Красивое откровение. Больное, ненормальное, но искреннее. Честность, обезоруживающая в своей силе, о красоте души и уродстве тела. О людях, которые умеют видеть и наблюдать. Ждать. И смиряться. О самых живых людях, о самых прекрасных.
Да, это ООС, и он честно проставлен в шапке, но в них верится. Хочется верить. В Слепого и в Крысу, в двух самых странных, самых одиноких и изнаночных существ. Закупоренных людей, которые не станут открываться всем. Или вообще хоть кому-то. Не станут, потому что не смогут, да и не захотят. Но друг друга они чувствуют, и могут уходить, и могут возвращаться. Когда им самим того захочется. И это прекрасно.
EnniNova:
Волшебник может слить воспоминания в думосбор и заново их пересмотреть. Он может покрутить маховик времени (правда, тут куча ограничений, да и маховик еще где-то добыть надо). А теперь он еще может вы...>>Волшебник может слить воспоминания в думосбор и заново их пересмотреть. Он может покрутить маховик времени (правда, тут куча ограничений, да и маховик еще где-то добыть надо). А теперь он еще может выпить зелье и прожить заново свою жизнь кусочек за кусочком.
Хорошо это или опасно, как зеркало Еиналеж? Ведь можно поселиться там, в воспоминаниях, и забыть о реальной жизни, где есть толстые линзы очков и слуховой аппарат, вставные зубы и скрипучие суставы. А еще тут, по эту сторону зелья, есть миллион внуков и правнуков с их внуками и правнукам. И каждый из них почтительно замолкает, когда входит дедушка Рон и говорит: «Эй, малой!»
Да, это ООС, и он честно проставлен в шапке, но в них верится. Хочется верить. В Слепого и в Крысу, в двух самых странных, самых одиноких и изнаночных существ. Закупоренных людей, которые не станут открываться всем. Или вообще хоть кому-то. Не станут, потому что не смогут, да и не захотят. Но друг друга они чувствуют, и могут уходить, и могут возвращаться. Когда им самим того захочется. И это прекрасно.