Мда, неожиданый поворот, надеюсь Гарри все же сможет вытащить нужную информацию из Готта. Дориан свинья но примерно такой реакции я и ожидала, ничего пройдет время сам поймет, неужели нельзя понять что своим упрямством он делал больно не только себе но и другу, ведь у Гарри нет друга лучше чем Дориан, да и если вспомнить сам Дориан говорил что на месте Альберта и Эдвина не спросил бы нужна ли помощь, а просто взял и помог, а теперь же сам себе противоречит. Черт не знаю как дождаться следующей главы, так что поскорее бы проду. Еще раз спасибо
Мда, Гилберт и правда пугает, или это был не Гилберт тот кто перекрасил стену.Вот теперь понятно Глас Дурмстранга не хотел его выгнать или убить, скорее всего он искал достойного человека что бы он выполнил его волю, надеюсь все будет в порядке.
Ох, знаете читаю эту главу уже полтора дня. Наконец дочитала. Надеюсь Дориан все поймет, и осознает. Если Гарри весь день находился между людьми, то доказать что это не он будет достаточно легко, ну или сыворотка правды конечно с разрешения Гарри. И вот еще о чем подумала, может это все таки Готт у него может быть раздвоение личности, ну или он часть плана по изгнанию Гарри из Дурмстранга. Скорее бы следующую главу, пожалуйста не затягивайте с решением этой задачки.
Черт, что же произошло, какое нибудь заклинание или просто испугался что его видели? Но я рада что Гарри и Дориан наконец то помирились. Спасибо за проду.
Сейчас будет много нытья, но блин, мне нужно спустить пар и, может, ненадолго расклеиться.
Потому что я очень плохо вывожу. Нет, я держусь, бегаю по делам, в больницу, вот это вот всё. Но меня накрывает ужас и паника. От меня что-то хотят, а я не понимаю, что мне делать.
Поговорила с доктором (боги, там девочка младше меня, такая хорошая, спокойная, спасибо, что она такая, я рядом с ней как-то собираюсь), инсульт подтвердили. Хотя мне и так было понятно, конечно. Что-то там про расположение, я не смогла запомнить, запомнила только, что в левом полушарии. Поговорила с санитаркой. Ну, здесь всё стабильно – дала денег, чтобы ухаживали.
К маме заходить страшно. Каждый раз как на пытку. Я заглядываю в палату – мама спокойная, лежит. Но как только видит меня, то пытается что-то сказать, дёргается, нервничает, что я её не понимаю. А я не понимаю, я очень пытаюсь, но не понимаю. Потому что у меня в этот момент в голове всё орёт от ужаса. Не умею я обращаться с беспомощными людьми, я паникую, боюсь сделать что-то не то, боюсь навредить. У меня всегда так было и я не знаю, как это исправить. Санитарка поит и кормит маму через шприц, потому что иначе она начинает кашлять.
Сегодня вышла из больницы, села на лавочку покурить и думала, там и останусь. Хотелось лечь и рыдать. Но надо продолжать что-то делать. Надо позвонить людям, которые ждут от меня новостей. Рассказать, ответить на вопросы, хотя я не знаю, что говорить. Мне вообще задают много вопросов. А я не знаю, что говорить, у меня нет понимания, у меня не всегда есть силы говорить в принципе.
Я даже себя не могу в кучу собрать, блин. Сегодня смогла проспать всю ночь, впихнула в себя банан, полстакана кофе и треть шаурмы. Купила детские пюрешки. От еды тошнит ужасно, но есть нужно. Хочется лечь и рыдать, но плакать не получается, поэтому вот выговариваюсь в блоги.