Алекс-Александр
Преображенский скорее отчаявшийся человек, о чем свидетельствуют его обеденные антибольшевистские спичи с Борменталем. Он скрывает за своей резкостью суждений полное разочарование новой властью. Возможно что в прошлом придерживался демократических убеждений, и убедившись в крахе своих представлений после февраля, а особенно октября 1917 года, полностью поменял свою точку зрения, награждая представителей пролетариата крайне неприятными эпититами. Но совсем уж циником не становится, поскольку он запрещает Борменталю убивать Шарикова.