Дитя речного берега (джен)

Сонет I: Первый меч

В черты мои — небес прикосновение —

Вложил всю жизнь и всю любовь кузнец.

Вся красота — не лесть, а украшенье,

И отблески багрянца как венец.

Я — первый меч, хранитель Цитадели,

Чей облик — вызов времени и дням.

Я путь ищу, иду упрямо к цели,

Не доверяя призрачным теням.

Покрой камзола — цвет и безупречность —

О том твердит воды немая гладь.

Но алый взгляд, что смотрит прямо в вечность,

Не может отражение принять.

И в этом зареве таится дрожь:

«Скажи, хозяин, так ли я хорош?»

Сонет II: Осколки Икедая

Я рвался в бой, в безумный вихрь атаки,

Хотел закрыть хозяина от бед.

Но рухнул мир, сгустились в небе знаки,

И сталь моя утратила свой свет.

Удар — и звон, как крик, над полем боя,

Клинок, что был рождён в огне и льду,

Не выдержал. Судьба лихая, споря,

Сломала сталь — и я впал в пустоту.

Теперь лишь тень, забытая в прихожей,

Хозяин же берёт другой клинок.

Мне больше не коснуться тёплой кожи,

Я — лишь предатель, сломанный кусок.

Теперь хозяин носит Ясусаду,

А я — лишь память, ставшая преградой.

Сонет III: Дитя речного берега

Я больше не гонюсь за блеском лака,

За тем, чтоб отражать чужой восторг.

Моя душа чиста, без тени брака,

И сталь, что приняла жестокий торг.

Я был разбит, рассыпан на кусочки,

Но склеен вновь не молотом — судьбой.

Теперь в чертах моих нет ложной точки,

Я стал собой, вернувшись в этот строй.

Вокруг мои: вот Изуминоками,

Что дерзостью пронзает пустоту,

И Ясусада верными словами

Хранит мою былую прямоту.

Хачиска, Нагасонэ, Хорикава —

Моя семья. Мне не нужна оправа.