Весна в Йокогаме

Когда в Йокогаме цветёт сакура, даже у суровых мафиози просыпается тяга к романтике. Чуя Накахара решил, что лучший способ впечатлить даму — это не только рев мотора и крутой байк, но и небрежно предложенный цветок. Эффект оказался неожиданным: Акико Йосано, явно не ожидавшая такого жеста от представителя Портовой Мафии, даже смутилась. И на её обычно невозмутимом лице вспыхнул румянец.
Куникида, наблюдавший за ними, чувствовал, как внутри него закипает гремучая смесь возмущения и уязвленного самолюбия. Он судорожно вцепился в блокнот, хотя его взгляд всё время возвращался к Озаки Коё, неспешно прогуливающейся неподалеку. Но пункт 59 «Списка идеальной женщины» кричал: «Женщина не должна состоять в мафии!», и сейчас эта строчка казалась самой нелепой вещью в мире.
— Завидуешь, Куникида? — раздался насмешливый голос Дазая. — Даже Чуя не боится показаться глупым и дарит цветы. А что ты? Так и будешь скрипеть зубами, пока твоя дама сердца уходит?
Куникида раздражённо поправил очки, ощущая, как лицо заливает краска. Он ненавидел Дазая, эту весну и себя за неспособность быть таким же прямолинейным, как чёртов мафиози. Чуя Накахара жил по велению сердца, тогда как Куникида оставался заложником собственного порядка.
Он открыл нужную страницу и поднёс карандаш, готовый начать мысленную сверку... И замер.
Озаки Коё сделала едва заметное движение - плавно подняла руку, и крошечный розовый кусочек весны доверчиво опустился ей прямо на раскрытую ладонь.
Куникида перестал дышать окончательно.
Вокруг продолжали беззаботно танцевать лепестки сакуры, словно насмехаясь над его нерешительностью. Куникида лишь сильнее сжал карандаш: план на день был официально провален, но на чистой странице блокнота вместо расписания почему-то начали проступать неуверенные, кривоватые линии, подозрительно похожие на изящный изгиб женского силуэт с зонтом.
https://images2.imgbox.com/94/7e/1Rxs2rJe_o.jpg