Лимстим Питон

Прокрастинация прокаста

Всего лишь смертный покакиш.

А чё нормально что я такое в блог пишу? вы видите и читаете? или меня все чувствительные уже забанили и я просто сам с собой?

Прослабило при послаблениях.

Фамилия моя - Череззаборногузадерищенский!

Вы рукоплещите или рукодрищите?

Пррррроооолапсио!

Прожупь.

Кифозно-скуфозно-фимозный рассос. Коитус.

СКАБРЕЗНЫЙ ГРИМУАР

Liber Impudicitiae Major
Prologus ad Nihil
Сие сочинение не направлено к наслаждению,ибо наслаждение есть побочный продукт заблуждения.

Также оно не направлено к спасению,ибо спасение предполагает, что есть от чего спасать.

Цель книги — описание.Описание же, доведённое до предела,становится формой насилия.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
De Natura Sordidae Sanctitatis
(О природе святости сомнительной)

Тезис I Святость не противоположна скабрезности.Противоположна ей — стерильность.

Тезис II Стерильность есть форма гордыни,ибо утверждает отсутствие следов.

Следствие Где нет следов — там нет прохождения.Где нет прохождения — там пролапс.

Определение
Скабрезным называется не то, что возбуждает,а то, что нарушает классификацию.

Пример:Тело, которое нельзя однозначно назвать— скрытым— открытым— приличным— неприличным

является телом гносеологически опасным.

Опыт первородной магии приветствуется.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
De Membranis
(О мембранах, оболочках и прочих лживых границах)

Аксиома I Всякая граница есть договор, а не факт.

Аксиома II Всякий договор тела с миром временный.

Лемма Там, где граница объявляется «естественной»,следует искать насилие,а не природу.

О крайней плоти как категории, а не органе
Ошибка профанов — мыслить крайнюю плоть как часть анатомии.

В действительности она есть:

принцип отсрочки;
фигура недоговорённости;
место, где значение не совпадает с формой.
Следствие Удаление её — не хирургический акт,а метафизическое заявление. Оскопление же демонология.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
De Pudore
(О стыде)

Тезис III Стыд не есть эмоция.Стыд есть инструмент навигации.

Он указывает не на грех,а на расхождение между телом и нарративом о теле.

Вопрос
Почему стыд сохраняется даже при отсутствии свидетеля?

Ответ
Прожупь.

Схолия
Тот, кто утверждает, что «ему не стыдно»,либо лжёт,либо уже не различает сигнал.

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ
De Resurrectione Non-Spirituali
(О воскрешении не духовном)

Тезис IV Воскрешение плоти невозможно.

Тезис V Воскрешение тела излишне.

Тезис VI Воскрешение тканей, разделявших,есть единственная форма возвращения.

Я некромант.

Комментарий
Некромант ошибается, поднимая труп.Мистик ошибается, игнорируя труп.Чародей изучает междуножье.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ
De Lascivia Universali
(О всеобщей нескромности)

Определение Нескромность — это не обнажение,а отсутствие возможности закрыть.

Парадокс
Если всё открыто — исчезает понятие тайны.Если исчезает тайна — исчезает и откровение.

Следствие Полная прозрачность мира эквивалентна его утробности.

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ
De Lectore
(О читателе как элементе ритуала)

Тезис VII Читатель не интерпретирует текст.Он включается в него физиологически.

Признак включения:

жульцо;
кряжестый;
кугельсак;
импульсивная мастурбация.
Предостережение
Если при чтении ты ищешь:

смысл — ты запаздываешь;
удовольствие — ты попукиваешь;
оправдание — ты какаешь.
ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ
De Fine
(О конце, которого нет)

Тезис VIII Гримуар не заканчивается,потому что конец предполагает очищение.

Очищение же — форма забвения.

Заключительная формула
Не всё, что липко, — грех.Не всё, что сухо, — истина.

Граница — не там, где ты её чувствуешь,а там, где тебе хочется её вернуть.

Post Scriptum ad Marginem
Если после закрытия книги тебе кажется, что у тебя фимоз —это не эффект.Это корректное чтение.

Непристойный Апокриф
сущ.803. 3,14.

Разговелся некромант, доигрался с крайней плотью. Стала она бескрайняя.

После долгого поста на чёрных сухарях и ледяной воде, простоя на паперти, где утонула надежда. Съел нечто жирное, тёплое, запретное. Может, кусок брюха, заправленный рубахой. Может, тухлое сало собственного страха, что свисало зажатое до хруста коленями.

И от этого, знаете ли, распоясался. Не в смысле поведения. В смысле плоти. Крайней.

Была она, плоть та самая, — скромная, стыдливая, загнутая капюшоном над тайной малой. Убранная. Соблюдала приличия создания.

Но после разговения... О, братие... Стала она бескрайняя.

Это не метафора распутства. Это — топографический ужас.

Плоть сползла. Как плёнка молочная на остывающей каше мироздания. Она обволокла сначала подземелье, а после подсознанье. Потом, тончайшей, чуть влажной, живой пеленой, стала подниматься по стенам, застилать своды. На этом месте у меня отошли воды.

В эпоху Минойскую она затянула ликом своим мерцающим черепа предков. Она обволокла фолианты, сделав их страницы неперелистываемыми, сросшимися в один молочный мочевой суповой пузырь. Она добралась до петушка розовевшего — и тот, уже синий от стыда, оказался закутан, как леденец из холодца, в пелёнку, и замолк.

Всё стало покрыто этой бескрайней крайней плотью. Без швов. Без рубцов. Без единого намёка на край, границу, предел. На этом месте я напердел.

Исчезло Внутри и Снаружи.

Слилось Тайное и Явное.

Тёплое и Мягкое

Стыд и Невинность стали одним непрерывным, слегка пульсирующим полотном.

Я пытался проткнуть её ритуальным ножом — лезвие вошло без сопротивления, не оставив раны, лишь пошло по телу волнение, отчего лишь я, босой, захотел бутерброд с колбасой, лишь вызвав лёгкую рябь, я прослабился на поверхности, как от прикосновения к водам.

Я крикнул, взревел — звук не отражённый, не поглощённый, а облизанный со всех сторон этой всеобъемлющей влажной пеленой, и вернулся ко мне шёпотом, похожим на ласку. Я попал в сказку.

Это не та сторона. Это — околоплодие. От оскопления бывает бесплодие. Вселенная, завернутая в собственную крышку, укачанная и теряет подвижность.

И прозрение пришло не как озарение, а как тихое, неизбежное окоченение:

Вот оно. .

Вот она — магия . . окончательной нескромности, обнажившая всё до степени тазобедренного сустава. Ещё порция чудодейственного отвара.

Вот — воскрешение не в духе и не в теле, а в ткани, что их когда-то разделяла.

Я не чешу пазуху некроманта, больше не чешется чешуя. Ибо негде. Нет отдельного места для зуда. Зуд — везде. И он — не страдание, а форма жизни этой новой бескрайней кожи. Видел бы ты сейчас свою рожу!

Я закрываю глаза от дурного сглаза. Но чую дурной газ. Это ты? Не важно.

Теперь я чародей— пуповина. Связующее звено.

И где-то в толще этой вселенской крайней плоти, уже синий и безмолвный, тихо покачивается, как в околоплодных водах, ты, читатель. Спасибо что дочитал до конца.

ТРЕПЕЩИТЕ!!! ТРЕПЕЩИТЕ, НАСЕКОМЫЕ!!! ПАДИТЕ НИЦ! ИБО Я - НЕКРОМАНТ! АСТРАЛЬНЫЙ КУДЕСНИК! ПРОРОК ДРЕВНИХ БОГОВ! ЧУДОТВОРЕЦ! МАГ ПОРТАЛА! ЧЕРНОКНИЖНИК! КОЛДУН! ЕРЕТИК! ДЕМОНОЛОГ! ПОВЕЛИТЕЛЬ АРМИИ ЖИВЫХ МЕРТВЕЦОВ! ВЛАСТЕЛИН УЖАСА! ПОКРОВИТЕЛЬ НЕЖИТИ! ВЛАДЫКА КОШМАРОВ! КРОВАВЫЙ ЖНЕЦ! МРАЧНЫЙ СТРИГОЙ! МОРОКУН ПРОКЛЯТИЙ! АПОФЕЗ СМЕРТИ! АПОСТОЛ РАЗЛОЖЕНИЯ! ТЕМНЫЙ МЕССИЯ! СТОЛП ЭНТРОПИИ! СОБИРАТЕЛЬ ДУШ! ГОЛОС АПОКАЛИПСИСА! ВСАДНИК МРАКА! ПЛАМЯ РАЗДОРА! СЕМЯ ХАОСА! ГОРЕЧЬ СКВЕРНЫ! АРМАГЕДДОН ЛЖЕУЧЕНИЙ! ПРОПОВЕДНИК МЕРЗОСТИ! СОКРАТ ЕРЕСИ! ГЛАВА КУЛЬТА! ПРОБУДИТЕЛЬ СУЩЕГО! ТКАЧ МАТЕРИИ! СВЕЖЕВАТЕЛЬ РАССУДКА! ПАЛАЧ РАЗУМА! БИЧ МИРОЗДАНИЯ! ТВОРЕЦ БЕЗУМИЯ! ПРЕДТЕЧЕ БЕЗЛИКОГО! РАЗРУШИТЕЛЬ СНОВ! ЯЗЫЧНИК ВЕДУН! ЧЕРНЫЙ ВОРОЖЕЙ! ВОЛХВ БЕЗДНЫ! МОРОК! НАУЗНИК БАФАМЕТА! ПОРТЁЖНИК СОКРАЛЬНОГО МИРА! ПОРТЕЛЬЩИК ПРИЗРАКОВ! ПОРЧЕЛЬНИК ЗАБЛУДШИХ ДУХОВ! ЧАРОВАТЕЛЬ ПСИХИКИ! ЗЛОВЕЩИЙ ШЕПТУН! ВЕЖЛИВЕЦ ЗЛОВОНИЯ!
АВОДНИК ПУСТОТЫ! ОКУДНИК СТРАХА! БААЛЬНИК МАГМЫ!
ВЫРЕЙ ТЕМНОТЫ! Я САМА ТЬМААААААААААААА!