месте.

— Все… оставайтесь здесь, — голос Тома был хриплым от напряжения. — Мы идём внутрь.

— Только вдвоём? — поднимая голову, тихо спросил Драко, очнувшись наконец от своего кошмара наяву.

— Да. Дальше только вдвоём, — подтвердил Гарри, обводя взглядом измученные лица.

Его взгляд задержался на Сириусе и тот, оттолкнувшись от стены, шагнул ближе с тревогой глядя на крестника.

— Сириус… — Гарри замолчал, долго всматриваясь в лицо крёстного.

— Если тебе надо идти — идти, Сохатик, — сдавленно прошептал Блэк, положив руку на плечо Поттера, по его губам скользнула слабая, кривая улыбка. — Встретимся на… той стороне, полагаю?

— Да, — Гарри через силу улыбнулся и, больше ничего не сказав, крепко обнял крёстного. — Ты… береги себя.

— Уж кто бы говорил, непоседливый ребёнок, — тихо хмыкнул Блэк, крепче обнял крестника и чуть отстранился, чтобы вглядеться в его лицо. Его пальцы сжали плечи Гарри. — Джеймс и Лили… они бы так гордились тобой. Я так горжусь тобой.

Поттер на это только молча кивнул и повернулся к волку, который тихо подошёл к ним с Сириусом. Внимательные жёлтые глаза, где плотно переплетались разумы зверя и человека, неотрывно наблюдали за ним с молчаливым вопросом. Гарри положил руку на голову волка и некоторое время они смотрели друг на друга, словно обмениваясь безмолвным диалогом.

— Почему это выглядит как прощание, а? — тоскливо подал голос Блэйз.

— Ну кто знает получится ли у нас переход, — шутливо откликнулся Поттер, напоследок потрепал волка за ухом и обвёл взглядом каждого кто прошёл с ним этот путь до конца.

Арчер всё это время молчал, скрестив руки на груди. Он не смотрел на Гарри. Его взгляд, тяжёлый и подозрительный, был прикован к Гермионе. Та, едва не плача, неотрывно следила за Гарри, её губы дрожали, словно она никак не могла заставить себя заговорить. На миг их взгляды пересеклись. Гермиона закусила губу и лишь едва заметно покачала головой, словно говоря: «Не надо. Не прощайся». Гарри понимающе улыбнулся, отступая к Арчеру.

— Что ж… удачи нам всем полагаю, — нарочито бодрым тоном сказал он.

Том резко отвернулся. Его пальцы впились в собственные предплечья.

— Идём, — глухо сказал он и толкнул чёрную дверь, что бесшумно отворилась, впуская в коридор стылый холод.

Они шагнули в тёмный проход и дверь с тихим щелчком закрылась, отсекая их от остального мира.

Теперь их было только двое в укрытом сумраком зале, где в центре на круглой каменной площадке стояла древняя арка с трепещущей завесой, из-за которой раздавался непрерывный шёпот множества голосов. Плечом к плечу они остановились у подножия постамента.

— И вот мы здесь, — неотрывно глядя на слабо колышущуюся завесу, сказал Арчер. — Что дальше?

— Дальше, мы откроем дверь.

Гарри почти заворожено рассматривая Арку. Он сделал шаг вперёд, поднялся на постамент и медленно обошёл по кругу, скользя кончиками пальцев по ледяной поверхности камня, испещрённого вязью рунических символов. Том последовал за ним. Остановившись возле завесы, он оглядел зал с возвышения. Единственными источниками света были фосфоресцирующие зеленоватым сиянием прожилки в массивных плитах чёрного базальта, отполированных до зеркального блеска, из которых были сложены стены, пол и потолок. Пристальный взгляд Арчера скользил по пустым каменным скамьям, что ярус за ярусом спускались амфитеатром к постаменту. Каждый нерв в его теле был натянут как струна из-за навязчивого ощущения будто с этих скамей за ними наблюдают сотни глаз. Гарри же интересовала только арка.

— Видишь? — он остановился у одной из опор, его палец проследил за витиеватым узором древних символов, вырезанных в базальте. — Это и есть замок.

— И как мы должны его открыть? — через силу отводя взгляд от амфитеатра, Том пригляделся к рунам, что в тусклом свете казались просто неровными трещинами.

— Кровью короля, конечно, — широко улыбнувшись ему, отозвался Поттер. — Не смотри на меня так. Требуется всего-то пара капель. Не так уж и сложно.

Шёпот, что ранее казался далёким и едва уловимым, при этих словах зазвучал громче. Тревожнее. Чёрный занавес колыхнулся будто кто-то в нетерпении провёл по нему рукой с противоположной стороны арки. Загоняя поглубже скребущее тревожное чувство в груди, Арчер скептически изогнул бровь.

— Так это и есть ключ? Моя кровь?

— Не делай вид, что удивлён. Ты уже давно должен был догадаться.

Том согласно хмыкнул. Однако…

— Будь всё так просто, Слизерин давно бы открыл чёртову дверь, — его голос стал тише и злее. — Так что же настолько его испугало, раз у него не хватило духу завершить переход?

— Не спорю. Но давай активируем руны и посмотрим, что случится? — Гарри обратил к нему выжидательный взгляд, его глаза будто источали призрачное мерцание в фосфоресцирующем зелёном свете. По спине Тома прокатилась ледяная волна дурного предчувствия. Терзаясь сомнениями, он разрезал свою ладонь, не сводя пристального взгляда с безмятежного лица друга, и прижал рану к сплетению рун на холодном камне. Сердце колотилось с такой силой, что его стук отдавался в висках, а где-то в глубине сознания отчаянно и исступлённо билась единственная мысль: «Стой! Остановись!»

Вязь символов, куда попала его кровь, вспыхнула ядовито-зелёным светом. С каждой новой активированной руной шёпот голосов за завесой становился всё громче, нетерпеливее. Символ за символом, вся арка от основания до вершины озарилась пульсирующим свечением, завеса вздрогнула в последний раз и замерла, голоса умолкли. Тишина навалилась оглушающей пустотой вакуума, где не было ни звука, ни дыхания — одна лишь бесконечная неподвижность.

Краем глаза Том уловил нечто неестественное и резко перехватил руку Поттера, когда тот потянулся к арке.

— В чём дело? — озадачено спросил тот.

— Смотри, — прошептал Арчер.

Его взгляд был обращён к амфитеатру. Амфитеатру, скамьи которого теперь были полны зрителей: мужчин, женщин, детей… Неподвижные, молчаливые и бесстрастные они взирали на них со своих мест застывшими пустыми глазами, которые светились во мраке всё тем же призрачным зеленоватым свечением.

— Это…

— Жертвы Салазара Слизерина, — голос Гарри упал до едва различимого шёпота.

Не рискуя делать лишних движений, друзья всматривались в каждое бледное лицо, обращённое к ним. Жертвы, хранители и узники. Стражи, что тысячелетие оберегали врата. И ждали. Ждали, когда их освободят из пустоты безвременья.

— Это хороший знак или плохой? — не сводя настороженного взгляда с призраков, тихо уточнил Том.

— Не знаю, — честно ответил Гарри. — Сейчас проверим.

Он медленно протянул руку к завесе и десятки взглядов тут же сместились, пристально следуя за его движением. Осторожно подцепив пальцами черную ткань, Гарри легко стянул её. Завеса упала, бесшумно скользнув на каменный пол, открывая бездонный провал, затянутый сизой дымкой. И по залу тут же пронёсся тихий шелест, словно единый вздох сотен человек. Фигуры на скамьях утратили чёткость, став похожими на зеленоватую дымку, затянувшую весь зал и оставив в море тумана лишь постамент с аркой и стоящих возле неё волшебников.

— Полагаю, знак всё-таки хороший, — переведя дух, заключил Гарри. — Теперь, — он сделал глубокий вдох, обращая взгляд в тёмный провал арки, — остался последний шаг.

Том среагировал за миг до того, как Гарри двинулся вперёд, схватив его за плечо.

— Что ты собрался делать? — процедил он сквозь зубы.

Гарри не попытался вырваться, лишь обратил безмятежный взгляд зелёных глаз к лицу Арчера. По его губам скользнула печальная улыбка.

— Мы открыли первую дверь, — мягко сказал Поттер. — Осталось открыть вторую. Помнишь, я говорил: ключей два.

— И второй это… не твоя кровь, — не спрашивая прошептал Том.

— Так и есть.

— И что же случится, когда ты шагнёшь туда?

— Случится переход. И все будут спасены.

— Все? — с запинкой спросил Том. — А что насчёт тебя?

Молчание Гарри было красноречивее любого ответа. В его взгляде Том видел всё, что тот не желал говорить вслух. И в этот миг всё встало на свои места с ужасающей, кристальной ясностью. Арчер застыл в ужасном осознании. Чудовищное предчувствие, которое он подавлял долгое время, поднялось из глубин души, обращаясь кричащей, неумолимой истиной.

— Нет, — сипло выдохнул он, крепче сжимая пальцы на плече Гарри. — Нет.

Поттер отвернулся, глядя в сизую пустоту Арки Смерти, его профиль в призрачном свете казался вырезанным из холодного мрамора.

— Знаешь, тогда на пятом курсе, — вдруг задумчиво сказал он, — Я не должен был так удивляться, узнав, что ты и Волдеморт это один человек. Я довольно быстро догадался. Здесь, — он прижал ладонь к груди, чуть опустив голову, — всё буквально кричало об этом. Всем своим существом я знал… знал, что с тобой творится что-то неладное. Только вот, — по губам Гарри скользнула мимолётная улыбка, — разум слишком плотно отгородился от этого знания. Отказывался верить. Защищался, — он обратил понимающий взгляд к бледному лицу друга. — И раз уж тогда догадался я, то не поверю, что ты, самый проницательный человек, которого я знаю, сейчас ничего не понимаешь.

— Гарри…

— Ты прав. Была причина почему Слизерин так и не смог открыть врата, — словно и не слыша его, продолжил говорить Гарри, вновь обращая взгляд к арке. — Ключом к вратам должна была стать вторая по праву. Силенсия Слизерин. Его дочь. Я её прямой потомок и так уж вышло, что в наследство от неё мне достался этот самый ключ, — Гарри поднял руку, рассматривая свою ладонь. — Только вот парой каплей крови расплатиться не выйдет. За любой ритуал требуется равноценная плата. И для завершения не хватило лишь одной жизни, — он безрадостно хмыкнул. — Даже не знаю, смешно это или грустно — Салазар годами разрабатывал свой план, пожертвовал огромным количеством жизней, включая свою собственную, поставил на карту всё, но в последний миг… в самый последний миг испугался. Не смог пожертвовать дочерью, — он, склонив голову к плечу, посмотрел на Тома. — Довольно лицемерно, а? Погубить десятки чужих детей, но не суметь убить собственного.

— И от чего ты так уверен, что являешься заменой Силенсии? — холодно осведомился Арчер. — Она была платой для Слизерина. Его наказанием за пролитую кровь. Ты при всём желании вряд ли сойдёшь за его дочь.

— Да. Но король теперь ты. И я — твоя плата.

— Чушь…

— Арка приняла твою кровь. Признала право короля. Ты ведь и сам это понимаешь.

— Я не Салазар Слизерин, — зашипел Арчер, чеканя каждое слово.

— Тут ты прав, — мирно согласился Гарри. — Потому что в отличие от тебя, Салазар вёл за собой тех, кто мог его остановить. Годрик Гриффиндор, думая, что спасает Силенсию от чудовищного ритуала, даже не подозревал, что Салазар оставлял для него след из хлебных крошек в надежде что ему не позволят завершить переход. Он хотел, чтобы его остановили. Чтобы судьба и обстоятельства оказались против него. И тогда он бы смог признать, что его дочери не пришло время умереть от его рук. Но ты, Том… — Гарри шагнул ближе, — ты не Салазар Слизерин. Вместо путей к отступлению, ты сжигал все мосты один за другим. Ты шёл сюда, зная куда ведёт эта дорога. Потому что понимал, что на кону судьба всего волшебного мира.

— Замолчи! — со смесью отчаяния и злости рявкнул Том, его голос, сорвавшись, отразился гулким эхом, утонув в зеленоватой дымке. Он встряхнул Гарри за плечи. — К чёрту этот мир! Я не позволю тебе жертвовать собой!

— Позволишь, — тихо и твёрдо возразил Поттер. — Потому что у тебя нет выбора.

В глазах Арчера полыхнули алые искры ярости, его голос упал до угрожающего шипения.

— Желаешь проверить?

— Я умираю, Том, — перебил Гарри. — Я уже очень долго… умираю.

Произнесённые слова повисли в воздухе удушающей, давящей неотвратимостью. Пламя гнева в душе сменилось леденящей стужей. Том отступил на шаг, его пальцы разжались, отпуская плечи друга.

— Ложь, — задыхаясь, выдавил он. — Ты лжёшь.

Едва веря своим глазам, он наблюдал как белеют тёмные волосы Гарри, как кожа становится тонкой и светлой словно пергамент и под ней проступают серебристые росчерки капилляров.

— Посмотри на меня, Том, — в изумрудных глазах друга расплавленным серебром мерцали искры чистой магии. — Посмотри и скажи, что ты видишь.

— Элиот, — прошептал Арчер, все кусочки мозаики наконец вставали на свои места, но разум по-прежнему отказывался принимать реальность. — Также выглядел Элиот перед тем, как… у тебя магическая интоксикация. Как и у него. Но Элиот не продержался и месяца, как ты…

— Элиот был магглом, — Гарри в лёгком пренебрежении повёл плечом. — В лучшем случае сквибом. Он не имел прямого контакта с собственной магией и никак не контролировал и не осознавал того, что с ним происходило. Я же заключил с ней договор и сам разрушили преграду, которая ограничивала количество вбираемой телом магии. Меня напрямую питает Поток и по мере того, как магия разрушает моё тело, эта же магия поддерживает его, практически заменяя отказывающие органы.

— Зачем? — Арчер запнулся, ему словно не хватало воздуха. — Зачем ты это сделал?

— Потому что мне нужно было стать сильнее. Избавиться от любых препятствий на пути, — он вдруг виновато улыбнулся. — Впрочем, я всё равно в итоге не рассчитал ущерб и слегка перестарался.

Мысли Тома в панике метались от одного предположения к другому, теряя ясность.

— Когда? — торопливо спросил он. — Когда это началось? Мы ведь ещё можем найти способ…

— Уже нет, — прервал его бормотание Гарри. — Давно нет, Том. Каждый раз, когда я колдовал, я ускорял процесс. Я перестал чувствовать боль месяцы назад, с тех пор пути назад не было. Всё что от меня осталось это, пожалуй, сердце, которое каким-то образом продолжает биться.

— Гермиона…

— Всё знала, — Поттер кивнул, подтверждая догадку друга. — Но не злись на неё. Она похоже не могла никому рассказать. Не знаю, как она обо всём догадалась, она так и не объяснила, но она стребовала с меня клятву, что я не воспользуюсь магией до перехода, иначе интоксикация убила бы меня раньше времени.

Том помедлил, стиснув зубы.

— Это ничего не меняет, — в упрямом отчаянии процедил он. — Мы шли сюда не приносить тебя в жертву, а…

— …спасти наш мир. Мы шли сюда спасти мир.

— Не ценой твоей жизни, Гарри, — качая головой прошептал Арчер. — Только не так. Я… на кой дьявол мне этот мир, если в нём не будет тебя? — его голос сорвался, превратившись в сдавленный шёпот, в горле встал ком, мешающий дышать. — Если в нём я останусь один?

— Но ты не будешь один, Том, — мягко улыбнулся Гарри. — Ты уже давно не один. Оглянись вокруг — тебя окружают друзья, которым ты дорог. Этот мир больше не разделён на «мы» и «они». Он стал шире. Ярче, — он сделал шаг к Арчеру. — Когда-то давно двое очень одиноких детей нашли друг друга и думали, что в мире лишь они есть друг у друга. И эти дети на своём пути одиночества наделали кучу ошибок одна хуже другой. И всё же они нашли в себе силы эти ошибки исправить. Как могли, как умели. Но они проделали очень долгий и сложный пусть, чтобы добраться сюда. До этого самого зала. До Арки, за которой будет построено новое будущее. Где возможно больше не окажется осиротевших, отвергнутых миром детей. В котором для каждого найдётся дом. Поэтому, Том, не нужно держаться за прошлое. Оно суть дым и миражи. А этим детям давно пора идти своими дорогами.

— У нас всегда был один путь, — сдавлено прошептал Том. — Мы шли только вместе…

— И добрались до развилки, — мягко закончил за него Гарри. — Теперь пришло время прощаться. Моя дорога заканчивается здесь. Твоя — продолжается. Не держи меня, Том. Мы оба знаем, что исход будет один — я умру. Но я бы… я бы всё-таки предпочёл сделать это не так бессмысленно.

— Я буду ненавидеть тебя, — вырвалось у Тома, но в его голосе не было ни силы, ни злобы, только бессильная, всепоглощающая боль. — До конца своих дней. Я разрушу этот твой идеальный мир. Я превращу его в пепел, и каждый будет проклинать меня на смертном одре… Я…я… — голос предательски дрогнул и горло сдавил спазм, Арчер вдруг осознал, что не может выдавить и слова, а с губ срываются только жалкие хрипы, — я…

Гарри притянул его к себе и крепко обнял.

— Можешь ненавидеть, если хочешь, — словно утешая ребёнка, пробормотал он. — Можешь проклинать хоть всю жизнь. Только, пожалуйста, не обрекай себя на одиночество. Ты, твоя жизнь, твоё будущее — всё это останется после меня. Это немало. Возьми всё это с собой.

Том не мог вымолвить ни слова, до крови закусив губы, он уткнулся лицом в плечо лучшего друга.

— Ты… исключительный придурок, — наконец глухо выдавил он. — До самого… до самого последнего мига остаёшься придурком. Как же я тебя ненавижу.

— Брось, ты меня любишь, я же твой лучший друг, — тихо посмеиваясь, Гарри отстранился, держа Тома за плечи. — И это никогда не изменится. Ты мой друг. Мой брат, — в серебристо-зелёных глазах на миг блеснули не пролитые слёзы. — Иди дальше по этой дороге и найди то идеальное будущее, которого мы не нашли здесь. Проживи его за нас двоих. Помни за нас двоих. А я… я заберу с собой всё тяжёлое и мрачное, всё трагичное и невыносимое.

— Прости меня…

— Тебе не за что извиняться. Ты всё сделал правильно Том. Можешь даже ненавидеть меня всей душой.

— Как бы я мог? — Арчер стиснул зубы, заставляя себя выпрямиться и унять дрожь. — Я не смог возненавидеть тебя, возродившись Волдемортом. Как бы это вышло у Тома Арчера?

— Этого мне вполне достаточно.

Гарри выпустил плечи друга и медленно отступил, шаг за шагом отдаляясь от Тома, а он… он не сводил с него взгляда, наблюдая как тот идёт к своей гибели и в душе с каждым шагом стиралось и таяло чувство реальности. Он знал, что этот миг настанет. Знал задолго до этого мгновения, но продолжал идти вперёд. Гарри был прав. Том сжигал мосты, зная какую цену заплатит.

— Спасибо за то, что стал моим другом, — донёсся до него негромкий голос Поттера, каждый шаг приближал его к сизой пустоте Арки, пока он не остановился на самой границе. — Спасибо. И… прощай.

Том не успел ничего ответить. Не смог ответить. Лишь смотрел, как Гарри повернулся спиной и сделал последний шаг, перешагнув порог и растворившись в клубящейся дымке.

Глядя в чёрный провал арки, Тому казалось, что он смотрит внутрь собственной души, где расползалась бездонная, всепоглощающая пустота. По щеке скатилась последняя слеза.

— Спасибо, — эхом повторил он слова друга. — И прощай, Гарри.

Он закрыл глаза, не в силах больше смотреть на мёртвую пустоту Арки и уже не увидел, как оттуда вырвался ослепительно белый свет.

Дверь между мирами распахнулась и через неё словно первое дыхание Вселенной, хлынула высвобожденная первозданная магия. Сферической волной чистого света она пронеслась сквозь каменную толщу Министерства, выплеснулась на лондонские мостовые и помчалась дальше, минуя города, скользя над спящими лесами и заснеженными пиками гор, омывая пустыни и пересекая океаны.

Там, где проходил её светящийся фронт, всё замирало в неподвижности: Том Арчер, стоящий с закрытыми глазами перед Аркой; Сириус, склонившийся над раной Ремуса, пытаясь оказать первую помощь; Драко, Блэйз и Гермиона, бледные и утомлённые, сидящие бок о бок на полу сумрачного коридора возле чёрной двери; Люциус, Минерва, Снейп, Райнер и Флинт, стоящие спиной к спине, в окружении изломанных, уродливых силуэтов инферналов; Плотные лучи заклинаний, бесчисленными, разноцветными росчерками пересекающие атриум Ордена Тайн; Мерцающие бледным серебром осколки разбившегося барьера и орды монстров, хлынувших из чёрных тоннелей; Тонкс, Дафна и братья Уизли, помогающие раненой Джинни подняться на верхние галереи зала; остекленевший взгляд Аластора Грюма и искажённая пасть инфернала, вцепившегося в его горло; магглы застывшие в полушаге; птицы с расправленными в небе крыльями; снежинки повисшие в воздухе причудливым узором.

Время и пространство замерли в последнем мгновении подхваченной на лету вечности.

И наступила тишина.

«Когда на Востоке погаснет заря,

А Запад поднимет из омута солнце,

Я дверь в мир иной отворю для тебя,

Ключом, что по венам у магов несётся.

Погаснут все звезды, восстанет луна

Во тьме бездыханной забытого неба.

Безмолвным порогом расчертит она

Потерянный край опустевшего света.

На грани времён встанут стрелки часов,

Когда в небе солнце с луною сойдутся.

Рукой короля ключ откроет засов,

И двери смертей для живых распахнутся.

Волна стремительно обогнула земной шар, на миг застыла, вздрогнула и отступила словно морской прибой, увлекая за собой всё что имело в себе крупицы магии. Дома с их садами, вековыми фундаментами и всем, что было внутри, мощёные улицы, целые деревушки и величественные замки, волшебные растения и животные — всё затронутое магией, обратившись в мириады сияющих искр, отщеплялось от реальности и, как песчинки с берега, затянутые отливом, следовали за волной.

За первой волной пришла вторая. Тонким росчерком она заскользила по миру, выискивая искры магии, горящие внутри волшебников. Взрослые, дети, младенцы, седовласые старики, охваченные мягким золотисто-белым свечением, обращались в сгустки света и устремлялись за волной. Погружённые в тихий, спокойный сон, они не успели ничего осознать, на время став одним целым с гудящим, вибрирующим потоком магии, что уносил их в проход между мирами.

И когда в мире не осталось больше ни одного волшебника или ведьмы, низким гулом нахлынула третья волна. Содрогнулись скалы и из глубин гор, пробуждаясь, поднялись древние драконы. Тысячелетиями погружённые в оковы каменного сна, существа старше человеческой цивилизации, хранители памяти и магии, издав низкий рёв, подняли головы и расправили исполинские крылья, взмывая в небеса. Они летели над миром и их гигантские тени, затмевая солнце, легли на города, застывшие в мгновении безвременья. И куда падала тень, там стиралась и переписывалась память. Фотографии, газетные статьи, новостные сводки и военные рапорты, древние тексты Инквизиции, базы данных лабораторий и правительств — всё что хранило информацию о волшебном мире, исчезало, менялось и переписывалось. И вместе с этим трансформировалось сознание людей. Воспоминания тускнели, смягчались, обрастали логичными объяснениями или таяли как сон по утру. Война с магами сменилась на внутренние волнения внутри стран или природные катаклизмы, память родителей о своих магглорождённых детях, покинувших мир, стёрлась, а для тех магглорождённых, которые остались, была написана новая судьба. История магии была бережно, безболезненно извлечена из ткани реальности и заменена. И в этом забвении мир обрёл новую, цельную реальность. Сказки, что казались слишком реальными, вновь стали просто сказками.

Завершив свой полёт, древние драконы, сложив крылья, обратились в потоки света, уходя сквозь Арку в родной мир и унося за собой всю память о магии. С последним тихим вздохом, врата ярко вспыхнули и закрылись, мосты и связи между измерениями были разрушены, и каждый из миров продолжил свой ход по собственной траектории. В тот же миг замершие секундные стрелки дёрнулись и возобновили ход.

Время в мире без магии вновь пришло в движение.

А в ином мире плавно расходились волны, выпуская из своих объятий всё что забрали. Волшебные растения пустили корни в новую почву, магические существа обрели логова в подходящих местах обитания. Мир встречал их тёплым дыханием ветра, что полнился незнакомыми и одновременно родными запахами.

Затем, словно по воле незримого архитектора, начал строиться Город. На берегу широкой реки, серебрящейся в лучах полуденного солнца, где ранее по диким лугам гуляли ветра, сами собой ложились фундаменты и мостились извилистые улицы. На них, вместе с совершенно новыми сооружениями, возводились строения, принесённые первой волной: уютные коттеджи с витиеватыми вывесками, величественные особняки, башни, уютные лавки, магазинчики и мастерские из разных стран и культур — всё соединялось ажурными мостами и расцветающими садами, вплетаясь в узоры города, что постепенно принимал форму семиконечной звезды с длинными лучами улиц. В самом же её центре из земли выросла широкая, высокая башня, преображённого и перестроенного Министерства магии. Не скрытое более под землёй, оно вознеслось над городом острым шпилем, устремлённым в небо нового мира. А далеко за рекой, в скалистые породы гор врастали древние замки. Столица нового волшебного мира, созданная за несколько мгновений, поднялась над рекой ожидая своих жителей.

И лишь тогда, мягко и бережно, город накрыла вторая волна, перенося волшебников. Пребывая в коконе тишины и света между мигом и вечностью они не почувствовали перехода. Теперь они открыли глаза стоя на улицах, в просторных залах, собственных домах или цветущих садах, озираясь по сторонам. Их путешествие закончилось так же внезапно, как и началось, оставляя многих сбитыми с толку и напуганными. Растерянными.

И едва кто-то из них успел сказать хоть слово, как город накрыла исполинская тень. Небо потемнело и солнечный свет померк, заслонённый крыльями гигантских драконов, плывущих высоко над головами волшебников.

«Драконы приветствуют младших братьев и сестёр, — рокочущие голоса похожие на раскаты грома раздались в умах магов, обративших ошеломлённые взгляды к небесам. — Драконы приветствуют Короля. Добро пожаловать домой».

Их голоса стихли. Драконы продолжили свой путь, скрывшись далеко за горизонтом. Но с их словами что-то дрогнуло и изменилось в умах волшебников, оставив отголосок древнего знания: этот мир — их истинная родина, которую они покинули тысячелетия назад. Теперь вместо страха в душе каждого зародилось чувство умиротворения, словно они вернулись домой после долго путешествия. И вместе с этим каждый волшебник ощутил странное, необъяснимое притяжение. Взгляды, будто следуя тихому зову, потянулись к шпилю центральной башни, ища на её вершине того, кто был признан драконами Королём волшебного мира.

Но зов исчез.

Никто так и не увидел лица Короля…

Л. С. Лавгуд «Когда мы вернулись домой»

Институт пространственной магии

Кафедра менталистики

4 год эры магии»