Шесть теней - и страх, неотвязный, как тень. Легион духов, полки демонов - и лишь один человек, которого можно назвать другом. Спасительный, но медленно пожирающий все человеческое плен. Можно ли жить, забрав столько чужих жизней? Можно ли спрятаться от своей вины в холодных путах чужих рук? Можно ли заглушить страшный стук колес, закончив один - самый важный - портрет? Он - самый несвободный из художников и ему придется искать ответы, хочет он того или нет...
Примечания автора: Ответвление от основной сюжетной линии "Метелицы", рассказывающее историю одного из ее героев - Ксенофонта "Мотылька" Макарова.
Читать настоятельно рекомендуется только после восьмой главы "Метелицы".
Да, главы идут совершенно не в том порядке, в каком следовало бы, учитывая их номера. Да, писать я начал тоже с седьмой. А потом написал пятую. А потом - первую. Если бы я записывал историю со слов Мотылька, все бы так и было - вперемешку, до полного хаоса. Впрочем, ничто не мешает читателю не следовать замыслу и читать главы по "правильным" номерам.
Ранее было выложено мною на СИ: http://samlib.ru/j/just_t_m/motulek.shtml
#хроники_пельменя
Пельмень сутки напролёт занимается очень важными кошочкиными делами. Ничего в доме не происходит без участия кошочки! Тут мы на спорте:
Тут инспектируем покупочки и запасы продуктов:
Тут Пельмень вспомнил, что он, вообще-то, кот программиста:
А вот мы позируем и делаем всяческие хоба:
В промежутках между очень важными делами кошочка ест овёс. Овёс хорошо пророс, зеленеет, колосится и радует Пельмеху:
Вообще, что касается пищевых радостей, пирамида предпочтений котига выглядит как-то так:
- не ест никогда, хотя котам это разрешено: огурцы, кабачки, яблоки;
- не слишком любит, но есть приходится: стандартный котовий сухой корм, составляющий основу рациона;
- любит и ест с удовольствием: варёная морковка и варёное яйцо;
- сильно любит: влажный корм и пророщенный овёс;
- любит аж до трясучки: котовьи колбаски с индейкой, сушёная соломка из утятины и сушёное кроличье лёгкое.
Как видите, этот кот избалован до одури тот ещё гурман.