Варлорд Рой (джен)

Броктон-бей. Штаб-квартира СКП. Зал совещаний

На утреннюю планерку на этот раз собрались все маски Протектората. Так же был приглашен и Эгида в качестве лидера команды Подопечных.

Директор Пиггот обвела тяжелым взглядом собравшихся.

— Полагаю, что мало для кого будет новостью, что у нас — пополнение. За её появление следует вынести благодарность Призрачному Сталкеру…

— …с занесением в личное тело, — прокомментировал Штурм.

Присутствующие маски, за исключением Оружейника и самого шутника, напряглись. Частенько, в ответ на такие шутки, директор Пиггот взрывалась, и прилетало всем. А уж за что именно прилетело конкретной маске — у директора как-то всегда получалось найти.

Но на этот раз Пиггот сухо кивнула Штурму.

— Можно сказать — уже. Так же, полагаю, если бы мне не удалось организовать перевод Сталкера, одной благодарностью дело бы не ограничилось.

Оружейник поднял руку, демонстрируя, что у него возник вопрос.

— Да? — обозначила Пиггот свое внимание.

— Не может ли так получиться, что Сталкер, придя в себя, постарается отозвать свою подпись на прошении о переводе, мотивируя это тем, что с сотрясением мозга не могла ясно мыслить, и не понимала: что подписывает?

— Может, — кивнула Пиггот. — Но вариант с отправкой в тюрьму для нее все еще открыт. Так что данная вероятность не слишком велика.

— В тюрьму? — удивился Скорость. Последние дни он носился по территории Империи, поскольку в СКП поступила информация о крупной партии русских противотанковых гранатометов, которые Кайзер собирался то ли толкнуть Элите, то ли использовать… Информация в итоге не подтвердилась, но относительно событий в Уинслоу Скорость был несколько не в курсе. — Это что же София такого натворила, что речь зашла о тюрьме?

— Триггер организовала, — бросила Мисс Ополчение. — И вообще, как выяснилось, хорошее поведение наша хищница демонстрировала разве что в воображении своего куратора, с которой директор Уинслоу делилась доходами от обворовывания программы Подопечных. Так что там и кроме триггера «достижений» хватает. Создание ОПГ, нанесение тяжких телесных, воровство, покушение на убийство… Последнее, собственно, и привело к триггеру.

— Весело, — проговорил Скорость. — Триггернувшего хоть нашли?

— А чего ее искать? — фыркнула Мисс Ополчение. — Вломила Софии за все хорошее, откатила её к стеночке, и уселась сверху, ждать меня и Оружейника.

— Вот это класс! — воскликнул Штурм. — Девчонка мне уже нравится!

— Полагаю, — произнес Оружейник, — она понравится тебе еще больше, когда узнаешь, что она мне поставила синяк и организовала две трещины в ребрах.

— Ничего себе… — удивился Штурм. — Это ты зачем-то снял доспехи?

— Через доспех, — пояснил Оружейник. — Сама броня при этом совершенно не пострадала.

— Ох, ну ни… чего себе! — Штурм повторил предыдущее высказывание в усиленном и расширенном виде. Природа запинки в середине предложения ни у кого сомнений не вызвала.

— О! — подняла палец Мисс Ополчение. — Возможно, нам следует пригласить на следующее тестирование не Славу, а Штурма? Мне уже интересно: поможет его способность? Или окажется в одном ряду с твоей броней, бестелесностью Сталкера и барьером Барьера?

— А что? И проверим, — даже не подумал отказываться Штурм. — Кажется, на следующей неделе большой полигон приведут-таки в порядок после испытания твоей, — Штурм кивнул Оружейнику, — Антигубительской пушки? Если предупредите заранее — готов получить синяк из нежных девичьих ручек!

Батарея немедленно постаралась этот самый синяк обеспечить. Но у неё привычно не получилось. Способность Штурма перенаправила энергию удара на собственные нужды героя.

— Если вы закончили обсуждать изменения в программе тестирования новой Подопечной, — вмешалась в разговор директор Пиггот, — то мне следует довести до вас, и особенно — до Эгиды, некоторую информацию, которую мне разрешили открыть по итогам предварительного собеседования с психологом.

— … — все присутствующие заинтересованно, но и с некоторым удивлением посмотрели на директора. Обычно результаты собеседований у психолога, как и любая другая медицинская информация, считались врачебной тайной, и доводились только до тех, от кого требовались какие-то действия в связи с состоянием здоровья Подопечного.

— Психика мисс Эберт после триггера, мягко говоря, нестабильна, — разъяснила директор Пиггот. — Так что вам всем следует воздержаться от действий, которые девушка могла бы интерпретировать как «агрессию». При этом я сильно подозреваю, что после всего, что устроила Хесс и её подруги, понятие «агрессии» у мисс Эберт несколько расширено, а его границы — существенно размыты. Но отреагировать она может весьма жестко. А, в исполнении той, кто смогла поставить синяк Оружейнику прямо через его броню…

— Кровь Богу крови? — чуть было не рассмеялся Штурм.

— И черепа для Трона Черепов, — на полном серьезе подхватила Пиггот. — Что? — Пиггот обвела взглядом замерших в изумлении масок. — Подопечные относятся к моей зоне ответственности. Так что приходится иметь хотя бы представление о популярных в этой среде культурных феноменах. Кстати, я вот совершенно не удивлюсь, если мисс Эберт протащит через Гленна* право изобразить на костюме восьмиконечную звезду и символику Кхорна.

/*Прим. автора: Гленн Чамберс — руководитель PR-отдела СКП ВСВ*/

— И как это София вообще выжила? — заинтересовался Эгида, который собирал и красил Несущих Слово, и в играх, которые периодически устраивали Подопечные, противостоял как Кровавым воронам Рыцаря, так и воинствам Комморага, которыми предводительствовал Стояк.

— Сталкеру повезло, — ответила Пиггот. — Её вырубили первым же ударом. А дальше пинать бессознательное тело — показалось мисс Эберт скучным. И знаете что? Меня несколько удивляет, что ментально нестабильная девочка в разгаре пубертатного шторма — ведет себя адекватнее подавляющего большинства знакомых мне масок! И я лишь не могу отделаться от мысли…

— Когда же упадет второй ботинок? — снова влез Штурм.

— Именно так, Штурм. Именно так.

Броктон-бей. Дом семейства Эберт

Тейлор потянулась в постели. Вчерашнее тестирование было довольно-таки тяжёлым. Специалисты изощрялись, пытаясь нащупать пределы её возможностей, и девушке пришлось серьёзно потрудиться, чтобы оставить при себе хоть пару козырей в рукаве. Тейлор удалось избежать упоминания о Лестничном Бастионе, его видениях и возможностях. Она опасалась, что если расскажет об этом — от признания невменяемой ей будет довольно трудно (если вообще возможно) отвертеться. Так же Тейлор постаралась не упоминать о смутном ощущении того, что в некоей неопределенной точке вероятного будущего она сможет не только управлять уже имеющимися насекомыми, но и призывать себе на подмогу куда более крупных хитиновых существ, подобных тем, которыми командовала в испытании Кольца Погибели.

Но, каким бы тяжелым не было тестирование сил, куда хуже оказалось последующее собеседование с штатным психологом программы «Подопечные». Специалист по копанию в чужих душах с самоубийственным упорством пыталась докопаться до самых темных тайн души Тейлор и дернуть за самые болезненные ниточки её воспоминаний. В какой-то момент удержаться от того, чтобы украсить кабинет психолога колом с оторванной головой хозяйки кабинета помогло только отсутствие этого самого кола, на который голову можно было бы пристроить. Тейлор отчаянно цеплялась за мысль о том, что без кола картина будет неполной… И сумела кое-как выдержать несмотря на все старания специалиста.

Так что ничего удивительного не было в том, что и сны Тейлор были… специфическими. Черные, залитые ядовитой кровью пески Ургала, пылающие небеса над Арматурой, ледяная ночь Скалатракса… Реки крови и горы трупов, разрушенные города и пылающие планеты. Все это снилось доселе, в общем-то, мирной девочке, все еще искренне желающей стать героем. Тейлор отчаянно боролась за то, чтобы сохранить себя в этой кровавой буре. И борьба эта вызывала какое-то странное, иронично-одобрительное внимание откуда-то с Той Стороны, что казалась сном даже во сне, кошмаром среди кошмаров…

Казалось бы, после такого девушка должна была проснуться разбитой и усталой… Но, паче всякого чаяния, проснулась она свежей, бодрой, полной сил и готовой к новым свершениям.

Спустившись в гостиную, Тейлор обнаружила на столе чайничек с танной. «Что такое «танна»?», «Откуда она знает это слово?», и уж, тем более, «Откуда в их доме взялся не существующий в данной реальности напиток?»… Этими вопросами Тейлор решила не задаваться, дабы не расшатывать ещё больше свою и без того нестабильную психику. Так что она просто налила в чашку и принялась медленно смаковать обжигающий напиток.

Когда танна была выпита, а тосты с беконом, найденный неподалеку — съедены, Тейлор нашла на столе записку от папы. Денни извещал дочь, что его с утра пораньше вызвали на работу, и что он надеется на то, что у Тейлор все будет в порядке.

Сообщений о начале занятий в Уинслоу — не поступало. Так что Тейлор решила принять ванну, а после — перечитать книгу из собрания её мамы — преподавателя английского языка и литературы в Университете Броктон-бей. После того, как мама погибла в автомобильной аварии, перечитывание книг из её обширной библиотеки стало для Тейлор своего рода поминальным обрядом.

Впрочем, на этот раз полностью провести обряд не удалось. Она как раз читала о том, как «…шаркающей кавалерийской походкой, четырнадцатого числа весеннего месяца нисана…», когда в дверь позвонили.

Тейлор осторожно выглянула в глазок, стараясь сделать это так, чтобы звонивший не увидел, что к двери кто-то подошел изнутри. Впрочем, она довольно быстро внутренне улыбнулась правильной бессмыслице своих действий. С нападением обычных людей справился бы и парачеловек, существенно слабее, чем она ныне. От тех же, с кем не совладала бы Варлорд Рой, тонкая дверь помогла бы не более, чем броня из тетрадного листка — от танкового снаряда.

На пороге стояла смуглая зеленоглазая женщина в форме сотрудника СКП.

— Здравствуйте, мисс Эберт, — произнесла она, предъявив документы сотрудника Службы Контроля Параугроз. — В ходе расследования инцидента с участием Призрачного Сталкера, наша служба выявила более десяти эпизодов, когда администрация Уинслоу неправомерно препятствовала переводу учеников в Аркадию, — Тейлор вспомнила, с каким выражением лица мисс Хендриксон, заместитель директора Блэкуэлл, запихивала ее прошения о переводе в шредер, и несколько судорожно кивнула. — И директор Пиггот решила предоставить помощь СКП всем, с кем поступили столь несправедливо. Конечно, — сотрудница СКП улыбнулась, — неофициально многие поймут, что помощь сразу всем пострадавшим — это скорее способ скрыть того несовершеннолетнего парачеловека, чья гражданская личность могла быть скомпрометирована в ходе инцидента. Но, как бы то ни было, Вы, мисс Эберт, вошли в число тех то может получить эту помощь. Если, разумеется, Вы все ещё желаете быть переведенной в Аркадию.

Конечно же, Тейлор желала.

— Как мне к Вам обращаться? — уточнила Тейлор у сотрудницы СКП.

— Можете называть меня Ханной, — женщина кивнула головой каким-то смутно знакомым движением. Но вспомнить, где же она видела такое же, у Тейлор не получилось.

Броктон-бей. Старшая школа Уинслоу

Разумеется самой директора Блэкуэлл в школе не было. Вместо нее в приемной перед кабинетом директора располагалась её секретарь и заместитель мисс Хендриксон.

Поздоровавшись, Ханна выложила на стол перед мисс Хендриксон папку с документами.

Та открыла папку, бегло взглянула на предложенные документы, и улыбнулась крайне неприятной улыбкой.

— Видите ли, школа не считает возможным подержать прошение мисс Эберт о переводе в Аркадию. Её академические успехи…

— Возможно, Вы не поняли, госпожа заместитель директора старшей школы Уинслоу, — жестко перебила ее Ханна. Злость ее выдавала рука, судорожно сжимающая рукоять боевого ножа, висевшего в ножнах на левом бедре. — Представленные Вам документы — это не «прошение». Это — предписание. И, получив его, Вам следует не рассуждать о достоинствах или же недостатках мисс Эберт, но принять его, зарегистрировать, как положено, и в дальнейшем — исполнять, либо же обжаловать в установленном порядке.

— Да-да, конечно… — мисс Хендриксон засуетилась, регистрируя входящее сообщение. Улыбка ее при этом куда-то исчезла. — Это не первое за сегодня подобное предписание. Но я не понимаю…

— Вам и не следует понимать, — снова прервала ее Ханна. — Поскольку эти предписания есть результат секретного расследования, проводимого Службой Контроля Параугроз в отношении администрации этой…, — Ханна прервалась, подбирая определение, но решила остановиться на нейтральном, -…этой школы.

Ханна внимательно проследила за тем, чтобы в процессе регистрации входящего сообщения не было допущено ошибок, и забрала экземпляры, подлежащие доставке в СКП, с проставленными в них датой, временем и номером входящего. При этом Тейлор показалось, что нож на бедре женщины несколько раз изменил форму.

— Идем, Тейлор, — Ханна положила руку на плечо девушке. — Надеюсь, тебе больше не придется посещать это место. Как и другим ученикам, переводом которых озаботилось СКП.