Предания старины глубокой, или Фамильный рецепт (джен)

— Это ужасно.

— Ну почему, — возразил Малфой. — В этом есть и своя эстетика.

— Он сам виноват, — твёрдо сказал Родольфус Лестрейндж, скрещивая на груди руки. — Кому ритуал доверил — такой результат и получил.

— Можно подумать, у него выбор был, — не удержался Малфой.

— Был, — возразил Родольфус. — У него был умница и отличник Барти. Выбрать вместо него Петтигрю — это я не знаю, кем быть надо.

— Лордом, — хмыкнул Долохов.

— И вообще — что это за ритуал такой? — горячился старший Лестрейндж. — Неужели нельзя было взять что-нибудь… менее эксцентричное?

— Лорд велел себя раздеть, — издевательски протянул Долохов нараспев, — два раза перекрестился, бух в котёл...

— Вот ни разу же не смешно! — нервно воскликнул Малфой, расхаживая из угла в угол. — Тони, ты его вообще вблизи видел?

— А то! — Долохов заржал в голос. — Петтигрю, конечно, знатный ритуалист! Я бы на месте Лорда ему не одну, я бы ему обе руки оторвал и засунул туда, где не светит солнце.

— Ты и твои азкабанские шуточки! — возмутился Малфой.

— Других нет, — Долохов развёл руками.

— Ладно, шутники, делать-то теперь что? — оборвал их Родольфус. — Если бы только нос… но этим же не ограничилось… И это я сейчас не о том, что там некоторые хотели бы видеть под мантией, — он раздражённо хмыкнул, затем, смешавшись, устало нахмурился, но не позволил себе отвлечься, — а про селезёнку и ещё пару не слишком-то нужных, на взгляд нашего горе-ритуалиста, органов…

— Similia similibus curantur, — неуверенно произнёс Эйвери, выглядывая из-за массивного фолианта.

— Чего? — переспросил Рабастан Лестрейндж, слегка задремавший за всеми этими нервными разговорами.

— Подобное, говорю, излечивается подобным, — смущённо перевёл Эйвери, перелистывая с десяток страниц.

— Это ты сейчас намекаешь, что Лорду поможет гомеопатия? — рассмеялся из своего кресла Мальсибер, который принципиально не был занят ничем. — Мерлин с тобой, с таким же успехом можно к нему жабьи лапки прикладывать.

— Это он намекает, что из котла вышло, исправит только котёл, — задумчиво покрутил в руках портсигар Трэверс, а затем прижал им непослушный край выцветшего папируса.

— И крышку, крышку хорошо бы не открывать, пока не потушится, — снова заржал Долохов из своего угла.

— Крышка будет нам всем, если Повелитель не придёт в норму, — отрезал Малфой. — Для этого он вас из Азакабана и вытащил. Мол, бездари, меня окружают бездари, а лучшие люди сидят в тюрьме. Где, мол, мой бесстрашный Долохов, где мой гениальнейший тайновед...

— Вот кстати да, — спохватился Родольфус. — А что это вы всё молчите, Руквуд? Это же, скорее, по вашей части…

Но тот лишь пожал плечами и задумчиво отвернулся к своим заметкам.

— Он что, с нами разговаривать не желает? — обиделся Рабастан.

— Не может… — покачал головой Долохов. — Он Лорда как осмотрел, так ему честно и заявил, что селезёнку можно взять от свиньи, гипофиз пересадить собачий, а нос и первичные половые признаки это уже и вовсе факультативно, и для науки практической ценности не имеет… Ну Лорд его молчанкой и приложил…

— А как же тогда селезёнка? — озадаченно спросил Рабастан.

— Ты как думаешь, почему мы сегодня свинину на ужин ели? — немного нервно улыбнулся Малфой в ответ.

— А к корейской кухне мы, видимо, приобщимся завтра?

— Всё-то ты, Трэверс, ёрничаешь, — Малфой, кажется, даже обиделся. — Нет бы по делу что предложил, кто там что говорил про котёл? Поделись сакральным знанием.

— Ну как же, — Трэверс укоризненно покачал головой. — Старая добрая классика. Жаба, в трещине камней пухнувшая тридцать дней, из отрав и нечистот первою в котёл пойдёт. А потом — спина змеи, без хвоста и чешуи. Пёсья мокрая ноздря, с мордою нетопыря, лягушиное бедро и совиное перо. Ящериц помёт и слизь в колдовской котёл вались!

— Что-то я подобного рецепта, как ни тружусь, никак не припомню, — язвительно заметил Снейп, отрываясь от стопки исчёрканных зелёным журналов.

— Это-то и прискорбно, — Трэверс печально вздохнул. — Хотя меня это совершенно не удивляет…

Снейп раздражённо дёрнулся, а затем натянул на лицо своё самое едкое выражение:

— Прискорбно то, что некоторые, проучившись семь лет и даже сдав положенные экзамены, не в курсе, что у ящериц слизи нет. Не говоря уже о том…

— Что классику нужно знать, — Трэверс снова вздохнул, — это именно то, что отличает хорошо образованного человека от… самоучки с четырьмя классами начального маггловского образования. И я в этом мнении, как вижу, не одинок.

— Да нет такого зелья! И не было! — возмутился Снейп. — По крайней мере существующего в реальном мире. Но я так и быть, сварил бы его по этому восхитительному рецепту, если бы ты взялся его на себе потом испытать.

— Зачем? — Трэверс пожал плечами. — Мои амбиции так далеко никогда не заходили, да и замок в Шотландии — это по твоей части...

— Как это зачем, — Снейп настороженно удивился, с подозрением замечая, как отводят глаза смущённый Эйвери и с трудом сдерживающий улыбку Малфой. — Разве ты не хочешь вызваться добровольцем и спасти самое дорогое для нашего повелителя?

— Н-да, — саркастически протянул Долохов. — Определённо, британская магия тут бессильна.

— А у вас, на родине слонов, стало быть, имеется в арсенале что-нибудь нам, диким островитянам, неведомое? — съязвил Малфой.

— Ну, положим, мамонтов в Китеже ещё при моём прадедушке разводили... — заметил Долохов. — Или вот индрик-зверь... Но это к делу отношения не имеет. Зато другой мой прапрадед — по материнской линии — служил при одном царе…

* * *

Сборник семейных рецептов Долоховых был велик и могуч, вот только на трезвую голову Антонин вспоминал тяжело и частями, поэтому сперва они всей компанией переместились в столовую подкрепиться, а затем выбрались на пикник, чтобы заодно присмотреть место для будущего ритуала.

Лужайку за одичавшим вишнёвым садом предложил МакНейр, и он же, сложив из плоских камней аккуратный круг, развел костёр, пустив на дрова ближайшую же сухую вишню; в то время как Эйвери вынимал из огромной корзинки для пикника и раскладывал на клетчатом пледе принесённую с собою еду.

Долохов закатал рукава рубашки и устроился недалеко от Эйвери на траве, жмурясь на солнышке.

— Вот есть неплохой вариант с живой и мёртвой водицей, — он залпом опрокинул рюмку ледяной шведской водки, которую из своих запасов добыл Малфой, чтобы стимулировать его память и воодушевить на грядущие подвиги во обретение их повелителем недостающих ему частей.

— Пятая? — шёпотом уточнил Рабастан.

— Если не шестая, — буркнул Родольфус. — И ведь не закусывает почти!

— ...но, кажется, Лорда нужно сначала в козла превратить, затем прирезать и чтобы над ним сестрица поплакала… — добавил задумчиво Долохов и поскрёб небритый подбородок ногтями.

— А чего его превращать? — простодушно заметил Гойл, вызвав этим дружный взрыв хохота.

— Хе, — Крэбб довольно хлопнул приятеля по плечу. — А вместо сестры над ним пусть порыдает Белла!

— А вот жену мою попрошу не трогать, — вмешался Родольфус.

— Тронешь её, — фыркнул Крэбб. — А еще у нас есть Алекто, и брат у неё как раз козёл, должен мне пятьдесят галлеонов.

— Да Мерлин нас упаси! — замахал Рабастан руками. — Тони, что там у вас было еще в этих ваших славянских хрониках?

— Так, — продолжил перебирать в голове семейные рецепты Долохов, а затем озадаченно уставился на то, что оставил от старой вишни МакНейр — и вдруг просиял: — О! Топор в пенёк воткнуть можно и через него перекинуться… хотя нет, не то, — возразил он сам себе. — От этого у него только мохнатость повысится... — и дальше он заговорил совсем уже сбивчиво и непонятно: — С питиём медвяным и каликами перехожими тоже не вариант — Лорд и сам резво бегает, остаётся только одно… Из котла мы вышли, и в котёл все пойдём… — он остановился и сказал уже вполне внятно. — Так и выходит — без котла нашему брату сейчас никак.

— И какой именно котёл требуют ваши дикие ритуалы? — с долей скепсиса уточнил Снейп.

— Нормальный такой котёл, а не этот ваш оловянный ширпотреб с непотребными стенками… Даже три, — машинально исправился Долохов.

— А куда три? — заинтересовался Родольфус.

Долохов снова выпил, затем всё-таки закусил и деловито продекламировал:

— Искупать его в котлах. В молоке и в двух водах: как в одной воде студёной, а в другой воде варёной…

— Долохов, ты меня извини, но… варёная вода — это, вообще, как? — озадаченно почесал голову Рабастан.

— Не перебивай! — досадливо поморщился Долохов. — Сам собьюсь… как там дальше… — он беззвучно пошевелил губами. — А последний — молоком, вскипятя его ключом…

— Чем-чем вскипятя? — глаза Рабастана даже расширились от удивления.

— Ключом, — неожиданно вмешался Трэверс, на лице которого промелькнула тень понимания. — Это как заваривать чай, — попытался объяснить он: — Сначала крабьи глаза, затем рыбьи, потом жемчужные нити и шум хвои перед дождём — или же это ветер в соснах? А потом закрутить дракону хвост...

— Трэверс, это ты правда так чай завариваешь? — ошарашенно уточнил Малфой.

— Я завариваю его на слух, — рассеянно отозвался Трэверс.

— Мерлиновы кальсоны, с тобой еще и чай разговаривает? — Мальсибер даже отложил сэндвич, который успел укусить.

— А с вами нет? — удивился Трэверс и озадаченно обвёл взглядом лужайку.

— Чайную церемонию мы обсудим потом. — оборвал их Родольфус. — Тони, что там дальше?

— А дальше Лорд отрастит всё, что ему положено, обрядится в расшитый кафтан, а потом мёд-пиво по усам потекут, но вот до рта таки и не доберутся, — Долохов как-то даже сам растерялся.

— А я знаю, я знаю, — неожиданно просиял Гойл. — Это ж Импервиус. Чары ограждения от воды.

— Иногда он меня пугает, — покачал головой Мальсибер.

— И меня, — согласился с ним Долохов. — Кажется, там ещё про девицу было и удалого коня… Но вот причём тут забор, в душе не чаю…

— Так, девицами Лорд, не слишком интересуется, — Малфой, зная своих гостей, со вздохом взял организацию грядущего безобразия на себя. — А вот с котлами давай подробнее. Я могу достать что угодно, но мне нужно знать примерный объём.

— Чтобы Лорд целиком вошёл, — Долохов посмотрел на него как на идиота.

— И не вышел, — вернул ему не менее выразительный взгляд Малфой. — Я, по-твоему, как должен это по каталогу заказывать? Ты в галлонах скажи, или, если на то пошло, даже в баррелях.

— Люциус, Салазар с тобой, — возмутился Снейп. — Уж ты-то должен же знать стандарты. За них каждый год в Визенгамоте устраивают побоище, как будто у нас в стране других проблем нет.

— Ты где-то видишь на мне лиловую мантию? — пожал плечами Малфой. — Северус, это ты у нас зельевар — котлы это по твоей части.

— Бери четыре штуки десятого номера — в них даже наш лесник влезет, — прикинул Снейп.

— Оловянных? — уточнил, записывая Малфой. — Сразу предупреждаю — золотые я один за свой счёт не потяну.

— Оловянных котлов такого объёма просто не делают, — Снейп закатил глаза. — И вообще, оловянный котёл хорош только для моих безмозглых студентов, и то исключительно тем, что его не жаль. И это я заранее отвечаю на непрозвучавший вопрос «Почему четыре?». Вот медь — это уже куда лучше, да и прогреются они при таких объемах быстрей.

— Да, неловко как-то Лорда снова в оловянном готовить, — заметил Эйвери. — В прошлый раз не доварился, а мучиться снова нам…

— С водой у нас проблем не возникнет, — Малфой подчёркнуто проигнорировал не относящееся к делу нытьё и продолжил: — Холодное — охладим, горячее — подогреем. А вот где столько молока взять, придётся думать. Надеюсь к молоку никаких дополнительных требований не будет? Тони?

— Да как сказать… — задумался Долохов. — Главное чтобы не простокваша, от неё только косметический эффект и выходит.

— Единорожье молоко не киснет и практически не сворачивается, — заметил Снейп, а затем меланхолично пожал плечами: — А что? Делать — так по уж высшему разряду. Один раз доверились дилетанту и... — он безнадёжно махнул рукой.

— Ну, и кто их доить пойдёт? — с любопытством поинтересовался Мальсибер, которому это путешествие уж точно не грозило лет примерно с шестнадцати, если не раньше.

Над лужайкой повисла неловкая тишина. Порядочные семейные люди переглядывались с людьми беспорядочными, а местами даже и не слишком порядочными.

— Господа, — когда пауза совсем затянулась, прочистив горло взял слово Родольфус. — Мне кажется, кандидат очевиден.

— А почему сразу я? — возмутился Эйвери, почувствовав, как взгляды присутствующих скрестились на его пухлой фигуре. От возмущения он даже булочку с корицей не дожевал.

— А мы чего-то о тебе не знаем? — хмыкнул Долохов.

Эйвери залился смущённым румянцем и еле слышно пробормотал:

— Я не справлюсь.

— Да ты что? —Долохов изумился. — Видимо в тот день выпал снег.

— Знали бы вы, какая у него репутация! — радостно сдал его Рабастан. — Тут намедни ему какая-то леди страстно шептала вопиллером о том, какой он ненасытный любовник, и что она ждёт его у себя.

Эйвери покраснел до корней волос, но не объяснять же было им всем, что каждый раз после всей этой возни в постели он считал своим долгом предложить даме чем-нибудь подкрепиться… или на худой конец выпить чая.

— Ты погляди, — Долохов покачал головой. — Как пролетают годы. Маркус-то у нас совсем большой стал.

— Ну что, тогда доверим это юному поколению, — подытожил Родольфус — Люциус, ты у нас самый ответственный, поэтому возложим эту миссию на моего племянника и твоего сына. Он же не посрамит честь семьи?

— Он не слишком ладит с животным, — попробовал возразить Малфой. — И оценку по УЗМС ему натянули. Декан подтвердит!

— Ничего, — хлопнул его по плечу Долохов под дружный смех. — Потренируется на павлинах. Да и Грегори с Винсентом ему помогут — молока нам надо немеряно.

— И где же они возьмут столько единорогов? — скептически поинтересовался Снейп. — Ладно, так уж и быть, если прикинуть пропорции… выходит что-то один к двадцати… с коровьим, чтобы не потерять эффект.

— А Роули держит коз, — заметил ни к кому не обращаясь молчавший всё это время МакНейр. — У него там целые стада на Оркнеях…

— Тогда один к двадцати пяти, — ответил Снейп — Раз уж с него самого пользы… как с козла молока.

— И вот, мы снова вернулись к козлам. — тихо заметил Малфой.

Руквуд вдруг помахал рукой, привлекая к себе внимание, а затем что-то быстро нацарапал в своём блокноте.

«Антонин, это несерьёзно. Для подобных ритуалов требуется тщательный инструктаж и куда более подробный обзор предметной области. Прежде чем мы все пойдём с этим к Повелителю, начните с начала, и постарайтесь не упустить ни одной детали», — прочитал Долохов вслух.

— Ага, — согласился Мальсибер. — А то руки оторвут уже нам, и как раз куда ты и говорил, засунут...

— И головы... — покивал Рабастан.

— Головы, говорите? — усмехнулся Долохов. — Ну, слушайте: вышла из леса кобылья голова, ни туловища, ни хвоста, ни ног у неё не было…

На сей раз его слушали в тишине. А когда он закончил, Родольфус сказал, выражая всеобщее мнение:

— Вот на это Лорда мы вряд ли уговорим. Так, про головы мы оставим на крайний случай, и вернёмся к кипятку, козлам и котлам. Всё равно другого плана у нас нет. Будем пробовать.

* * *

Приготовления шли полным ходом. Подержаные медные котлы десятого номера Люциус сторговал у старика Огдена, заодно удачно вложившись в переоснащение производства и получив не только часть второго в волшебной Британии по стабильности предприятия, но и пополнив свой винный погреб, изрядно разграбленный загостившимися соратниками по борьбе.

Снейп утащил котлы в подвал для предварительных испытаний, а на присмотренной МакНейром лужайке возвели деревянный помост и зачем-то столы поставили — как рекомендовал Долохов, буквой П. Что он этим хотел сказать, Малфой выяснять не стал, хотя бы уже потому, что Трэверс выглядел ровно так, будто не прочь поделиться с ним своей версией.

Куда сложней было раздобыть другие ингредиенты, начиная, разумеется, с молока. Нет, козье молоко проблем не представляло, если не считать того, что Роули хватило ума подогнать ему стадо коз и, с озабоченным видом выслушав его возмущенье, заметить, что Лорду может подойти только самое свежее молоко. И теперь козы вели позиционную войну с павлинами, но те стояли за родной парк так, как Дамблдор не стоял за права волшебных меньшинств.

А вот с единорожьим возникла заминка, но Драко не посрамил не только честь семьи, но так же и честь своего факультета. Здраво рассудив, что, отправившись доить этих тварей в компании Грегори и Винсента, он открыто признает, что различные слухи, упорно ходившие вокруг него, не имеют под собой ни малейшего практического основания, и его репутации в школе придёт конец, он подумал-подумал, и за звонкий галлеон и конспекты по зельеварению за несколько предыдущих лет нанял предприимчивую артель третьекурсников с Хаффлпаффа. Драко получил четыре ведра молока, а они весьма приличную сумму и, к тому же, ещё и зачёт за практику по предмету.

Но как и бывает с организацией любого жизненно важного мероприятия, беда пришла откуда не ждали. Вернее, откуда ждали, но все же надеялись, что пронесёт. Однако комиссия в лице Беллатрикс Лестрейндж обрушилась на их головы внезапно и абсолютно неумолимо. Нет, саму затею она восприняла на удивление адекватно, но её энтузиазм скорее пугал.

Долохов от неё скрывался, а Руквуд молча выводил на салфетках и прочих пригодных поверхностях какое-то заумное обоснование незнакомого Беллатрикс ритуала, взятое, как метко подметил Мальсибер, практически с потолка. Этот нетривиальный вывод следовал из того, как часто Руквуд с тоской смотрел в небо, когда Беллатрикс тыкала ногтем в какую-то формулу.

Она дотошно изучила помост, дубовые столы, накрытые расшитыми скатертями, даже расписные тарелочки, и только потом перешла к котлам — простая вода её категорически не устроила, и Люциус, махнув на расходы рукой, заказал кусок чистейшего гренландского ледника. А затем и с молоком возникли проблемы, так как Беллатрикс вызвалась лично провести накануне пробные испытания.

— Нет, с козами всё понятно, а единорожьего хватит ли ещё на один котёл? — с сомнением спросил Мальсибер, глядя, как заблудшая Роулева коза обгладывает побеги вишни, а Кребб с Гойлом под руководством МакНейра, пыхтя, водружают на помосте три медных чудища с логотипом «Старого Огдена» на боку.

— Да не беспокойся, — спокойно ответил Долохов. — От того, что в котле кто-то ещё поплавает, в теории, с молоком ничего не должно случиться. Я же рассказывал: предок мой туда несколько человек подряд окунал и…

— И мы отлично запомнили, чем этот заплыв закончился для второго, — Родольфус скептически покачал головой. — Но даже если не принимать во внимание таких мелочей, до завтрашнего утра оно явно скиснет. Всё же мы с Беллой женаты не первый год…

— Ну можно его тогда посолить или лягушку кинуть, тем более всё равно его кипятить, — Долохов задумчиво поглядел на Беллатрикс и спокойно махнул рукой: — МакНейр, поджигай!

МакНейр аккуратно запалил дрова под котлом, а Беллатрикс, заколов непослушную копну волос палочкой, потянула мантию с плеч — все как по команде отвернулись, а затем услышали шелест ткани и подозрительно громкий «бульк». Потом ещё один. И ещё.

После этого над лужайкой повисла звенящая тишина, прерванная внезапным… кваканьем.

Громким и каким-то удивлённым.

Они все развернулись — и уставились на сидящую на медном крае котла лягушку. Самую обыкновенную лягушку — разве что довольно крупную и абсолютно не свойственного местным широтам яркого психоделического окраса.

Она снова квакнула, и Родольфус севшим голосом произнёс:

— Что ты там в него хотел кинуть?

— Да она нырнула даже не в тот котёл! — потрясённо ответил Долохов. — Лучше спроси этих двух, что они туда вообще налили.

— Воду! — не менее ошеломлённо хором отозвались те. — Холодную!

— А набрали вы её где? — голос Родольфуса нехорошо окреп. — В какой луже? Люциус еще вчера запечатал ледник в подвале!

— С лужами такое бывает — это если копытце козье, — Долохов примирительно вступился за идиотов. — Коз у нас тут конечно Моргана-заступница не горюй, но ты где-то лягушку с копытами видел?

— Вы лучше спросите, где они котлы взяли, — возмущенно зашипел запыхавшийся Снейп, обвиняюще указуя пальцем на виновников инцидента, — и почему даже не вымыли! Я над этим зельем три дня корпел, думал до ритуала успею, прихожу — а у вас тут Беллатрикс ванны в нём принимает!

— Тихо! — рявкнул Родольфус. А затем, досчитав про себя до десяти, ткнул палочкой в Долохова. — Антонин, я тебя как человека прошу, войди в моё положение: у меня теперь жена — жаба, и Финита её не берёт! Она в принципе не подарок, но как бы её всё же обратно расколдовать, а?

— Целуй, — Торжественно и серьёзно покивал Долохов. — Нет, я серьёзно, — сказал он, из последних сил пытаясь не ржать. — Самый первейший метод, Эйвери, подтверди!

— Да, да, — Эйвери засмущался. — Мировая волшебная история утверждает, что искрений поцелуй способен отменить самые непредсказуемые магические эффекты. Например, я как-то встречал упоминание, что в пятнадцатом веке французская ведьма решила заколдовать одну из королевских семей…

— Я бы не рекомендовал, — перебил его Снейп. — Этот вид жаб выделяет особую слизь…

— А вот я даже очень рекомендую, — Трэверс мечтательно закатил глаза. — Хотя тут всё же лучше спинку лизнуть, — со знанием дела посоветовал он.

Родольфус подошел к котлу, осторожно снял с края лягушку, посадил её себе на ладонь и нежно погладил пальцем. Та как-то озадаченно квакнула. С помоста он спускался с задумчивым выражением на лице.

— Нам отвернуться? — тактично спросил Малфой.

— Да зачем? Нам ли с Беллой стесняться, да, любимая? — Родольфус, как-то нехорошо ухмыльнувшись, трансфигурировал в круглый террариум ближайшую рюмку на уже накрытом столе. А затем поместил туда кусок свежеснятого дёрна и опустил жену. — Люциус, Цисса не могла бы до вечера за ней присмотреть? И ей, и нам будет куда спокойней. Даже Лорду. Кстати, нам пора его навестить, — весело произнёс он. — Ну что, кто из нас пойдёт в авангарде?

* * *

То ли звёзды сошлись самым невероятным образом, то ли где-то там Гарри Поттер навернулся с метлы, и Лорд пребывал в особо хорошем расположении духа, но в назначенный час он, никого не стесняясь, скинул мантию, размялся, похрустел шеей и нырнул. А затем вылез молодым и красивым, сел верхом на Грейбека и ускакал, только его и видели…

— А... — растерянно разнеслось над лужайкой.

— Повелитель... — Гойл даже попытался неловко ухватить пустоту пальцами.

— Куда это он? — спросил потрясённый Крэбб.

— Ну, Долохов же говорил, что хорошо бы результат в баньке ещё закрепить, — неожиданно ехидно сказал Мальсибер, — а затем честным пирком да за свадебку...

— Не могу его не понять, — ухмыльнулся Родольфус — и все начали расходиться по домам. Рассчитывать на то, что Лорд вернётся в ближайшем будущем, было глупо: сначала он, как сказал Долохов, направо пойдёт, затем налево, а там, Мерлин даст, и осядет в каком-нибудь тридевятом царстве. А ему свою лягушонку из коробчонка пора было вынимать, и надеяться, что Белла после такого его сразу не заавадит, а может... может лучше для неё просто террариум завести побольше, и пусть дальше прыгает, комаров ловит.