«Я бы сшила тетрадь из кожи моего врага, и записала туда, что надо прощать врагам.
Уметь прощать – целая наука. Я долго овладевала, но не стала профессором. Кому-то простила, кому-то не сумела».
Интересно... На мой взгляд, в начале главы Том слегка неканоничен, хоть, впрочем, что мы знаем о томе Риддле? Лишь парочку эпизодов из чьих-то воспоминаний, но мне он (Том) показался уж больно человечным. Зато яркий контраст на фоне Вольдеморта. Как и Цисси, едва узнала его. Однако его мотивы -о, мой Лорд! - мне столь де непонятны. Раз стал Лордом, то откуда чувства? А если нет чувств, то к чему секс? Как-то лично в моей голове озабоченный Лорд никак не вяжется с книгами, не в укор автору будет сказано!
Словом, жду продолжения! Сам по себе пейринг мне понравился. Цисси, в отличие от Тома (именно Риддла, а не одной седьмой чьей-то души), не мой любимый перс, но всегда нравилось, как ее представляют в фанфах.
Remonre спасибо за комментарий. Здесь история восприятия жизни и людей Нарциссой, именно таким она его воспринемала, а уж что там у него в душе, кто знает.
#микрочеловек развивается и всячески окультуривается.
На кухне у моих родителей стоит магнитола, обычно она работает как радио, но также поддерживает воспроизведение с CD-дисков. Вчера во время завтрака микрочеловек занимался своим любимым «Мам, это что за кнопка?» и случайно открыл крышку дисковода. Там обнаружился давным-давно забытый диск Вивальди. Микрочеловек заинтересовался и потребовал немедленно включить. И оказался потерян для общества. Потом очнулся и сказал, что музыка очень красивая. Так что вчера весь день слушали Времена года. Сегодня утром человек снова потребовал красивую музыку с диска, а я рассказала, что у нас есть ещё диски и предложила включить другой. Микрочеловек заинтересовался и сказал, что выберет сам. Выбирать он решил по цвету коробочки и в итоге выбрал Бизе. Послушал, тоже назвал красивой и ещё отметил, что там смешная труба. Потом решил, что в обед надо послушать Верди, но не оценил и почти сразу выключил. А к ужину выбрал Равеля и с удовольствием послушал Болеро.
Растёт человек, однако.