Такой небольшой, пронизывающий душу рассказ о человеческом предательстве.
Которое бывает среди людей в любой стране. Но это Япония! Непостижимая, показывающая только то, что допускает нужным показать. Поэтому страдание изящно облекается в изысканную красоту!
Я полон грусти, расстаюсь с тобой,
Слезинки светлые дрожат на рукаве,
Как яшма белая...
Я их возьму с собой,
Пусть это будет память о тебе...
Ellinor Jinn:
Когда в фэндоме ни в ус ногой (намеренное смешение 2 фразеологизмов), а не можешь не написать реку! Настолько это проникновенно, горько, нежно... Круто! "...я всего лишь превращал землю на могиле мое...>>Когда в фэндоме ни в ус ногой (намеренное смешение 2 фразеологизмов), а не можешь не написать реку! Настолько это проникновенно, горько, нежно... Круто! "...я всего лишь превращал землю на могиле моего людского «я» в наполнение песочных часов". Между третьим и шестым ребрами слева, да.
Тема безбрежной отцовской любви не так часто встречается в произведениях, в отличие от всепобеждающей материнской. Но это именно тот случай. Верю.
Которое бывает среди людей в любой стране. Но это Япония! Непостижимая, показывающая только то, что допускает нужным показать. Поэтому страдание изящно облекается в изысканную красоту!
Я полон грусти, расстаюсь с тобой,
Слезинки светлые дрожат на рукаве,
Как яшма белая...
Я их возьму с собой,
Пусть это будет память о тебе...
Ки-но Цураюки.