Орлица (гет)

Гарри приехал через неделю после ухода Андерса. Другу тоже пришлось все рассказать, хотя вспоминать было невыносимо стыдно. Потом Клара полчаса отговаривала Гарри идти с Андерсом драться.

— Хорошо, — согласился Гарри. — А хотя бы здесь и сейчас высказать все, что я о нем думаю?

— Не стоит. Давай о нем больше не говорить.

Гарри пристально на нее посмотрел, вымученно кивнул и стал рассказывать о поездке в Розфильд, а больше о Лоре и театре.

У Клары были хорошие друзья. Летти навещала ее, помогала по хозяйству, вытаскивала за покупками. Кассандра позвонила несколько раз, а во время последнего разговора упомянула, что мадам Айсви нужна учительница музыки: мисс Эрдли, которая и саму Клару учила играть на фортепьяно и на гитаре, уволилась и уехала.

Клара сперва решила, что вряд ли захочет вернуться в Квинленд. Ведь ей так нравился Корлинг с его кипучей жизнью, высокими домами, трамвайными звонками и вечерами. когда люди, как птицы по гнездам, разлетаются по домам. Понадобился день, что она осознала: в Корлинге ей теперь будет невыносимо. Об Андерсе напоминала каждая выбоина в бордюре, каждый воробей в парке, звонки трамваев и деревья под дождем. И в конце концов, видеть учеников или друзей было одинаково мучительно, потому что все они будили воспоминания.

Клара оставалась спокойной, и это не было притворством: в одиночестве она тоже не плакала, не погружалась в воспоминания. Держать себя в кулаке оказалось куда легче, чем осознать, сколько она потеряла. Но все же что-то в душе болело и жгло, отравляя каждую минуту.

"Это просто самолюбие, — говорила себе Клара, когда становилось до духоты тошно. — Тебе просто обидно, ведь Карен тебя красивее, ярче и умней. Но неужели это важнее всего, что было между нами?" И тут же она начинала громко петь, танцевать, читать стихи, чтобы только не думать дальше.

"Лучше в самом деле будет уехать, лучше занять себя так, чтобы было некогда и вздохнуть, и все само пройдет, как будто ничего и не было, словно ты и не знала их". Пусть в Квинленде живет семья Андерса, но он ведь не общается с родственниками и вряд ли туда поедет. И в Квинленде они вместе не были.

Она посоветовалась с Гарри, и он согласился, что уехать будет лучше. Он заверил, что в ее отсутсвие никаких глупостей не наделает.

— И потом, надеюсь, ты ведь будешь меня навещать? Корлинг и Квинленд недалеко. А если ты не будешь платить за съемную квартиру, то сможешь больше отсылать матери... Удивлена? Да, я перековался и думаю о низменном.

— Ты прав насчет квартиры, — согласилась Клара. — Но ведь меня могут и не взять. Опыта не так много, а у мадам Айсви требования высокие.

И вот после его ухода Клара наконец решилась набрать номер старой школы в Квинленде. "Наверное, мадам Айсви уже кого-то нашла. Место хорошее".

— Здравствуйте. Слушаю Вас, — раздался на другом конце провода женский голос.

Голос у директрисы был интересный: нежный, красивый, молодой, но даже не то, чтобы властный, однако к нему хотелось прислушиваться.

— Мадам Айсви. здравствуйте, это Клара Уолли. Я слышала, вы ищете учителя музыки. Это все еще так?

— Да. Вы хотели бы попробовать? — удивительно, но директриса явно обрадовалась. — Можете приехать хоть завтра. Я найду для вас время.

Клара понимала все значение этих слов. У мадам Айсви были особенные, парадоксальные отношения со временем. Кларе иногда казалось, что директриса находит в окружающем Квинленд лесу лишние два часа. Или одалживает, что менее вероятно: ведь долги пришлось бы отдавать.

Итак, они договорились, что Клара будет в школе завтра, около полудня.

От Корлинга до Квинленда — полтора часа поездом. Народа в вагоне было совсем немного. Усевшись у окна, Клара раскрыла припасенную книгу. Нарочно купила вчера, чтобы... не связывать в памяти.

Увлекательная история (понять бы, о чем), неплохие персонажи (хотя вместо мыслей о них настойчиво вспоминается, что забирать вещи Андерс прислал Себастьяна — выходит, вот настолько он не хочет видеть Клару, а что она сделала ему, она и сама не знает).

"Нет, хватит, ты сама вызываешь в памяти мысли о нем. Лучше подумай, как вышло, что мисс Эрдли ушла". Она вспомнила мисс Эрдли, учительницу музыки, ответственную за их класс. Именно эта женщина встретила Клару, когда та появилась в школе впервые. Клара вспоминала ее красивое лицо, белокурые волосы, высоко зачесанные, тонкие музыкальные пальцы, нежно нажимавшие на клавиши или ласкавшие струны гитары. Только сейчас Клара осознала, что эти пальцы часто нервно дрожали, а в больших серо-голубых глазах отражалось непонятное, но тяжелое чувство. Они, девочки, не очень ее любили. Любили неунывающую мисс Джефф, нежную и непосредственную мисс Черри. А мисс Эрдли была слишком далека и загадочна. Хотя тоже, пожалуй, можно сказать и о мадам Айсви, однако без любви к ней разве школа бы выстояла?

Когда поезд прибыл, Клара даже заволновалась — а она не думала, что еще способна волноваться. Как добраться до школы, помнила: иногда девочки навещали учителей. Клара в последний раз была здесь чуть меньше года назад, и все же, когда она увидела знакомый сад за решеткой и невысокий, уютный дом, сердце сжалось горькой радостью, болезненной нежностью. Раньше так бывало, когда она приезжала домой (а ведь мама еще не знает про разрыв с Андерсом, слишком больно об этом говорить, и не хочется ее огорчать). Ей показалось, что сад словно немного зарос, а дом чуть обветшал. Клара отворила калитку — петли заскрипели. По вымощенной кирпичом дорожке дошла до дверей.

Двенадцать лет назад она впервые прошла по этой дорожке. Тогда ее вела за руку мама, а Кларе хотелось плакать, потому что она боялась оставаться одна. Ее взяли в частную школу как дочь человека, погибшего при исполнении профессионального долга. Она отдала бы все на свете возможности за то, чтобы поговорить сейчас с отцом. Но выбирать не приходилось.

И было бы неблагодарностью отрицать, что в школе мадам Айсви к Кларе относились очень по-доброму, терпеливо, внимательно. И вообще устроено все было, как Кларе казалось, немного по-особенному. Сможет ли она, если ее примут, стать частью этого маленького мира?

Клара позвонила, и ей очень быстро открыли.

Бессловесную миссис Кроу, которую помнила Клара, заменила шустрая девушка с блестящими глазами, напоминавшая Нору. Клара пошла за ней, вдыхая аромат старого дерева, слабый шлейф духов и аромат яблок, зреющих в саду. Окна на втором этаже были открыты, сноп солнечных лучей ярко освещал несколько темнеющих картин. Дама с очень милым лицом, человек в пенсне, слегка похожий на папу, пухлая девочка в розовом платье. Клара не удержалась и украдкой кивнула им, как старым друзьям. Удивилась тишине, царившей в школе в каникулы: стены и лестница будто отдыхали.

Вот и кабинет директрисы, кажущийся уже поменьше, чем он представлялся, когда Клара сама была маленькой. Знакомое ощущение: переступаешь порог — будто в реку входишь. Прогретую солнцем, чистую, но глубокую, и кто знает, где омут.

Мадам Айсви радостно поднялась ей навстречу. Солнце ярко осветило силуэт в черном платье — хрупкий, девичий. Лишь приглядевшись, можно было рассмотреть и несколько морщинок на прекрасном лице, и серебряные нити в волосах.

— Надеюсь, вы благополучно добрались, мисс Уолли. Не хотите чаю?

Кларе на самом деле не очень-то хотелось есть или пить с тех пор, как ушел Андерс. Но пить чай у бывшей директрисы стало их традицией с тех пор, как девочки закончили школу и навещали ее лишь изредка.

— У меня не хватает четырех учителей, — стала объяснять мадам Айсви, пока они ждали чаю. — Музыка, литература, математика, Закон Божий.

Клара вздохнула, вспоминая добродушного и веселого отца Кристофера. Он умер два года назад, другой священник в школе не задержался.

— Мадам Айсви, я собралась слишком быстро... У меня нет рекомендаций.

— Потом привезете, но в общем, я вас помню, — улыбнулась директриса. — А чему вы научились в Школе искусств, проверю. Однако, Клара, хотелось бы сразу предупредить. Миссис Челленджер была ответственной учительницей у девочек, которые в этом году пойдут в четвертый класс.

"Рыжий отряд", — вспомнила их Клара. Любимицы Джорджи — и Карен. Но об одной Карен, той, что была до Андерса, думалось без боли.

— В общем-то, мне кажется, учительницу литературы я нашла, но она не старше вас, к тому же я ее не знаю. Возможно, вам придется стать учительницей, ответственной за класс миссис Челленджер. Надеюсь, вас это не пугает? Я готова вам помогать.

Предложение было неожиданным, и Клара понимала, что может не справиться. Так она и сказала.

— Это неточно... — вздохнула директриса. — Хорошо, понадеемся на учительницу математики.

Она проверила, насколько хорошо Клара играет и поет, и осталась довольна результатом. Они договорились, что Клара приедет в Квинленд за пять дней до начала занятий — так она успеет закончить дела в Корлинге и подготовится к учебному году.

...Выйдя из за ограду, Клара случайно свернула не на ту улицу и оказалась на окраине города. Ей открылась проселочная дорога, вся запыленная. По обочинам желтела пижма, вдали стелилась голубая дымка — там, должно быть, разросся цикорий. Дорога шла к темному хвойному лесу, но Клара помнила, что тянется он недолго.

Было спокойно и грустно, и Клара понадеялась вдруг, что сегодня, когда она вернется в квартиру в Корлинге, ей не приснятся снова два обнаженных тела, два человека, прильнувших друг к другу. Может быть, целый пласт жизни умрет для нее, и ему навстречу придет что-то новое.

Конец первой части