Гарри Поттер и внутренний голос (джен)

— Малфой.

— Поттер.

Я поймал взгляд слизеринца и дёрнул бровью, слегка качнув головой в сторону дверей. Тот секунду помедлил и коротко кивнул.

Мы встретились после завтрака в нише за вторым поворотом коридора. Драко подошёл ко мне, а его верные псы Гойл с Крэббом остались в коридоре, чтобы нас не беспокоили.

— Как отправляют письма?

Тот посмотрел на меня как на больного, но вздохнул и протянул руку.

— Давай.

— Что?

— Письмо давай.

Я криво усмехнулся.

— Так нету ещё. Не написал.

Драко закатил глаза.

— Письмо пишут на пергаменте. Пером.

— Издеваешься.

Малфой тут же пришёл в себя.

— Иногда я ужасаюсь, как ты вообще живёшь. Ничего не знаешь о магии. Ничего не боишься.

— Потому и не боюсь, что не знаю, чего опасаться. Так что с письмом?

— Пергамент можно взять обычный, но лучше специальный для корреспонденции, зачарованный от дождя и совиных когтей. Что почту приносят совы, ты, надеюсь, знаешь?

Я знал. В Большой зал птицы прилетали каждый день.

— Пергамент надо зачаровать, если он обыкновенный. Далее. пишут только на одной стороне, на гладкой, в начале указывают адрес и адресата. Если не знают адрес — только имя. Сворачивают пергамент в трубку, перевязывают лентой. Её тоже зачаровывают от пропажи, а ещё развязать её сможет только тот, кому письмо адресовано.

— А если не знаешь ни кому пишешь, ни куда пишешь?

Я думал, Малфой меня высмеет, но тот совершенно спокойно кивнул.

— Главное — намерение, магия его читает и исполняет.

Ясно. Куда проще, чем у людей…

— А что потом?

— Погоди. Свернуть пергамент можно и конвертом, написав на нём адрес. Так делают, если посылают письмо маглорожденным. Вдруг у них в руках письмо увидят маглы? Потом дают письмо сове и говорят, кому нести.

Я понял, что тихо схожу с ума.

— Как — говорят сове? Прямо словами? Это прикол такой, слизеринский?

— У тебя нет совы, сразу видно. Идёшь в школьную совятню, выбираешь сову и привязываешь к лапе письмо. Называешь адресата вслух и произносишь короткое заклинание "ка". В нём краткий и очень мощный посыл отправить её по твоим делам. Если сова твоя личная, можно просто протянуть ей письмо, она возьмёт его клювом.

— А где совятня? И совы, я их видел. Они же клюются!

— Как всё запущено. Вот что, Поттер. Пиши своё письмо, я покажу тебе, как его отправить.

Я подумал, стоит ли пытаться скрывать доставку. Выходило, что нет, не стоило. Все получали письма и посылки в Большом зале.

— Как пишется «Флориш и Блоттс»?

Малфой посмотрел на меня с уважением.

— Книжный? — он снял с плеча сумку, вынул перо и клочок пергамента и нацарапал название.

— «Flourish and Blotts». Держи.

Письмо я написал следующим утром в библиотеке. Удивительно, но только там я чувствовал себя спокойно. Каталоги я листал тоже там. Не хотел светить ими перед парнями в спальне.

За завтраком к нашему столу подошла декан Макгонагалл.

— Мисс Грэйнджер, — сказала она, — вы лишаетесь пяти баллов за то, что пропускали занятия и сидели в туалете без причины. Мистер Уизли, — не глядя больше на сердитую Гермиону, продолжила она, — вы принесли своему факультету десять баллов за находчивость в борьбе с троллем.

Находчивость, ага. Я злорадно хмыкнул.

— Мистер Поттер получает пять баллов за потрясающее везение.

Гермиона подняла руку, но декан только отмахнулась:

— И слушать ничего не хочу. Не поверю, что вы просидели в туалете несколько часов по естественной надобности, когда тут полно эльфов и есть штатный колдомедик.

Грэйнджер сдулась как шарик.

Макгонагал величественно удалилась. Я спокойно поедал свою овсянку. Меня происходящее ну совершенно не касалось.

* * *

— Гарри! — окликнула меня Гермиона, когда я поел и завернул про запас несколько пирогов. — Подожди. Мне надо тебе что-то сказать.

Не отвяжется ведь. Ну хотя бы во время еды не отвлекала.

— Идём, — сказал я ей и взял свою сумку. Ей помочь не предложил. Почему-то вдруг подумалось, что я сам попрошу донести портфель только той девочке, которая мне понравится.

Дадли был моим ровесником, но болтал о девчонках, словно озабоченный. Не берусь судить, насколько его знания женщин были научными, но вот похабных анекдотов он знал вполне достаточно. И даже он со знанием дела заявлял, что носить портфель — почти что вслух заявить, что девочка нравится.

Грэйнджер тихо пыхтела рядом. Мы шли на урок, я её не торопил и уже приготовился молчать всю дорогу, как она решилась:

— Спасибо.

— Пожалуйста. За что?

— Рон сказал, что ты тоже был там и помог ему. С троллем.

Ну рыжий, ну сказочник!

— Он врёт. Я ему не помогал.

— Но он сказал…

Я резко остановился и пару раз глубоко вздохнул. Эта ведьма могла вывести меня за пару минут.

— Гермиона, мне плевать, что болтает Рон. Я не вру. Я ему не помогал. И мне ты ничего не должна.

Она от негодования даже топнула:

— Но у тебя проверяли палочку!

"О чем она?"

Едва сообразив не спрашивать вслух, что она имела в виду, я поджал губы и прошёл на своё место. Девчонка тут же села рядом, а Уизли — с другой стороны.

Уроки Чар всегда мне нравились, а профессор Флитвик восхищал своими манерами, так что я всегда старался изо всех сил. Но сегодня с одной стороны меня всё время отвлекал Уизли, бубня что-то и явно пытаясь источать дружелюбие. С другой меня дёргала Грэйнджер, комментируя действия профессора Флитвика. В целом было неплохо, мне понравилось такое неприкрытое внимание, покуда до меня не дошло, что я ничего не запомнил из объяснений. Грэйнджер между делом что-то быстро записывала, а я так не мог. Поэтому к концу занятия я оказался злющим и едва не огнедышащим.

Нужно было срочно что-то делать. Не то чтобы я мечтал об одиночестве, но давить на себя позволять не хотелось. Нужно садиться отдельно, решил я, и потопал на следующий урок. Рыжий и лохматая потянулись следом.

На гербологии задание у каждого было своё. Я не слушал, о чём трещала Грэйнджер, не обращал внимание на трагичные вздохи Уизли. У него пальцы гибкие. Пусть сам работает. Но мои руки уверенно обхватывали стебли, не ломая их, аккуратно присыпая перегноем корни рассады. Рон тихо ругался. Его саженец быстро принял потрёпанный и несчастный вид. Грэйнджер же брезгливо держала растеньице двумя пальцами и ожидаемо уронила его. Несколько раз.

Мне же удавалось соразмерять силу, поскольку я загубил немало цветов тёти Петуньи, покуда не привык к их хрупким стеблям и листьям. Даже корни расправлял неторопливо, тщательно. Так, словно знал, что мне потребуется так же осторожно работать палочкой на уроках Защиты от тёмных искусств…

От неожиданности я едва не уронил лейку. Действительно! Движения при работе с хрупкими растениями и движения палочкой на ЗОТИ были похожи. Та же осторожность и филигранная точность. Значит, гибкость пальцев и запястья необязательно нужна? Я пообещал себе проверить при первой же возможности.

На уроке полётов мне удалось успокоиться и немного проветрить голову. Нас учили поворотам, и я смог отдаться ощущению скорости, тем более что свитер справлялся отлично и даже мантия, как мне показалось, не пропускала ветер, так что я совсем не замёрз. Глядя на красные носы своих одноклассников, мно оставалось лишь радоваться и благодарить эльфа Дадли за совет.

Я ждал обеда, чтобы пересечься с Малфоем и отправить письма, поэтому пришлось идти в Большой зал пораньше. Драко тоже был уже там. Я взглянул на него и кивнул. Он кивнул в ответ.

— Ты перемигиваешься со слизеринцами? — резко дёрнула меня за мантию Грэйнджер.

— Да.

— Зачем?

— Затем что это тебя не… — снова меня едва не подловила, болтушка. Если разбудить в ней любопытство, спасения не будет.

— Ну!

— Не запрягала, не понукай, — невежливо огрызнулся я. — И есть мне не мешай.

От меня тут же отстали и болтали между собой. Я ел, наслаждаясь вкусом. Картошка была упоительна, хлеб свеж, суп вкусен. Оказывается, еда — великое лекарство. Она лечит дурной нрав.

Но как только я попытался встать из-за стола, Грэйнджер полезла за мной. Уизли остался сидеть и поглощать еду.

— Оставайся. Я хочу побыть один.

— Но мы друзья!

Всё. Приплыли.

— И что? Так и будешь таскаться за мной?

— Я подумала… Ты так одинок, и вы с Роном спасли меня… Я должна что-то для вас сделать.

— Гермиона, иди и учи жизни Уизли. Ему это необходимо. А я не хочу, чтобы ты ходила со мной.

— Почему?

Дайте мне сил!

— Потому что когда-нибудь мы вырастем и найдём себе пару. Тебе нужна репутация плохой девчонки, что с детства липнет к парням? Дружи с девочками.

— Но мы просто друзья!

— И я не хочу объяснять своей девушке, что моя "просто подруга" ни на минуту меня не оставляла.

Грэйнджер вдруг лукаво улыбнулась:

— Тебе кто-то нравится!

Я обомлел, а после обречённо кивнул.

— Я так и знала! Ладно, ступай один!

* * *

Малфой ждал меня в той же нише. Я прошагал мимо Гойла и обнаружил Драко на подоконнике. Он читал.

— Избавился от своей ведьмы?

— Пытался объяснить ей, что она не моя.

— Получилось?

— Не особо.

— Письмо?

Я снял сумку с плеч и вынул письмо, уже свёрнутое и с надписанным адресом.

— Идём.

Совятня мне не понравилась. Тут было грязно, воняло помётом и летали перья. Под ногами что-то противно похрустывало.

Малфой ничуть не растерялся и пошёл прямо к центру. На многочисленных выступах стен и на специальных жердочках сидели совы. Они были разных расцветок и размеров. Некоторые спали, другие чистили перья и клювы.

— Перестань бояться, они почувствуют, — сказал Малфой. — Скажи: "Письмо в магический Лондон. Оу".

— Письмо в магический Лондон, — повторил я.

Ничего не произошло.

— Заклинание забыл, — нетерпеливо дёрнул бровью Драко.

— Письмо в магический Лондон. Оу, — насмешливо повторил я.

Вдруг небольшая белая сова опустилась мне на плечо. Я дёрнулся и едва не заорал, обернувшись и увидев острый клюв прямо у глаза.

— Говори ей, куда и кому отнести письмо.

— А обращаться к ней надо? "Привет, сова" или что-то вроде...

Малфой не выдержал и заржал. Он хохотал так радостно и громко, что я вдруг успокоился и тоже улыбнулся.

— Флориш и Блоттс, отдел доставки. И заклинание не забудь.

— Флориш и Блоттс, отдел доставки. Ка!

Сова тяжело, но бесшумно взлетела, выхватила у меня письмо, исчернув в окне.

— Супер! — не смог удержаться я.

— Ты так по-детски радуешься, Поттер, — лениво уронил Драко, — что мне всё труднее тебя ненавидеть.

— Ты справишься, — утешил я его.

* * *

Обратно мы шли, обсуждая преимущества магической доставки. Оказалось, можно послать сову в любой магазин ибез всякого каталога, если этот товар имелся в наличии.

— Ты пользуешься доставкой?

— Естественно.

— А волшебную палочку тоже могут прислать совой?

Драко заухмылялся во весь рот.

— К палочке не могут прикасаться ни магические животные, ни домашние эльфы без прямого приказа. Палочка выбирает волшебника, так что он приходит за ней лично.

— Недавно Дамблдор взял у меня палочку, а Снейп водил над ней своею.

Драко резко остановился и подозрительно взглянул:

— Что нашли?

— Ничего. Там нечего было находить. Снейп просто покачал головой, и палочку мне вернули.

Драко снова тронулся с места.

— Тёмные маги могут определить, какие заклинания творила эта палочка последнее время. Так находят нарушителей или преступников.

— Значит, профессор Снейп — тёмный?

— Да. И я — тоже. Все слизеринцы.

Я некоторое время переваривал услышанное.

— Интересно, какой я маг.

— Можешь проклясть кого-нибудь?

— Когда злюсь — возможно.

— Тогда ты тёмный. Странно. На Гриффиндоре обычно светлые.

Мы с Малфоем расстались в холле, и я побежал в библиотеку.

— Миссис Пинс! — позвал я библиотекаршу. — Мадам?

Она сегодня была занята и не очень мне рада, но все же согласилась продиктовать вежливое обращение к гоблинам из банка. Я не хотел отвлекать добрую женщину и поспешил уйти, напоследок вспомнив и о важном.

— Я очень признателен вам за каталоги. Они чудесны.

— О, Гарри, не стоит благодарности. Я была уверена, что профессор Снейп найдёт самые лучшие издания, он как раз заказывал каталоги для первокурсников Слизерина. Я просто попросила у него один комплект.

— Профессор Снейп?

— Он же передал их тебе?

— Да, конечно. Передал. Спасибо огромное. Пойду закажу себе что-нибудь. До свидания.

Я шёл, как в тумане. Каталоги для меня заказал Снейп. Палочку мою в кабинете директора тоже проверял он. Этой палочкой я окаменил тролля. Но никакого такого волшебства на палочке не было обнаружено.

Стоп! Я же терял палочку накануне, а нашёл позже под подушкой. Каталоги тоже были под подушкой. Эльф не может трогать мою палочку, а каталоги передал Снейп... Получается, и палочку мою трогал он. Зачем? Когда он брал её, заклинание, убившее тролля, там было, а потом исчезло. Не потому ли, что Снейп убрал его?