В шапке стоит предупреждение: слэш, но я его не сразу заметил, т.к. меня привлекло название (строка из песни Rammstein’а).
Это откровения очень плохого человека. Работа необычна своими героями: на фанфикс.ми мы ожидаем чего-то или кого-то более привычного, а здесь гости из фашистской реальности. Рассказ идёт от первого лица, который пишет письмо своему… другу (подробности в тексте) и рассказывает о своих мыслях, желаниях и чувствах. Казалось бы, банальный сюжет! Но в данном случае важно не «о чём» или «что» (тут нет никакой интриги), а всё же «как». Что касается стиля, то тут всё отлично: много эмоций, они переданы и описаны ярко и красочно, весьма художественно. (На мой вкус, однако, слишком уж красиво, эпитеты ради них самих, чтобы «царапало». Мне больше по душе стиль Хемингуэя или Ремарка, а не Набокова.) А вот содержание вызвало у меня вопросы. Первый раз герой пишет письмо, когда друг погиб. Но что подтолкнуло его ко второму письму? Зачем он его написал? В результате вышло этакое самолюбование, что ли: «да, я вот такой!» Кроме того, герой со всеми этими описаниями предсказуем, что ли.
И отдельный вопрос: что хотел сказать автор?
#микрочеловек очень любит гулять. Но просто тусить на ближайших к дому площадках ему не интересно, надо обязательно увести меня куда-нибудь подальше, желательно покататься на метро, и чтоб обязательно были серые, красные и огромные вагоны (да, надо обязательно сделать две пересадки, иначе несчитово). Из-за метро мы не пользуемся никаким детским транспортом типа колясок, так что человек ходит сам, а иногда едет у меня на руках. Носить его становится всё труднее, особенно когда нужно его то поднять, то поставить. Поэтому микрочеловек начал осваивать пешеходные переходы через не оживлённые, хорошо просматриваемые в обе стороны и максимум двухполосные дороги не у мамы на руках, а своими ногами. Обучение шло штатно, человек старательно смотрел налево, потом направо под ноги и вверх на всякий случай, и шёл уверенной походкой, крепко держа меня за руку. Но не так давно он слишком засмотрелся на припаркованные машины и порывался остановиться прямо на зебре, чтобы сообщить мне, какого цвета во-он та машина. Потом на тротуаре получил воспитательную беседу, в ходе которой я неосторожно использовала фразу «Считать ворон». Теперь микрочеловек переходит дорогу правильно, но во весь голос сообщает миру: «Я не считаю кар-кар!».
Ну а через четыре полосы, ещё и с трамвайными путями посередине, он по-прежнему перемещается у меня на руках, вздыхая о том, что он уста-ал.