В Выручай-комнате

Драко выныривает из омута памяти. Его трясет, руки дрожат, глаза слезятся. Да-да, это не слезы, просто… Просто. Как же он жил? И Драко ведь ничего не знал о нем. Он думал, что у Поттера было нормальное детство… Да, он знал, что его родители умерли, но как-то не задумывался над тем, где рос и воспитывался Поттер. Он был уверен, что добренький дедушка Дамблдор не дал бы его в обиду. А оказывается, всем было плевать на то, что творилось с ребенком, о котором знал весь магический мир и на которого возлагали столько надежд? Никто не помог ему, не защитил, не научил и не подсказал, что он волшебник, что «эти штуки», как уже догадался Драко, первые стихийные выбросы магии. А когда Гарри, наконец, узнал, что он — нормальный, что он даже круче всех этих магглов — он волшебник — Драко сам, своими руками, строил ему пакость за пакостью, проходу не давал, говорил столько гадостей только потому, что тот не захотел… Драко решительно тряхнул головой, отгоняя свои собственные воспоминания, и снова нырнул в омут.