«Он встал. После того, как принял Смерть в Запретном лесу, он поднялся, живой и целый, и все у них на мгновение блеснула надежда. Но Том Ридл не был побежден. Не все битвы можно выиграть, имея лишь открытую душу, желание защитить и навыки ученика шестого класса.»
На глазах Гермионы рушится мир. Она теряет все и всех. Она бежит, путает следы.
«Год одиночества. Год, где она сталкивалась с Пожирателями и вырезала их по одному, тихо и эффективно.»
«Шесть лет. Шесть лет она провела в холодных, но безопасных стенах Малфой-мэнор, среди призраков прошлого и таких же, как она, обломков света. Она использовала это время. Не для траура, а для тотального погружения в знания, которые чистокровные семьи веками прятали в своих библиотеках.»
«Ее планы, честно говоря, никогда не заходили дальше самого ритуала. Она рассчитывала либо на окончательное небытие, либо на сделку со Смертью, но не на эту... эту вторую попытку.»
«— Но есть одно условие. Ты не можешь напрямую влиять на Гарри Поттера. […] Судьба будет защищать свою нить. Пойми это, дитя. Ты можешь менять декорации, но не главного актера.»
Нельзя вмешиваться лично, но нужно разведать границы косвенного вмешательства. И сначала позаботиться о себе: Сдать экзамены, найти союзников, получить мастерство.
«— Вопрос не в том, почему я ему не доверяла. Предпосылки? О, они были. Но куда интереснее — почему ты ему не доверяешь? — Августа прищурилась. — Ты появилась из ниоткуда, с дипломами и наградами, но без прошлого. Ты встроилась в систему, но держишься от него на расстоянии.»
«Выглядела она на снимке именно так, как и должна была выглядеть в представлении обывателей — опасно, загадочно и чуждо.
А над фотографией красовался кричащий заголовок, набранный жирным шрифтом:
УБИЙЦА В ХОГВАРТСЕ? ТЕНЬ СМЕРТИ СРЕДИ НАШИХ ДЕТЕЙ!»
«— Со мной лучше не связываться, — согласилась Мия, туша сигарету. — Они совершили классическую ошибку, напав на человека, у которого нет репутации, которую можно запятнать, зато есть деньги, связи и полное отсутствие сантиментов. Дамблдор, должно быть, отчаялся, или это его первый ход в его многоходовке.»
#диванный_путешественник
По следам поста Лендосс про зимние перемещения из точки А в точку Б.
Лететь в мск я честно и откровенно побоялся. Открытый аэропорт – это круто, конечно, однако я посмотрел на число вовремя вылетевших рейсов, сравнил с теми, что задержали или отменили, прикинул общее время дороги с учетом этих задержек, и решил – нафиг. И был прав: тот самолет, на котором я планировал лететь, задержали на 4 часа.
Но вот обратно…
По заснеженным дорогам на автобусе ехать сыкотно, так что выбор был простым: или я вообще не еду домой, или лечу.
Удобны были лишь пара рейсов (чтобы не тратить дохуллион денег на такси или 4 часа на дорогу до далекого аэропорта), и были они утренними. Казалось бы, аж 10 утра – норм же. Но, конечно, это не норм, потому что вставать-то в срань несусветную.
И вот тут началось мое везение.
Во-первых, я отказался вставать в 5 и наглым образом решил поспать нормально, и никуда не опоздал.
Во-вторых, несмотря на предложения яндекса, я выбрал не самый быстрый или удобный (по мнению яндекса) маршрут, а тот, что мне был понятен, и вопреки наблюдаемым неделями проблемам в нужном мне месте, легко и непринужденно уехал точно в желаемое время.
В-третьих, я нигде не затупил, не потерялся, не прое… В общем, прекрасно и быстро доехал до аэропорта.
В-четвертых, у меня с собой было очень много потенциально проблемных вещей – ручная кладь прям оч под вопросом была. Я это осознавал и был готов к проблемам. И однако же единственное, что вызвало вопрос на досмотре, это я сам – корсет. Меня быстренько пощупали, заглянули мне под майку и пропустили.
В-пятых, ручная кладь имеет четкие ограничения по весу и размеру, а, как сказано выше, у меня было много (не только проблемной, но и самой) ручной клади. В том числе огромная (для ручной клади) сумка (не первая, которую можно, а вторая!) с зимними вещами. Но никого ничего не смутило.
В-шестых, я не стоял в долгой очереди на посадку и шустренько оказался в самолете, где…
В-седьмых, легко и просто нашла место для вещей на багажной полке (последнее свободное!) – прямо над моим местом. Это прям редкий успех.
В-восьмых, на соседних местах сидели нетолстые, невонючие, неприставучие и даже несыкливые пассажиры, так что никто не мешал мне лететь.
В-восьмых, я так хорошо летел, что впервые в жизни браслет мне даже сон посчитал. Езжу и летаю я довольно часто, но даже когда мне кажется, что я сплю, браслет не считал это сном. А тут прям сон!
В-девятых, вопреки статистике и наблюдениям, никаких проблем с посадкой не возникло. Ни ковров, ни нло над аэропортом.
В-десятых, нарушив привычный ход вещей и собственные привычки, я не стала ждать второй (пустой) автобус, а влезла в уже стоящий перед трапом полный, благодаря чему вышла из аэропорта ровно в тот момент, чтобы успеть на единственный вид общественного транспорта, который едет оттуда. Учитывая, что интервал движения 30+минут, а цена такси неадекватна, это прям вау.
В-одиннадцатых, мне снова повезло на пересадке и без долгого ожидания или толкания я тихо-мирно с комфортом устроился в нужном автобусе и доехал домой, где и узнал…
В-двенадцатых, что мск замело, после моего отлета отменяют все подряд вылеты… а затем и мой аэропорт накрыло ковриком.
Итого: число проблем, которых я избежал в тот день, перевалило все возможные пределы. Я очень доволен, но… немножко переживаю, что израсходовал всю дорожную удачу.
На глазах Гермионы рушится мир. Она теряет все и всех. Она бежит, путает следы.
«Год одиночества. Год, где она сталкивалась с Пожирателями и вырезала их по одному, тихо и эффективно.»
«Шесть лет. Шесть лет она провела в холодных, но безопасных стенах Малфой-мэнор, среди призраков прошлого и таких же, как она, обломков света. Она использовала это время. Не для траура, а для тотального погружения в знания, которые чистокровные семьи веками прятали в своих библиотеках.»
«Ее планы, честно говоря, никогда не заходили дальше самого ритуала. Она рассчитывала либо на окончательное небытие, либо на сделку со Смертью, но не на эту... эту вторую попытку.»
«— Но есть одно условие. Ты не можешь напрямую влиять на Гарри Поттера. […] Судьба будет защищать свою нить. Пойми это, дитя. Ты можешь менять декорации, но не главного актера.»
Нельзя вмешиваться лично, но нужно разведать границы косвенного вмешательства. И сначала позаботиться о себе: Сдать экзамены, найти союзников, получить мастерство.
«— Вопрос не в том, почему я ему не доверяла. Предпосылки? О, они были. Но куда интереснее — почему ты ему не доверяешь? — Августа прищурилась. — Ты появилась из ниоткуда, с дипломами и наградами, но без прошлого. Ты встроилась в систему, но держишься от него на расстоянии.»
«Выглядела она на снимке именно так, как и должна была выглядеть в представлении обывателей — опасно, загадочно и чуждо.
А над фотографией красовался кричащий заголовок, набранный жирным шрифтом:
УБИЙЦА В ХОГВАРТСЕ? ТЕНЬ СМЕРТИ СРЕДИ НАШИХ ДЕТЕЙ!»
«— Со мной лучше не связываться, — согласилась Мия, туша сигарету. — Они совершили классическую ошибку, напав на человека, у которого нет репутации, которую можно запятнать, зато есть деньги, связи и полное отсутствие сантиментов. Дамблдор, должно быть, отчаялся, или это его первый ход в его многоходовке.»