Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

И он пел, изредка прерываясь, чтобы глотнуть из бутылки и промочить горло. Пел старинные баллады о любви и нежности. Пел о борьбе и выборе, о нелегком пути воина, пел об одиночестве.

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

Вдалеке блеснул огонек костра и вскоре Гарри увидел самого гитариста. Парень примерно его лет сидел у самого огня. Скрестив босые ноги и уложив на них гитару, в распахнутой рубашке, откинувшись спиной на старое поваленное дерево и закрыв глаза, он самозабвенно перебирал струны, плавно переходя от одной мелодии к другой и совершенно не слыша подходящего к нему Гарри.

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

Гарри наблюдал за ним и в его голову закралась странная мысль. Барс ел, как истинный аристократ — аккуратно отрывал небольшие куски мяса, тщательно пережевывал и сглатывал, облизывая морду с явным удовольствием. Пару раз он оглядывался на Гарри и в его глазах читалось… Поттера охватило такое знакомое чувство от этих взглядов, будто он очутился в Большом зале Хогвартса и только собирался вкусно пообедать, как наткнулся на насмешливый серый взгляд и аппетит сразу пропал.

Нейросеть

Обложка

Нейросеть

Драко Малфой, Северус Снейп

— Она заслужила это, крестный! — Драко не мог скрыть свою радость за дорогого ему человека. Он заговорил тихо и мягко. — Заслужила знать, что старалась не зря. Неужели ты не чувствуешь, что ей больно понимать, что ты, хоть и поселил ее возле себя, но по-прежнему нуждаешься в ней только как в сиделке?

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Северус Снейп

— Быстрее, заклинания исцеления, все, что Вам известны. И завтра же домой!

Гермиона попыталась что-то возразить, но Северус был непреклонен.

Нейросеть

Драко Малфой, Рон Уизли, Гарри Поттер

Он на секунду замер от картины, которая открылась ему: прямо возле антитрансгрессионного барьера замер Малфой с вытянутой перед собой рукой, на белоснежной коже которой уродливой кляксой чернела метка, и Рональд, одной рукой вцепившийся Малфою в ладонь, а второй направляя на метку палочку…

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

— Что «Драко»? Что? — злость, давно и прочно спрятанная глубоко в душе, вдруг пьяно поднялась и затопила Малфоя. — Вот скажи, Поттер, почему ты такой? Почему ты меня жалеешь, защищаешь, спасаешь… А потом шарахаешься, стоит тебе увидеть это? — он рванул рукав рубашки, отрывая пуговицу на манжете с мясом, обнажая змею и череп. — Или ты не знал, что она у меня есть, когда вытаскивал из Азкабана? Или ...>>никак не можешь забыть… — что там не может забыть Поттер, Драко и сам толком не понимал, а потому остановился, переводя дух. Поттер смотрел на него во все глаза, но молчал. И это молчание вдруг наполнило сердце Драко такой болью, что он даже застонал, закрывая лицо руками. А потом резко вскинулся, залпом допил чуть не полбокала коньяка и выпалил: — Отрежь мне руку!

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Гарри Поттер, Драко Малфой, Северус Снейп

Перо изобразило большой вопрос и замерло перед Гермионой. Гарри подтолкнул ее локтем.

— Только не ругайтесь. Что, если проконсультироваться у маггловских врачей? — тихо спросила девушка, опустив взгляд и ожидая, как минимум, смеха. Но было тихо, все ждали продолжения, и она нерешительно продолжила. — Просто у магглов давно и успешно делают операции по восстановлению голосовых связок. И если найти хорошего врача… — она осторожно подняла голову и посмотрела на профессора. Тот сидел, задумавшись. Драко осторожно рискнул вмешаться.

Нейросеть

Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

— Есть, Драко. У каждого человека всегда есть шанс, а часто — и не один. Но я не думаю, что тебе стоит начинать с вранья. Гарри это очень не понравится. Может, ты просто скажешь ему все как есть?

Нейросеть

Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Драко Малфой

Гермиона покосилась на Поттера, но, видя, что он не собирается ничего говорить, взяла на себя обязанности хозяйки.

— Драко, что будешь на завтрак? Кричер отлично готовит блинчики, кстати, — она с улыбкой посмотрела на старого эльфа, и тот расцвел от похвалы.

— Хм, ты правда думаешь, что меня можно напугать плохой стряпней после Азкабана? — усмехнулся Драко. — Не откажусь от блинчиков, если к ним будет горячий шоколад.

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

— Малфой! Я тебя сейчас… — он тяжело выдохнул и постарался взять себя в руки. — Значит, так, Драко: я, так и быть, прощу тебе все твои школьные прегрешения, если ты перестанешь городить чепуху и останешься жить тут. Нет, теперь ты не перебивай меня.

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

Гарри вышел, встал рядом с Драко и начал рассказывать. Как ни странно, всегда путающийся от волнения в словах Поттер на этот раз говорил спокойно и уверенно. И Драко с удивлением заметил, как меняются направленные на него после выступления Уизли злые и презрительные взгляды. Как смягчаются, добреют, наполняются состраданием.

Нейросеть

Вбежав в свою комнату, я огляделся. Все было перевернуто вверх дном — здесь явно все обыскивали и не церемонились... Я закрыл глаза, выдохнул и опрокинул в себя содержимое флакона.

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

— За твоих родителей, — тихонько произнес он. Брови Гарри взметнулись вверх. Откуда он узнал? Драко как будто прочитал его мысли и, слегка смутившись, ответил. — Северус как-то говорил об этом с отцом, а я слышал. И запомнил дату. А потом не увидел тебя на празднике и подумал…

Нейросеть

Нейросеть

Нейросеть

Драко Малфой, Рон Уизли

— Оооо, нет! Он из-за меня решил отрезать себе руку?! — в ужасе заорал Гарри, и домовик кивнул. — Но зачем? Почему? Ой, нет, не то… Что он там сказал? Найдутся те, кто ненавидит меня еще сильнее… Ну почему он до сих пор думает, что я его ненавижу? — Гарри почти застонал от осознания этого факта, но тут же спохватился. — Снова не то… Кто ненавидит меня больше… Рон! Только Рональд, по мнению Драко, мог ненавидеть его еще больше, а он как раз вернулся домой, и…

Нейросеть

Гарри Поттер, Драко Малфой

Они сидели на парапете, держась за руки и болтая ногами, глядя, как звезды рассыпаются по ночному небу, как блестит под встающей луной черная вода озера, как гаснут окна замка. И все их кошмары отступали от них, понимая, что их время кончилось. Больше не было места для кошмаров в жизни этих двоих, которые рискнули попробовать обрести свое счастье. И оно, еще маленькое, как светящееся зернышко, уже выпускало ростки между их ладоней, уже отсвечивало в их глазах, уже окутывало их теплом едва зарождающихся чувств.