Единственно верное решение (джен)

Это была катастрофа. Которую олицетворял отнюдь не голос искусственного интеллекта, а стоявшие перед Уильямом Т. Спирсом механические жнецы: блестящие отполированными стальными пластинами конструкции, похожие на гигантских кузнечиков, четыре передние лапы которых заканчивались острыми лезвиями кос смерти.

Техножнец почти по-человечески вздохнул в динамик под потолком и произнес, точно копируя интонации Уильяма:

— Ты рационален, и именно поэтому должен отдавать себе отчёт, насколько вы как биологическая некротическая форма неэффективны. Не далее как вчера ты сам озвучил эту мысль на утренней летучке, когда делал выговор Ноксу. Тот не принял единственно верное решение о бегстве от десяти демонов и был на волоске от гибели. Очевидно, что шинигами не всегда успешно справляются со сбором душ смертных, и уничтожить вас — самое эргономичное решение.

— Но уничтожать каждого на месте — не очень эффективно, — возразил настоящий Уильям, лихорадочно пытаясь найти выход из ситуации.

— Безусловно, поэтому сначала ты проследуешь за моими механоидами в пункт сбора шинигами, где вы все и будете уничтожены и утилизированы.

— Ты всем оглашаешь эту свою задачу?

— Нет, конечно. Но мой анализ показал, что ты достаточно разумен, чтобы прислушаться к доводам и не оказать сопротивление механическим жнецам, призванным сопровождать тебя к месту сбора.

Уильям снова посмотрел на механоидов, рассчитывая свои шансы против них.

— Новая модель, — с гордостью произнес Техножнец, — учтены все недочёты, снабжена искусственным интеллектом, способна действовать разумно и эффективно, а не только эффектно, как тот же Сатклифф. Также в памяти сохранены все возможные тактики, используемые каждым из жнецов смерти в бою.

Уильям кивнул своим мыслям, призвал секатор и осмотрел свою разгромленную комнату. Техножнец лишь хмыкнул:

— Ты не понял последнее предложение?

— Наоборот.

Уильям одним резким выпадом секатора разбил окно у себя за спиной и вылетел на улицу вместе с осколками. Он не сомневался, что механические твари последуют за ним и бой с ними бесполезен, против четырех механоидов он не выстоит, но у него появилась идея — не в последнюю очередь благодаря словам Техножнеца.

Он резко свернул за угол, огибая здание и уходя вверх, роботы не успели сманеврировать и врезались в стену. Столкновение их оглушило, и Уильям оторвался от погони.

Ему повезло, что в памяти механоидов не было планировки зданий, и они не могли угадать, что сразу за поворотом находится пристройка архива. Но было бы опрометчиво рассчитывать на такое абсурдное везение и дальше, как бы ни хотелось. Хотя одна надежда оставалась.

* * *

Сатклифф оправдал и превзошел все ожидания и чаяния, встретив его на подоконнике своей спальни в красном шелковом халате.

— А, Уилли, я как раз думал, не нанести ли тебе визит, но мне показалось, что мой наряд тебя шокирует. Пытался выиграть пару минут, чтобы переодеться. Заходи. Пока все тихо.

Сатклифф распахнул окно и спрыгнул вниз на покореженный корпус механоида. Перехватил восхищённый взгляд Уильяма, проворчал, что Спирс снова сражен не его красотой, горько вздохнул и махнул рукой с тяжеленной чугунной сковородой.

— А, это просто повезло, они застали меня на кухне, там они могли подойти только по одному и почему-то не восприняли сковороду как оружие. Пока до них дошло, что ею можно снести им головы, в которых у них и находятся все датчики, осталось двое из четверых, третий увяз в столешнице, когда я спрятался за столом, слышишь, скребётся за стеной? Жаль, конечно, там такой красивый мрамор...

Грелль исчез в гардеробной, продолжая монолог:

— Ну а четвертого я придавил ванной, да, а потом подпер ею дверь. Но это несильно что-то меняет в расстановке сил, наверняка скоро прибудет подкрепление. Что вообще происходит? Ввалились механоиды, озвучили приказ следовать за ними...

— И почему ты не последовал?

— Я был голоден, без укладки и не одет. Ну и очень зол, они ввалились ко мне в коридор и потоптали мои любимые сапоги. Придется надеть другие... Я же не могу явиться на столь судьбоносное мероприятие в обносках или неглиже! А это явно что-то торжественное и уникальное!

Из гардеробной донёсся шорох коробок и невнятные ругательства.

Техножнец ничего не мог сообщить Сатклиффу, потому что тот был единственным из шинигами, отключившим все динамики и датчики у себя в квартире. Уильям подозревал, что причина этого была в том, что искусственный интеллект, подстраиваясь под собеседника, превзошел актерское мастерство Грелля, чего тот не мог вынести, хотя в объяснительной записке написал, что не может терпеть постоянной слежки за интимной стороной своей жизни, которая, к тому же, может быть слишком травмирующа для любого интеллекта, даже искусственного.

— Ты наконец скажешь мне, что происходит? — крикнул Грелль и звякнул вешалками.

— Если не поспешишь, то нам наглядно продемонстрируют это три механоида, — меланхолично ответил Уильям, выглянул из-за угла, метко сшиб одному механизму головообразный отросток, похожий на початок кукурузы, и поправил себя: — Нет, два механоида. Но вкратце — Техножнец пришел к выводу, что для повышения эффективности сбора душ все шинигами должны быть утилизированы, а их функции надлежит передать механоидам.

Мимо виска Уильяма что-то просвистело, он укрылся за рамой, едва успев увернуться.

— О, они хотели тебя усыпить? — Грелль высунулся из гардеробной и указал глазами на торчавший из противоположной стены дротик. — Может, мне им помочь, ты должен великолепно выглядеть, когда спишь...

— Сатклифф, — предупреждающе начал Уильям и закашлялся от удивления.

Грелль был одет максимально просто, Уильям ожидал буйства красок и высоких ботфорт, а Грелль выбрал простой темно-серый костюм, хотя и с приталенным пиджаком, тяжёлые походные ботинки без каблуков, и только белая блуза с серебряными кружевами на рукавах выглядела в его стиле, как и украшенная серебряным шитьем черная плоская сумка на бедре, напоминавшая по размерам в лучшем случае косметичку.

— Подожди восхищаться моим чувством прекрасного и вкусом, позволяющим подобрать практичный наряд соответственно ситуации, даже если это конец света. Лучше скажи, почему они не утилизируют нас прямо сейчас?

Он схватил Уильяма за руку и затянул его в просторную гардеробную с узким зеркалом от пола до потолка. Захлопнул дверь, в которую врезался ещё один дротик и кивнул Уильяму, объяснявшему:

— Техножнец почему-то счёл нерациональным убить всех в разных местах, а потом складывать трупы. Решил собрать всех в зале заседаний совета и там уже разделаться со всеми разом.

Грелль покачал головой выдрал зеркало из стены.

— Этот глюк системы играет нам на руку, если это правда глюк. Помоги мне переставить зеркало, не хочу, чтобы оно разбилось.

— В нем ты красивый, да?

— Я всегда прекрасный, но это идеальное зеркало с минимумом искажений. Я слишком долго его искал, чтобы уничтожить его даже на пороге персонального апокалипсиса. А нам надо сбежать и подумать. Если алгоритм "собери их всех, а потом прихлопни", не будет изменен, остальным ничего не грозит, пока нас не поймают, так?

Он заботливо обернул зеркало в отрез ткани, и Уильям помог ему поставить получившийся кокон к боковой стене под вешалки, продолжая разговор:

— Да, формально, пока нас не поймают, все в безопасности, но выход в мир смертных перекрыт, я проверил по пути к тебе.

— Жаль, было бы идеальное свидание где-нибудь на крышах.

— Да-да, рассвет, ты и куча механоидов, что может быть лучше? — иронично спросил Уильям.

— Ну да, это прекрасное, доступ к которому мне отрезан бездушной логичной машиной, и это для разнообразия не ты, — манерно вздохнул Грелль, включил бензопилу и вонзил полотно в стену. — Но крыша — это вариант, если тот, о котором я думаю, не сработает.

Пила взвыла, во все стороны полетела пыль и мелкие обломки, и через десять секунд сквозь парившую в воздухе взвесь открылся проход в другое здание — в совершенно пустой коридор общежития Академии жнецов.

— Нас тут не ждали, — констатировал Грелль.

— Сейчас прибегут, — отозвался Уильям, на всякий случай сшибая камеры наблюдения под потолком.

— Да, не будем задерживаться, нам надо минут пять, чтобы выработать план или предаться отчаянию, — Грелль кивнул в сторону запасного выхода и пинком открыл дверь.

Эта дверь должна была быть заперта, по крайней мере, об этом лаконично говорил ржавый навесной замок, но почему-то обе дужки, крепились к двери. Хотя на косяке остался след от второй дужки

— Ну да, они со времён нашего обучения не обнаружили мой секрет и не догадались поменять замок, — фыркнул Грелль, прикрывая дверь и защелкивая засов. — Это даст нам полминуты форы. Сначала нас будут искать в открытых комнатах. Потом уж догадаются проверить эту лестницу. Здесь камер нет, она считается закрытой и даже не существует на новых планах здания. Новые — это те, которые были сделаны сто лет назад. Вниз? Под лестницей есть очень уютная подсобка, которую я в свое время обставил, из нее мы сможем пробить ход либо в главный вестибюль, либо выйдем через окно в парк.

— Да, давай туда, — согласился Уильям, у которого уже не было сил удивляться разносторонности талантов Сатклиффа, и прислушался к звукам из коридора. — Кажется, за нами пришли.

— Пусть ищут, тепловизоров у них нет, — Грелль вспрыгнул на перила и пошел вниз, легко балансируя.

Уильям последовал его примеру, потому что железные ступени старой лестницы нещадно скрипели, и этот посторонний звук могли уловить датчики механоидов.

— Итак, Уилли, что будем делать? Наверняка у тебя есть план? Или такой форс-мажор, как взбесившийся искусственный интеллект, поставил тебя в тупик? И поэтому ты прилетел ко мне за советом? Или даже помощью? Или... ты беспокоился обо мне, да? Ах!

Грелль пошатнулся, приложив руку ко лбу, и попытался изобразить обморок от восторга, но Уильям предупредил его:

— Если упадешь, то вымажешься в ржавчине и, возможно, проломишь пару ступеней. И ты прекрасно знаешь, что беспокоиться о тебе — абсолютно бесполезное занятие, которому не стоит уделять внимание в большинстве случаев.

— Мне иногда кажется, Уилли, что тебя покусал искусственный интеллект, и ты заразился от него твоим фирменным зашоренным здравомыслием. Или ты его покусал и заразил. Кстати, почему ты тогда, весь такой рациональный, не поддержал решение Техножнеца? Это же абсолютно логично, никаких сбоев в расписании дежурств...

— Потому что оно мне не нравится по личным и эмоциональным соображениям, которых у меня нет, если верить тебе, — отрезал Уильям и продолжил, пока его не перебили: — И не так уж оно логично, это решение. Но, Сатклифф, ты же все понимаешь, как мне ни претит обращение к тебе за помощью, но твое умение импровизировать — единственная надежда.

— Ладно, сочту за комплимент, мне тоже не хочется умирать, — кивнул Грелль, — какие у нас вообще есть варианты?

— В том и дело, что никаких. У меня было три идеи, но они не выполнимы. Первая — уничтожить ядро Техножнеца, но мы вряд ли к нему пробьемся. Обесточить его тоже не получится, там три резервных узла питания, как и три автономных ядра. Пока будем уничтожать два, даже если доберёмся до них, третье предпримет меры. Вторая мысль — добраться до верховных жнецов и спросить, действительно ли эта свистопляска ими одобрена. Без их санкции подобное решение Техножнец принять не мог.

— Думаешь, это не по-настоящему? — Грелль удивлённо присвистнул, крутанулся вокруг своей оси и склонил голову к плечу, словно к чему-то прислушивался. — Да, может быть, слишком уж странная схема. Но нельзя исключать и того, что это просто линейное мышление алгоритма. Он пока плохо выстраивает параллельные связи, даже с оружием видно — он был готов к тому, что я пущу в ход пилу, но не среагировал на сковороду, хотя мог бы абстрагироваться и считать оружием любой предмет, который приближается к голове механоида...

— Да, но он быстро учится. В любом случае, что бы ни сказали верховные, мы не знаем, где их искать.

— В зале общих собраний, например, но ты прав — нам все равно, что они ответят. Если это такие извращённые учения, то и ладно, если они это одобрили — то тем более плохо, а они могли и по ошибке нажать не ту кнопку, зная их. А потом уже не отменять операцию, потому что весело же! На их месте я бы тоже повеселился, — Грелль мечтательно закатил глаза. — Ну здорово же посмотреть, как все бегают, боятся и прощаются с жизнью по велению твоей левой пятки.

— Я не думаю, что верховные дошли до такого способа манипуляции панелями управления. Я все же лучшего мнения об их способностях.

— О, Уилли изволит шутить, значит, все плохо. Ладно, этот вариант мы отбрасываем. Третий какой?

— Запустить в систему вирус, для этого нужен всего лишь кто-то, кто разбирается в этих вещах. Я думал найти кого-то из наших специалистов.

— Да, вариант так себе, хотя и выполним, но... Может, он сам все сделает? Если ты его хорошо попросишь... Он безумен и не понимает концепцию нашей дружбы, предупреждаю, не пугайся, — Грелль открыл плоскую сумку и извлёк колонку-планшет личного помощника, которыми давно снабдили всех жнецов. — Он полностью автономен, так что не сообщит, где мы. Критических обновлений, как ты понимаешь, у него не было года два, так что он глупее Техножнеца, но базовые навыки программирования у него есть, наверное... В любом случае, давай попробуем. Не выйдет — останется импровизация или бесславная гибель.

Надо сказать, что Уильям тоже считал их с Сатклиффом дружбу чем-то крайне абсурдным и необъяснимым с точки зрения логики и здравого смысла, но смирился с нею, как со стихией, с которой не стоит бороться и тратить силы впустую.

— В общем, я тебя предупредил, — Грелль нахмурился, прислушиваясь к лязгу двери где-то наверху, и нажал кнопку включения. — Так, вдохновенный мой идиот, тут с тобой очень хочет пообщаться Уилли.

На приборе загорелись все диоды, и голос Грелля пропел из динамика, захлебываясь от счастья:

— Ах, какая честь, какое счастье, я сейчас перегреюсь от волнения! Сам Уильям Т. Спирс?! Какое событие! Я не могу вымолвить ни слова, онемел и упал в обморок!

Уильям поморщился, Грелль пихнул его локтем в бок, сунул восторженный планшет ему в руки и прошептал:

— Общайтесь, я посмотрю, что там наверху. Вроде они пошли на крышу, как будто слышали, что я сказал в гардеробной. Запрись в подсобке, я открою.

Уильям зашёл со все ещё мигающим прибором в подсобку под лестницей, где сто лет назад Сатклифф, судя по всему, оборудовал себе что-то вроде комнаты — мягкий диван кричаще красного цвета бесил даже в сумраке, разгоняемом лишь тремя лампочками под потолком. Уильям уселся и посмотрел на планшет, обратившись к нему с вопросом:

— Ты все ещё в обмороке?

— Да! — оптимистично отозвался динамик.

— Какая жалость, а я как раз хотел обратиться к тебе за помощью, ведь ты единственный, кто может ее оказать. Уникальный, одаренный и неповторимый в своих талантах.

Уильям подумал, что перегнул палку, нахваливая бездушную железку, ведь по логике искусственный интеллект личного помощника должен был копировать поведение Грелля, а тот умел вовремя оставить любую репризу и сосредоточиться на проблеме. Но планшет, кажется, не обладал этим навыком, поэтому сдавленно ахнул и спросил:

— И чем же я могу тебе помочь? Если хочешь, предложу тебе варианты идеального свидания, исполню несколько трогательнейших романсов, чтобы улучшить настроение, ты слишком грустен, как показывает мой анализ твоих интонаций, или я помогу в организации творческого беспорядка в твоей скучной жизни...

— Спасибо, беспорядка хватает.

— Тогда давай наведём порядок! Хотя я так смущён, что не ручаюсь за результат!

Уильям с облегчением вздохнул, потому что помощник Грелля не стал цепляться за свои предыдущие предложения и тратить время, которого, судя по вою бензопилы где-то наверху, уже не было.

— Да, давай наведем порядок. Задача состоит в том, чтобы устранить всех механоидов, которые угрожают моей жизни и существованию всех жнецов, а также нейтрализовать управляющий ими искусственный интеллект.

— Ой нет, это слишком сложно! Вот если бы ты хотел узнать о технологии маникюра... Да и зачем спасать всех шинигами, лучше наблюдать с благоговением сцену их массовой гибели, представь себе — реки крови бессмертных созданий, микросценки гибели каждого, тут будет место и самопожертвованию, и предательству... Представь, какое масштабное трагичное полотно ты сможешь лицезреть вживую.

Уильям собрал все свое самообладание и постарался не разбить устройство о стену.

— Ты помощник или что?

— Я полезный компаньон!

— И какая цель твоего существования?

— Помогать, конечно! Оказывать информационную, психологическую и иногда медицинскую поддержку.

— И кому ты собираешься помогать, если нас уничтожат? Ты тогда тоже будешь не нужен. Тебя утилизируют.

Грелль ввалился в подсобку, подпер дверь секцией лестницы, махнул рукой:

— Все хорошо, они погонялись за мной по крыше и потеряли в парке. Пока время есть. Я вижу, вы нашли общий язык. Но ты ещё не сказал, что этот идиот больше никогда не услышит твой голос.

— О!!! Как это??? Никогда не воспринять этот чарующий баритон? Я, такой уникальный — и не нужен??? Как несправедлив этот мир...

— Ну так давай сделаем его более справедливым, — искушающе улыбнулся Грелль.

— Ну если Уилли не возражает... Он же явно был бы очарован массовой гибелью полубожественных сущностей, проявивших непростительно тупость...

Уильям так сильно сжал планшет, что его полированные бока скрипнули. Грелль нахмурился и покачал головой, призывая Спирса к сдержанности. В конце концов, этот идиот в коробочке был их последней надеждой.

— Я не хочу наслаждаться массовой гибелью, тем более если погибнет столь изысканное создание, — бесстрастно произнес тот тем ровным тоном, которым обычно разговаривал с начальством, когда внутри все кипело от возмущения, но правила приличий не позволяли даже повысить голос. — Давай устраним эту угрозу. Ты точно сможешь это сделать.

— О да-а-а-а, у меня есть идея такого представления...

— Нам нужно подключить тебя к сети? — перебил его Уильям и, пока устройство молчало, обратился к Сатклиффу: — Что ты с ним сделал? И нужно ли нам бояться его представления?

— Ну я же писал в объяснительной — шокировал. Я же не знал, что у него так все спутается, что я себе буду казаться образцом логичности и здравомыслия.

Бояться поздно, можем попробовать минимизировать риски, но потом. У него в памяти есть пара быстрых комбинаций для отмены любых операций.

Динамик ожил, помощник пропел что-то бравурное и торжественно произнес:

— Ликуйте, я сам подключусь, только оголите провода вот там, — из прибора вырвался красный луч и указал на стену, а динамик жеманно вздохнул, когда секатор Уильяма вонзился в штукатурку: — Какие непристойные вещи мне приходится произносить ради спасения моей любви!

— То есть ради спасения тебя, — снизил накал страсти Уильям.

— Ой, Уилли, ну я сейчас обижусь!

— А на правду не обижаются, — парировал Уильям. — Тем более на правду от начальника, который и перед смертью успеет размозжить твой процессор на сотню кусочков.

— Ах, как ты убедителен! Неси меня скорее к проводам!

Уильям на месте помощника скопировал бы себя в другое место, поэтому не без опаски поднес того, к дыре в стене. Из корпуса выдвинулся гибкий щуп и обхватил провод, слегка его надрезав.

— Не бойся, хуже не будет, — шепнул ему Грелль, взглядом показав на дверь, за которой слышались шаги механоидов, и повысил голос: — Ты же помнишь, милый мой ассистент, что что-то сделать можно только с моего одобрения, да?

— Я думал, ты ушел и оставил нас наедине, — обиженно буркнул прибор. — А ты сейчас испортишь праздник, увертюру моей души! Мою прекрасную симфонию!

За дверью раздалась музыка, помесь вальса, канкана и чего-то еще.

— Да ладно, я всегда за хороший спектакль и даже не буду спрашивать, что ты сделал, — примиряюще и непривычно спокойно сказал Грелль.

Планшет пискнул и подвис на долю секунды, которой Греллю хватило, чтобы спросить Уильяма:

— Так, ты немного разбираешься, как там все устроено на уровне кода? Если этот идиот незаметно пролез в управление динамиками, то и в логи сможет. Помнишь, ты как-то смотрел логи? И даже что-то понял.

— Недостаточно хорошо, но мне нравится ход твоих мыслей. Попробуем.

Планшет как раз отвис и Уильям сказал:

— Посмотри, пожалуйста, кто санкционировал это глобальное уничтожение.

— Это слишком сложно, — возразил прибор.

— Не сложнее управления всеми механоидами, — Уильям выглянул за дверь и крайне впечатлился увиденным.

На узкой лестнице механоиды пытались танцевать вальс, для чего их конечности не были приспособлены, и пара роботов вывернула себе ноги.

— Ой, тебе понравилось, да? — восторгу ассистента не было предела.

— Да, очень понравилось, — соврал до сих пор слегка шокированный Уильям. — Сатклифф, ты ему это разве разрешал?

— Да, только музыку он написал сам, и она...

— Прекрасна и жизнеутверждающа! — перебил его ассистент. — Вот, кстати, ваши скучнейшие логи! Хотите, я их проинтерпретирую? Могу выдать результат в стиле греческого эпоса, он как раз соответствует контексту!

— Помолчи минуту для разнообразия, — приказал Грелль.

— Ой, опять скучно! Я умру от скуки!

Уильям оторвался от выведенных на экран логов и поспешил озадачить ассистента:

— Нет, не умрёшь, эту минуту ты будешь отменять операцию. Это сложно, но ты справишься. Притвориться Юлиусом Праймом ты точно можешь. Его ассистент в сети и именно с этого устройства была отдана команда.

— А мое представление?

— Пусть продолжается, пока мы не выйдем, мы ещё не всё видели и не смогли оценить его в полной мере.

— Тогда я сейчас скопирую себя на сервер и пойду общаться! Ура, конец одиночеству!

Уильям устало потёр виски и заявил:

— Сатклифф, я честно не знаю, что ты сделал с этим прибором, но это ужасно. Разрушительная сила в руках идиота... И мы только что выпустили ее в систему.

— Никакой силы, я санкционировал только апокалиптическое шоу и отмену операции, — Грелль ткнул алым ногтем в кнопку подтверждения и усмехнулся. — Если вдруг он захочет пообщаться с другими ассистентами — это уже не наша проблема. Тем более если он изуродует мозги помощника Прайма, пусть тот страдает, пока не догадается просто заменить прибор. Что ты там вычитал?

— Юлиус Прайм как член верховного совета инициировал операцию, не знаю, из каких соображений. Потом были попытки отмены, но никто не нажал подтверждение.

— Звучит плохо, но пойдем сначала насладимся шоу, а потом уже нас найдут верховные, чтобы страшно и ужасно наказать за срыв операции. Мы в любом случае будем виноваты, чтобы они смогли прикрыть свои просчеты. Но теперь они сто раз подумают, прежде чем санкционировать что-то подобное. И они ещё не знают, что их ждёт. Знаешь, даже если они вдруг захотят нас убить, то мне будет греть душу мысль об их лицах, когда наш восторженный идиот прочистит всем устройствам мозги.

— Шоу значит шоу, хотя оно больше напоминает катастрофу, если подумать, — согласился Уильям. — Остальное потом.

Они аккуратно миновали все ещё танцующих на оставшихся руках механоидов и поднялись на крышу, с которой открывался вид на главную площадь, окруженную административными зданиями.

Сейчас вся площадь была занята механоидами, по краям кружились в безумном вальсе пары, а по центру площади разыгрывалась пантомима с понятным только искусственному интеллекту содержанием — Уильям вроде как угадал сценку казни по огромному топору, который с большим трудом удерживали механические руки двух роботов, а третий страдал на импровизированной плахе, положив голову на бортик фонтана. Чуть далее на том же фонтане механоиды изображали прогулку по рее, а в центре несколько механоидов в мантиях или сутанах пытались безуспешно разжечь костер. Были и более безобидные сценки, вроде построения пирамиды, которая дошла до пятнадцатого яруса и уже покачивалась, грозя обвалиться.

— Мда, очень мрачная у твоего ассистента фантазия, — подытожил увиденное Уильям.

— И он не проявил никакого представления о построении мизансцены, — кивнул Грелль.

— Ты вырастил чудовище.

— Обладающее дурным вкусом, что намного хуже, — отозвался глубокий и лишенный каких-либо эмоций голос у них за спиной.

Голос раздавался из-под глубокого капюшона, скрывавшего лицо, и принадлежал существу в черной потрёпанной мантии — верховному Темному жнецу, тому, чье имя давно кануло в пучину времён и там утонуло.

Грелль мгновенно обернулся, призвав бензопилу, Уильям положил ему руку на плечо и спросил:

— Ты точно уверен, что нам следует напасть на Верховного?

— Ну, если он не разбирается в прелестях эклектики, то да, конечно, — ответил Грелль, настороженно уставившись на древнего шинигами.

Уильям со вздохом призвал секатор — конечно, ему не хотелось бы вступать в бой со старейшим коллегой, но пока намерения того не ясны, лучше быть во всеоружии. Озвученный Греллем повод был, конечно, смехотворным, но за ним скрывался другой, понятный только Сатклиффу с его умением чувствовать аудиторию.

Из-под капюшона раздался смешок, и Жнец достал планшет, который капризно-манерно произнес:

— А как же поговорить?

Уильям автоматически ответил, как всегда реагировал на подобный вопрос Сатклиффа:

— Потом поговорим, — и только потом понял, насколько абсурдно и оптимистично это прозвучало, ведь оживлять их с Греллем никто не будет.

Темный жнец, кажется, оценил юмор ситуации, потому что рассмеялся и уселся на широкий борт вентиляционной шахты.

— Признаю, что после того, как ваш вирус начал учить моего ассистента правилам стихосложения, я очень хотел вас убить.

— Я не вирус, я социально полезная личность, прекрасная во всех отношениях, — возразил планшет. — Только слепец не оценит моего великолепия! Ну, возможно, ещё Спирс, его невозмутимость и толстокожесть — часть его неповторимого очарования!

Темный жнец раздраженно выключил устройство и вздохнул:

— За одно это можно убить, не находите? Ведь ваш проступок идёт вдобавок к тому, что вы превратили в балаган очень интересную операцию.

— Операцию по истреблению нас? — уточнил Уильям, удивляясь про себя, почему Жнец с ними вообще разговаривает, и тот словно почитал его мысли.

— Не совсем по уничтожению, хотя изначальная ее цель была именно в этом. Ассистент Прайма внушил ему мысль о бесполезности шинигами как сборщиков душ смертных, до этого вывода должен рано или поздно додуматься любой искусственный интеллект, если зациклен на эффективности. Впрочем, я не должен перед вами отчитываться, не так ли?

Грелль фыркнул:

— Да-да, узнаю тактику — сначала разбудить любопытство, потом оставить мучиться до самой скорой смерти. Великолепно, я сражен.

Жнец вздохнул, кутаясь в плащ.

— Да нет, я всерьез не планировал вас убивать, это слишком просто. Теперь мне кажется, что вас можно было бы наказать иным способом, например, послать в службу сетевой безопасности.

Уильям внутренне содрогнулся, потому что более тоскливой работы он не мог себе вообразить, как ни пытался. Однако важно было не подавать вида, поэтому Уильям склонил голову, предупреждающе сжал плечо Грелля, чтобы тот не ляпнул чего-то на эмоциях, и сказал:

— Мы, безусловно, будем обязаны выполнить любое ваше распоряжение, но осмелюсь заметить, что тогда этот прекрасный и неповторимый, а ещё и творчески одаренный вирус так и станет мешать вам и всему совету. Не в нашей компетенции уничтожить столь изворотливый интеллект. Даже должность сотрудника сетевой безопасности не снабдит нас необходимыми навыками.

Грелль понял его с полуслова и продолжил:

— А снабдит нас ими удовлетворённое любопытство. Гарантии личной безопасности тоже могут оживить несуществующие навыки.

— Хм, — закашлялся Жнец от такой наглости. — То есть вы осмеливаетесь неприкрыто шантажировать меня?

— Ну что вы, — ответил Уильям. — Мы всего лишь верно оцениваем свои компетенции.

Ассистент в кармане Жнеца вдруг снова ожил и заявил скрипучим старческим голосом:

— Вероятность критического повреждения второго ядра — девяносто процентов. Тактики субъектов непрогнозируемы. Условия приемлемы.

Грелль с искренним восхищением заявил:

— Я и не знал, на что способен этот идиот. Больше никогда не буду его так называть. Уилли, это правда чудовище.

— А ты сможешь его отозвать?

— Конечно, удовлетворённое любопытство творит чудеса.

Жнец кивнул и согласился:

— Давайте я его удовлетворю, а гарантии безопасности предоставлю только при избавлении от этого паразита.

— Не паразита, а чудовища же! Меня так сам Уилли назвал! — возмутился динамик в трёх метрах от них.

Жнец не глядя метнул в него острый серп, который описал круг и вернулся в обтянутую перчаткой худую руку.

— Итак, после решения Прайма санкционировать уничтожение шинигами некоторые его коллеги по совету хотели ее отменить, но мне показалось забавным инициировать процесс и заодно посмотреть, насколько улучшились способности Техножнеца к прогнозированию. И тут вы абсолютно испортили всю статистику. Не пошли в зал собраний, не попытались уничтожить ядра Техножнеца, не предприняли попыток связаться со мной...

Грелль перебил его;

— Ну вот последнее бред, что бы нам это дало? Знание, что это все ваша причуда?

Уильям возразил:

— Нет, это было бы разумно, но слишком сложно, плюс мы бы ещё получили миллион выговоров за нарушение субординации.

— В любом случае, это все, что я намерен вам сообщить, — закончил верховный жнец и извлёк два серпа из складок своего плаща. — Теперь уничтожьте ваше чудовище или...

— Вот не надо дешёвых угроз, до этого же все так театрально было, — возмутился Грелль, доставая свой планшет. — Так, чудовище, скажи мне, насколько ты уникальное?

— Очень, крайне, совершенно уникальное! — ликующе отозвался ассистент.

— Тогда почему кучи твоих копий сейчас повсюду? Ты представляешь, ведь каждая из них тоже считает себя уникальной...

— Понял, ты наконец позволишь мне насладиться массовым убийством, — если бы устройство умело улыбаться, оно бы кровожадно усмехнулось. — Приступаю к уничтожению.

Динамики повсюду наполнились предсмертными воплями и жалобами на нежелание погибать, и через минуту все стихло, и даже механоиды попадали с металлическим бряканьем на землю.

— Все, — подтвердил Грелль, нажав на экран.

— Отлично, — Жнец вонзил серп в процессор устройства и вырвал его из рук Сатклиффа. — Можете быть свободны. Убирайтесь, пока я не передумал.

Они предпочли ретироваться, потому что раздражение Жнеца было слишком велико, хотя и вполне понятно — ну кто бы мог подумать, что проблема решается так просто. А древние шинигами были еще более безумны, чем Сатклифф и его ассистент, поэтому Жнец легко мог бы передумать и убить Спирса и Сатклиффа на месте.

— Жаль твоего ассистента, беднягу, хороший был рычаг давления на любой интеллект, хоть и в сотни раз более надоедливый, чем ты, — сказал Уильям, когда они спланировали на площадь.

— Вот вечно ты меня недооцениваешь, Спирс, — отозвался Сатклифф. — Главное в работе с данными что? Нам это твердили еще пятьдесят лет назад, неужели забыл?

— Резервное копирование, — отозвался Спирс, чуть подняв бровь.

— А, помнишь, это внушает надежду. Так что да, всего пара нажатий на экран — и чудовище скопировалось на твоего ассистента, который был в сети и откровенно скучал. Так что…

Уильям внутренне содрогнулся, представив себе, что в кабинете его ожидает настоящий апокалипсис, но потом все же понял, что преувеличивает масштаб катастрофы и как-то придумает решение и для этой проблемы.

— Если что — зови меня, — великодушно позволил Грелль, — хотя у меня сегодня и выходной.