Лучшее для Малфоев (джен)

Снейп Нарциссе никогда не нравился. Угрюмый, невоспитанный, зыркающий из-под длинных неопрятных волос — неприятный тип. Однако она никогда не указывала мужу, с кем общаться, и признавала полезность дружбы с зельеваром. Простые зелья они, конечно же, могли купить или даже сварить самостоятельно, благо в Малфой-мэноре была отлично оборудованная лаборатория, но вот составы посложнее… Качество покупных зелий оставляло желать лучшего, да и не все нужные лекарственные составы теперь вообще можно быть просто купить, спасибо очередным глупым запретам Министерства… А для своей семьи Нарцисса не желала покупать посредственные вещи.

Потому-то и шла сегодня с длинным списком в аптеку: для работы над нужными Малфоям зельями Снейпу требовались ингредиенты, которых не было в лаборатории.

Остановившись перед входом в аптеку, Нарцисса сделала глубокий вдох, набираясь решимости войти в пропитанное отвратительными запахами помещение, когда в неё кто-то врезался.

Ахнув, с трудом удержав равновесие, она обернулась, готовясь высказать всё, что думает о неосторожности толкнувшего её нахала, и застыла как громом поражённая.

Внутри всё сжалось в ярко пульсирующий комок, глаза впились в лицо подростка…

— Извините, — сквозь зубы буркнула одетая в маггловскую одежду чересчур вульгарно накрашенная девушка и продолжила путь, не удостоив Нарциссу повторного взгляда.

— Мам?

Машинально положив руку Драко на плечо, Нарцисса смотрела вслед незнакомке, не понимая, что с ней происходит. Странную девушку она точно не видела раньше, но чувство было противоположным — будто она встретила…

И тут девушка остановилась рядом с беседующими дальше по улице ведьмами, и Нарцисса всё поняла.

— Меда… — прошептала она, увлажнившимися глазами жадно всматриваясь в стоящую к ней боком сестру.

— Мам! — нетерпеливо дёрнул её за руку Драко, и Нарцисса вынужденно перевела взгляд на него. — Ты будто призрака увидела.

— Можно и так сказать, — грустно улыбнулась она и постаралась взять себя в руки. — Ну что, я в аптеку, ты — за мантиями?

— Да, хорошо, — легко согласился Драко и вприпрыжку побежал к магазину Малкин.

Нарцисса посмотрела туда, где секунду назад стояли Андромеда с дочерью, но проулок уже был пуст.

В аптеке Малпеппера Нарцисса действовала будто под Империусом. Не замечая вони, отдала список необходимого, подождала, пока заказ соберут, и так же заторможенно расплатилась. Сонм обрывочных мыслей распирал голову. Дочка Андромеды уже была совсем взрослой, наверное, уже сдала СОВ… На мать она не особо была похожа… И выглядела ужасно: маггловские тряпки, вызывающий макияж, дико смотрящийся на столь юном лице. А уж поведение, тон, которым она извинилась!..

Покинув аптеку, Нарцисса машинально двинулась к магазину Малкин, но не дошла несколько ярдов — снова застыла прямо посреди дороги.

Сердце сделало ещё один кульбит.

— Да что со мной? — едва слышно пробормотала она, с непониманием глядя на совершенно незнакомого мальчика и чувствуя то же самое, что несколькими минутами ранее при встрече с дочерью Андромеды.

Внутри ярко пульсировал комок непонятного чувства, заглушая реальность и заставляя едва дышать. Нарцисса совершенно не понимала, почему это происходит, и это рождало тревогу.

Драко степенно вышел из магазина следом за мальчиком, фыркнул в его сторону и зашагал, подражая отцу в умении держать спину, к Нарциссе.

— Представляешь, — утрачивая апломб, быстро заговорил он, — встретил сейчас мальчика, а он такой странный!

— И что же в нём странного? — глядя вслед мальчику в неновой одежде не по размеру и круглых очках, перетянутых какой-то синей лентой, слегка заторможенно уточнила она.

— Он тоже едет в Хогвартс, я решил познакомиться, завёл разговор о всякой ерунде, а он ничего не знает. Даже о квиддиче не знает! И на какой факультет хочет попасть, не смог ответить…

— Значит, он магглорождённый, — спокойно объяснила сыну Нарцисса, но сама таким объяснением не удовлетворилась. Почему она так отреагировала на встречу с этим мальчиком?

— Ужасно! — скривился Драко.

— Не нужно так говорить, — безэмоционально напомнила она. В последний раз посмотрев в ту сторону, где за поворотом скрылся незнакомый ребёнок, она забрала у Драко свёрток с уже уменьшенными мантиями и улыбнулась. — С покупками мы почти закончили, осталось самое важное, верно? — Драко тут же забыл про мальчика, подпрыгнул, всем телом поворачиваясь в ту сторону, где была лавка Олливандера, и Нарцисса невольно рассмеялась. — Идём, думаю, отец уже справился с покупкой твоих учебников и мы встретим его по дороге.

Уже дома, выслушав восторги сына от предстоящей учёбы в Хогвартсе и обсудив встреченных знакомых, Нарцисса снова погрузилась в размышления, из которых её ненавязчиво вытащил супруг:

— Цисси, что-то не так? Ты сегодня слишком молчалива. Ты кого-то встретила в Косом переулке, пока я покупал Драко книги?

— Прости, дорогой, я… — она запнулась, с сомнением посмотрев на мужа, но всё-таки решила рассказать о причине своей задумчивости. — Да, ты всё верно понял. Я… Я видела Андромеду в Косом переулке. С дочерью.

— Вот как. — Люциус ждал подробностей, но жена уже не смотрела на него, опустив взгляд на сцепленные в замок руки. — Так и что Андромеда?

— Не знаю, я не говорила с ней.

Люциус отлично помнил, как переживала невеста, когда случился скандал с побегом Андромеды, помнил гнев Блэков и знал, что за прошедшие годы Нарцисса не делала попыток к примирению, считая, что первый шаг должна сделать Меда. А ещё он знал свою жену и потому понимал, что гордость и умение стоять на своём, которые столь удачно демонстрировала Нарцисса, были не более чем ширмой, за складками которой пряталась хрупкая и ранимая женщина, девушка, в одночасье потерявшая близкого человека не из-за трагедии, а потому что та эгоистично решила начать новую жизнь, даже не подумав хотя бы попрощаться с младшей сестрёнкой.

— Как она выглядела? — зашёл с другой стороны Люциус.

Нарцисса взглянула на него с удивлением и пожала плечами:

— Да обычно… Старше… Не очень хорошо, по правде. Ох, дорогой, а вот её дочь — что за нелепое создание! Ты представляешь, Андромеда позволила девочке пойти в Косой переулок с каким-то диким макияжем!

Всем видом изображая сочувственный интерес, Люциус около десяти минут выслушивал эмоциональный рассказ, пока наконец тот не дошёл до сути. И вот тогда он заинтересовался искренне.

— Цисси, кем бы ни был отец твоей племянницы… — Они оба прекрасно понимали, что выбор слов не случаен. Не дочь Андромеды, не полукровка, а племянница Нарциссы Блэк. — Очевидно, что девочка сильная волшебница. И также очевидно, что у Блэков слишком долго нет наследника.

— Драко… — начала было Нарцисса, но Люциус поднял руку, останавливая.

— Драко — Малфой, и ты знаешь это. После смерти твоего отца Блэки фактически ушли со сцены, но когда умерла Вальбурга, а прошло уже немало лет, никто даже не пытается ничего предпринимать.

— Да что тут предпримешь? — раздражённо всплеснула руками Нарцисса. — Ты не хуже меня знаешь, что Блэков почти не осталось. После того, как Сириус попал в Азкабан, тётя искала среди родственников кого-нибудь достойного, да только… Не из кого выбирать наследника. Старики да серые листья на гобелене, вот и все Блэки.

— Как видишь, не все, — не уступил Люциус и настойчиво произнёс: — То, как ты отреагировала на девочку, лучше любых проверок говорит, что она может оказаться тем самым выходом, на который вы так долго надеялись.

— Люциус, — перебила Нарцисса и неуверенно посмотрела на него снизу вверх, — я не всё тебе рассказала.

— Вы всё же поговорили? — спокойно спросил он без грана осуждения.

— Нет-нет, речь не о Меде. — Брови Малфоя приподнялись в немом удивлении. — Мне кажется, я встретила ещё одного потенциального наследника Блэков…

Рассказ о мальчике, с которым в магазине Малкин беседовал Драко, и реакция Нарциссы на встречу с ним не заняли много времени. Однако по мере того, как Люциус узнавал новые детали, его лицо приобретало всё более задумчивое выражение.

— Дорогой? — она уже договорила и прошла пара минут, поэтому Нарцисса коснулась руки мужа. — О чём ты думаешь?

— Ни о чём конкретном, — покачал тот головой. — Если мальчик рос среди магглов, а иначе как он может не знать о квиддиче, то у меня нет ни одной версии его происхождения. Точнее, вполне очевидно, что он бастард Блэков, но вот чей?..

— Да любого! — фыркнула Нарцисса, закатив глаза. — Даже мой отец до последнего развлекался на полную катушку, что уж говорить о холостых мужчинах. Один только Сириус может оказаться отцом пары десятков «магглорождённых» учеников на пару лет старше и на пару лет младше Драко. Кузен обожал шокировать семью рассказами о своих похождениях у магглов…

Люциус благоразумно промолчал: такие темы с жёнами не обсуждаются.

— Мне кажется, тебе стоит навестить мать и посмотреть на гобелен. Незаконнорождённых детей у того же Сириуса действительно могло быть много, но твоя магия не среагировала бы на… простого ребёнка. Либо это ближайший родственник, либо очень сильный маг, который сможет возродить почти угасший род Блэков. В любом случае не стоит отмахиваться.

Нарцисса поморщилась, но возражать не стала.

Некоторое время они провели в тишине, каждый думая о своём, а затем тема возобновилась.

— Если этот мальчик жил вдали от магического мира, мне страшно представить, сколько усилий нужно будет приложить, чтобы избавить его от маггловских стереотипов.

— Не спеши с выводами, — покачал головой Люциус. — Драко у нас мальчик напористый, не исключено, что тот ребёнок просто-напросто не нашёлся со словами, пока наш сын засыпал его вопросами.

— Нужно было, как я и хотела, расширить круг общения Драко. Винсент и Грегори слишком уж… спокойные дети, нашему сыну с ними скучно…

Люциус вздохнул, но в тысячный раз возвращаться к давнему спору не пожелал.

— Вполне возможно, что мальчик живёт в Лютном и за школьными покупками забежал между делом.

— Ну да, между обчищением карманов зевак в Косом и продажей краденого в Лютном.

— Или между работой помощником какого-нибудь лавочника и обедом, — усмехнулся он, качая головой. — Тебе не кажется, что ты чересчур негативно настроена?

— Люциус, ты просто не видел, как был одет этот ребёнок! — всплеснула руками Нарцисса. — В таком виде не ходят за покупками к школе! В таком виде вообще неприлично из дома выходить!

— Ты слишком строга, дорогая. Мальчишка есть мальчишка. Да и потом, кто знает, каково финансовое положение его семьи?

Нарцисса хотела возразить, но махнула рукой.

— Знаешь, это бессмысленный спор. Мы понятия не имеем, что это за ребёнок. Ты верно заметил, что стоит взглянуть на гобелен. По крайней мере, станет понятно, кто он. Пожалуй, нет смысла откладывать.

Люциус напрягся: отношения с Друэллой Блэк у него были весьма непростыми. Впрочем, у Нарциссы с матерью уже много лет общение сводилось даже не к дежурным визитам на дни рождения, а ограничивалось обменом письмами пару раз в год.

На самом деле это было виной Андромеды…

Когда строптивица решила сбежать из дома ради отношений с грязнокровкой, в доме Блэков разразилась настоящая буря. Сигнус схватился за сердце, не в силах поверить, что его дочь могла выкинуть что-то подобное, а вот Друэлла на восклицания не разменивалась и решительно направилась к лестнице. Нарцисса знала, зачем, и посмела вмешаться. В итоге проклятие на Андромеду не наложили, зато все следующие годы, вплоть до самой свадьбы Нарциссы, мать подозревала младшую дочь во всех грехах. Она и с Малфоями едва не расторгла помолвку, опасаясь, что снова придётся краснеть за поведение ещё одной дочери. Абраксас истеричные выпады миссис Блэк пропускал мимо ушей, а вот Люциус не стерпел оскорблений в адрес невесты, к которой успел привязаться и в которую начал влюбляться… И стал персоной нон-грата в доме Друэллы.

После свадьбы Нарцисса с матерью почти не общалась. Не простив ни нанесённых обид, ни гадких слов в адрес сестёр, ни оскорблений в адрес мужа, ни, тем более, равнодушия к Драко. Но зачарованный гобелен находился в отчем доме, где теперь жила Друэлла.

— Я вернусь к ужину, — обречённо поднялась Нарцисса.

Люциус остановил её, взяв за руку, поднёс ладонь к губам и с чувством сказал:

— Удачи!

Поместье, где последние три века жили Блэки, постепенно угасало. Как и некогда многочисленное крепкое семейство. Кто-то предпочитал жить в Лондоне, другие — просто подальше от родственников; восточное крыло закрыли чарами Стазиса ещё до рождения Нарциссы, во времена её учёбы в Хогвартсе отец так же поступил и с западным крылом — не к чему было поддерживать порядок в десятках комнат, в которых некому было жить. А когда Меда сбежала, отец умер, а Белла и сама Нарцисса вышли замуж, Друэлла оставила жилыми всего несколько помещений — ей одной не были нужны ни гостевые спальни, ни бальный зал, ни музыкальная комната, ни всё остальное.

В каждый из редких визитов, как Нарцисса ни уговаривала себя не принимать ничего близко к сердцу, её настроение всегда падало. Она помнила, как они с сёстрами, кузенами и гостями носились по поместью, как играли в прятки; помнила приёмы, баллы, званые вечера… Конечно, теперь у неё был новый дом, она сама устраивала баллы и приёмы, но видеть запустение в доме детства всё равно было тяжело.

— Мисс Цисси! — восторженно, но тихо приветствовала старая эльфийка. — Мисс Цисси такая красивая!

— Спасибо, Дорри, — мягко кивнула она. — Где мама?

— В саду, мисс Цисси. Хозяйка летом почти всегда в саду.

Нарцисса кивнула и двинулась по знакомому маршруту.

Сад — это было ещё одно болезненное воспоминание. Маленькая Нарцисса обожала прятаться в растительном лабиринте, читать под тенью трёхвекового огромного дуба, плести венки из полевых цветов и часами выбирать в оранжерее цветы, которые должны украшать её комнату. Но когда она вернулась из Хогвартса после седьмого курса, мать поставила перед фактом: никому этот сад не нужен, а потому и заниматься им больше никто не будет. За прошедшие годы от былого великолепия ничего не осталось. Пара скромных клумб у самого дома, где и проводила время Друэлла, радовала глаз, остальная же территория поместья была заброшена, зарастая сорной травой.

Миссис Блэк сидела в викторианском кресле с широкими подлокотниками, что-то читая. С абсолютно прямой спиной, высокой причёской, в платье из последней коллекции «Твилфитт и Таттинг» — тёмном, разумеется, ведь вдове не полагалось носить иное.

— Мама.

Друэлла царственно повернулась, будто в визите младшей дочери не было ничего необычного.

— Нарцисса, — констатировала она. — Чаю?

«Ты должна быть леди всегда» — эти слова Нарцисса слышала чаще, чем пожелания доброго утра. Сколько себя помнила, она никогда при матери не могла быть собой. Смех, радость, грусть — Друэлла как дементор уничтожала все яркие эмоции, заставляя притворяться «леди» — рыбой мороженой!

— Благодарю, — прохладно, как и предписывалось, отозвалась она, присаживаясь на кушетку.

— Чудесная погода, не правда ли?

Не закатить глаза было непросто, но намертво вбитые рефлексы сработали без участия сознания, и Нарцисса с положенной прохладой поддержала разговор. Наконец, когда погода и качество чая были обсуждены, Друэлла снизошла до вопроса:

— Что привело тебя ко мне?

Пожалев, что не продумала разговор заранее, Нарцисса вдруг решила отступить от навязанной роли. Она давно не ребёнок и не обязана удовлетворять материнские прихоти!

— Сегодня я встретила двух детей…

Упоминание Андромеды вынудило Друэллу нахмуриться, но Нарцисса не дала себя перебить и быстро перешла от пересказа ощущений при встрече с племянницей на второй эпизод.

— …И мы подумали, что стоит взглянуть на гобелен, — закончила она, вопросительно глядя на мать.

— И что вам это даст?

Реплика упала камнем.

— В каком смысле — что даст?

— Допустим, этот мальчик — полукровка Блэк. Что дальше?

— Как это — что дальше? — опешила Нарцисса и тут же получила:

— Сколько раз я говорила тебе: ты выглядишь как дурочка, когда повторяешь вопросы!

— Ты могла бы задать развёрнутый вопрос, чтобы я вообще поняла, что ты спрашиваешь! — огрызнулась Нарцисса. — Я не знаю, что дальше, потому что не знаю, кто этот мальчик.

— Думаешь, это ребёнок кого-то из твоих кузенов? — проигнорировав вспышку, равнодушно уточнила Друэлла.

— Сириуса, — быстро ответила Нарцисса, не желая что-то доказывать и спорить, а потому ухватившаяся за возможность просто продолжить обсуждение. — Регулус был слишком молод…

Друэлла рассмеялась грудным смехом и покачала головой.

— Ты же взрослая женщина, Цисси, а глупа, как в раннем детстве. И в пятнадцать отцами становятся. Как раз в пятнадцать по глупости это даже вероятнее, чем в двадцать.

Нарцисса покраснела и разозлилась сама на себя.

— Ты пойдёшь? — вставая, чуть резче, чем стоило, обратилась она к матери.

Друэлла одарила её недовольным взглядом, степенно поднялась, расправила платье и первой зашагала в дом.

Изучение гобелена было неотъемлемой частью детства любого Блэка. В городских домах тоже были гобелены, но обычные, а вот в поместье — зачарованный, живой артефакт, отражающий всех живущих и почивших Блэков.

Глаза Нарциссы увлажнились, стоило ей увидеть посеревший гобелен. Живые — яркие зелёные листья — стали редкостью, их теперь набралось едва ли десяток, зато мёртвых — серых — листьев на семейном древе было в избытке.

— Гарри Поттер?! — изумилась Нарцисса через минуту.

Зелёных листьев вправду было мало, потому найти среди них неуместный лист оказалось делом быстрым.

— Что?! — резко обернулась Друэлла, утрачивая равнодушие. — Как это возмо…

Не договорив, она скривилась в неподдельном отвращении, и Нарцисса подошла ближе, чтобы рассмотреть, от какой ветви отходит лист с именем мальчика. И ахнула.

— Мама?! — вскричала она, стремительно оборачиваясь и впиваясь взглядом в мать, не в силах поверить увиденному.

Однако Друэлла не только не спешила объясняться, но сама выглядела потрясённой.

— Мама, что это значит?!

— Очевидно, — справившись с чувствами, ледяным тоном отозвалась та, — что твой отец-кобель зачаровал гобелен, чтобы я раньше времени не узнала, что у него есть дети на стороне.

Изменившись в лице, Друэлла плюнула на лист с именем мужа и, печатая шаг, двинулась прочь.

Нарцисса же как заворожённая смотрела на линию, идущую от испачканного листа Сигнуса к серому листу с именем Лили, от которого, в свою очередь, отходил молодой побег к известному каждому жителю магической Британии имени.

— Но как?! — прошептала она, едва не плача.

Ответить ей было некому.

До глубины души шокированная полученной информацией, Нарцисса даже не простилась с матерью. Словно под Империусом дошла до камина и переместилась в Малфой-мэнор без единой связной мысли в голове. И лишь перед лестницей на второй этаж шквал восклицаний стал не таким оглушающим и она осознала, где находится. Нарцисса сама не знала, в чём сейчас нуждается больше; хотелось то ли кричать во всё горло и бросаться проклятиями, то ли спрятаться от всего мира за закрытыми дверями спальни и тихо оплакивать навеки загубленное хорошее отношение к отцу. К чему она была точно не готова, так это к тому, что муж встретит её.

Услышавший сработавший камин и двинувшийся навстречу жене, Люциус даже с шага сбился, стоило ему только увидеть выражение лица Нарциссы.

— Что произошло? — сразу же спросил он. — Дорогая? Друэлла жива?

Нарцисса запнулась, изумлённо воззрилась на мужа, а затем расхохоталась. Громко, надрывно, истерически… и заплакала.

— Мерлин ради, Цисси, не молчи! — непритворно заволновался Люциус, привыкнув, что жена редко демонстрирует эмоции, а уж слёзы и вовсе были наиредчайшей формой проявления чувств.

— Всё в порядке, — сквозь рыдания протянула она и спрятала лицо на груди мужа.

Не успокоенный Люциус прижал её к себе и попытался проявить терпение. Не было ничего нормального в том, что Нарцисса рыдала, однако… Они давно были женаты, и он знал, что она сильная и уравновешенная женщина, не бросающаяся словами понапрасну. Нарцисса сказала, что всё в порядке, значит, что бы ни выбило её из колеи настолько, это не представляло угрозы их жизни и благополучию. Нужно было лишь запастись терпением и подождать, когда шок пройдёт.

Шепча банальности, Люциус довёл жену до дивана и сел вместе с ней, прижимая к себе. Поглаживал плечи и ждал…

Истерика вскоре стихла, едва заметным взмахом палочки Нарцисса привела себя в порядок и подняла голову, прямо встречая заинтересованный взгляд.

— Прости, пожалуйста.

— Ну что ты, Цисси! — отмёл извинения Люциус. — Ты готова рассказать, что произошло?

— Я точно не знаю. Да и это что-то произошло тридцать лет назад…

— В каком смысле… — начал Малфой и осёкся. — Подожди…

— Всё верно, — кивнула она, — я нашла на гобелене мальчика, что в этом году поступает в Хогвартс.

— И кто его родители? — начиная догадываться, что был прав в предположениях, осторожно спросил Люциус. — Не Сириус?

— Могу сказать, кем был его дед и кто его тётя.

— И кто же?

Нарцисса досадливо покачала головой и призналась.

— Я. Мой отец… у него была ещё минимум одна дочь, помимо нас с Беллой и Медой.

Люциус выдержал паузу и развёл руками:

— Мне жаль, что ты узнала об этом таким образом, но я не удивлён.

— Что у отца были интрижки, ни для кого не секрет, — всплеснула руками Нарцисса. — Но, Люциус, мы все провели за изучением гобелена недели, если не месяцы, и никаких неучтённых детей на гобелене не отображалось!

— Милая…

Тон мужа о многом сказала Нарциссе, и она сузила глаза.

— Ты расскажешь мне об этих чарах позже, — ледяным тоном предупредила она и вернулась к теме, — а пока нам стоит обсудить более насущную проблему. Дочь моего отца звали Лили. А внука моего отца, моего племянника, зовут… Гарри Поттер.

— Гарри Поттер?! — вскричал потрясённый Люциус, ожидавший услышать что угодно, но только не это имя.

Нарцисса просто кивнула, и гостиная погрузилась в тишину.

Мысли Малфоя лихорадочно метались из одной крайности в другую.

Историю Гарри Поттера, мальчика-который-выжил, победителя Тёмного Лорда знали все. Но никто ничего не знал о самом мальчике. Вскоре после исчезновения Лорда, когда стихло ликование, о мальчике просто забыли. Порой появлялись слухи, что кто-то где-то видел Гарри Поттера, но по большей части это были выдумки. В какой-то момент Малфой подумывал о том, чтобы разыскать ребёнка и… Дальше мысли буксовали и не выстраивались в план, и в конце концов Люциус отбросил идею. Вредить ребёнку, ровеснику его собственного сына, он однозначно не собирался, а без готовности преступить черту убедить в этом Дамблдора ему бы не удалось, а потому не было смысла тратить время на поиски.

И всё же от Снейпа поступала кое-какая информация. О том, что мальчишка живёт с маггловскими родственниками со стороны его матери-грязнокровки, например.

То есть Драко не ошибся, мальчик рос вне магического мира и действительно ничего не знал ни о Хогвартсе, ни о квиддиче, ни о своей истории?

Нарцисса тоже не могла ошибиться в оценке внешнего вида ребёнка, а это означало, что Поттер не из Лютного переулка забежал за покупками, а разгуливал и по маггловскому, и по магическому мирам в одежде будто с чужого плеча.

Что там Дамблдор внушал всем? Что мальчишка в полной безопасности и живёт в любящей семье?..

— Дорогой, что ты задумал? Мне не нравится выражение твоего лица.

Люциус вынырнул из размышлений и хищно улыбнулся.

— Если помнишь, я всегда был готов поддержать Блэков. — Нарцисса настороженно нахмурилась. — Наши отцы потратили немало времени на составление нашего с тобой брачного контракта и текста брачных клятв, однако моя готовность оказать поддержку основана не на этом, а на отношении к тебе.

— Люциус, я тоже тебя люблю, — усмехнулась та и покачала головой, — но когда у тебя такое выражение лица, это означает не поддержку, а пакость по меньшей мере!

— Одно другому не помеха, — открыто улыбнулся он и наконец объяснил: — Давай на миг забудем, что встреченный тобой сегодня мальчик — тот-самый-мальчик. Я сразу сказал, что необходимо найти его, и, в том случае, если он сильный волшебник и сможет стать достойным наследником Блэков, помочь ему в этом.

— Так и есть.

— То, что это Поттер, ситуацию усложняет, но не меняет. Цисси, он Блэк. Он твой племянник. Он кузен нашего Драко. Мы должны ему помочь.

— Та-а-ак… — начиная понимать, чем может грозить эта помощь, медленно протянула Нарцисса.

— А если таким образом мы нарушим планы Дамблдора… — заговорщически улыбнулся Люциус, не заканчивая фразу, и Нарцисса тут же её подхватила:

— То ты с утроенной охотой займёшься этим вопросом.

— Верно.

— Так что ты задумал? — помолчав, обдумывая идею, прагматично спросила Нарцисса.

— До начала занятий ещё целый месяц. Никто ведь не знает, где Поттер, не так ли? Северус говорил, что мальчишка живёт с магглами. Возможно, это устаревшая информация и он уже у Дамблдора, но, может, и нет. Я предлагаю для начала найти его.

— Но как? Ты же сам сказал… — она запнулась и протянула: — Ну конечно! Поиск по крови!

— Я всегда говорил, что мне повезло жениться на умной ведьме.

Нарцисса улыбнулась.

— Теперь, когда мы знаем, что он Блэк, это действительно просто сделать. Но что потом?

— По обстоятельствам, — невозмутимо покачал головой Люциус. — Сначала узнаем, где он…

Резко поднявшись, она потянула мужа за руку:

— Не к чему откладывать!

Поисковое заклинание было элементарным, его знал любой чистокровный волшебник, но при этом оно было запрещено Министерством магии — как и вся магия крови в любом её проявлении.

Конечно же, мистера и миссис Малфой подобное ограничение не могло остановить, и спустя десять минут они уже смотрели на карту Британии, точнее на графство Суррей, на небольшой городок под названием Литтл Уингинг.

— Магглы, — констатировал Люциус и поморщился.

Нарцисса вздохнула. Она предпочла бы Лютный переулок и воришку, чем маггловоспитанного племянника.

— Мы узнали, где он, что дальше?

По дороге обратно в гостиную Люциус размышлял, но когда по приказу Нарциссы эльф подал чай, встрепенулся.

— У меня есть несколько вариантов развития событий. — Нарцисса поощрительно кивнула. — Мы можем заявиться на порог и просто представиться. Это сопряжено с потенциальными сложностями, если мальчик действительно живёт с маггловскими родственниками, как говорил Северус. Или с проблемами, если в маггловском пригороде живут маги, которым известно о нашем прошлом. Другой же вариант… Не то чтобы он мне нравился, но второй вариант видится более простым. Драко.

Нарцисса нахмурилась ещё в середине тирады и последнюю часть чуть не пропустила мимо ушей.

— Дорогой, если мальчик знает о твоей связи с Лордом…

Теперь и Люциус нахмурился.

— Получается, Лорд убил твою сестру.

— Получается, — спокойно кивнула Нарцисса. Помолчав немного, будто пробуя на вкус эти страшные слова, она вздохнула. — Не сестру — бастарда моего отца.

— Хорошо! — с облегчением улыбнулся Люциус и посерьёзнел. — Но для Гарри Поттера разницы не будет. Для нас его мать была просто грязнокровкой, сейчас, зная правду, что девчонка была полукровкой да ещё и бастардом Сигнуса Блэка, наше отношение претерпит изменение, но вот для него — нет. Как ни крути, она была его матерью. Не знаю даже, как можно замять этот факт…

— Никак, — невозмутимо сказала Нарцисса и холодно улыбнулась. — Но преподнести можно по-разному. Мне даже лгать не придётся, если об этом речь зайдёт, ведь я была в совершенном ужасе, когда узнала, что Лорд действительно напал на маленького ребёнка.

Люциус поморщился, вспоминая осень восемьдесят первого года. Они все были в ужасе от осознания поступка Лорда. Одно дело — запугивать общественность или даже откровенно издеваться над взрослыми магами или магглами, но напасть на полуторогодовалого ребёнка?! Нет, это решение Пожирателей смерти искренне шокировало и возмутило. Одна лишь Беллатриса пыталась найти Лорду оправдание, но и она не верила, что Дамблдор не исказил факты и всё действительно было так, как представили в прессе.

— Цисси, это мы можем так рассуждать. Мол, Лорд убил грязнокровку, а не дочь Сигнуса Блэка. Можно вспомнить и Андромеду, которая не осталась вдовой исключительно потому, что она ваша с Беллой сестра и её мужа демонстративно не замечали. Если бы мы знали, что эта девчонка, жена Поттера, наполовину Блэк…

— Я знаю, но одиннадцатилетнему ребёнку подобные вещи будет непросто объяснить. Да и мне кажется, не нужно ему это сейчас объяснять. Мы обсуждали, как встретиться с ним.

— Да, не будем забегать вперёд… Цисси, а давай прямо сейчас аппарируем в этот Литтл Уингинг?

Нарцисса замерла на пару мгновений, затем посмотрела на стоящие на комоде старинные часы и медленно кивнула.

— День был долгим, но время ещё вполне приличное для визитов. Но, дорогой, если это магглы… Я никогда не общалась с магглами.

— Мы просто разведаем обстановку, — азартно вскочил на ноги Люциус, протягивая жене руку.

Нарцисса по-девчоночьи улыбнулась и решительно вложила пальцы в его ладонь.

Маггловский пригород произвёл на Нарциссу двойственное впечатление. С одной стороны, ей нравилось увиденное: ровные белые заборчики вокруг аккуратных цветочных клумб, покрытые насыщенно-красной черепицей светлые однотипные двухэтажные дома с чистыми окнами, ровная дорога, по которой можно было шагать без опасений подвернуть ногу или вляпаться в какую-нибудь дрянь. С другой же…Звуки и запахи казались чуждыми и неприятными, всё вокруг казалось каким-то искусственным.

Люциус переместился точно посреди дороги, и хотя ещё даже не началось смеркаться, вокруг не было ни души. Малфои переглянулись и одновременно заскользили взглядами по домам вокруг, пытаясь сориентироваться и понять, куда им идти.

— Должен признать, — тихо заметил Люциус, — после твоих слов о внешнем виде мальчика я ожидал увидеть иную картину.

Нарцисса пожала плечами. Всё вокруг выглядело… прилично. Именно это слово первым приходило на ум. Привыкшей к жизни в поместье сначала Блэков, а потом и Малфоев Нарциссе не могли понравится маленькие домики или палисадники, размером меньше любой из десятков клумб, разбитых вокруг дома, да и самые обычные цветы не шли ни в какое сравнение с разнообразием оранжереи, и всё же она не собиралась принижать магглов субъективной оценкой. Литтл Уингинг выглядел прилично, было вполне очевидно, что здесь живут обеспеченные люди… А потому ещё непонятнее становилось, почему Гарри Поттер отправился за покупками к школе в столь неуместном виде.

Точка на карте между тем сдвинулась с места, заставив Люциуса развернуться и уставиться на дорогу.

— Цисси… — позвал он, и голос прозвучал странно неуверенно.

Нарцисса тоже обернулась.

На дорогу вышел мальчик. В той же клетчатой рубашке на несколько размеров больше, в которой ходил в Косой переулок. Мальчик был в очках, явно знававших лучшие времена. Простая оправа была погнута, одна дужка была чем-то приклеена. Лохматый мальчик смотрел себе под ноги, шаркал и ни на что не обращал внимания. По мере приближения Малфои замечали всё больше деталей, заставляющих увериться в лживости заявлений Дамблдора о благополучной жизни Гарри Поттера, и когда тот наконец поравнялся с так и стоящими посреди дороги Люциусом и Нарциссой, та не удержалась:

— Гарри!

Поттер вздрогнул и отшатнулся, но секунду спустя заметил мантии и осознал, что перед ними не магглы, а маги.

— Э-э-э… — изрёк он, непонимающе, но без страха смотря на них.

— Гарри, ты наверняка не помнишь, но мы с тобой сегодня уже встречались в Косом переулке, — быстро произнесла Нарцисса и беспомощно оглянулась на мужа, не зная, что говорить.

— А, точно. — Поттер открыто улыбнулся. — Я видел вас, когда выходил из магазина мантий. Мне ещё показалось… — он замолчал резко, будто в него Силенцио угодило, и опустил голову, пряча взгляд за слишком длинной чёлкой.

— Что тебе показалось? — подал голос Люциус, непроизвольно делая шаг вперёд.

— Тебе не показалось! — быстро отпихнув мужа локтем, Нарцисса бесстрашно подошла ближе и наклонилась. — Гарри, я почувствовала то же самое! Именно поэтому мы здесь!..

— Что — это? — удивился Поттер, глядя Нарциссе в глаза доверчиво и с любопытством.

И, даже не оглянувшись на мужа, она торжественно сообщила:

— Мы с тобой родственники, Гарри!

Поттер ахнул, обернулся, видимо, чтобы посмотреть на свой дом, и нахмурился.

— И вы это поняли, просто увидев меня?

— Магия, Гарри, — вмешался Малфой, — лучше глаз видит, когда встречает своего человека. До сегодняшнего дня мы и подумать не могли, что ты наш родственник…

— Как это? — всё ещё хмурясь, но от непонимания, а не вследствие недоверия, переспросил Поттер. — Как можно не знать, что кто-то твой родственник?

— Что ты знаешь о своих родителях, Гарри? — осторожно уточнил Люциус.

— Хагрид рассказал мне, что они сражались с Тем-Кого-Нельзя-Называть и погибли. А тётя Петунья говорила, что они были пьяницами и разбились в аварии.

У Люциуса и Нарциссы одинаково вытянулись лица.

— Немыслимо! — только и смогла произнести Нарцисса.

— Я имел в виду не это, — перехватил инициативу Малфой и нарочито посмотрел по сторонам. — Мы могли бы рассказать тебе о твоей семье. И о себе. — Поттер доверчиво шагнул вперёд, когда голос Малфоя стал тише. — Но разговаривать посреди дороги… Быть может, ты согласишься побеседовать в более подходящем месте? Что скажешь, если мы выпьем чая?

Поттер кивнул, но сразу смешался и, бросив взгляд на один из домов неподалёку, чуть пожал плечами:

— Тётя Петунья будет ругаться, если я задержусь.

— Ты не задержим тебя надолго, — пообещала Нарцисса, осторожно касаясь его плеча. — Конечно, нам бы хотелось познакомиться с тобой, узнать о тебе побольше, но вовсе не обязательно делать это прямо сейчас. Теперь, когда мы знаем, что родственники, мы можем хоть каждый день встречаться или обмениваться письмами.

Глаза Поттера вспыхнули.

Малфои переглянулись, и Нарцисса уже уверенно сжала плечо Поттера, рассказывая о том, как именно они смогут выпить по чашечке чая в Малфой-мэноре: о способах магического перемещения мальчик ничего не знал, а аппарация была не самым приятным способом попасть в нужное место, так что начинать знакомство нужно было аккуратно.

Люциус смотрел на мальчика и чувствовал, как в душе поднимается злость. Метка на левом предплечье определяла его отношение к политическим вопросам, потому десять лет назад, после исчезновения Лорда, он проклинал чёртова Поттера… Но это было абстрактное чувство, направленное, конечно же, не на ребёнка, а на Дамблдора. Никто ведь так и не узнал, что на самом деле произошло в роковой для чистокровных волшебников Хэллоуин, они все были вынуждены просто поверить на слово Дамблдору. Именно старик определял, что «правда», кто враг и какая судьба ждёт Мальчика-Который-Выжил.

И вот десяток лет спустя перед Люциусом предстал этот мальчик, и увиденное, мягко говоря, удивляло.

Как и любой ребёнок, Поттер был любопытным, но Люциус сравнивал его с Драко, и не мог не удивляться. Поттер доверчиво готов был отправиться неизвестно куда с людьми, которых видит в первый раз в жизни, просто потому, что Нарцисса сказала, что они родственники. Он даже имена их не удосужился спросить! И не планировал предупреждать своих родственников…

Но хуже всего было то, что юный Поттер совершенно ничего не знал о магическом мире и магии, он буквально сегодня вообще узнал о том, что сам является волшебником!

И Малфой злился. На Поттеров, полезших в войну вместо того, чтобы позаботиться о сыне. На Сигнуса, скрывавшего интрижку и потому зачаровавшего гобелен, из-за чего его дочь прожила всю недолгую жизнь как грязнокровка и так глупо умерла, что стало причиной жизни вдали от мира магии её сына. На Дамблдора, обрекшего малыша Поттера на такую жизнь. Гарри Поттер должен был стать идеологическим врагом Малфоя, но по необъяснимой причине Люциусу хотелось уничтожить всех тех, кто усложнил жизнь этого ребёнка.

— Если ты готов, Гарри… — Поттер смело кивнул и шагнул ближе к Нарциссе. — Тогда сделай глубокий вдох.

Мальчик с шумом набрал в лёгкие воздух, отчего его щёки забавно надулись, и Малфои аппарировали.

После аппарации Гарри позеленел, и Нарцисса стала успокаивать его, убеждая, что неприятные ощущения сейчас пройдут, а когда он привыкнет так перемещаться, и вовсе исчезнут.

— Это же тот мальчик из магазина мантий! — воскликнул Драко.

О сыне Малфои умудрились не подумать — информация о родстве с Поттером выбила их из колеи, да и, отправляясь в Литтл Уингинг, встретить мальчика натуральным образом посреди дороги они точно не рассчитывали.

— Всё верно, — быстро сориентировался Люциус. — Сын, познакомься с Гарри. Гарри, это наш сын Драко, вы уже встречались сегодня, неправда ли?

Немного пришедший в себя Поттер напрягся, но кивнул.

— А почему он здесь? — ничуть не смущающийся Драко важно кивнул гостю и обратил взгляд на отца.

— Когда вы с ним встретились, — вместо ответа спросила Нарцисса, — тебя ничто не удивило?

Драко посмотрел на мальчика и пожал плечами.

— Его одежда…

— Нет, милый, я имею в виду не это.

Драко насупился, ему не понравилось, что мама при чужом мальчике задаёт вопросы, на которые он не знал ответа. Однако серьёзность родителей заставила его задуматься, и через секунду он кивнул:

— Мне показалось, что мы должны подружиться. Я не знаю, почему я так подумал, ведь он… — Драко наконец посмотрел прямо на Поттера и обезоруживающе улыбнулся: — Извини, но ты не выглядишь как тот, с чем мне стоит дружить.

Гарри покраснел, однако не осмелился возразить.

— С твоей стороны не очень-то красиво говорить такое, Драко, — мягко, но значимо произнёс Люциус и, не давая сыну возможности оправдаться, сменил тему. — Мы пригласили Гарри на чай, поэтому давайте-ка пройдём в столовую.

Реакция Поттера на интерьер заставила Малфоев переглянуться. Мальчик начал понимать, что попал в иной мир, однако не в мир волшебников — в мир богачей. И Люциус не позволил этому впечатлению закрепиться.

— Ты живёшь в мире магглов, Гарри, а у магглов очень дорогая земля, потому не удивляйся, что дом твоих родственников намного меньше. Кстати, расскажи нам о них. Ты упомянул тётю… Петунью, кажется?

Приободрённый Поттер кивнул, но с ответом замялся. Говорить о Дурслях ему не хотелось.

— Ты знаешь своего дедушку, Гарри? — спросила Нарцисса.

— Он погиб вместе с бабушкой в автомобильной аварии очень давно.

— Как и твои родители? — усмехнулся Люциус и покачал головой. — Твой дед был волшебником, Гарри. Его звали Сигнус Блэк…

— Значит, мы кузены?! — вскричал Драко, перебивая, и тут же повернулся к матери. — Так вот почему ты так странно себя вела! Ты сразу поняла, что этот мальчик мой кузен! Но почему ты не…

— Тише, Драко, — с улыбкой подняла руку Нарцисса и покачала головой. — Конечно же, я не сразу это поняла. Я не знала, что у меня есть племянник, поэтому очень удивилась и растерялась…

— Вы не знали, что у вас была сестра? — не понял Поттер и нахмурился. — Две сестры?

Нарцисса замолчала и задумчиво покачала головой.

— У меня есть сёстры, Гарри. Но о твоей маме я ничего не знала. Да, ты верно понял. Твоя тётя мне не сестра. Только твоя мама. А твоя тётя -с ней мы не родственники.

Она подняла на мужа взгляд, прося помощи. Как рассказать одиннадцатилетним детям о похождениях их деда, она не представляла. Впрочем, мальчики и сами догадались.

— Бастард Блэков, — с умным видом заявил Драко и с сочувствием посмотрел на гостя. — Вот почему мы ничего о тебе не знали… Но теперь мы сможем узнать друг друга, мы же вместе будем учиться!

— Не так быстро, сын, — охладил энтузиазм Люциус и, тщательно подбирая слова, заговорил о важном. — Видишь ли, Гарри, в магическом мире не так давно была война, и твои родители…

— Да, я знаю. Моих родителей убил Тот-Кого-Нельзя-Называть. Хагрид мне рассказывал.

— Хагрид?! — хором воскликнули все трое Малфоев.

— Да. Сначала нам приходило очень много писем, и дядя Вернон решил уехать и увезти меня, чтобы соседи не удивлялись совам. Но Хагрид всё равно нас нашёл. Он пришёл к Дурслям и сказал им, что я волшебник. Я сначала подумал, что это какая-то шутка, но Дурсли… Это мои тётя и дяди… В общем, тётя подтвердила, что это правда, и что моя мама тоже была волшебницей. Они сначала не хотели меня отпускать, но Хагрид наколдовал Дадли поросячий хвост — Дадли мой кузен. И тогда тётя с дядей больше не возражали. А потом мы поехали на поезде в Лондон, в Косой переулок…

— Но Хагрид же лесник… — непонимающе протянула Нарцисса.

— Он хороший! — мгновенно кинулся на защиту первого знакомого волшебника Поттер, и Нарцисса сменила тон:

— Но он не профессор, Гарри. Тебя должен был сопровождать за покупками кто-то из учителей Хогвартса. Обычно этим занимается заместитель директора профессор МакГонагалл… Впрочем, неважно. Твои родители действительно погибли, но никто точно не знает, как это произошло. Известно лишь, что ты выжил…

— Постойте! — едва не подпрыгнул до этого внимательно слушавший разговор Драко. — Гарри?! Выжил? Ты Гарри Поттер?!

Поттер покраснел и беспомощно обернулся на Нарциссу.

— Драко, что за поведение, — укоризненно протянула она. — Да, это Гарри Поттер. Но здесь он не как Мальчик-Который-Выжил, а как мой племянник и твой кузен. Тебе понятна разница?

Драко кивнул, хотя задумчивость на его лице опровергала понимание.

— Твой дед держал втайне ещё одну дочь, — вернулся к важному Люциус. — Поэтому никто не знал, что она не магглорождённая.

— Хагрид говорил, что некоторые считают магглорождённых волшебников… ну… ненастоящими волшебниками.

Скрыв досаду, Люциус улыбнулся.

— На самом деле всё немного иначе. Вот ты, Гарри, сможешь наколдовать чай?

Поттер выпучил глаза и помотал головой, с опаской глядя на чай.

— А почему?

— Но… Я не знаю, как это сделать.

— Верно. А не знаешь ты потому, что жил среди магглов. Магглорождённые ничего не знают о нашем мире, поэтому они и… Скажем так: если ты чего-то не знаешь и что-то не умеешь, сами по себе эти знание и умение не возникнут. Магглорождённые не плохие, но они всегда уступают чистокровным магам.

— Значит, я тоже буду уступать? — Гарри с искренним интересом следил за ходом беседы, веря на слово, но не всё понимая.

— Смотря кому. Знаешь, твои родители совершили фатальную ошибку. Этот спор между чистокровными и магглорождёнными, он не имеет смысла, но ему не дают затихнуть те, кто наживается на вражде. Магглорождённые могут меньше, это факт. Но этот факт не делает их хуже, его всего лишь нужно учитывать. Если я захочу превратить этот стол в дворец, я не стану просить об этом Драко, ведь он ребёнок и не знает таких заклинаний, не умеет совершать столь сложные превращения. Так же и с магглорождёнными. Может быть, со временем они выучат нужные заклинания и будут знать не меньше, или даже больше, чем мы, ведь знания можно получить прилежной учёбой. Но хватит ли у них сил? Магическая сила имеет свойство накапливаться и передаётся детям, а потом растёт вместе с волшебником, и если ты не живёшь в мире магии, тебе негде её развивать. Так вот твои родители верили, что твоя мама магглорождённая, и использовали её умения в качестве аргумента, доказывающего, что магглорождённые маги тоже могут быть сильными…

— Но мама не была магглорождённой, — наконец понял, к чему ведётся, Гарри и нахмурился. — Так я буду хуже других?

— Конечно нет, — мягко коснулась его плеча Нарцисса. — Ты не магглорождённый, не забывай об этом. Твоя мама не была магглой, понимаешь? Твои дедушка и бабушка со стороны отца и дедушка со стороны матери были сильными магами из старинных чистокровных семей. Поэтому твоя мама была полукровкой. Её считали сильной волшебницей, потому что думали, что она магглорождённая. Но теперь всё встало на свои места. Твои родители волшебники, Гарри, и в тебе всего лишь четверть маггловской крови. Твои опекуны — магглы, верно? При этом твоя тётя — она ведь сестра твоей мамы?

— Да, но… Получается, она не родная сестра? Может, она меня ненавидит поэтому?

Малфои — все трое — ахнули.

Несмотря на то, что вопросов у всех было очень много, Люциус решительно остановил разговор напоминанием, что Гарри ждут дома. Поттер тотчас же замкнулся, и Нарцисса удивила сама себя, предложив проводить Гарри домой. И по тому, с каким облегчением тот кивнул, поняла: слова про ненависть вовсе не были преувеличением.

После того, как Драко ультимативно вытребовал у Поттера обещание навестить их снова в ближайшее время, Нарцисса с Гарри аппарировали в Литтл Уингинг.

— Знаешь, — доверительно понизила голос она и потрепала Поттера по волосам, — я немного завидовала тем знакомым, у кого были племянники и племянницы. Драко тоже, насколько я знаю, мечтал иметь кузена. Поэтому не сомневайся, что приглашение моего сына настоящее.

— Я не…

— Гарри, я же видела, как ты кивнул. Как будто счёл его слова данью вежливости. Но мы с тобой семья. Конечно, нам всем к этому только предстоит привыкнуть, но…

— Значит, вы правда приглашаете меня?

— Правда! Как ты смотришь на то, чтобы провести у нас уик-энд?

— Я с радостью!.. — начал было Поттер и запнулся, словно из него, как из воздушного шарика, выпустили всю радость. — Но тётя Петунья не отпустит.

— Позволь мне самой поговорить с твоей тётей.

Гарри тут же повеселел, и Нарцисса незаметно вздохнула.

Этот мальчик заставлял её удивляться. То, что детство Поттера не было счастливым, для неё, матери счастливого избалованного сына, было совершенно очевидно. И что выросший с магглами Поттер мыслит как маггл — тоже. И всё же он был её племянником, и это искупало все несуществующие грехи и нивелировало все недостатки.

А ещё это означало, что Нарцисса — а значит, и Люциус тоже — сделает всё возможное и невозможное, чтобы исправить ситуацию.

Дом Дурслей ничем не отличался от соседских. Перед дверью Гарри замялся, втянул голову в плечи, будто хотел стать как можно менее заметным и занимать поменьше места, и несмело нажал на ручку, переступая порог.

Из дома пахнуло чем-то вкусным…

Оглянувшись на спутницу, Гарри неопределённо махнул рукой и прошёл вперёд, и стоило ему дойти до дверного проёма, ведущего вглубь дома, тут же раздался неприятный женский голос:

— Где тебя носит, паршивец? Останешься без ужина, ясно тебе?

— Тётя Петунья, я…

— Марш в чулан!

Слово «чулан», пусть Нарцисса и не поняла, что имелось в виду, заставило её перехватить инициативу и без приглашения переступить порог маггловского дома.

— Добрый вечер, — ледяным тоном произнесла она громче положенного, понимая, что о её присутствии хозяева даже не догадываются.

Что-то упало, раздались быстрые шаги, а затем Гарри отпихнули к стене и в коридоре показалась забавная пара: худая высокая женщина и толстый мужчина.

— Вы Петунья Эванс? — тем же тоном без улыбки продолжила Нарцисса, замечая, как хозяйка скользит по ней оценивающим взглядом… и в глазах появляется сначала удивление, а затем и опасения.

— Петунья Дурсль, — с некоторым вызовом кивнула та. — А вы кто?

— Меня зовут Нарцисса Малфой, и так уж вышло, я только сегодня узнала, что Гарри Поттер мой племянник.

— Вы… — Петунья побледнела, её толстый муж, напротив, побагровел. — Вы из этих? Вы — Поттер?

— Я волшебница, — усмехнулась Нарцисса, — но Поттеры не имеют ко мне никакого отношения. Как оказалась, наша с вами общая сестра Лили была бастардом моего отца.

— Что?! — голос Петунья сорвался, а сама она покачнулась.

— Что вам надо? — видя, что жена шокирована новостями, слово взял маггл. — Зачем вы пришли?

Нарцисса пожалела, что пришла одна. Она не знала, как говорить с магглами, да и толстый маггл выглядел угрожающе.

— Разве не очевидно? — свысока посмотрела она. — Гарри мой племянник, а я пропустила целых одиннадцать лет его жизни…

— Мальчишка! — вдруг рявкнул маггл, и не только Гарри, но и Нарцисса вздрогнули. — Живо собирай свои вещи! — и, обернувшись к гостье, осклабился: — Вот и забирайте его себе на следующие одиннадцать лет. А нам этот ненормальный тут не нужен! И больше не приходите! Никогда! — Поттер не сдвинулся с места, и маггл сделал в его сторону угрожающий жест. — Живо!

— Ну, знаете ли! — возмутилась Нарцисса и, позабыв, что только что испытывала неуверенность, решительно шагнула к племяннику. — Гарри, покажи мне, где твои вещи, я помогу тебе их собрать. В доме этих людей ты не останешься!

— Мы вас не приглашали… — попыталась было возразить Петунья, но в руке Нарциссы появилась волшебная палочка, и она замолчала, будто в неё Силенцио попали.

— Не мешайте, — ледяным тоном приказала Нарцисса, сузив глаза. — И мы уйдём через несколько минут.

Поттер так и стоял рядом с дверью, ведущей в коморку под лестницей, и, несмотря на гнев, Нарцисса заставила себя улыбнуться.

— Гарри? Ты помнишь, что я тебе говорила?

Взгляд Поттера наконец сфокусировался; кивнув, он отодвинул щеколду на дверце коморки и стыдливо мотнул головой.

— Здесь сундук для школы… И Хэдвиг надо забрать…

— Веди, — тихо сказала Нарцисса и полоснула яростным взглядом по магглам. — При мальчике я вынуждена сдерживаться, лишь поэтому вы ещё…

Не договорив — на Дурслей палочка в её руке оказывала гипнотическое действие, — Нарцисса двинулась по лестнице на второй этаж.

Вещей у Поттера, можно сказать, не было. Когда Нарцисса увидела, что тот достаёт из шкафа, желание убивать магглов в ней взыграло с утроенной силой. Но, конечно, она сдержалась.

— Оставь это, — тихо сказала она, обвела взглядом заставленную коробками комнату и покачала головой, — мы купим тебе новые вещи.

Взяв сундук за ручку, Нарцисса подождала, когда Гарри прижмёт к себе клетку с настороженно следящей за происходящим совой, и молча аппарировала их в Малфой-мэнор.

— Цисси?.. О. Что произошло?

Больше не сдерживаясь, Нарцисса честно сказала:

— Это отвратительные магглы! И мой племянник не будет жить в их доме!

Малфой посмотрел на смущённо переминающегося с ноги на ногу Поттера, глаза которого искрились неподдельной радостью предвкушения, а губы готовы были растянуться в улыбку, на сову, не моргая смотрящую на новую обстановку, и вздохнул.

Он хотел сломать игру Дамблдора, сделавшего ставку на Мальчика-Который-Выжил, но не предполагал, что судьбе будет угодно настолько буквально исполнить его желание.

Гарри Поттер был не просто мальчиком, он был знаменем, прикрываясь которым Дамблдор намеревался подмять под себя магический мир, вытесняя традиции и правила, которым не соответствовали его последователи. Старый директор с лёгкостью добивался доверия только попавших в мир магии детишек, воспринимающих всё как сказку, а вот чистокровные ему мешали, ведь и они сами, и уж конечно их родители отлично понимали, к чему приведут перемены.

Люциус хотел помешать, но не знал, как. Точнее, не знал, как это сделать безопасно для своей семьи: пусть Дамблдор и был стар, зубы он не растерял, напротив, заточил за годы борьбы. Но теперь…

О, если Гарри готов войти в их семью и стать Блэком не на четверть, а духом… О, тогда у Дамблдора нет шансов. Война им будет проиграна ещё до первого боя.

— Что случилось? — как можно спокойнее спросил Люциус и сам себя перебил: — Впрочем, это уже неважно. Мы ещё успеем обсудить всё, что требует обсуждения, а пока, раз вы оба этого хотите… — он сделал паузу, поочерёдно посмотрел на жену и её племянника, дождался слаженных кивков и усмехнулся. — Добро пожаловать в семью, мистер Поттер.

Гарри Поттер расплылся в счастливой улыбке и получил в ответ ласковую улыбку Нарциссы и торжествующую Люциуса.

Пусть Малфои и замышляли разное, не всегда благовидное и не всеми одобряемое, для своих они всегда желали только лучшего.