Отчаяние

После того как Волдеморт нанёс Гарри смертельный удар, Гермиона осталась совершенно одна в опустевшем мире. Боль утраты была настолько всепоглощающей, что она физически ощущала её как ледяную тяжесть в груди. Тоска сжимала горло, делая каждый вдох мучительным. Она понимала, что теперь стала главной мишенью для Пожирателей смерти, и ей пришлось пуститься в бега, скрываясь в заброшенных хижинах и подземельях, постоянно оглядываясь через плечо.
В момент смерти сознание Гарри не угасло, а пробудилось к древней памяти. Он вспомнил, что является всемогущим премьер-министром и Королём ада Люцифугом Рофокалем — существом, чья истинная сущность была скрыта под маской простого волшебника. Теперь, наблюдая за Гермионой через волшебное зеркало « всевидящее око» , он видел каждую её слезу, каждый испуганный взгляд, каждый неуверенный шаг.
С каждой секундой его лицо становилось всё мрачнее. Бессилие терзало его — будучи вторым лицом в преисподней, он почти ничем не мог помочь той, кто был ему дороже всего. Единственное, что оставалось в его власти — вселение в случайных прохожих, чтобы ненадолго утешить её шепотом или нежным прикосновением. Но эта мера была опасно неэффективной: всегда мог найтись фанатичный экзорцист, не способный отличить истинную любовь от демонической одержимости, готовый "спасти" Гермиону, причинив ей ещё больше страданий.
Фамильяры Люцифуга — Кроко, аллигатор с глазами из расплавленного золота, и Мистери, гигантская нагайна — видя, как их хозяин страдает, пытались поддержать его. Кроко с искренней верностью смотрел на Гарри, издавая низкое успокаивающее урчание, а Мистери нежно касалась его руки, обвивая трон хвостом и шепча древние слова утешения на забытом языке стихий. Но даже их преданность не могла рассеять мрак, сгущавшийся в сердце повелителя ада, вынужденного наблюдать за страданиями любимой из недосягаемой дали.