Счастье

Вот уже больше трех лет он вел жизнь абсолютно нормального подростка. О нем заботились, его любили. С его мнением считались. Пора было уже привыкнуть и не удивляться всякий раз, когда ему предлагали помощь. Не для того, чтобы воспользоваться его талантами в зельеварении или в ментальных науках, или еще в чем-нибудь, а ради него самого. Однако привычка воспринимать это как должное так и не выработалась, и Северус снова и снова, словно впервые, постигал суть нормальных человеческих отношений.