Единицу вам за пейринг. пампкинпай полный отстой. А Джинни опять шлюха.
Штампы, штампы, штампы. Ну сколько можно?! Что ж вы пампкинпаевцы ничего нового придумать не можете? Еще и Томаса привели. Стыд и позор.
"Слова лились, будто сами по себе"
У вас Гарри лейка, что ли?
Нет, это ужасный фик. Кто это вообще пропустил на ПФ?!!
О-о, знакомые доводы, расист и прочее. Вы меня еще гомофобом обзовите.
Нет, вам просто нужен был левый герой, чтобы сделать Джинни шлюхой. Вот и взяли зачем-то Дина.
Почему все делают из Уизли каких-то моральных уродов? Джинни - хорошая девушка. Пишите нцу с ней, а не с этой вашей Гермионой.
"Ну не нравится вам пейринг - не читайте"
А вы мне не указывайте, чем мне заниматься. Пампкинпай = инцест. Мне для него даже единицы жаль.
Фик выложен в общественный доступ. Почему я не могу здесь отписаться?
По поводу флуда... Вас видимо забанил гугл, и вы не знаете определения. Ну ничего, я вам прощаю.
И автор, "Гермиона прекрасно помнила, как краснела и заикалась малышка Джинни в присутствии своего возлюбленного.", это было в первых книгах. Даже если точно во второй. Джинни потом очень изменилась. Курите канон.
Больше десяти лет назад, в мою студенческую бытность, я стал свидетелем весьма впечатляющей оговорки, коей решил поделиться с вами. Топология, конец второй пары, и студенты, и преподаватель уже устали. Тема лекции – многообразия (один из типов пространств в топологии). Лектор завершает разбор темы и, подводя итоги, произносит:
– ...таким образом формируя всё рассмотренное многообразие разнообразий.
Немногочисленные внимательно слушавшие студенты начинают хихикать: очевидно, должно быть наоборот, "разнообразие многообразий". Лектор тоже понимает, что сказал что-то не то, и медленно повторяет, силясь обнаружить ошибку:
– Рассмотренное многообразие разнообразий.
Смех разносится громче, кто-то с места приходит на помощь заслуженному профессору:
– Иван Иванович, наоборот же!
– Да, действительно, – улыбается лектор. – Простите, заговорился. Я хотел сказать, многообразие ракообразий.
Откуда в уставшем сознании профессора возникли ракообразные, и как они проникли в лекцию, остаётся загадкой, но ещё десять лет до выхода на заслуженную пенсию студенты за глаза именовали его Раком Раковичем.
N.B. Несмотря на эту запоминающуюся оговорку, лектором профессор был отличным, и, невзирая на солидный возраст, сохранял ясность мышления всё время своей работы.