Джинни влюбляется (гет)

Раз.

Джинни десять, когда она влюбляется в первый раз. Вообще-то она влюбляется намного раньше, но только в десять понимает, что с ней происходит. Наверное, не стоило маме рассказывать сказки про Мальчика-Который-Выжил — но это понимает взрослая Джинни. А маленькой Джинни очень нравится слушать про Гарри Поттера. Гарри — герой, Гарри побеждает злых волшебников. Гарри — сирота. И Джинни не знает, чего в ней больше: жалости или восхищения или любви. Наверное, все сразу.

Но когда она видит его на платформе, такого серьезного и неулыбчивого, то почему-то сразу влюбляется.

Когда летом перед ее первым курсом Гарри появляется в Норе, Джинни не знает, что делать. Ей хочется быть ближе к нему и хочется сбежать; хочется всегда быть рядом и хочется, чтобы он никогда с ней не говорил. Джинни бросает в краску, стоит ему посмотреть на нее, и она — да, она в курсе, спасибо большое, Фред и Джордж, — ведет себя очень глупо, когда он оказывается рядом.

И пусть знает, что глупо, но продолжает думать: а каково это, стать женой героя?..

На то, чтобы понять, что Гарри — обычный мальчишка, у нее уходит три года. Три года и одна ужасная история, навсегда изменившая ее.

Два.

Джинни одиннадцать, когда она влюбляется во второй раз. Вот это точно глупо, и Фреду с Джорджем об этом знать нельзя. И Перси тоже не должен знать. Никто не должен! Смехота — Джинни Уизли втюрилась в дневник!

Мальчишка-из-дневника, Том, понимает ее. Понимает, что ей одиноко и непривычно в Хогвартсе, что соседки по комнате не хотят с ней дружить, а она не хочет дружить с ними. Они не такие как сама Джинни: Джинни выросла с шестью братьями, а теперь, в окружении одних девчонок, ей кажется, что с ней что-то не так. Гарри не обращает на нее внимания, проводит все время только с Гермионой (с Роном тоже, но это Джинни не интересует), не нужна ему мелкая Уизли. А вот Тому нужна! Том всегда рядом, Том готов ее выслушать и утешить.

Том, Том, Том.

Влюбленность превращается в одержимость, но маленькая Джинни этого не понимает.

Она хотела быть с Гарри, хотела быть женой героя, хотела биться с ним плечом к плечу, хотела быть рядом. Но Гарри не обращает на нее внимания, а вот Том — другое дело! Том хочет, чтобы она была рядом, чтобы она поддерживала его, чтобы она служила ему.

В этом нет ничего плохого, не так ли? Каждому герою нужна верная подруга, думает Джинни. И старается изо всех сил.

Три.

В четырнадцать лет Джинни считает себя взрослой. Она твердо обещает себе: больше никаких влюбленностей. Хватит с нее! Гарри — еще куда ни шло. Но Том Реддл?!

Ей до сих пор стыдно, когда она вспоминает первый курс. Гарри с Роном пришлось спасать ее, как принцессу от страшного дракона!

Это все ее вина — она позволила мальчишке-из-дневника захватить ее разум, подчинить ее волю. А Джинни-то всегда считала себя смелой и сильной! Просто ужасно глупо, как она позволила всему этому случиться.

А все из-за дурацкой влюбленности, из-за которой Джинни словно теряет голову! Вот Гермиона бы никогда голову не потеряла. Поэтому-то она и нравится Гарри. Не то что Джинни!

Так что Джинни больше не влюбляется.

И в Майкла Корнера она совсем не влюблена, нет.

Ей просто нравится с ним гулять, и все. А еще ей нравится, что Рон из-за этого бесится — это, в конце концов, просто весело. Майкл забавный, они много болтают о квиддиче и учебе, и просто хорошо проводят время. Корнер даже соглашается вступить в Отряд Дамблдора вместе с Джинни, и это для нее знак: он хороший парень. Может быть, с ним она тоже сможет сражаться плечом к плечу.

Четыре.

В пятнадцать лет Джинни влюбляется в Дина Томаса. Она искренне уверена: она впервые влюблена так сильно!

Дин — настоящий талант, и Джинни восхищается им. Он молчаливый и загадочный, а еще он рисует ее портрет в любую свободную минуту и так на нее смотрит, что дух захватывает.

Ей нравится держать его за руку и целоваться в темных коридорах Хогвартса, прячась ото всех.

Ей нравился Гарри, который никогда не будет с ней, и ей нравился Том, который хотел ей навредить, и ей нравился Майкл, который любил только самого себя. Но Дин — это совсем другое дело. Дин по-настоящему заботится о ней, Дин всегда рядом, благодаря ему она чувствует себя самой красивой, самой замечательной, самой понимающей.

И сам Дин — она точно знает это — надежный. Не бросит, не предаст, не навредит.

Он никогда не позволит ей сражаться рядом с собой. Впрочем, это Джинни может пережить.

Пять.

В шестнадцать лет Джинни хочет только одного: перестать, наконец, сражаться. Она бьется с Кэрроу каждый день, и каждый день сражается с унынием, горем и страхом. Она не знает, жив ли Гарри, боится за родителей и братьев, переживает за Полумну и Гермиону. Но каждый вечер улыбается, чтобы успокоить младшекурсников. И каждый вечер вместе с Симусом и Невиллом придумывает, как еще сильнее насолить Кэрроу, как поднять настроение однокурсникам, как защитить друзей, как победить.

Так что, в конце концов, совсем неудивительно, что в гриффиндорской спальне мальчиков, сидя на полу рядом с Невиллом и Симусом, сдерживая слезы и страх изо всех сил, пытаясь не позволить надежде исчезнуть, Джинни влюбляется.

Она не может влюбиться в Невилла — это было бы слишком жестоко, ведь она никогда не сможет быть с ним, она ждет Гарри. Так что она влюбляется в Симуса. Его не жалко.

Она говорит ему обо всем честно, и он ее понимает.

Гарри бы не понял. И это хорошо, и плохо одновременно.

Но они отчаянные и испуганные и они пытаются, пытаются изо всех сил, быть сильнее и смелее. И пока Джинни сжимает руку Симуса, ей на мгновение становится легче. И когда они бьются с Кэрроу плечом к плечу — она чувствует, как снова становится самой собой. Девчонкой, которая сражается.

Шесть.

Когда Гарри возвращается и смотрит на нее, все вокруг исчезает. Он ужасно изменился за этот год, а Джинни все еще злится из-за того, что он не взял ее с собой, так что она никак не может в него влюбиться. Он собранный и даже строгий, и почти не обращает на нее внимания — как всегда!

Так что Джинни не влюбляется в него.

Просто осознает, что любит его. И больше ничего не хочет с этим делать.

Все, что было до этого, перестает иметь значение; Симус, Невилл, Кэрроу, что угодно. Теперь есть только Гарри и эта ночь, которую они оба могут не пережить.

И Джинни вспоминает героя Гарри, которым она восхищалась, сироту Гарри, которого она жалела, друга Гарри, которому она подставляла плечо, парня Гарри, которого она хотела поцеловать.

И идет сражаться. И сражается не за Гарри, потому что знает — он бы этого не хотел. Но сражается вместе с Гарри, потому что сама хочет.

И один раз, когда влюбляются в нее.

Когда Джинни исполняется семнадцать лет, она не хочет праздновать: это худшее лето в ее жизни. Лето девяносто восьмого года — один непрекращающийся кошмар. Мама постоянно плачет. Джордж ходит злой и растерянный одновременно, и это очень странно. И Джинни сама — знает, что глупо, но это уже не важно — тоже хочет плакать. Но плакать не может.

На ее день рождения мама всегда пекла торт, а Джинни загадывала желание.

В этом году она хочет только одного, но это желание никогда не сбудется. Фред не обнимет ее и не улыбнется. Не бывать этому.

Вот и все.

Вечером она уходит из дома и отправляется гулять. Гуляет долго, стараясь не думать ни о чем, и все равно думает обо всем сразу. О том, что она теперь взрослая, хотя иногда ей кажется, что она старая, а иногда — что все еще ребенок. О Гарри, с которым они так толком не поговорили за это лето, потому что она горюет по брату, а он — по всем сразу, а еще, потому что он слишком много винит себя и потому что он все еще не вернулся с войны. О родителях, которые вдруг постарели, о братьях, у которых теперь своя, совсем другая, жизнь. О Гермионе, которая стала ей близкой подругой, и которая тоже, оказывается, влюбляется так, что становится глупой, и это очень смешно, и о Роне, который тоже — вот дурак! — становится таким смешным, когда влюбляется.

Она думает о том, как прекрасен закат и о том, что Фред больше никогда его не увидит. Она думает о том, кем станет, когда вырастет, а еще — о том, что все еще любит Гарри, и пусть это глупо, но лучше пусть глупо, чем больно, горько и страшно, так что пусть лучше глупо!

У дома Полумны, куда она забредает, ее встречает Невилл. Теперь он каждый день бывает у Лавгуд, и Джинни рада этому.

Потому что знает: Невилл был в нее влюблен. Влюбился еще тогда, на Святочном балу, на который она пошла с ним, потому что это был ее единственный шанс попасть на бал. И потом был рядом: когда она сражалась в Отделе тайн, когда она играла в квиддич, когда она училась. И был рядом, когда она была влюблена в Гарри, Майкла, Дина и Симуса. Он был рядом, когда она хотела только одного — чтобы Гарри выжил. И был рядом, когда Волдеморт крикнул: «Гарри Поттер мертв!». Невилл был все время рядом, а она никогда в него не влюбилась бы — потому что всегда, всегда любила только Гарри.

Теперь они ни о чем не говорят, сидя рядом на траве и глядя на звездное небо над ними.

Теперь она знает: необязательно влюбляться, чтобы заботиться, быть рядом, вместе веселиться и вместе сражаться.

И еще один.

Джинни девятнадцать, когда она становится женой героя. Это, конечно, не она так думает — так пишет «Ежедневный пророк». На самом деле, Джинни выходит замуж за Гарри. Гарри, в которого она влюбилась, когда ей было десять, а любила всегда. Гарри, который прошел с ней вместе и медные трубы Тайной комнаты, и пожарище битвы за Хогвартс. Гарри, который мог быть романтичным и неуклюжим, смелым и неловким, заботливым и рассеянным. И может быть, она влюбилась в него, когда слушала истории о Мальчике-Который-Выжил, но любит его теперь, когда он возвращается живой с очередного задания в Аврорате, и любит, когда он приносит ей цветы и смущенно улыбается, словно ему все еще шестнадцать, и любит, когда он ворчит по утрам, и любит, когда он дурачится вместо уборки, и любит, когда они вдвоем летают над ночным Лондоном, и любит, когда он поддерживает ее, пока она строит карьеру, и любит его, когда он просыпается от кошмаров по ночам.

Джинни любит Гарри, только не всегда понимает — как же так получилось, что он любит ее?

Гарри не любитель громких слов. Он редко говорит о любви, редко делает комплименты. И не рассказывает, почему влюбился в Джинни. Она и не спрашивает.

Только однажды, в ночь перед свадьбой, когда она отчего-то волнуется и не может успокоиться, Джинни не выдерживает и приходит к нему в комнату. Они в Норе, и конечно, мама все еще настаивает, чтобы они жили в разных комнатах. Смешно!

— Когда ты влюбился в меня, Гарри? — спрашивает Джинни.

Она не уснет и не выйдет за него замуж, пока не узнает.

Гарри задумывается на мгновение, потом выдает:

— Шестого октября девяносто восьмого года.

Джинни поднимает брови.

— Пушки Педдл против Торнадос, — объясняет Гарри. — Ты подарила Рону билеты, и мы втроем болели за Пушки. Вечером перед игрой ты мне сказала, что Пушкам ни за что не победить. Но на игре ты все равно болела за них.

— И ты влюбился в меня, потому что я болела за Пушки из-за Рона?..

Джинни не знает, то ли радоваться, то ли злиться — что за глупый повод, в конце концов!

— Нет, — Гарри усмехается, — Но ты кричала так, что у меня уши заложило. И тогда я влюбился. Кстати, это был восьмой раз.

Джинни все-таки не выдерживает и бьет его подушкой по голове. Потому что сколько можно говорить глупости?!

— Какой восьмой раз, Поттер?!

— Восьмой раз, как я в тебя влюбился. А про остальные семь я тебе потом расскажу.

Когда Гарри улыбается и обнимает ее и падает с ней на кровать, Джинни больше не чувствует себя глупо.