Конец академии и первый полет (джен)

Их план по проникновению на «Нараду» и добыче всей необходимой информации нельзя было назвать слишком уж сложным. Скорее напротив — примитивно простым.

Единственная сложность заключалась в его исполнении.

И исполнение это стартовало сразу же, как только, ведомый лучом транспортатора, рядом обрисовался Спок.

— Капитан, мне казалось, что в наш план входит тот элемент, что нас не должны заметить? — поприветствовал он Джима. Тут уж не захочешь, а все равно заподозришь вулканца в якобы отсутствующем у него чувстве юмора. Меньше чем на сарказм такое выступление не тянуло.

— Именно так, мистер Спок, именно так, — весело ухмыльнулся в ответ Джим и увидел, как стремительно ползет вверх бровь его собеседника.

— И мы все ещё стоим здесь, капитан? — Теперь в этой монотонной интонации уже явно прозвучало непонимание.

— Дышим свежим воздухом, Спок, — ответил он на незаданный вопрос. Вулканская бровь на это вопиюще нелогичное заявление лишь взлетела ещё выше.

Джим действительно старательно вдыхал все окружавшие их запахи вроде мазута, сухого пыльного ветра, забивавшего легкие, и проистекавшего непонятно откуда аромата вареной вишни. Было почему-то неимоверно жаль, что их нельзя унести с собой. На борту «Нарады» настоящего свежего воздуха не предвидится, а всякие там заменители — это уже не то.

Один из полых металлических выступов, которых было так много на этом корабле, надёжно укрывал их от посторонних взглядов. Что бы ни говорил Спок, обнаружение в ближайшие пять-десять минут им точно не грозило, так что можно было и расслабиться на минутку.

Может быть, Спок принял его странный довод, может — просто решил не спорить с капитаном и позволить ему заниматься теми глупостями, что рождаются в человеческом нелогичном сознании, однако больше он ничего не сказал.

Они простояли так, в тишине, наверное, минут пять. А потом Джим в последний раз выдохнул и, вернувшись в прежний боевой режим, азартно скомандовал:

— Ну а теперь вперёд и с песней, Спок!

— Вы хотите войти на вражеский корабль под музыкальное сопровождение, капитан?

Да, он определенно хорош. Это же надо — добиться искреннего и уже ничем не прикрытого изумления на лице вулканца!

— Разумеется. Но лучше всё-таки исполнять гимн Федерации про себя, а то, боюсь, господа ромуланцы не слишком ему обрадуются.

На этой оптимистичной ноте они временно прервались, потому что под гостеприимным кровом «Нарады» действительно лучше было соблюдать тишину.

Коридоры, по которым они пробирались, стараясь, насколько это было возможно, сливаться со стенами, утопали во тьме. Зловещий антураж, царивший на этом корабле, был вполне под стать его внешним данным.

У Джима было отчётливое чувство, словно все это происходит во сне, а не наяву. Уж слишком нереальной выглядела окружающая их обстановка. Но нельзя было поддаваться этому обманчивому ощущению и терять концентрацию. Обитатели «Нарады», конечно, идеально годились на роль злодеев из самого страшного кошмара, однако, в отличие от кошмаров, пробудиться от реальности способа не существовало, а потому лучше было не попадаться им на глаза.

Отсутствие у них намеченной заранее точки прибытия также становилось лишним поводом сохранять бдительность: существовали все шансы на то, что прямо по курсу им встретится подходящий для обустройства убежища закуток. А если и не встретится — его придется придумывать.

До сих пор им просто необычайно везло: ни одного ромуланца на пути, ни одной ловушки или нежданной атаки. Трикодер в руках Спока мирно попискивал в наушник, починенный переводчик исправно работал, оповещая об этом носителя еле слышным жужжанием…

Согласно всем законам жанра, за подобным затишьем обязательно должна была последовать буря, а может, и самый настоящий шторм, однако прошло ещё два часа, а ничего непредвиденного так и не произошло.

Им, конечно, всё-таки встретилось несколько весьма и весьма грозного вида ромуланцев, но скрыться от них особого труда не составило.

А ещё через пару часов блужданий по бесконечным коридорам и переходам десантники наконец нашли подходящий для обустройства штаба в тылу врага закуток.

В общем, начало разведывательной операции можно было считать более чем удавшимся.