Действия разворачиваются в постапокалиптическом будущем. Главная героиня вместе со своей девушкой Адель и другими выжившими людьми, сорри за тавтологию, выживает и развлекается, убивая зомби. Кровь, мозги, чернуха - всё на месте, как и положено жанру.
Беда обычно приходит на бесшумных кошачьих лапах - в одной из заварушек погибает Адель. Личный светоч главной героини тухнет. Что делать в мире, в котором больше нет возвышенной цели? Только нестись сквозь мёртвый город за стройной, неясной в тумане, фигуркой. Нестись, понимая, что это конец - но не останавливаться. Потому что гонит то чувство, которое нельзя побороть.
Замечательный даркфиковый оридж. Конец вполне ожидаемый, хоть и грустный. Понравился здешний язык - грубоватый, с рублеными фразами, но такой красивый... Как и история женской любви, которой не нашлось счастья.
Ellinor Jinn:
Когда в фэндоме ни в ус ногой (намеренное смешение 2 фразеологизмов), а не можешь не написать реку! Настолько это проникновенно, горько, нежно... Круто! "...я всего лишь превращал землю на могиле мое...>>Когда в фэндоме ни в ус ногой (намеренное смешение 2 фразеологизмов), а не можешь не написать реку! Настолько это проникновенно, горько, нежно... Круто! "...я всего лишь превращал землю на могиле моего людского «я» в наполнение песочных часов". Между третьим и шестым ребрами слева, да.
Тема безбрежной отцовской любви не так часто встречается в произведениях, в отличие от всепобеждающей материнской. Но это именно тот случай. Верю.
Беда обычно приходит на бесшумных кошачьих лапах - в одной из заварушек погибает Адель. Личный светоч главной героини тухнет. Что делать в мире, в котором больше нет возвышенной цели? Только нестись сквозь мёртвый город за стройной, неясной в тумане, фигуркой. Нестись, понимая, что это конец - но не останавливаться. Потому что гонит то чувство, которое нельзя побороть.
Замечательный даркфиковый оридж. Конец вполне ожидаемый, хоть и грустный. Понравился здешний язык - грубоватый, с рублеными фразами, но такой красивый... Как и история женской любви, которой не нашлось счастья.