Глава 24. Расправа
Не знаю, задумывалось ли это так, но толпа у эшафота здесь выглядит человечнее зевак, собравшихся в здании Сената, палач на эшафоте совестливее Алексея Бестужева, а слёзы его брата просто ничтожными по сравнению с горем Петра Балка. Я тут прочитала, что Михаил Бестужев ещё и новый брак изволил оформить при живой ссыльной жене, так что в любом случае ненадолго его горя и любви хватило.
А героев безумно жаль...