Провал первый. Приют (джен)

Вскоре после достопамятного разговора (Драко явно не светило когда-либо его забыть. Он лишь в очередной раз убедился в том, что Поттера жизненно необходимо всегда держать в поле зрения...) ребята вновь отправились в путь, вернее, бесцельно бродить по городу. Правда, уже не совсем по своей воле.

Когда к ним подошёл сотрудник вокзала, видимо, заподозривший что-то неладное, сделать ничего было нельзя. Половина вокзала уже с подозрением косилась на кончающих трапезу ребят. Кажется, видеть детей в качестве несанкционированных постояльцев здесь не привыкли.

С первым гостем помог справиться слабенький беспалочковый конфундус в исполнении близнецов. Через минуту непрошенный доброжелатель уже и не помнил, зачем это он оторвался от своих важных дел и направился к ребятам. Детей, что ли, никогда не видел?

Правда, эти одеты были странно очень. Ну и что? У всех мамочек свои причуды...

Он уже и не вспоминал, что этих самых "мамочек" рядом с малышами и в помине не было.

Желания дождаться следующего любопытного у юных волшебников не возникло, однако они не успели ещё собраться и покинуть гостеприимный кров, как на пути у них вырос ещё один обеспокоенный взрослый. На этот раз способный доставить куда больше хлопот.

Крепкий, суровый на вид полицейский явно крайне настороженно отнёсся к заседавшей на вокзале компании хорошо одетых подростков. Своим внешним видом и необычным поведение они определенно наводили его на некоторые мысли.

— Что вы здесь делаете, молодые люди?

— Зашли в надежде переждать дождь.

— Сэр, — решительно вмешалась Гермиона, — на улице собирались тучи, а с нами сейчас находятся дети. Малышам вредно переохлаждаться.

Страж правопорядка не нашелся что ответить.

— Почему же вы не направились по домам? — наконец спросил он.

— Наш дом находится достаточно далеко, дойти до вокзала было быстрее...

— И кто же вас отпустил так далеко от дома, без сопровождающих, да еще и с детьми? Вы ведь сами сейчас подтвердили, что ваш дом находится далеко, а на дворе почти ночь. — Подозрительность мужчины возрастала с каждой минутой. Ситуация начинала принимать нехороший оборот. Конечно, ничего серьезного этот блюститель законов им сделать не сможет, но внимание... Они опять привлекают всеобщее внимание!

— Сэр, — Гарри тоже присоединился к беседе. Позади Рон и Невилл сдерживали разъяренного Драко. Гордость Малфоев, ну куда же без нее... Пара фраз, сказанных слизеринцем, моментально утвердит и так зашедшего уже слишком далеко полицейского в его подозрениях, а им только публичного обливэйта не хватало. Конфундус здесь явно не поможет. — Если я скажу вам, что у наших родителей не было возможности присматривать за нами самим или приставлять кого-то еще, кто занимался бы этим, вы ведь мне не поверите?

— Разумеется нет, мистер...

— Поттер, сэр, — любезно подсказал ему Гарри.

— Вы, мистер Поттер, и ваши друзья совершенно не походите на детей обычных горожан с очень ограниченным доходом или, например, — тут он совершенно неподобающим образом хмыкнул, — воспитанников приюта.

Гарри Поттер вдруг ахнул и хлопнул себя по лбу.

— Сэр, а не подскажите ли вы мне, где находится ближайший сиротский приют?

Его собеседник воззрился на него как на ненормального. Еще немного, и он просто вынужден будет сменить свое мнение об этой компашке. Возможно, это не решившие побунтовать детки богатеньких родителей, а настоящие сумасшедшие. Надо бы вызвать подкрепление.

— Ладно, хватит разговоров, пожалуй... Ребят, малой кровью не обойдемся.

Бедный полицейский от таких слов напрягся. А при виде банды ненормальных подростков, с целеустремленным видом окружавших его, и по-настоящему напугался.

Он так никогда и не смог вспомнить, что же в компании обычных зажиточного вида ребят так его потрясло, но эта сцена потом не раз являлась ему в кошмарах.

Семь человек с парой малышей на руках проходят мимо, торопливо покидая здание вокзала, а он, растерянный и дезориентированный, смотрит им вслед...

— Ну все... Для работников вокзалов мы теперь в черном списке... А жаль, там неплохо было.

— Ну, поселиться там все равно бы не вышло, так что он нам лишь временную передышку давал.

— Да ладно вам, это не последний вокзал в Англии. Еще найдем!

— Раз Гермионе так понравилось...

— Ну уж нет! В следующий раз все может закончиться далеко не так благополучно!

— И это ты называешь благополучно, Грейнджер?! Ночью, в дождь, находится на улице и не иметь крыши над головой даже в перспективе?!

— Гермиона права. Нам крупно повезло.

— Долгопупс! Что Грейнджер, что Поттер, а теперь вот еще и ты... Хватит твердить мне о везении! Везет здесь одному Поттеру, да и то исключительно в области нахождения приключений на свою голову и тех, кому не повезло оказаться поблизости. Вот зачем вас понесло в эту хижину, а?

— То же самое могу и у тебя спросить, Малфой...

Но тот никого не слушал:

— Или вот откуда у тебя маховик времени, а, Грейнджер?! Как тебе могли доверить такую ценную вещь?

— Может, потому и доверили, что я знаю времени цену?

— Малфой, давай потише, на нас уже оглядываются...

— Слушай, мы целый день вместе бродили. Не мог раньше все претензии высказать?

— Тихо, братец, дай человеку душу отвести.

Но Малфой, кажется, уже отбушевал, во всяком случае, продолжения не последовало.

На улице уже окончательно стемнело, а закрывшие небо тучи лишь ускорили неизбежное. Дождь, поначалу тихий, с каждой минутой разыгрывался все сильнее. Ребята зябко кутались в мантии, что, впрочем, не сильно спасало от воды. Импервио почему-то не срабатывало.

Центром их импровизированной вселенной стали малыши. Именно вокруг них сейчас все собрались в едином порыве: защитить, укрыть от жестокой стихии.

Сириус проснулся и завыл в голос, видимо не оценив всеобщей заботы. Снегг, а вернее, Северус (кто же называет детей по фамилии?) продолжал сохранять настороженное молчание. Этот ребенок вообще был каким-то странным. Из этих двоих он гораздо больше походил на взрослого. Им неоткуда было узнать, что случилось с профессором и Сириусом, но если действие маховика всего лишь омолодило их, вернув в когда-то пережитые "младые годы", то неудивительно, что из этого малыша вырос такой мрачный человек. Он и ребенком-то, кажется, никогда не был. Интересно, почему...

Все это время Гарри шагал где-то впереди, только что поля зрения не покидал. Его тоже явно одолевали какие-то свои, не слишком веселые мысли, однако делиться ими с друзьями он не спешил.

Казалось, их лидер лихорадочно искал, высматривал что-то. Его взгляд быстро скользил от одного здания к другому, мальчик не пропускал ни одного проулка и точно был нацелен на что-то вполне определенное.

Когда дождь усилился, он единственный не предпринял ничего, чтобы помочь детям остаться сухими. И это Гарри Поттер! С его вечным желание всем помочь и всех спасти... Правда, находясь далеко от остальных, он и сам пострадал сильнее, ведь в конце концов одну из лишних мантий превратили в своего рода тент, и на него заклинание подействовало прекрасно — теперь он был непромокаем.

Проблема дождя была решена, оставалось только высушить то, что уже успело намокнуть, и вскоре это было сделано. Один Гарри Поттер по-прежнему мерз под потоками льющей с неба воды.

— Гарри! — не выдержала наконец Гермиона. — Давай к нам! Нельзя же так!

— Да, друг. Больным ты нам не сильно поможешь!

Из-за шума дождя приходилось почти кричать, но Гарри даже толком и не ответил на их зов. Так, махнул рукой, то ли говоря "сейчас", то ли убеждая не волноваться.

— Ну, блин, герой! Вот допрыгается сейчас, что нам делать прикажете?! — почти в отчаянии воскликнул Рон. Без лидера, с больным товарищем на руках их группе придется совсем не сладко.

— Глупый мальчишка! — Гермиона была растеряна, а оттого зла.

— Грейнджер, не мельтеши. Ничего вашему Поттеру не сделается! Он и в ситуациях похуже бывал, и ничего. А тут какой-то дождик...

В этот момент объект их заботы окончательно скрылся из глаз. Несколько минут его не было, однако не успела Гермиона действительно распсиховаться, как пропажа уже стояла тут как тут. Мокрая с ног до головы, но сияющая, как елка Хагрида в Рождественскую ночь.

— Ну наконец-то, — выдохнул Рон.

— Да здравствует наш Король-Солнце... — усмехнулся Малфой.

Близнецы уважительно покосились в его сторону:

— Это ты верно подметил, Малфой...

— Да-а, Гарри, без тебя здесь было совсем холодно...

— Драко, а ты откуда знаешь о Короле-Солнце? — Грейнджер от удивления уже и забыла что, собиралась устроить Поттеру головомойку, и теперь лишь выжидательно смотрела на слизеринца, явно жажда объяснений. Однако блеснуть интеллектом Малфою не дали.

— Позже, ребят. Сейчас нам надо поторопиться, — заявил Гарри и все удивлённо воззрились на него, — Куда нам торопиться? — выразил общую мысль Джордж.

— Гарри, ты же не хочешь сказать что...— начала было Гермиона, но тут же ахнула и прикрыла рот рукой, — Как же я сама до этого не додумалась! Вот дура!

Ей повезло что Северус был гораздо менее эмоционален чем Блэк. Тот от такой встряски неминуемо бы разошелся и любые разговоры пришлось бы отложить по объективным причинам, а этот только зыркнул недовольно и снова закрыл глаза.

— Ты угадала. И нам надо поторопиться. Идти ещё далеко...

— Куда идти, Поттер? — устало протянул Драко.

— Позже, Малфой. Все позже.

Им всем пришлось чуть ли не бежать за целеустремленно движущимся вперед Гарри. Он очень торопился, только вот большинство присутствующих так и не поняли куда.

Быстро идти, держать над головами тент и одновременно сушить то, что успело намокнуть было почти невозможно, так что скоро даже близнецы, при всем их упрямстве, прекратили пытаться. А тут еще их глава зачем-то потребовал прикрыть одних только малышей. Зачем ему только это понадобилось? Конечно при нужде они легко смогли бы высушиться, но ведь ходить в промокшей одежде под промозглым английским ветром было весьма неприятно...

Однако не прошло и десяти минут как они остановились.

Перед ребятами были кованные ворота, за которыми просматривалось мрачного вида серое здание. Гарри не медля подошел к ним и с приглашающим жестом распахнул перед друзьями

— Одна добрая женщина подсказала как сюда пройти... Давайте, вперед-вперед, проходите... Вскоре все они уже стояли перед массивными деревянными дверями. Висящую рядом с ними табличку в темноте было почти и не различить, но если бы кто-то из них догадался подсветить ее люмосом, то увидел бы надпись "Приют святого Вула".