Каждая техника имеет слабое место, каждый человек в чём-то да уязвим. Согласие и мир на словах не исключают право на кровную месть, и нет ничего крепче, чем её узы, и она определяет все стремления.
Разве может быть иначе?
Шла по улице, никого не трогала, и вдруг на меня напала бегония «черный бархат». Я ее одолела, покромсала ножницами и запихнула в тепличку. Правда, в процессе схватки из кармана выпали пятьсот рублей.
Убедительно звучит? Мне еще эту версию Резнову рассказывать.