Кажется, трогательную историю написать просто. Возьми бездомного котенка или мальчика-сироту, добавь немного будничной серости, присыпь щепоткой безнадежной тоски... И вот, читатель уже утирает скупую слезу и пишет: "шедевр, автор, выдай еще". Поройся в своих закромах, пройдись по сердцу каленым железом, включи звук на полную громкость, чтобы в ушах звенело от отчаяния. Это сделать просто: набирай полные легкие воздуха, да ори со всей силы.
Но намного сложнее написать грусть спокойную, тихую, без надрыва и драматизма. Привычную такую, обыденную грусть, о которой не закричишь во все горло, от которой не зайдешься в истерике и не станешь рвать на себе волосы. Ту самую грусть, что у каждого из нас собирается в свое кладбище самолетов, или, может, ромашек - если вы в детстве гадали на них. У автора это получилось. Спасибо!
Isur:
Эта история, как тёмный шоколад - пряная сладость с оттенком горечи.
Сказки здесь нет, нет волшебных ковров, ламп с джиннами и песен, есть только смутные воспоминания обо всём об этом, а ещё череда а...>>Эта история, как тёмный шоколад - пряная сладость с оттенком горечи.
Сказки здесь нет, нет волшебных ковров, ламп с джиннами и песен, есть только смутные воспоминания обо всём об этом, а ещё череда арабских ночей, полных не свободы и полёта, но томления. Жасмин, которая взрослеет. Визирь, который умеет ждать и рассказывать сказки. Алладин, который по-прежнему ворует на рынках и с вожделением смотрит на дворец. Это неожиданно, но завораживающе. Рекомендую!
Но намного сложнее написать грусть спокойную, тихую, без надрыва и драматизма. Привычную такую, обыденную грусть, о которой не закричишь во все горло, от которой не зайдешься в истерике и не станешь рвать на себе волосы. Ту самую грусть, что у каждого из нас собирается в свое кладбище самолетов, или, может, ромашек - если вы в детстве гадали на них. У автора это получилось. Спасибо!