Большие перемены (джен)

Знал бы Снейп, чем закончится эпопея с диетой Эйвери, — послал бы его... к магглам в санаторий! Или в клинику какую-нибудь. Вот что ему теперь делать? Менее всего он желал видеть собственных недавних «коллег» на свободе. Мальсибер — это же совсем другое. Но вот те же Лестрейнджи — кем надо быть, чтобы их выпустить? А Долохов? Джагсон? Руквуд, спаси Мерлин?! Трэверс, наконец?

И Блэк. Между прочим, там ведь Блэк торчит. Тоже мне, соратничек... Но его-то они точно там оставят. Уж кого-кого, а эту тварь Снейп спасать ни за что не будет. И Эйвери не даст.

Эйвери между тем занимался тем, что выяснял, кто из работников Аврората чаще других по делам бывает в Азкабане. В этом его анимагическая форма действительно оказалась очень полезной: маленький серенький хомячок прекрасно умел быть незаметным. Как и Эйвери в своей человеческой ипостаси. И теперь он тихонько сидел в уголке в полюбившемся работникам Аврората и Департаменте Магического Правопорядка «Сытом книззле» и жадно слушал все ведущиеся там разговоры.

И лишь однажды ему пришлось удирать оттуда со всех лапок по заранее разведанному крысиному лазу, когда в кабачок завернул Аластор Моуди.

Впрочем, Моуди в кабак пришёл всего однажды, а авроры там бывали регулярно, поэтому не прошло и месяца, как Эйвери смог составить нечто вроде графика посещения ими Азкабана. Оказалось, что авроры бывали там довольно часто — вероятно, сказывалось то, что иных способов связаться с тюрьмой не было: совы туда хотя и долетали, но далеко не все и не всегда, так что для надёжности туда обычно посылали человека.

* * *

— Опять задницу на метле отбивать, — проворчал один из авроров, — да ещё в субботу.

— Азкабан? — сочувственно спросил второй, наполняя его стакан.

— Угу, — буркнул первый, отпив огневиски. — Нет, при Крауче такого бардака не было. Какого лысого гоблина в субботу народ гонять, что, там за два дня без наших бумажек не перетопчутся?

Это был шанс. Бумажки — это то, что нужно! С ними можно долго возиться... Северус наверняка сумеет. Эйвери, сидевший в своём укрытии, сперва обрадовался, — а потом окаменел от осознания того, что вот-вот с ним произойдёт.

Он полезет в Азкабан. Сам. Абсолютно добровольно. И не просто «полезет» — он устроит то, чего в истории и не бывало: массовый побег. Он... если его поймают, то закроют там навечно.

Но он знал же, что так может быть? Да, знал. Он же понимал, что он рискует? Понимал, конечно. И ему, конечно, было страшно. ОЧЕНЬ страшно. Но бояться он привык — он всегда, всю жизнь чего-нибудь боялся. И устал от этого ужасно. Устал от самого себя, от своей вечной трусости, от того, что все, включая и его, к ней так привыкли, что воспринимали как его неотъемлемую часть. И так оно и было... но ведь должен он хоть раз сделать что-то настоящее? За что ему не будет стыдно?

«Пусть, — с каким-то непривычно весёлым отчаянием подумал он, — пусть даже меня там поймают. Или дементоры поцелуют. В конце концов, этим же всё и должно было закончиться? Зато появится шанс спасти Ойгена. И не трястись от ужаса, что вот вернётся Лорд, или — что папенька наконец-то отыщет способ избавиться от меня и не попасть под проклятье».

— Надо же, как нам везёт, — с некоторым удивлением заметил Снейп, услышав рассказ Эйвери. — Суббота и бумаги. Волосок добыл?

— Даже два, — кивнул Эйвери, — хорошо быть хомячком. Я материала для оборотки на половину ДМП и Аврората набрал. Было бы больше — но Моуди в очередной раз пришёл и начал орать про безмозглых бестолочей и постоянную бдительность. И весь мусор на полу Эванеско уничтожил.

— Это надо сохранить, — решил Снейп. — На всякий случай, — взгляд его на миг стал хищным. — Мало ли... А нам надо начинать готовиться. И стараться не думать о том, что начнётся в воскресенье. Мне-то с алиби не сложно: я студентов завалил контрольными, и все выходные буду проверять их. И всё давно знают, что меня в такое время беспокоить вредно для здоровья, — он усмехнулся. — Хотя я, конечно, трансфигурирую что-нибудь подходящее — пускай за столом сидит. А с тобой что будем делать? Хотя на тебя, конечно, вряд ли кто-нибудь подумает.

— Может, мне международный порт-ключ оформить? — спросил Эйвери. — А потом вернуться? Нелегально?

— Отличная идея! — обрадовался Снейп. — Посмотри, где в эти выходные проходит что-нибудь интересное. Хотя бы условно.

— В Париже будет выставка редкостей из Каирского музея, — вздохнул Эйвери. Он ведь на самом деле туда собирался и даже запрос в Отдел Транспорта сделал заранее.

— Замечательно, — кивнул Снейп. — Не гляди так грустно: скажешь, что тебе понравилось, и ты хочешь сходить ещё раз. Не откажут.

— Да, конечно, — пробормотал Эйвери. — Обязательно.

Его заранее начало трясти от осознания того, во что они ввязались. Но отступать было некуда.

— Если всё получится, — сказал Снейп, — ты навсегда получишь возможность называть себя храбрым человеком.

— Зачем? — слабо улыбнулся Эйвери. — Я получу возможность спасти друга. Это куда важнее.

— Одно другому не мешает, — возразил Снейп. — И если бы только друга, — вздохнул он и с надеждой посмотрел на Эйвери.

Эйвери покачал головой.

— Северус, оттуда надо всех наших забрать. И пусть потом они сами решают, как им распорядиться своими жизнями. Понимаешь, у меня предчувствие — что оттуда или уйдут все вместе, или не выберется никто.

— А у меня предчувствие, что у нас тут сейчас опять война начнётся, — буркнул Снейп. — Мы, конечно, побег скрывать не станем — пусть авроры носятся, хоть так кого-то защитим, возможно... но, по-моему, это чудовищная авантюра. Впрочем, решили так решили... и вот что ещё. Я подумал, будет крайне подозрительно, если «погибнет» во время побега только Ойген. Нужен ещё чей-то труп. Реальный не предлагаю, — он вздохнул, — хотя было бы, конечно, славно. Надо выбрать, Маркус, кого ещё мы избавим от преследования авроров.

— Давай жребий бросим, — вздохнул Эйвери, — пусть судьба решает.

— Нет уж, — категорически отказался Снейп. — Сейчас как выпадет Беллатрикс или Трэверс с Джагсоном — и всё. Давай думать. У нас есть, — он начал писать в воздухе светящимися буквами:

1. Долохов

2. Беллатрикс Лестрейндж

3. Родольфус Лестрейндж

4. Рабастан Лестрейндж

5. Руквуд

6. Джагсон

7. Трэвэрс

8. Роули

9. Пиритс

10. Ойген

— Беллу сразу исключаем, — продолжил он, развеивая её имя. — Пиритса и Трэверса туда же, — эти имена исчезли тоже. — С Ойгеном всё ясно, — четвёртое имя тоже растворилось в воздухе. — Руквуда оставить я бы тоже не рискнул, — пятое имя исчезло. — Роули не так опасен, но он идиот и непременно попадётся. К дракклам, — он убрал шестое имя. — Джагсон — думаю, туда же: он мясник, хотя и безынициативный, — исчезло и седьмое имя, и теперь их осталось только три. — Остаются два боевика и чокнутый художник, — он скептически воззрился на Эйвери. — Что думаешь?

— Вот их тогда и напишем, — упрямо сказал Эйвери. — Троих. И положимся на судьбу.

— Мерлин, ну за что мне это всё, — пробормотал Снейп, но спорить не стал. Ему нравилось так неожиданно проявившееся в Эйвери упорство и даже упрямство, и ломать его он не хотел. Ладно... судьба так судьба.

Он оторвал от пергамента три клочка, написал на них означенные имена, наколдовал шляпу, кинул их туда и протянул Эйвери.

— Тяни, — он встряхнул шляпу. — Твоя идея — тебе и испытывать судьбу.

Эйвери протянул руку, вытянул бумажку, развернул и, не глядя, протянул Снейпу.

— Нет уж, — ухмыльнулся тот, возвращая её обратно. — Сам достал — сам и читай.

— Я бы предпочел Басти, — грустно сказал Эйвери, — но там наверняка будет Долохов.

И нехотя посмотрел на клочок пергамента.

— Предпочёл бы — так предпочитай, — Снейп умудрился выхватить листок у него из рук в последний миг и тут же сжёг — его и остальные три. — Пускай будет Рабастан. Пожалуй, это лучший вариант... если он, конечно, не рехнулся окончательно. Всё, решили, — он развеял шляпу и поднялся. — Ужинать идём?

— Идём, — Эйвери виновато посмотрел на Снейпа, — извини, я совсем забыл сказать Лисси про ужин! Придётся немного подождать.

— Идём в ресторан? — предложил вдруг Снейп. — Надо же отметить начало нашей... операции. Есть тут не очень далеко один... маггловский. И неплохой.

— Быстрого питания? — с тихим ужасом спросил Эйвери, недавно столкнувшийся с этим «чудом», — Северус, но это же просто… кулинарный Круциатус!

Снейп хмыкнул.

— Нет, это нормальный ресторан. И кормят там пристойно. Мы же празднуем, а не изучаем маггловский мир. Задача другая.

— Это хорошо, — Эйвери со вздохом облегчения поднялся и трансфигурировал свою мантию в маггловский костюм.