Комендант (джен)

Владимир вышел из кабинета психолога, оставив за спиной аромат кофе и тихое тиканье часов на стене. В коридоре, где мягко мерцали световые индикаторы, показывающие направление к различным секциям базы, он взглянул на механические часы на руке — 11:05. Воздух был наполнен едва уловимым гулом скрытых систем и запахом чистого пластика, словно сама база дышала, живя по своим правилам. Люди в строгих костюмах и белых халатах спокойно шли по своим делам, словно этот подземный мир был для них обычным офисом. Где-то вдалеке слышались приглушенные голоса, обсуждающие технические детали, а на стенах висели информационные панели с текущими показателями базы.

Он шел медленно, не спеша, наблюдая за тем, как голограммы на стенах отображают данные — температуру, давление, уровень энергии, — словно сама база дышала, живя по своим правилам. В углу коридора стоял небольшой живой букет в керамической вазе, и Владимир вспомнил слова психолога: *«Я не отношусь к людам со сверхспособностями»*. Сколько же их здесь, если даже в этом секретном месте находилось место для цветов?

Не доходя до столовой, он столкнулся с Олегом Николаевичем, который шел навстречу, держа в руках планшет с мерцающими данными.

— Вы ведь направляетесь в столовую, верно? — спросил ученый, его голос звучал спокойно, но в нем читалась усталость человека, который провел слишком много времени за работой.

— Да. Олег Николаевич, да? — ответил Владимир, вспоминая, как тот представился ранее.

— Можно просто Доктор, — усмехнулся Олег Николаевич, поправляя очки.

— Сколько вам лет? — спросил Владимир, его пальцы непроизвольно коснулись рюкзака, словно проверяя, что он все еще здесь.

— 68. Это важно? — ответил доктор, его взгляд задержался на выражении лица Владимира.

— Нет, простите, мне просто было интересно. Выглядите моложе, — Владимир посмотрел на ученого, отмечая для себя, что тот действительно выглядел лет на пятьдесят.

— Я ввел себе экспериментальную сыворотку, которая слегка замедлила мое старение, поэтому я... ну, я на 50, так скажем, — доктор улыбнулся, и Владимир заметил, как в его глазах мелькнула гордость за собственные достижения.

— Интересно, — кивнул Владимир. — А мне вы что введете?

— Я пока не могу сказать, — ответил доктор, его голос стал тише, словно он говорил не с Владимиром, а с самим собой.

— Тогда скажите мне кое-что другое, — Владимир остановился, его взгляд стал серьезным.

— Да-да? — доктор замер, словно предчувствуя вопрос.

— Сколько погибло в ваших экспериментах до меня? — спросил Владимир, его голос звучал твердо, но в нем читалась уверенность.

Доктор побелел, словно его настигла давняя тень, и на мгновение замер, глядя в глаза Владимиру.

— Я... пока не могу сказать, — прошептал он, его пальцы непроизвольно сжались в кулак.

— Тогда давайте договоримся. Если я не погибну также как остальные, то вы мне скажете, — Владимир не отводил взгляда, чувствуя, как внутри него что-то сжимается.

— Хорошо, — кивнул доктор, его голос звучал тише, чем раньше.

— Вы так уверены в моей гибели? — спросил Владимир, его пальцы непроизвольно сжались в кулак.

— Нет! Я так уверен в вас, — ответил доктор, его глаза снова задержались на Владимире.

— Я думаю, это будет больно, что бы вы не придумали, — Владимир посмотрел в окно, где энергетический барьер пульсировал в такт работе реактора.

— Это будет очень больно, но я уже говорил — я уверен в вас, — доктор положил руку на плечо Владимиру, словно пытаясь передать ему часть своей уверенности.

— Спасибо. Тут в столовой мне будет какая-то скидка или... — Владимир попытался разрядить обстановку, его голос стал мягче.

— Уже есть. Тут все бесплатно. Если успеете урвать кусок, — сказал доктор и посмеялся, но смех его был натянутым.

— А тут большой спрос? — спросил Владимир, его взгляд задержался на людях, идущих по коридору.

— Тут супергерои, а они такие прожоры, вы бы знали! — сказал доктор и немного поперхнувшись, резко успокоился. — Впрочем, вы узнаете...

— Супергерои? — спросил Владимир, его пальцы непроизвольно сжались в кулак.

— Я... я не должен был говорить. Пока что не хочу сильно надеять вас, но уже очень скоро мы начнем эксперимент, — доктор посмотрел на планшет, словно ища спасения в данных.

— Как скоро?

— В ближайшие дни. Надо провести еще пару тестов. Сегодня еще физический тест. Через 3 часа, поешьте хорошо, — доктор положил руку на плечо Владимиру, словно пытаясь передать ему часть своей уверенности.

— Ясно, ладно, — кивнул Владимир.

Доктор сказал, что у него дела, и быстро зашагал по коридору, оставив после себя тишину, нарушаемую только тиканьем часов на стене. Владимир продолжил путь к столовой, где его встретила добродушная женщина с полной фигурой, ее глаза светились теплом и заботой.

— Добрый день, молодой человек, — сказала она, улыбаясь. — Что будете кушать?

— Мясо, углеводы... Что-нибудь на ваш вкус, и побольше. — ответил Владимир, вспоминая слова доктора о физическом тесте.

— Умница, — похвалила она, кладя на поднос порцию жареного мяса, овощей и круп. — Два компота возьмете?

— Да, пожалуйста, — кивнул Владимир, наблюдая, как женщина аккуратно ставит стаканы на поднос.

Он сел за стол, чувствуя, как под ногами дрожит пол — не от страха, а от работы скрытых механизмов, поддерживающих жизнедеятельность базы. Воздух был наполнен ароматом свежего кофе и чистого пластика, словно сама база заботилась о комфорте своих обитателей. Где-то впереди, за поворотом, послышались шаги — кто-то спешил по своим делам, но Владимир не торопился. У него было всего три часа до физического теста, но он знал, что в этом месте каждая секунда может стать ключом к пониманию того, куда он попал.

После того как он сделал первый глоток компота, Владимир вдруг вспомнил, что забыл взять столовые приборы. Он встал, чувствуя, как внутри него что-то сжимается — не страх, не сомнение, а та самая искра, которая зажгла в нем встреча с Вихрём.