Lena Koshkina

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Фотография. Марисса и Лукас, где-то на улице. Он позади — глаза чуть сощурены, смотрит будто изучающе — даже сквозь камеру; она — ближе, положила голову ему на плечо, на губах — уже знакомая кривоватая улыбка.

Нейросеть

— Смотри, ты пытаешься пойти по классической схеме. Тепло-холод. Но они у тебя как будто слишком чистые. Лора, она… как единорог, да? Там же такая была ассоциация? Так вот, что если ты вообще откажешься от перекрестного желто-синего, который даст лишнюю зелень, а возьмешь, например… Ты возьмешь базой шестидесятый, контровым — бледно-голубой, а заполняющим… хм… вот тут не знаю точно, лаванду или бледно-розовый. И полудиффузию обязательно. Будет необычно, но в настроение попадет...

Нейросеть

Это было светлое, довольно просторное помещение с большими окнами и зеркалами, полностью закрывающими одну из стен. Возле станка делала растяжку невысокая брюнетка в черных легинсах и топе, а в углу складывал реквизит светловолосый парень в широкой белой футболке и мягких джоггерах.

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Джей же смотрел во все глаза и жадно впитывал все. Цвет — синие, зеленые, охристые оттенки. Ясный, желтоватый предвечерний свет. Запахи: кофе, газонная трава, немного бензина. И, кажется, чувствовал себя на своем месте. Это было непривычное, давно забытое ощущение — принадлежность.

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть